Перевод: Astarmina

В жизни бывают ситуации, когда слова «как назло» очень точно описывают происходящее. Каждый день берешь зонт, но «как назло» забываешь его именно в дождливый день. Всегда хорошо справляешься с работой, но «как назло» в важный день допускаешь ошибку и получаешь худшую репутацию, чем коллега, который постоянно бездельничает.

В такие моменты приходят радикальные мысли: «Лучше бы вообще не начинала».

Именно так я сейчас и чувствовала. Увлекалась чтением книг, и «как назло» вселилась в героиню такой книги.

«Боже, лучше бы я вообще не читала эту книгу!»

Через прозрачное окно лился солнечный свет. Звучала величественная музыка органа.

Вокруг стояли радостные люди.

А я одна стояла в растерянности посреди красной дорожки. Посмотрела на стоящего рядом жениха.

Его лицо идеально подходило этому храму.

Аккуратно собранные черные волосы и глубокие красные глаза, таящие некую тайну. Утонченные черты лица и превосходные пропорции тела.

«Ха...»

Я нервно усмехнулась, смотря на сияющий свет за спиной священника влажными глазами. О, Боже.

Мой будущий муж оказался убийцей.

Он разрывает людей на части.

***

Примерно десять минут назад я умерла и мою смерть констатировали:

— 17 марта 2021 года, 12 часов 03 минуты, констатирована смерть.

Я рано потеряла родителей, и с одиннадцати лет жила у дяди, где меня постоянно унижали.

Мои родители имели значительное состояние, но дядя с женой, якобы управляя им, всё растратили, а я даже не увидела этих денег. При этом они не позволяли мне нормально посещать дополнительные занятия.

С трудом найдя работу, куда редко берут несовершеннолетних, я копила деньги. И при этом не забрасывала учебу.

Благодаря усердию и настойчивости я поступила в университет своей мечты.

Повзрослев, ежедневно спорила с дядей и его женой о наследстве родителей.

Собрав деньги, я наняла адвоката, но однажды у меня сильно заболел живот. Думала, что это от стресса, но боль становилась невыносимой. Когда я наконец обратилась в больницу, мне поставили диагноз рак поджелудочной железы.

Рак поджелудочной в таком возрасте?

Врач сказал, что болезнь уже слишком распространилась, чтобы что-то можно было сделать.

Я отчаянно боролась за жизнь. Но усилия не всегда приносят желаемый результат. Если бы знала, что так будет, то подожгла бы дом дяди. Сожаления пришли слишком поздно.

Говорят, слух остается даже после остановки сердца. Кажется, я смутно слышала объявление о смерти.

После этого я ничего не помню. Просто всё оборвалось. Пока не раздалсяю торжественный колокольный звон.

«Что это?»

Меня, растерянную, ударил луч света.

Открыв глаза из-за невыносимого сияния, я увидела своды величественного храма, высоту которых невозможно было определить.

«Загробный мир? На ад не похоже...»

Стены были белыми, но с синеватым оттенком, что придавало им особую святость.

Разве в аду осыпают цветами? Нет. А в раю? Да.

«Боже мой».

В конце длинного прохода на возвышении стоял пожилой мужчина в белых одеждах. Он держал тонкую книжку и с улыбкой смотрел на меня.

«Человек, который проведет меня в рай, или, может быть, ангел».

Видя его доброе лицо, я тоже почувствовала прилив радости и улыбнулась в ответ.

Я уверенно пошла вперед. На ходу почувствовала, что что-то мешает моим ногам, и взглянула вниз.

«Платье? Почему я в платье?»

И не просто платье, а пышное свадебное платье. Разве дорога в рай обычно такая нарядная? Среди всей этой неразберихи почувствовала нечто тревожное. Когда появились сомнения об этой ситуации, моя правая рука, которая до этого не вызывала беспокойства, вдруг стала казаться тяжелой.

Я ощутила тепло. Будто кто-то держал меня за руку. Повернув голову, я увидела красивого мужчину, держащего мою руку.

«Ч-что это такое?!»

В обычной ситуации я бы мысленно присвистнула, но сейчас была просто ошеломлена. Я чуть не закричала, но, к счастью, сдержалась.

Посмотрела на него с недоумением. Он, как и я, был нарядно одет. Когда первое удивление прошло, смогла разглядеть его выразительную внешность.

У него были аккуратно собранные черные волосы, спадающие до плеч. Его красные глаза, одновременно печальные и чистые, смотрели на меня.

Он выглядел добрым, но с каким-то глубоким прошлым. При каждом шаге было заметно его стройное телосложение, даже скрытое под одеждой.

«Я не слышала, что для входа в рай нужно держаться за руки с незнакомцем».

Кто этот человек? Я взглядом выразила свое замешательство стоящему на возвышении человеку. Он красив, но всё это странно.

К сожалению, он, похоже, не умел читать мои мысли. Он проигнорировал мой взгляд и начал говорить торжественным голосом:

— Сегодня свадебная церемония проходит в рамках мессы по традиции Великого Храма. Будем благодарны, если вы присоединитесь к нам в молитве, чтобы эти двое могли стать одним целым через это священное таинство.

Что?..

«О чем вы говорите?»

Я растерянно оглядывалась вокруг. Ощущая какое-то давление на волосы, я ощупала голову. Под пальцами оказалась грубоватая фата.

«Как можно делать это без моего согласия?»

Я хотела поднять руку, чтобы возразить.

«Почему моя голова... так...»

Я почувствовала сильную головную боль. Пока молча морщилась, в мою голову начали вливаться странные воспоминания.

[Пророчество велит тебе выйти замуж за Верховного Священника, Виви! Хотя церемония много раз срывалась, видимо, это была судьба, предназначенная для этого дня!]

[Вот Верховный Священник. Боже, он выглядит еще красивее, чем я слышала. Не время для этого. Давай, иди поздоровайся!]

[Когда поедешь в столицу, будь осторожна по ночам. Говорят, там не прекращаются жуткие серийные убийства. Но Верховный Священник защитит тебя.]

«Подождите, неужели...»

Несмотря на головокружение, священник продолжал церемонию. В этой ужасающей и смущающей ситуации я урывками слышала его слова.

— Сегодня мы собрались в храме Эльбрадо с радостью в сердцах, чтобы присутствовать на свадьбе Верховного Священника Сениэля Маккерта и госпожи Виви Джезрайн. Мы находимся на этой бесценной церемонии двух людей.

«П-подождите. Имя жениха — Сениэль Маккерт? И я — Виви?»

Внезапно информация в моей голове сложилась. Еще до того, как точно поняла, что происходит, пришло осознание катастрофы.

В ушах зазвучала сирена.

«Это же точь-в-точь как в романе «Два вкуса»!»

Теперь я поняла всю ситуацию.

Красивый, но подавленный жених. Святой Великий Храм. Его имя и воспоминания «Виви».

Явно оказалась в романе. Иначе это невозможно объяснить.

— Прошу всех помолиться за эту пару.

Я не знала, почему вселилась в тело героини романа и как сюда попала, но сейчас это было не главное.

Брак с главным героем с раздвоением личности. Днем — Верховный Священник «Сениэль», ночью — убийца «Кид», разрывающий людей.

И я была статисткой, которая умрет, если хоть раз встретится взглядом с убийцей Кидом.

«Нужно бежать!»

Я слишком поздно поняла, что единственный шанс сбежать — сейчас, когда все закрыли глаза для молитвы.

В отчаянии я обернулась и увидела открытый выход.

«До выхода далеко, но... была не была».

Я крепко схватила подол платья и робко шагнула к выходу. Вокруг были люди с закрытыми глазами.

«Если они вдруг откроют глаза...»

В этом мире бог и религия были превыше всего. Здесь верили, что неподчинение пророчеству приводит к проклятию. Если невеста попытается сбежать, нарушив священное пророчество, она станет добычей для всех.

От этой мысли по всему телу пробежали мурашки, и я споткнулась. И в этот момент...

— Кхм!

«Боже мой!»

Внезапно священник прочистил горло. Это стало сигналом, и все открыли глаза.

Я быстро посмотрела вперед, чтобы не встретиться взглядом с людьми позади меня. И притворившись, что просто поправляла платье, смущенно улыбнулась.

Уголки моих губ дрожали. Сердце билось так сильно, что казалось, вот-вот выскочит.

— Пусть те, кто соединяется брачным договором, будут связаны узами любви, принесут плоды любви и станут свидетелями любви.

Нет, святой отец. Кажется, произошла ошибка.

Не я должна выходить замуж за этого человека. Я только что умерла и не хочу умирать снова. К тому же, этот человек разрывает людей на части и сдирает кожу!..

Но добрый священник не мог прочитать мои мысли.

— Итак, мы здесь как свидетели перед Эльбрадо для заключения этого брака. Теперь я спрошу о намерениях.

Не спрашивайте. Священник с добрым лицом посмотрел на Сениэля.

— Сениэль Маккерт, вы вступаете в этот брак по собственной воле, без какого-либо принуждения?

— Да...

Сениэль выглядел нехорошо.

Да, это понятно.

В отличие от Кида, Сениэль был добрым человеком. Он категорически противился убийствам Кида. Поэтому он использовал все средства, чтобы остановить того, и страдал от этого. Вероятно, сейчас он тоже переживал из-за того, что не смог предотвратить этот брак.

Но в этот момент я не испытывала к нему сострадания.

— Виви Джезрайн? Госпожа Джезрайн?

— А? Да.

— Вы вступаете в этот брак по собственной воле?

Мои губы раскрылись и снова закрылись. Даже если я скажу «нет», они не воспримут мое мнение, а скорее отправят меня на эшафот как неверующую. Разве могу я сказать «нет»? Сдерживая слезы, я ответила.

— Да...

Слезы застилали мне глаза.

***

Так вот какое чувство, когда добровольно идешь в ад.

Я смотрела через окно кареты на величественный особняк, возвышающийся вдали.

«Так вот он, тот печально известный...»

После слезливой свадьбы не было никакого банкета, словно намек, что о побеге не стоит и думать. Меня сразу же посадили в карету и привезли в дом Сениэля.

Дорога от ворот через передний двор до входа в особняк была невероятно длинной. Карета долго ехала с моротонной скоростью.

Широкие газоны, образующие идеальную симметрию, и статуи ангелов, отражающие религиозный характер места. Скорее из инстинкта выживания, чем из восхищения красотой, я внимательно изучала сад.

За газонами, начинающимися от ворот, наконец, показался особняк.