Этот легкомысленный смех до сих пор отчетливо звучал в памяти.

Ким Сончхоль прислушался к звукам, доносящимся из чащи джунглей. Вдали слышался шум активации еще одного голема.

Мужчина немедленно бросился на звук и обнаружил механического стража, истребляющего Карбункулов.

— Зачем он это делает?.. — пробормотала Бертельгия, глядя на трупики пушистых зверьков.

— Похоже, Многократное чтение заклинаний как-то связано с Карбункулами.

Мелочная уловка Сазатоса была видна как на ладони. Чтобы не отдавать секрет Многократного чтения, он лично явился сюда и уничтожает все, что могло бы послужить подсказкой.

Впрочем, для Ким Сончхоля это могло стать шансом. Если повезет встретить Сазатоса здесь, появится возможность покончить с ним раз и навсегда.

Уничтожив еще двух големов, Ким Сончхоль направился к лодке, где его ждал Курт Асам.

— О... Откуда вы? Там грохотало что-то страшное.

— ...Ситуация хуже, чем я думал. Но если будешь следовать моим указаниям, мы благополучно доберемся до Панчурии.

Ким Сончхоль сел на весла.

Сквозь деревья проглядывал острый шпиль, который становился все ближе. Вскоре за бурлящим потоком показались следы цивилизации.

Это была разрушенная пристань, сложенная из камня и отмеченная печатью вечности. Веревки для швартовки давно сгнили, но каменные тумбы остались на месте.

Достав веревку, Сончхоль надежно закрепил лодку, поднялся на причал и огляделся. В отличие от остального леса, здесь царила мертвая тишина.

— Думаю, вам лучше подождать здесь.

Он поднял с палубы свисток — тот самый, которым насильник звал своих дружков, — и протянул его Клэрис.

— Если что-то случится, дуй в него.

Этих людей Ким Сончхоль позвал сам, по своей необходимости. А тех, кто находится под его защитой, он не выбрасывает, словно ненужный хлам. Иначе он ничем не отличался бы от ненавистной ему правящей верхушки.

Правда, есть исключения.

— Советую не делать глупостей, — бросил он Курту Асаму, прожигая того тяжелым взглядом.

Проводник, вытаращив глаза, поспешно закивал.

Оставив старика с внучкой позади, Ким Сончхоль двинулся вперед.

Ориентируясь на высокий шпиль, он пробирался через густые заросли, пока перед ним не открылось зрелище, способное заворожить любого.

Посреди Великого леса, совершенно нетронутая временем, возвышалась ступенчатая пирамида. Ни одна лиана, ни одна травинка не посмели посягнуть на древние руины.

В джунглях, где бесконечная жизненная сила бурлит и захватывает все свободное пространство, сохранение неживого объекта в столь идеальном состоянии казалось невозможным.

— Похоже, мы на месте.

На Карте из кожи гоблина конечная точка была отмечена простым крестиком, но, судя по обстоятельствам, сомневаться не приходилось.

Ким Сончхоль активировал Глаз Истины и осмотрелся. Никаких особых магических ловушек или заклятий. Но вопрос, почему руины остаются такими чистыми, все еще висел в воздухе.

Ответ нашелся быстро.

Вдали двигался голем. В отличие от боевых машин, с которыми приходилось сражаться ранее, этот был размером с человека, с коротким туловищем и ногами, а также пухлыми руками, что придавало ему даже несколько милый вид. Он деловито сновал между камнями, выдергивая пробившуюся траву, обрезая ветки и убирая опавшую листву своими короткими ручками.

Проще говоря, этот голем был смотрителем руин.

На приближение Ким Сончхоля он никак не отреагировал. Наоборот, приблизившись, механический садовник вырвал сорняк прямо из-под ног гостя, отбросил его подальше и продолжил свой путь.

— Это, кажется, тоже работа папы. Только он мог создавать таких миниатюрных големов.

— Твой отец. Кем он был? Разве не Алхимиком?

— Да, верно. Алхимиком. Когда я была совсем маленькой, он создавал только алхимические предметы на продажу, но по мере приближения «того дня» переключился на големов. Рыболюди, пришедшие из морских глубин, угрожали всему миру.

— Рыболюди? Это тоже часть Бедствия?

Бертельгия утвердительно качнула уголком книги.

Однако Ким Сончхоль знал наверняка: в Книге Бедствий нет ни слова о напасти в виде живущих под водой Рыболюдей.

«Закончу здесь и сразу же отправлюсь в Башню Отшельника».

Оставив маленького голема позади, он направился ко входу в пирамиду. Внутри царила густая тьма и подобающая ей тишина.

Топ. Топ.

Звук шагов отражался от стен и уходил далеко вглубь эхом. Коридор казался бесконечным.

Достав факел из Хранилища Душ и зажег его, Сончхоль двинулся вглубь. Стоило сделать шаг в темноту, как перед глазами возникли светящиеся буквы.

[ Надо же, ты нашел это место. Приветствую тебя именем Сазатоса. ]

Как только надпись исчезла, коридор, утопавший во мраке, начал озаряться светом, бегущим из глубины. Это вспыхнули масляные светильники под потолком.

На освещенных стенах проступили фрески, нарисованные в незапамятные времена. Краски выцвели от времени, и разобрать детали было непросто.

Ким Сончхоль медленно шел, вглядываясь в проплывающие мимо изображения. Люди, звери, преследующие их демоны и человекоподобные существа, напоминающие рыб.

Лица людей были искажены ужасом, в то время как лики демонов и Рыболюдей оставались бесстрастными. Над рисунками местами сохранились надписи на древнем языке, полустертые и трудночитаемые.

Сончхоль разобрал отдельные фрагменты:

«Идут... они... остановить... трудно... Помогите!.. Помогите!»

Даже беглый перевод давал понять, насколько ужасающим было Бедствие.

Он прошел еще немного вперед. Возник новый текст.

[ Вероятно, к тому моменту, как ты будешь это читать, мы уже станем мертвецами. Или же героями, спасшими мир. ]

[ Хотя, возможно, ни то, ни другое. Люди — существа неблагодарные. Командир все еще верит в человечество, но Бестиаре и Гасион думают иначе. ]

[ Я пока держу нейтралитет, но кто знает... как все обернется? ]

Прочитав это, Ким Сончхоль смог примерно определить время создания руин. Сазатос должен был прийти сюда после того, как оставил след в Дворце Призыва. То есть перед последней битвой за судьбу мира, когда Семь Героев еще не были развращены Бедствием.

Сончхоль продолжал идти. Чем глубже он спускался, тем лучше сохранялись фрески. Вскоре его внимание привлекло интересное изображение.

Существа с крыльями и птичьими клювами.

Авианы.

Древний текст описывал их:

«Небо... угроза... Древний бог... слуги... стекающий... Король.... Помогите!»

Здесь Ким Сончхоль почувствовал недоумение.

Демоны, Рыболюди, Авианы. Три Бедствия эпохи Семи Героев.

Но содержание этих катастроф отличалось от нынешних. В эпоху Ким Сончхоля Бедствия были следующими: Демоны, Семь Героев, Война.

Допустим, Семь Героев стали Бедствием позже, но два других катаклизма из прошлого в его времени не появлялись.

«Может ли содержание Бедствий меняться?»

Такая возможность раньше даже не приходила ему в голову. Ведь Бедствие — это то, что записано в Книге Бедствий по воле бога. Это не решается волей человека, поэтому людям остается лишь пассивно принимать судьбу.

Ким Сончхоль спросил Бертельгию:

— Какие Бедствия были в твое время?

Он задал этот вопрос впервые.

— Я помню только Бедствие Рыболюдей. После этого я по некоторым обстоятельствам погрузилась в глубокий сон. Здоровье подвело, знаешь ли.

В голосе живой книги прозвучали нотки обиды.

— ...

Сончхоль продолжил путь и вышел в просторный зал. Внутри стояли каменные столы, на которых лежали свитки папируса. Стоило коснуться одного, как он рассыпался в прах.

«Это бесполезно».

Он пошел дальше, и снова перед глазами возник текст.

[ Многократное чтение заклинаний — это моя уникальная секретная техника, открытая по чистой случайности. ]

[ В джунглях под Хребтом Воющих Клинков обитает множество Карбункулов. Хоть они и водятся по всему континенту, но именно здесь, в Великом лесу, можно встретить уникальных, невероятно смышленых особей. ]

Послания Сазатоса в этих руинах явно предназначались для потомков. Никаких враждебных ловушек, никаких испытаний. Возможно, все проверки на право обладания Многократным чтением заклинаний уже были пройдены в Дворце Призыва.

За залом последовала развилка.

[ Налево. Но если пойдешь направо, тоже ничего не потеряешь. Там увидишь послание, оставленное одним забавным другом. ]

Ким Сончхоль свернул налево. Его шаг заметно ускорился.

Снова зал. В центре — большая каменная плита с тщательно выгравированным изображением животного.

Карбункул.

Но он отличался от обычных сородичей. Белая шерсть, а во лбу — камень, сияющий лазурным светом, как Лазурит.

[ Рисунок перед тобой изображает существо, хранящее секрет Многократного чтения заклинаний. ]

[ Его зовут Королевский Карбункул. Не думай, что имя банальное — я сам его придумал. Главное, что этот малыш способен читать мысли любого существа, которого коснется. ]

[ Подумай хорошенько. Сделать фамильяром того, кто может использовать магию, разделяя с тобой мысли. ]

Текст продолжался:

[ Кольцо из лазурита, полученное в Дворце Призыва, обладает силой притягивать всех Карбункулов. ]

[ На восходе солнца поднимись на шпиль пирамиды и направь свет Кольца из лазурита. ]

[ Все Карбункулы леса соберутся на зов. ]

Под рисунком лежал камень, сверкающий подобно кристаллу.

— Это похоже на ядро голема, которое делал папа, — заметила Бертельгия.

Ким Сончхоль поднял камень. Никакой особой магической силы в нем не чувствовалось. Зато появились новые буквы.

[ Приручить Королевского Карбункула — идеальный вариант. Но если ты искусный Некромант, можешь извлечь его душу, поместить в этот Камень души и использовать как инструмент. ]

[ Однако помни: даже если загонишь его в Камень души, но не завоюешь сердце Королевского Карбункула, он станет таким же бесполезным, как обычные зверьки снаружи. ]

Мужчина осмотрел камень в руке. Выглядел он обычно, но скрывал в себе незаурядную мощь.

«Камень души...»

Технология, ныне утерянная. Само искусство извлечения и эксплуатации душ принадлежит демонам. В человеческом мире оно под строжайшим запретом и давно забыто.

Больше надписей не появлялось. Похоже, на этом послание Сазатоса заканчивалось.

«Сазатос. Видимо, в те времена он был не таким уж плохим парнем».

Хоть и с ехидцей, но он дружелюбно и подробно передавал свою уникальную технику тем, кто придет после него. Это куда благороднее, чем поведение иных «мастеров», которые, достигнув вершин, лишь бормочут ученикам туманные философские фразы о просветлении.

Ким Сончхоль вернулся к развилке и на этот раз свернул направо.

Миновав несколько фресок, он оказался в маленькой темной комнате. По сравнению с залом Сазатоса она напоминала чулан, но в центре высилось нечто, подавляющее своим присутствием.

Свет факела выхватил очертания. Это напоминало голема.

— А? Кажется, я это где-то видела, — сказала Бертельгия.

Стоило подойти ближе, как возник ожидаемый текст.

[ Ну как? Каковы впечатления от "Финального оружия против Великого Бедствия", созданного величайшим гением и Восьмым Героем? ]

В глазах Ким Сончхоля мелькнул интерес.

«Экхарт, что ли? Тот самый забавный друг».

Текст продолжался:

[ Не спеши с выводами, глядя лишь на макет. Мой шедевр, "Финальное оружие против Великого Бедствия: Бертельгия-1", превосходит размерами всех созданных големов вместе взятых. ]

[ Этот богоподобный гигант сможет остановить любые Бедствия, угрожающие нам, и... ]

Внезапно пирамиду сильно тряхнуло.

Бум!

Снаружи раздался мощный удар.

«Землетрясение? Нет. Это...»

Глаза Ким Сончхоля расширились.

В то же время.

Над джунглями разнесся резкий звук свистка. Клэрис с ужасом смотрела в небо над пирамидой.

Там, окруженный магическими кругами, словно бог смерти, парил человек небольшого роста.

— Ха-ха-ха-ха! Ты вроде не нищий, а на объедки слетаешься мгновенно! Здесь ты и сдохнешь!

Сазатос из Семи Героев.

Маг с множеством ртов был здесь, в Великом лесу.