(П.П: Оригинальное название главы (素敵な結婚式, sutekina kekkonshiki) дословно «Прекрасная/чудесная свадьба». Но 素敵な не просто что-то красивое и хорошее, а эмоционально-заряженное и значимое, то что поражает воображение. К концу главы вы поймёте к чему это объяснение.)

Прошло время, и настал день свадьбы. Со всех концов Королевства Черда в королевский дворец стекались дворяне-зверолюды.

Крупные аристократы из фракции Кармина выглядели довольными, в то время как знатные вельможи, поддерживающие Оамера не скрывали раздражения. Однако независимо от принадлежности к фракциям, средние и мелкие дворяне выглядели одинаково угрюмыми.

Война ударила не только по крестьянам. Если учитывать размер утраченного имущества, то дворянство понесло куда более серьёзные убытки. Многие из них залезли в долги, чтобы снабдить армию солдатами, однако королевское правительство не только не вознаградила их новыми землями, но даже не помогли с выплатой выкупа за пленных… О финансовом положении тех, чьи владения находились в Трипортании, и вовсе не стоило упоминать.

Крупные аристократы смогли выдержать такие расходы, но мелкие и средние дворяне — нет. Многие из них оказались в нищете, а кое-кто уже объявил о банкротстве.

И вот, в разгар этой беды — свадьба. А это означало, что придётся заказать соответствующие наряды и явиться с хотя бы одним-двумя свадебными дарами. В мирное время это не стало бы проблемой, но сейчас это сильно било по и без того опустошённым кошелькам.

К тому же многие понимали, что это всего лишь политический ход Кармина и Короля. Они не желали этой войны, они хотели, чтобы их финансовое положение было спасено. Для многих из них эта свадьба была не просто неприятна — она оскорбляла их чувства.

Впрочем… вслух этого никто не говорил.

Но скрыть общее недовольство было невозможно, и в итоге свадебная церемония проходила в крайне тягостной атмосфере.

Как говорится, главные герои появляются с опозданием. Семья Гейсерия, включая Соню и Кармина, прибыла во дворец примерно за три дня до свадьбы.

"…Давно не виделись, Ваше Величество." — произнесла Соня.

"И правда давно, Соня." — ответил Хильдерих II.

После той встречи в зале заседаний это был их первый разговор.

"В тот раз я позволила себе непростительное поведение. Прошу простить меня за это." — сказала Соня, склонив голову.

Хильдерих II покачал головой:

"Нет, я уже не держу на тебя зла... В конце концов, мы станем мужем и женой. Пусть прошлое останется в прошлом."

С этими словами он внимательно оглядел её.

Соня всегда носила военный мундир и брюки для верховой езды. Волосы она заплетала в простой хвост, чтобы не мешали, и никогда не пользовалась косметикой.

Война, а не цветы — так можно было охарактеризовать эту девушку.

Но сегодня она была одета в изящное платье. Её волосы были заплетены и украшены изысканными заколками. Казалось, что на её лице нанесён лёгкий макияж. Правда, меч на поясе никуда не делся.

(…Если посмотреть вот так, то она и правда красивая.) — поймал себя на этой мысли Хильдерих II.

На самом деле за тем, что его свадьбу с Соней ускорили ,а Оамер был устранён, скрывалась одна деталь.

Как известно, у Хильдериха II была любовница — Кассандра, дочь Оамера. Он души в ней не чаял. Но она была человеком. Она старела куда быстрее, чем высшие зверолюды. Иными словами, её красота начинала увядать.

Разумеется, это не значило, что Хильдерих II разлюбил её… но пыл, что когда-то наполнял его сердце, постепенно угас. Вместо этого его внимание стало всё больше привлекать… Соня.

Когда они впервые обручились, между ними была разница более десяти лет. Тогда Соня была слишком молода, и Хильдерих II не воспринимал её всерьёз. Он даже не испытывал к ней влечения.

Но пока Кассандра старела, Соня превращалась в прекрасную юную девушку. Её фигура вытянулась, грудь округлилась, а мягкие каштановые волосы и глаза стали ещё выразительнее.

Теперь, в свои семнадцать, она расцвела во всей красе. Будь она посторонней, ему было бы всё равно. Но раз она принадлежала ему…

Как ни крути, а интерес к ней у него появился.

Разумеется, характер у неё был скверный, но в постели характер значения не имеет. Достаточно и того, что у неё красивое лицо и прекрасное тело.

"Кстати, Соня." — заговорил Хильдерик II.

"Да, Ваше Величество?"

"Ты говорила, что хочешь пригласить на свадьбу своих воинов… Багровых Волков. С чего вдруг?" — нахмурился Хильдерих II .

Багровые Волки, конечно, состояли из доблестных зверолюдов, но большинство из них были лишь низшими дворянами. На свадебную церемонию таких не звали.

"Всё верно. Я сражалась с ними плечом к плечу, прошла с ними через огонь и воду. Но теперь, когда я выйду за вас, Ваше Величество, мне уже не суждено так свободно появляться на поле боя. Багровые Волки будут расформированы."

…Конечно, в кое-какой стране встречаются императрицы, которые и после свадьбы скачут по полям сражений, но это скорее исключение. В большинстве случаев, замужество означало конец военной карьеры.

"Хм… И что с того?"

"Это будет последний раз. Я хочу, чтобы они увидели меня в день моего триумфа. Конечно, я не требую звать всех и сажать на лучшие места. Но хотя бы командиров, двадцать мест… Позвольте мне пригласить их в качестве представителей."

"…" — задумался Хильдерих II.

С учётом их происхождения допускать их на королевскую свадьбу было… сомнительно. Но это было желанием самой невесты.

(…Если она обидится и сбежит на поле боя, будет хуже.)

Если её возьмут в плен сразу после свадьбы, это станет страшным унижением. Лучше бы Соне оставаться смирной.

"Хорошо, пусть будет так."

"Спасибо!" — засияла от радости Соня.

Её лицо расцвело, словно весенний цветок… И Хильдерих II, сам того не ожидая, почувствовал, как его сердце на миг дрогнуло.

Прошло время, и наконец настал день свадьбы.

В мессианских странах, включая Лемурийскую империю, свадебные церемонии проводятся в церкви. Праздничный пир после них — всего лишь банкет в честь торжества, но не часть самой церемонии.

Однако в Королевстве Черда традиция была несколько иной. Хотя церемонию также вели священнослужители, проходила она не в храме, а в просторном бальном зале. Здесь пиршество и есть свадьба.

Для зверолюдов свадебная церемония изначально была просто праздником. Они не совершали каких-то строгих обрядов — свадьба для них означала шумное веселье в честь появления новой семьи.

Королевство Черда сохранило этот обычай в полной мере. Такое положение дел объяснялось политическим курсом страны, открыто провозглашающей верховенство зверолюдов и не слишком проникшейся мессианской культурой.

Тем не менее сам порядок проведения церемонии мало чем отличается я от других мессианских стран.

Поэтому…

Хильдерих II, как жених, терпеливо ждал свою невесту Соню среди приглашённых гостей. Даже зверолюды, считающие свадьбу поводом для шумного веселья, по крайней мере до момента клятвы хранили молчание.

Чуть заметно нервничая, Хильдерих II ждал, когда священнослужитель объявит о появлении невесты.

Наконец, раздался его голос.

Огромные двери отворились, и Соня, сопровождаемая Кармином, вступила в зал.

"О…" — невольно вырвалось у Хильдериха II.

Сегодня Соня была особенно прекрасна. Её лицо украшал тщательно наложенный макияж, волосы были уложены в затейливую причёску и украшены драгоценностями. На ней было великолепное платье — ослепительно белое, символ чистоты.

Мода на такие платья зародилась в Лемурийской империи, но у моды нет границ. Даже если две страны находились в состоянии вражды, стиль и одежда продолжали находить отклик в сердцах людей.

"Тебе очень идёт." — искренне произнёс Хильдерих II.

Соня смущённо улыбнулась и слегка поклонилась.

"Благодарю за тёплые слова."

Однажды Соня видела, как Шахерезада носила ослепительно красивое белое платье. В каком-то смысле её давнее желание — примерить подобное платье — наконец сбылось.

Впрочем… разница всё же была.

Из-за недостатка технологий и средств, её наряд заметно уступал тому, что носила Шахерезада. Платье попросту не соответствовало красоте самой Сони. Но жители Королевства Черда, которое в искусстве и культуре отставало от Лемурийской империи на шаг, а то и на два, попросту не замечали этого.

Священнослужитель начал зачитывать Священное Писание…

А затем настал момент обмена свадебными клятвами. Хильдерих II первым произнёс свою клятву перед Богом. После этого священнослужитель обратился к невесте, призывая её сделать то же самое.

Однако…

Соня, всё так же улыбаясь, не произнесла ни слова. Зал погрузился в тишину, в которой вскоре зазвучал шёпот гостей.

"Соня, тебе нездоровится?" — обеспокоенно спросил Хильдерих II.

Соня энергично покачала головой.

"Нет, всё в порядке. Простите… Я просто немного разволновалась."

Она смущённо улыбнулась. И в тот же миг Хильдерих II, Кармин, священнослужитель, да и все гости с облегчением перевели дух. Все прекрасно понимали: если бы свадьба сорвалась, последствия для государства были бы непредсказуемыми.

Но причина, по которой Соня не смогла произнести клятву, оказалась неожиданно милой и по-женски очаровательной. Большинство присутствующих почувствовали облегчение, а затем посмотрели на неё с тёплой улыбкой.

"…Ну что ж, теперь я могу ответить? "

"Да, конечно." — подтвердил священнослужитель.

Соня сделала глубокий вдох, а затем, с неизменной улыбкой, произнесла:

"Вот это и есть мой ответ."

В тот момент большинство присутствующих не могли осознать, что именно произошло у них на глазах. Слишком внезапное событие застало их врасплох.

Они застыли на месте, широко раскрытыми глазами наблюдая за происходящим, разинув рты, не в силах вымолвить ни слова.

Но больше всех был ошеломлён сам Хильдерих II:

"…Э-э? Ч-т-то… кх… Это… кровь?"

Он не понимал, почему из его живота льётся кровь. Почему в нём торчит нож. Почему Соня держит его в руках, сжимая рукоять… И главное, почему на её лице сияет лучезарная улыбка?

Он не понимал вообще ничего.

"Ваши комплименты… были настолько омерзительны, что меня от них тошнило." — произнесла Соня, выдернув нож из его живота.

А затем, размахнувшись, ударила во второй раз.

Голова Хильдериха II покатилась по полу.

Авторское послесловие:

Эркюль: "Упс…"

(П.П: Я с начала думал адаптировать название как «Крышесносная свадьба», но потом подумал, что снос крыш уже был, и там было немного другое прилагательное.)