Хруст!

Лицо Сазатоса с треском врезалось в дерево, погрузившись в ствол наполовину.

Ким Сончхоль выдернул противника из сломанного гиганта. Лицо того превратилось в кровавое месиво, потеряв всякие человеческие очертания.

— …

Но дыхание еще теплилось.

Схватив Сазатоса, Ким Сончхоль принялся раз за разом вбивать его в землю. Словно заколачивал огромный гвоздь молотком.

Кости трещали, ломаясь одна за другой, и жизнь медленно, но верно покидала тело врага. Сазатос умирал молча, не в силах вымолвить ни слова.

Наконец раздался отчетливый звук разрыва.

Сазатос испустил дух.

Ким Сончхоль отпустил труп и поднял Фал Гараз. Чтобы не оставить от врага даже мокрого места.

Но в этот момент тело Сазатоса озарилось странным светом.

Ким Сончхоль сразу понял: это не собственная сила Сазатоса, а вмешательство извне.

«Гравировка Души Воскрешения».

Такую часто использовали Инквизиторы. Тот, из Эрфурта, тоже владел подобной.

Преимущество очевидно — наличие нескольких жизней. Но, по мнению Ким Сончхоля, это не имело никакого значения. Если ты проиграл и умер один раз, значит, проиграешь и умрешь во второй.

Он стал ждать, когда угаснет наполненный божественной властью свет, окутавший тело.

Однако корни деревьев, до этого момента лишь подбиравшиеся издалека, внезапно ринулись в атаку, накрывая всё вокруг.

Раньше Ким Сончхоль не обращал на них особого внимания, но сейчас они подоспели как нельзя некстати.

Для Сазатоса же это стало небесным даром.

В голове Ким Сончхоля мелькнула мысль:

«Неужели это удача Сазатоса?»

Из всех Семи Героев Сазатос славился именно невероятным везением.

Разница между его показателями и Ким Сончхолем, у которого Удача застыла на отметке 28, могла составлять десятки, а то и сотни раз.

Удача относительна. Фортуна чаще улыбается тем, у кого этот показатель выше. И пусть обычно это не играет решающей роли в схватке, иногда удача способна кардинально изменить ход событий.

Ким Сончхоль обрушил Фал Гараз на светящийся кокон.

Хоть его молот и обладал божественной силой, пробить барьер Гравировки Души, сотканный из власти Бога Порядка, с одного удара не удалось.

В это мгновение, воспользовавшись заминкой, корни деревьев оплели не только Сазатоса, но и самого Ким Сончхоля.

Он взмыл высоко в небо, уклоняясь от захвата, и, приземлившись на сплетение корней, начал безжалостно их крушить.

Бесчисленные отростки разлетались в щепки, превращались в труху, но уничтожить саму Великую Природу, жившую миллионы лет, было невозможно.

— Кх-х…

Оплетенный корнями Сазатос очнулся от сильной тряски и, увидев Ким Сончхоля, слабо улыбнулся. Видимо, решил, что сможет сбежать.

Ситуация и правда складывалась в его пользу: стена из корней становилась всё толще, разделяя их.

Можно было бы использовать «Звездный Свет» и испепелить всё дотла. Но Ким Сончхоль медлил.

Причиной была невидимая переменная.

Абсолютная удача Сазатоса.

Богиня Удачи имеет привычку улыбаться своим любимчикам именно в моменты смертельной опасности. Ким Сончхоль, далекий от понятия везения, сталкивался с этим не раз. Сколько раз абсурдные, не поддающиеся никакой логике и здравому смыслу случайности рушили, казалось бы, идеально спланированные дела?

Но Ким Сончхоль знал способ борьбы даже с такой удачей.

«Не хочется, конечно, но придется использовать это».

Тяжело вздохнув, он достал нечто из Хранилища Душ.

Короткое копье. Или, скорее, кинжал.

Форма не имела значения. Важно было то, что этот предмет окутывала бездонная тьма, затягивающая взгляд в бесконечный мрак.

Хотя палящее солнце заливало мир ярким светом, вокруг странного оружия в руке Ким Сончхоля сгустилась леденящая душу тьма.

Бертельгия в кармане инстинктивно задрожала.

«Это… Не может быть…»

В шоке была не только она.

Изувеченный Сазатос испытал такой ужас, что у него перехватило дыхание. Его окровавленное лицо перекосило, и он прохрипел срывающимся голосом:

— Ты… Откуда у тебя… это?! Откуда у тебя это проклятое оружие?!

Ким Сончхоль метнул клинок.

Темно-зеленое оружие, словно обладая собственной волей, устремилось к цели.

Сазатос отчаянно пытался сопротивляться, но не смог предотвратить неизбежное: жуткое острие вонзилось ему в живот.

— Ты можешь убежать от меня, но спрятаться не удастся.

Холодный взгляд Ким Сончхоля пронзил пространство.

В следующее мгновение вихрь древесных корней поглотил Сазатоса вместе с его отчаянным воплем. Он исчез в глубине лесной чащи.

— …

В руке Ким Сончхоля появился маленький колокольчик того же темно-зеленого, почти черного цвета.

Стоило слегка встряхнуть рукой, как раздался неестественно чистый звон.

Самоводящийся клинок и зловещий колокольчик, появляющийся после того, как оружие находит цель.

Увидев это, Бертельгия окончательно убедилась.

«Это не простое оружие. Если я права, то в руках у него… реликвия Владыки Глубин, Второго Бедствия. Ум Брук. Оружие Бедствия!»

Бертельгия помнила.

Жуткие легенды о жреце Древнего бога, живущем вечность во тьме бездны, куда не проникает ни единый луч света.

Говорили, что, когда жрец глубин выползает на сушу в паланкине, несомом зловещими рыболюдьми, он движется медленно. Но если кто-то становится его целью, сбежать невозможно.

Потому что у этого проклятого существа было Оружие Бедствия, состоящее из клинка и колокола — карающий Ум Брук.

«Но как Оружие Бедствия оказалось у этого человека?..»

Согласно легендам, такое оружие даруется лично богом, вершащим катаклизм, и потому привязано к самому Бедствию. Если Бедствие уничтожено, оружие исчезает вместе с ним. Никто другой не может им завладеть.

Даже тот, кто сразил Бедствие.

— …

Ким Сончхоль забрался на сплетение корней, покрывших всё вокруг, и с бесстрастным лицом посмотрел в ту сторону, где предположительно находился Сазатос.

Он снова встряхнул колокольчик. Кристально чистый звук, казалось, резонировал прямо в мозгу.

Сазатос был где-то рядом, но искать его в этом хаосе было бы затруднительно.

Однако его жизнь уже находилась в руках Ким Сончхоля.

Ум Брук.

Тот, в чье тело вонзился клинок Бедствия, никогда не сможет убежать от звона колокола.

Какой бы сильной ни была удача, ей не преодолеть ограничения, наложенные божественной властью.

Ким Сончхоль, знавший это лучше кого бы то ни было, некоторое время осматривал лесное море, а затем подумал:

«Возможно, так даже лучше. Если Сазатос позовет подмогу, мне не придется бегать и искать их».

Пусть приходят. Сколько угодно.

Хоть все остальные шестеро. Ему без разницы.

Ким Сончхоль без колебаний покинул место схватки.

— Послушай… — неуверенно начала Бертельгия.

— В чем дело?

— Нет. Ничего, — ответила она, слегка подрагивая.

Сейчас не время для вопросов. Бертельгия почему-то была в этом уверена и предпочла затаиться.

Ким Сончхоль вернулся к руинам.

Клэрис и Курт Асам были живы.

Правда, старик с трудом двигался. Его правая рука серьезно пострадала от воздействия демонического меча. Но, по мнению Ким Сончхоля, конечность еще можно было спасти. При долгом лечении и покое она вполне могла восстановиться, несмотря на преклонный возраст археолога.

— Т-тот человек… что с ним стало? — дрожащим голосом спросила Клэрис, крепко сжимая топор.

— Получил смертельную рану и сбежал.

— Он не умер?

Ким Сончхоль не подтвердил и не опроверг.

Клэрис хотела спросить что-то еще, глядя на него, но передумала.

Хоть она и не видела Фал Гараз, но, похоже, догадалась, что Ким Сончхоль и есть тот самый «проблемный человек» из слухов. Найти кого-то настолько сильного сложно, а летающая книга служила решающим доказательством.

Но оба предпочли закрыть на это глаза. Дело уже сделано, и ворошить прошлое — только наживать себе неприятности.

«Мудро».

Ким Сончхоль решил наградить их.

Он жестом пригласил Курта Асама и Клэрис следовать за ним к руинам.

Хотя место было разрушено и опустошено Сазатосом, следы некогда величественных строений всё еще были отчетливо видны.

Курт Асам стоял с разинутым ртом, впитывая взглядом то, что искал всю жизнь.

— Я был прав! Клэрис! Все тыкали в меня пальцем, называли сумасшедшим, но в итоге я оказался прав! Человеческое королевство действительно существовало в Великом лесу!

Забыв о боли в руке, он скакал по руинам и вопил от восторга.

Ему было абсолютно плевать, является ли его проводник Врагом Мира или нет.

Но, видимо, перенапрягшись, он схватился за руку и осел на землю.

— Угх!

Из глаз старика текли слезы.

Это была смесь боли и радости, но какая разница? Он достиг цели всей своей жизни.

Ким Сончхоль видел таких людей не раз.

Хотя тех, кто потерпел неудачу, он видел гораздо больше.

У каждого своя история, но наблюдать за радостью тех, кто добился успеха, Ким Сончхолю нравилось куда больше, чем смотреть на отчаяние и смирение неудачников.

Когда восторги старика немного улеглись, Ким Сончхоль обратился к ним:

— Возвращайтесь первыми.

— Что? Одни? — испуганно переспросила Клэрис.

Курт Асам промолчал, но в его глазах читался тот же вопрос.

— У меня здесь еще есть дела. Простите, но вам придется вернуться вдвоем.

— А как мы выберемся?

— Найти что-то в Великом лесу сложно, а вот выбраться из него — не такая уж большая проблема.

— Но одним нам через джунгли…

Клэрис колебалась, и Ким Сончхоль достал из Хранилища Душ Чёрную Алхимическую бомбу и несколько других полезных предметов. Там было всё: от средств для атаки до лечебных зелий.

— Это поможет. Используйте в крайнем случае. Если совсем страшно, можете переждать у реки, я не запрещаю, но не советую.

Ким Сончхоль всё еще ждал Сазатоса.

Разн Ум Брук пронзил плоть, Сазатос обязан явиться на зов колокола. Иначе звон из бездны разрушит его рассудок, и слуги Древнего бога утащат его в пучину.

Однако нет гарантии, что Сазатос придет один. Скорее всего, он приведет подкрепление.

Именно этого Ким Сончхоль и добивался. Он хотел расправиться с Семью Героями как можно быстрее. Даже если придется пожертвовать любимой одеждой.

В этом плане Курт Асам и его внучка были бы обузой. Если начнется бой, они могут погибнуть или, что еще хуже, стать заложниками или материалом для врагов. Ким Сончхоль хотел избежать лишних жертв, если это возможно.

— Пока мы плывем по реке, Людоящеры не нападут, — проговорил Курт Асам, поправляя шину на руке.

Затем он прошептал Клэрис:

— Этот человек… Скорее всего, он и есть тот самый…

Глаза Клэрис расширились. Она вновь осознала простой факт: рядом с ними находится существо, по сравнению с которым Людоящеры — безобидные букашки.

Курт Асам и Клэрис поклонились Ким Сончхолю в знак благодарности и сели в лодку.

— Эй, погодите! — остановила их Бертельгия.

Старик и девушка вздрогнули от неожиданности.

Позади Бертельгии возвышалось нечто, похожее на огромную статую.

Голем.

Хоть Ким Сончхоль и снес ему руку, а броня вокруг ядра была сильно повреждена, Бертельгия смогла перенастроить его, и он всё еще функционировал.

— Этот парень вас защитит! Певунья.

Словно подтверждая слова Бертельгии, огромный голем издал низкий гул и сверкнул глазами.

Клэрис со странной улыбкой кивнула:

— Д-да. Спасибо.

Лодка с Куртом Асамом и его внучкой отчалила в сторону Панчурии. Голем, шагая по дну реки, последовал за ними.

— Хоть какая-то польза от тебя, — произнес Ким Сончхоль редкую похвалу.

Его немного беспокоило, что он так холодно их спровадил, но Бертельгия сгладила углы.

— Я же говорила, что не ем, так что «польза» тут ни при чем!

Ким Сончхоль огляделся.

Следов «Многократного чтения заклинаний», которое он искал, нигде не было.

Обходя руины, Ким Сончхоль посмотрел на уничтоженного голема и разбросанные вокруг трупы Карбункулов.

Среди них лежал один с белой шерстью и синим камнем во лбу — Королевский Карбункул. Тот самый, что был в руинах.

Ключ к разгадке «Многократного чтения заклинаний» исчез.

Пустой Камень души бесполезен без навыков Некроманта, чтобы извлечь душу.

Труп Карбункула уже начал разлагаться, вокруг него роились мухи.

— Вот же гад. Он специально всё устроил так, чтобы ты не получил «Многократное чтение заклинаний»! Какой же злобный тип. Раньше он, вроде, не был таким плохим…

— …

Ким Сончхоль привык к тому, что долгие усилия идут прахом.

Он нашел утешение в том, что встретил Сазатоса и нанес ему тяжелую рану, и уже собирался отвести взгляд от трупов.

Неподалеку послышался шум.

Это был маленький голем-уборщик, которого он видел раньше, когда тот приводил в порядок территорию вокруг руин.

— Бедняжка. Тут столько всего убирать… — посочувствовала Бертельгия.

Мусор был повсюду. Чтобы разобрать завалы разрушенных руин, потребовались бы сотни лет.

Маленький голем направлялся прямо к ним. Хочет что-то сказать?

Но голем просто застыл, глядя на трупы Карбункулов.

Ким Сончхоль молча наблюдал.

«Воспринимает их как мусор?»

И тут произошло нечто удивительное.

Голем начал копать землю, а затем бережно, двумя руками, уложил мертвых зверьков в яму. Он хоронил их.

Без слов, но в действиях бездушной машины читалось что-то похожее на человеческую скорбь.

— О? Тот голем, — вдруг сказала Бертельгия, подлетая ближе к механизму.

Она указала уголком переплета на спину голема, в щель между каменными пластинами брони.

— Посмотри-ка сюда.

— Там что-то есть?

Ким Сончхоль со вздохом посмотрел туда, куда указывала книга.

В его глазах вспыхнул интерес.

В глубине спины голема, скрытый камнем, светился молочно-белый Камень души — точно такой же, какой был у Сазатоса.

«Неужели это?..»

В этот момент, в самом неожиданном месте, всплыла нить, ведущая к утраченному секрету «Многократного чтения заклинаний».