[ Начинается третья Битва за ранг. ]

[ Правила: Смертельная битва ]

[ Убейте Призванных с другой площади. ]

[ Здесь нет добра и зла. Есть лишь жизнь и смерть. Не колеблись, рази врага. Тому, кто не готов убивать, нет места в этом мире. ]

Едва ворота в центре дворца распахнулись, взору предстали Призванные с другой площади. Их было около семисот человек. Обычные люди, практически ничем не отличающиеся от тех, кто стоял на Белой площади.

Возможно, именно поэтому многие называли правила Смертельной битвы самыми жестокими. Поднять меч на человека — совсем не то же самое, что рубить монстров или чудовищ.

Перед колеблющейся толпой всплыло еще одно сообщение.

[ Внимание! Призванных, не убивших ни одного врага к моменту завершения Битвы за ранг, ждет особое испытание с вероятностью выживания 2.4%. ]

[ Тех же, кто наберет высокий рейтинг, ждет соответствующая награда. Просим проявить усердие. ]

Жестокое наказание и щедрая награда. Нет более эффективного и интуитивно понятного способа управления массами, чем безотказный метод кнута и пряника.

Призванные наконец осознали законы дворца. Те, кто рискует и добивается результатов, получают силу и растут. Те, кто прячется за спинами других, лишь продлевают жалкое существование, чтобы в итоге навсегда отстать. А тот, кто лишь цепляется за жизнь, в конце концов не выживет.

Поэтому многие, пытаясь исправить ошибки прошлого, решили поставить на кон всё в этой Битве за ранг. Почти половина людей выдвинулась на передовую. Большую часть авангарда составляли Ким Хакчхуль и его группа.

— Как бы ни было прискорбно, в этот раз мы обязаны показать достойный результат и наверстать упущенное! — Ким Хакчхуль, лично вставший во главе строя, толкал речь своим грубоватым голосом.

Большинство слушало его вполуха. Группа Инсайдеров во главе с Ли Ёхуном также заняла позиции в первых рядах, ожидая схватки.

— Не нервничайте. Среди них вряд ли много бойцов сильнее нас. Если появится кто-то сильный — уклоняйтесь или нападайте скопом. Но помните: рейтинг растет одинаково, убьете вы сильного или слабого, — Ли Ёхун давал вполне разумные советы своим приятным, поставленным голосом.

Инсайдеры особо не реагировали, но каждый из них был решительно настроен проявить себя.

«Убивать тех, кто слабее нас».

Чтобы получить высшую награду в Смертельной битве, нужно устранить пятерых. Руки Инсайдеров крепче сжали оружие.

В то же время группа Чхон Джонсика держалась в стороне, заняв позицию на заднем фланге, подальше от эпицентра грядущей бойни.

— Некуда спешить. Мусор, что вылез вперед, все равно ни на что не годен. Они просто послужат пушечным мясом. Мы вступим в игру, когда «мясной щит» начнет выдыхаться.

Несмотря на уверенный тон, в душе Чхон Джонсика поселилась тревога.

«Действительно ли все пойдет так, как он сказал?»

Чхон Джонсик искоса поглядывал на самый тыл, где расположился Ким Сончхоль. Тот стоял в компании лишь нескольких человек, включая Пак Арама, который выглядел совсем плохо. Непонятно, что он задумал, но Ким Сончхоль добровольно ушел в самый конец. Это означало, что он верит в свой план и готов разделить риски со своей маленькой группой.

Успокаивая себя этой мыслью, Чхон Джонсик стал ждать начала битвы.

— …….

Ким Сончхоль с бесстрастным лицом смотрел в небо. Безоблачный, ясный день. Солнце, стоявшее в зените, отбрасывало короткие густые тени, а ветер, дующий с горных хребтов, приятно остужал жар.

— Ах… Как же нервно. Куда, черт возьми, делся Ёнджон? — пробормотала Пэ Сонхё, нарушая тишину перед бурей.

Между Ли Ёхуном и Ким Сончхолем она выбрала последнего. Не из-за хваленой женской интуиции, а скорее потому, что ее буквально вытолкнули на сторону Сончхоля. Как бы то ни было, теперь у нее в руках посох, полученный от него, и она в одной лодке с этим мужчиной.

Большинство Инсайдеров относились к Пэ Сонхё примерно так же, как к Пак Араму: жалкая женщина, продавшая тело Ким Сончхолю ради магического посоха.

А вот двое мужчин, Пак Чонсик и Ким Уджон, присоединились к Сончхолю добровольно. Эти двое, в прошлом занимавшиеся продажей подержанных автомобилей, испытывали неприязнь к Ли Ёхуну, да и прошлый опыт сотрудничества с Ким Сончхолем оказался прибыльным. Однако даже они с опаской косились на Пак Арама, который сидел перед ними, укутавшись в одеяло и трясясь всем телом.

— Ким-про, а с этим… господином все нормально? Можно его так оставлять? — дуэт автодилеров почему-то называл Сончхоля «Ким-про».

— Не имеет значения, — холодно бросил Ким Сончхоль, окидывая взглядом площадь.

Он не видел того, кого искал.

Амугэ. Предполагаемый Регрессор. Женщина, с которой они договорились сотрудничать, по какой-то причине исчезла прямо перед началом Битвы за ранг.

«Любопытно. Существует человек, которого сложно заметить даже моим взглядом».

Есть выражение «человек с бледной тенью». Так говорят о тех, чье присутствие слабо ощущается. Амугэ, похоже, относилась к этому типу, но в ее случае тень была не просто бледной — она практически отсутствовала. Даже обостренные чувства Ким Сончхоля не могли ее засечь; однажды она уже сумела подобраться к нему незамеченной.

«Скрытая способность?»

Считается, что Регрессоры возвращаются только с памятью о прошлой жизни, но кто знает, какие секреты могут быть у Ким Сончхоля под носом. Иной мир полон тайн и чудес.

Вдали раздался звук труб, в которые трубили Гомункулы. Ким Сончхоль тут же вернулся к своей группе и начал раздавать снаряжение.

— Пак Чонсик. Тебе — этот щит. Держи его и защищай Пак Арама.

Пак Чонсик был невелик ростом, но жилист, а его показатели Силы и Выносливости были самыми высокими в группе. Правда, из-за панического страха перед трупами в первой Битве за ранг он оказался бесполезен. За исключением странной привычки периодически засовывать палец в задний проход и нюхать его, он был вполне годным кадром.

Получив от Сончхоля Каплевидный щит энергии, Пак Чонсик почесал пальцем внутри штанов и недоуменно склонил голову:

— Защищать его? Этот тип… он хоть и выглядит сейчас неважно, разве он не самый сильный среди нас?

— Похоже, у него побочные эффекты от превращения в Оборотня. Достаточно просто прикрывать Арама, пока он не трансформируется. Сигнал подам я, а до тех пор смотри вперед.

— Понял. Раз Ким-про говорит, надо делать.

Пак Чонсик кивнул и с отвращением покосился на затылок Пак Арама.

Затем Ким Сончхоль протянул Солдатский арбалет Ким Уджону.

— Ты тоже защищаешь Пак Арама.

В отличие от напарника, Ким Уджон обладал крупным телосложением и угрожающей внешностью, но характер имел робкий и боялся ближнего боя. Говорил, что после битвы с Там-Тамом чуть не умер от разрыва сердца. Зато в армии он был отличным стрелком, да и безнаказанно избивать кого-то на расстоянии у него получалось неплохо. С дальнобойным оружием он должен отработать больше, чем за одного.

— Ого. Ну и ну. А чем же будет драться Ким-про?

На вопрос Уджона Сончхоль молча поднял Начальный меч.

— А… ну да…

Пэ Сонхё оружие не требовалось — у нее уже был Магический посох «Лунный Свет». Пожалуй, самое эффективное оружие в стенах Дворца Призыва. Особых указаний ей Сончхоль не давал, прекрасно зная о ее глубокой неприязни к Пак Араму.

— …….

Закончив с инструкциями, Ким Сончхоль устремил взгляд вперед. Барьер между Синей и Белой площадью начал мутнеть и растворяться.

[ Битва начинается. ]

[ Покажите сражение, достойное фестиваля Нейтрального бога. ]

Барьер исчез. Сотни Призванных с обеих сторон замерли в напряженном ожидании перед распахнутыми воротами. Люди, не имевшие опыта настоящей войны, стояли в беспорядочном строю, проявляя излишнюю осторожность.

Стоило одной стороне сделать резкий выпад, как другая отступала. Если же кто-то в ответ бросался вперед, то уже нападавшие откатывались назад, словно волна во время отлива. Это топтание продолжалось некоторое время.

Все инстинктивно понимали: как только прольется первая капля крови, начнется неуправляемая, кровавая свалка.

— Вот поэтому я и ненавижу правила Смертельной битвы. Смотреть тошно. Сборище трусов, — на Смотровой площадке владыки Иного мира не стеснялись в выражениях. В мире, где трусость презиралась больше преступлений, такая реакция была естественной.

Долорес Винтерер, облаченная в непривычно роскошную мантию, порхала среди власть имущих, словно бабочка. Встречаясь с кем-то взглядом, она дарила изысканную улыбку и легкий кивок, а с теми, кто заговаривал, поддерживала светскую беседу своим красноречием.

Один из зрителей пожаловался на отсутствие крови на площади:

— Ах! Какая скука, смотреть невозможно! Я-то думал, раз они убили Там-Тама на Белой площади, там есть какие-то монструозные новички, а на деле — сброд. Похоже, придется кому-то вмешаться и проредить их.

Долорес ответила ему тонкой улыбкой и сладким голосом:

— В таком случае, как насчет того, чтобы поставить на Синюю площадь? Она уступает Красной, но и там есть довольно сильные покровители. Услышав новости о Там-Таме, они наверняка подготовили козырь.

— Хм… Синяя площадь, говоришь…

Пока мужчина размышлял, Долорес Винтерер перевела взгляд на панораму за окном и, достав из кармана карманные часы, проверила время.

«Пора начинать шоу».

В тот момент, когда на губах Долорес заиграла жестокая улыбка, на стороне Синей площади началось движение.

— Угх…!

— Гр-ра-а-а…!!!

Люди, стоявшие в первых рядах, внезапно рухнули на колени, издавая предсмертные хрипы. Не один, а сразу шестеро, словно по команде, забились в конвульсиях. Взгляды всех присутствующих — и с Синей, и с Белой площади — приковались к ним.

— Что за черт? Что с ними?

Если Призванные Синей площади недоумевали, то на Белой реакция была иной. Многие здесь уже видели подобное. Их худшие опасения обернулись кошмаром наяву.

— А-а-а-а-а!!!!

Скелеты с хрустом деформировались, тела покрывались густой шерстью. Зрачки расширенных глаз налились желтизной, а во рту, растянувшемся в зверином оскале, выросли клыки.

Оборотни.

Ужас вновь предстал перед Белой площадью, но теперь в еще более безнадежной форме.

— О… Оборотни!!

Строй Белой площади, до этого державшийся в напряжении, резко отхлынул назад.

— Гр-р-р…

Шесть Оборотней, скалясь, двинулись вперед. В рядах Белой площади началась паника. Люди, пытаясь убежать, толкали тех, кто стоял сзади. Строй начал рассыпаться еще до начала боя.

— Послушайте, Ёхун-сси! Что нам теперь делать?! — Инсайдеры, доверившиеся Ли Ёхуну, в отчаянии набросились на лидера.

— Успокойтесь! Отходим в сторону, я проложу путь! — Ли Ёхун стиснул зубы и, не раздумывая, начал силой расталкивать загораживающих дорогу людей.

— Ты че творишь?! Ублюдок!

Когда один из оттолкнутых попытался возмутиться, Ли Ёхун, не моргнув глазом, взмахнул мечом. Брызнула кровь, человек упал замертво.

Под испуганными взглядами толпы Ли Ёхун, явив свою истинную, демоническую натуру, заорал:

— Свалили! Свалили с дороги! Хотите сдохнуть? А?!

Люди, напуганные его безумным видом и окровавленным клинком, в страхе расступались. Но, несмотря на все усилия, жестокая судьба настигала их.

— О… Они идут сюда!

— Идут!!!!!

Оборотни, игнорируя толпу, мчались прямо к Ли Ёхуну и его группе Инсайдеров. Двенадцать желтых глаз, полных жажды убийства, смотрели только на них. В этот момент ноги Ли Ёхуна подкосились, и он рухнул на землю.

— Черт…

В голове Ли Ёхуна всплыло лицо одного человека. Человека, чью сущность невозможно было разгадать. Того, кто выглядел убого и кого он презирал больше всех, но кто оказался настоящим.

Повезло ему или нет — неважно.

«Надо было слушать того ублюдка».

Едва эта мысль промелькнула в его голове, когти Оборотня полоснули по телу, а следом ненасытные клыки вонзились в плоть.

— Вот же блядь!

Пэ Сонхё, наблюдавшая за этим с тыла, не сдержала ругательства. Настолько жутким было зрелище гибели Инсайдеров.

Монстры в мгновение ока превратили группу Ли Ёхуна в кровавые ошметки и начали искать следующую цель.

[ Главная цель ]

В поле зрения Оборотней появилась метка. Она указывала на оставшихся Инсайдеров и, что важнее, на приоритетную жертву вдалеке.

— Гр-р-р…!

Шесть Оборотней, разрывая людей на куски, рассекли строй Белой площади и устремились в тыл. Прямо туда, где стоял Ким Сончхоль.

— Ким-про. Ким-про! — Пак Чонсик, выставив щит, панически повторял одно и то же.

— В чем дело, Пак Чонсик?

— У меня… сердце сейчас выпрыгнет, можно я сбегу?

— Держись. Понюхай палец, успокоишься.

С этими словами Ким Сончхоль встал слева от Пак Чонсика, подняв меч.

— Давай, продержись немного. Как только Пак Арам очнется, он перебьет этих низкоранговых шавок. А мы просто постоим в сторонке и пожинаем плоды.

В этот момент Пак Чонсик почувствовал необъяснимое облегчение. Просто от того, что этот человек стоял рядом, его накрыло твердой уверенностью: он не умрет.

Он и во сне не мог представить, что его прикрывает сильнейший воин не только человечества, но и всего Иного мира.

— Огонь! — крикнул Ким Сончхоль, взмахнув мечом.

Сначала Ким Уджон, затем с небольшой задержкой Пэ Сонхё выпустили снаряды в бегущих Оборотней.

— Гр-р-р-р!

Но Оборотень есть Оборотень. Попасть в них с такого расстояния было непросто. Монстры уклонились от стрел и энергетических болтов, оказавшись прямо перед стеной щита Пак Чонсика.

— Гр-р-р!

Один из Оборотней ударил по щиту. Пак Чонсик почувствовал чудовищный удар, от которого его чуть не подбросило в воздух, но сумел устоять на ногах. Сразу после успешного блока Ким Сончхоль сделал выпад, целясь в туловище твари. Оборотень легко отскочил назад, уходя от клинка, и зарычал, скаля зубы.

— Гр-р-р-р-р!

Теперь вперед вышли сразу двое. Остальные начали расходиться, окружая их. Если бы не шквальный огонь Пэ Сонхё и Ким Уджона, они бы уже набросились скопом.

— Пора.

Когда страх Пак Чонсика достиг пика, Ким Сончхоль схватил его за шкирку, резко оттащил назад и одновременно другой рукой швырнул что-то в Оборотней.

Это была почерневшая жидкость — гнилая кровь Пак Арама.

Почуяв запах, разнесшийся в воздухе, Оборотни вспомнили цель, которую заложила в них Долорес Винтерер.

Пак Арам.

Существо, прятавшееся за стеной щита, теперь было открыто перед ними без всякой защиты. Оборотни, толкаясь, бросились к трясущемуся под одеялом телу и начали рвать его на части.

В клочья. Так, чтобы не осталось и следа.

В своей ярости они не заметили, как жидкость, наполнявшая тело Пак Арама — Негасимое пламя, — покрыла их шкуры.

Наблюдавший за этим с башни Ма Сангиль побледнел от ужаса, а на губах Долорес Винтерер застыла торжествующая улыбка.

Ким Сончхоль с невозмутимым лицом уже стоял за спиной Ким Уджона.

— Не двигайся.

Он быстро намотал ткань на стрелу Уджона и с силой чиркнул Золотым камнем об Алхимический уголь. Искра.

Огненная стрела заряжена.

Ким Сончхоль взмахнул мечом и тихо скомандовал:

— Стреляй.

Палец Ким Уджона нажал на спуск, и огненная стрела полетела в клубок Оборотней, терзающих труп Пак Арама. Монстры ловко уклонились, но стоило стреле коснуться земли, как вспыхнувшее пламя перекинулось на них. Избежать этого они не могли.

— Ау-у-у-у-у!!!

Оборотни вспыхнули в Негасимом пламени. Сначала шерсть и плоть, затем глаза. Черный дым столбом поднялся в небо.

— Вау. Вы только гляньте на этого парня.

Чхон Джонсик, наблюдавший за сценой с фланга, понял: момент настал.

— Вперед! Убьем их всех!

Ход битвы переломился. В сражении неорганизованных толп боевой дух решает всё. В тот момент, когда Оборотни, дарившие уверенность Синей площади, беспомощно вспыхнули живыми факелами, победа Белой площади стала лишь вопросом времени.