Занимаясь алхимией, Ким Сончхоль старался ни о чем не думать. Очистив разум, он, словно автомат, выполнял заученные действия. Так повелось с самого детства, из того далекого прошлого, воспоминания о котором теперь казались мутными и расплывчатыми.

В то время как другие дети шарахались от паяльника, Сончхоль мог часами молча стоять над столом с монтажной платой, проводами и припоем, кропотливо собирая схемы. Не то чтобы пайка доставляла ему особое удовольствие. Ему просто нравилось погружаться в процесс с головой. Только так удавалось хоть ненадолго забыть о суровой реальности, окружавшей его со всех сторон.

Возвращаясь из школы, он каждый раз обнаруживал в гостиной незнакомого мужчину. Очередной ухажер, которого привела сестра. Видимо, снова подцепила кого-то в баре и притащила домой. Это случалось не раз и не два, поэтому Сончхоль привычно игнорировал гостей и уходил в свою комнату.

— Эй, ты!

Однако некоторые из них не желали оставлять парня в покое. Видя перед собой школьника в форме, они пытались самоутвердиться за счет «старшинства» и начинали задирать его. Заканчивалось это всегда одинаково: наглецы получали от Сончхоля смертельных люлей. Иногда под горячую руку попадала и пытавшаяся разнять их сестра.

— Весело-то как!

Радостный возглас Бертельгии прервал поток воспоминаний.

— …И чему ты так радуешься?

Ким Сончхоль на мгновение прервал синтез и посмотрел на живую книгу. Бертельгия рассыпала по столу золотой порошок и теперь увлеченно каталась в нем, покрывая обложку блестками.

— Бертельгия делает позолоту!

Золотая пыль была одним из ингредиентов-ловушек, подсунутых Экхартом для этого задания. Поскольку в рецепте она не использовалась, Бертельгия решила найти ей другое применение и теперь дурачилась с содержимым опрокинутого флакона. Глядя на сверкающую книгу, Сончхоль усмехнулся и вернулся к работе.

Воспоминания нахлынули с новой силой.

После гибели родителей в аварии наследства почти не осталось, зато Сончхолю и сестре выплатили внушительную страховку. Проблема заключалась в сестре. Она и раньше была проблемным подростком, то и дело сбегавшим из дома, но после потери родителей окончательно слетела с катушек. Мало того, что она, не приходя в сознание, проматывала остатки имущества, так еще и тащила в дом алкоголь, сигареты и каких-то подозрительных жиголо. Неудивительно, что гнев копился в душе парня.

И все же, поскольку она оставалась его единственной родней, Сончхоль сдерживал силу, наказывая ее мягче, чем одноразовых бойфрендов. Конечно, сказывались и накопившиеся эмоции, но главным посылом этих побоев было желание заставить ее одуматься. Впрочем, однажды он избил ее, вложив в удары всю свою искреннюю ярость…

— Весело-то как!

Бертельгия снова вклинилась в воспоминания на самом важном моменте. Обернувшись, Сончхоль увидел, что она уже золотит другую сторону обложки.

— ……

Алхимический процесс вновь остановился. Ким Сончхоль внимательно осмотрел созданные заготовки. На столе аккуратно выстроились фигурки коров размером с куриное яйцо. Все они были вырезаны им вручную из коры пенного дерева, подготовленного Экхартом.

«Осталось сделать еще две».

Артефакт, над которым он сейчас работал, назывался Камень Воина. Предмет той же категории, что и созданный ранее Камень Мага. Вероятно, внутри других Колоссов Сончхоля дожидаются свои камни, требующие синтеза.

Орудуя резцом по дереву, Сончхоль обратился к Бертельгии:

— Эй, Бертельгия. Ты говорила, что ты единственный ребенок?

— Ага. Ни братьев, ни сестер.

Игра в позолоту ей, видимо, наскучила, и теперь книга отряхивалась, пытаясь избавиться от налипшей золотой пыли.

— А у тебя есть братья или сестры?

— …Нет.

Он давно вычеркнул их из жизни. Еще до того, как попасть в этот мир через Дворец Призыва, Ким Сончхоль был один.

— Хм-м.

Бертельгия подлетела ближе и, зависнув над столом, присмотрелась к фигурке коровы, над которой трудился алхимик.

— А ты неплохо вырезаешь! Учитывая, как ужасно ты рисуешь, я думала, что и с резьбой у тебя беда.

— Я не увлекаюсь этим, но в кулинарии существует понятие «декорирование». Вырезать дракона из льда или цветок из фруктов — это тоже один из навыков повара.

— Тогда почему рисунки такие страшные?

— Я просто не хотел рисовать Бестиаре.

За разговором были закончены обе оставшиеся фигурки. Теперь на столе в ряд стояли десять миниатюрных статуэток коров. Сончхоль поместил их в Портативный алхимический котел Экхарта, добавил остальные ингредиенты, подготовленные ранее, и начал помешивать содержимое лопаткой.

Бертельгия, словно надсмотрщик над рабами, зависла рядом, контролируя каждое его движение.

— Не халтурь! Мешай тщательно, чтобы со дна все поднималось!

— ……

Сончхоль молча выполнял указания. Он чувствовал, как из тела стремительно уходит огромное количество маны. Расход был сопоставим с тем, как если бы он трижды подряд применил свое сильнейшее заклинание «Звездный Свет». Не владей он магией на таком высоком уровне, ему пришлось бы часами стоять и мешать варево. Однако столь мощный отток маны служил верным признаком рождения выдающегося алхимического предмета.

Вскоре его труды принесли плоды.

[ Синтез успешен! ]

Все ингредиенты, брошенные в котел, исчезли, слившись в единый результат. В руках Ким Сончхоля оказался круглый камень, излучающий энергичный красноватый блеск.

< Камень Воина >

Уровень: 7

Ранг: S

Атрибут: —

Класс: Реликвия

Эффект: Собери остальные пять камней. Тогда перед тобой откроется путь истины.

Почти полная копия Камня Мага. Цвет и узор из нечитаемых символов на поверхности немного отличались, но суть оставалась прежней. Предмет хранил в себе необычайную таинственность. С артефактом, который в этом мире не мог создать никто, кроме него, Сончхоль подошел к алтарю.

Сияющие буквы появились, словно только этого и ждали.

[ Великолепно. Ты завершил Камень Воина. ]

[ Если ты пришел с моей дочерью — прими благословение. Если нет — прими мое восхищение вместе с проклятием. ]

— Я пришел с твоей дочерью.

Хотя Экхарта здесь не было, Сончхоль произнес эти слова спокойно, словно обращаясь к живому собеседнику. И в этот момент он едва не усомнился в собственном зрении.

Книга, лежащая на алтаре, шевельнулась.

На какую-то долю секунды, едва уловимо, фолиант качнулся, словно человек, отрицательно качающий головой.

«Что это? Неужели эта книга…»

В памяти всплыл рассказ Адельгейт об авантюристе, у которого была книга, похожая на Бертельгию.

— Эй. Ты живая? — спросил Сончхоль, глядя на фолиант.

Книга не ответила. Вместо этого перед глазами возникли новые строки.

[ Поскольку истинная цель Бертельгии-1 — встреча с Наследником — достигнута, данный Ключ Знаний вскоре прекратит функционирование. ]

[ Перед тем как покинуть Колосса, пожалуйста, ознакомьтесь с посланием господина Экхарта. ]

Барьер, окружавший алтарь, начал медленно таять. Книга, стоявшая вертикально в потоке света, потеряла опору и с глухим стуком упала на пол за исчезнувшей преградой.

Сончхоль наклонился и поднял её.

«Что это вообще было?»

Он раскрыл страницы, проверяя содержимое. Книга была заполнена множеством непонятных символов. Но стоило взгляду сфокусироваться, как буквы, словно убегая от него, устремлялись вглубь переплета, оставляя после себя лишь чистую бумагу. Сончхоль открыл другую страницу, но результат был тем же.

В книге ничего не осталось.

— Ты чего там делаешь? — внезапно спросила Бертельгия.

— Нет, ничего. Пошли лучше проверим сообщение Экхарта.

Светокамни ярко освещали угол рубки управления. Там стоял спрятанный сундук. Вещь, которую Семь Героев, вероятно, так и не смогли найти. Сончхоль открыл крышку. Внутри действительно лежали записи, оставленные Экхартом. Почерк был настолько ровным и безупречным, словно буквы были напечатаны.

«Даже если умру и воскресну, такой почерк мне не повторить».

Сончхоль начал читать текст на бумаге.

[ Записи Экхарта. Часть первая ]

[ Прошел год с тех пор, как я стал Творцом. Наконец-то Семь Героев признали меня. Особенно радовался брат Сазатос, отчего я чувствую себя безмерно польщенным. Я не сомневаюсь, что это совершенное Магическое орудие, названное в честь моей дочери, подарит надежду всему человечеству континента. Однако есть небольшое сожаление. Если бы я создал это всего на год раньше, я тоже смог бы вернуться в Дворец Призыва и оставить свой след, как другие из Семи Героев! ]

Прочитав это, Сончхоль мысленно усмехнулся.

«Это что, наивное начало пути того самого Экхарта?»

Свежо и простодушно. Словно смотришь на портрет молодого ученого, полного энтузиазма, ищущего ответы в реальности и мечтающего о будущем. Конечно, по опыту Сончхоль знал, что это не конец записи. Он перевел взгляд ниже, где под аккуратными строками шли торопливые каракули.

[ Я и представить не мог тогда, что инструмент для предотвращения бедствия станет самим Бедствием, нет, принесет еще большую Кару. Я был глуп. Непростительно глуп. Если хотите узнать, что собирались сделать Семь Героев… ]

[ … ]

[ … ]

[ … ]

[ … ]

[ Облом! Найдите остальные пять Бертельгий, и тогда узнаете! ]

[ И скормите Камень Воина моей дочери. Думаете, это несъедобно?! А так ли это на самом деле? Попробуйте рискнуть! ]

— М-да. У этого типа один и тот же паттерн поведения.

Сончхоль с легким вздохом посмотрел на небрежные каракули.

— Если честно, мне немного стыдно, — ответила Бертельгия, слегка покачиваясь.

— В любом случае, на этот раз привередничать не будешь? — спросил Сончхоль, глядя на спутницу, которая ранее наотрез отказывалась есть Камень Мага.

— В этот раз съем как миленькая. Это же такая вкуснятина! Но одного мне мало, так что давай сделаем камень и в соседнем Колоссе!

Она так разошлась, будто сама занималась синтезом. Сончхоль испытал легкое раздражение, но решил, что она не так уж неправа. Сегодня он и так достаточно потрудился физически, но иногда бывает полезно провести день в безумной суете.

Он перебрался в другого Колосса, обозначенного как Бертельгия-2, и повторил ту же процедуру, что и в первом. Синтез продолжался до самого рассвета следующего дня. Потратив уйму времени, Сончхоль создал во втором Колоссе Камень Убийцы. Оставшаяся мана была почти на исходе.

Почувствовав давно забытую глубокую усталость, он присел отдохнуть. Чтение записей Экхарта последовало позже.

[ Записи Экхарта. Часть вторая ]

[ Титул Восьмого Героя я, к сожалению, так и не получил. Лордам не выгодно появление еще одного героя. Однако Деспот устроил для меня нашу личную церемонию награждения. Я почувствовал, что взгляд госпожи Бестиаре на меня изменился, но теперь-то что! У меня есть любимая дочь и жена, которых я не променяю и на горы золота! ]

Прочитав это, Сончхоль понял закономерность. Записи Экхарта расположены в хронологическом порядке, соответствующем номерам Колоссов. Наблюдать за изменением психологии Экхарта с течением времени было довольно интересно. Однако приписки в конце всех записей, похоже, были сделаны примерно в одно и то же время.

И снова там содержалась критика Семи Героев. Сончхоль вчитался в небрежные строки.

[ Тупость Дальтаниуса вызывает тошноту. Бесконечное нытье Гасиона сводит меня с ума. Драгоман после поражения мне даже в глаза смотреть боится. Истинное лицо Семи Героев оказалось куда уродливее, чем я мог вообразить. Даже Бестиаре, мой давний кумир… Но даже безумие всех остальных из Семи Героев вместе взятых не сравнится с безумием одного Деспота. Он действительно сумасшедший… ]

— Бертельгия. Каким человеком был Деспот? — спросил Сончхоль, закончив чтение.

— Хорошим… насколько я помню, — неуверенно ответила она.

— Понятно.

Сончхоль позволил Бертельгии поглотить созданные им Камень Воина и Камень Убийцы. Тело книги окутало сияние. В центре этого света Сончхоль снова увидел тот же образ: девочка, свернувшаяся калачиком, словно эмбрион. Видение исчезло мгновенно, но оно точно совпадало с обликом Бертельгии, который можно было увидеть в Туманном Странствии.

После завершения поглощения перед глазами всплыло сообщение о выполнении квеста. Характеристики тоже немного подросли. Теперь дела здесь были закончены.

Сончхоль спустился с Колосса на землю. И тут он заметил недоделанного голема, лежащего под гигантом. Инструментов и верстака рядом не было, но бесхозная конструкция под Колоссом определенно являлась незавершенным големом.

Ощутив подозрение, Сончхоль осмотрелся. Вскоре в нижней части живота голема, под толстой броней, он обнаружил крошечное, но странное устройство.

«И такое здесь было?»

Используя «Полет», он поднялся в воздух, чтобы рассмотреть находку. Устройство неизвестного назначения, созданное по технологиям куда более высокого уровня, чем обычное Магическое орудие, было скрыто под обшивкой.

С помощью Фал Гараза Сончхоль извлек механизм и осмотрел его.

— Что это?

Бертельгия, судя по всему, тоже не знала ответа.

Сончхоль продолжил вскрывать устройство. Внутри обнаружилась металлическая шкатулка для хранения чего-то. Судя по многослойным печатям на механизме, содержимое должно было быть крайне ценным.

С этой мыслью он распахнул крышку шкатулки и замер от очередного потрясения.

Внутри лежал Осколок Бедствия.

Точно такой же, как и тот, что был спрятан в поясе Ким Сончхоля.