На тринадцатый день после того, как Эркюль пересёк пустыню, в прибрежных водах у города Трипор появилась десантная армия под командованием Стефана. Это произошло почти одновременно с тем, как конница под началом Джебе покинула деревню.

На следующий день после битвы за Трипор, Эркюль отправил корабль с донесением на остров Мальн. На доставку сообщения ушло трое суток. Затем, когда Стефан получил известие, он четыре дня вёл флот к берегам Трипора.

Прибыв, Лемурийский флот скрепил свои корабли между собой толстыми цепями, закрепляя их в устойчивое положение, и выстроил их так, чтобы они полностью перекрывали вход в порт. После чего вдоль побережья выстроились десантные суда.

Что касается Королевства Черда, то они к тому моменту уже отказалось от попыток вести морское сражение. Все их корабли были затоплены, лишь бы лишить врага возможности использовать гавань. Кроме того, бухта была перекрыта массивными цепями.

"Ваше Величество, вон там поднялся дымовой сигнал!"

"Похоже на то." — посмотрел Эркюль в направлении, куда указывала Алисия, и ухмыльнулся.

У западных ворот Трипора уже выстроились войска численностью 33.000 солдат.

"Если Стефан подал сигнал, значит, он уже готов начать наступление в любой момент." — усмехнулся Эркюль.

После чего отдал приказ одному из солдат:

"Отправьте ответный дымовой сигнал... С этого момента начинаем генеральное наступление."

С суши на город обрушились 33.000 воинов. С моря — 20.000. В общей сложности 53.000 лемурийских солдат начали штурм Трипора, где засело всего 10.000 защитников.

В первый день наступления Лемурийская армия сосредоточилась на применении метательных орудий.

На суше гремели требушеты, созданные инженерами Лемурийской империи, забрасывая город различными снарядами. Это могли быть просто камни, либо подожжённые тюки соломы, пропитанные маслом, либо трупы людей и животных, либо горшки, наполненные нечистотами, и многое другое.

Кроме того, булгаронская кавалерия и катафрактарии использовали тактику быстрых набегов: они подскакивали вплотную к городским стенам, обрушивали град стрел и тут же отступали, постепенно сокращая численность защитников.

На море с баллист, установленных на кораблях, выпускали огромные стрелы. Иногда к их наконечникам крепились небольшие стеклянные бутыли, заполненные «Священным Пламенем» — смесью очищенной нефти, сосновой смолы, серы и селитры. Они летели в порт, оставляя за собой зловещий огненный след.

"Неожиданно, но противник довольно слабо сопротивляется."

В тот вечер Алисия поделилась с Эркюлем своими впечатлениями о ходе осады. Обычно во время штурма защитники осыпали атакующих стрелами, словно дождём.

Разумеется, стрельба c высоты городских стен давала значительное преимущество. Как бы ни были хороши составные луки Лемурийской армии, они не могли полностью нивелировать разницу в высоте. Однако град стрел со стороны Королевства Черда оказался на удивление скудным.

"Похоже, потеря лёгкой пехоты им сильно аукнулась."

В армии Черды обязанности лучников возлагались на лёгкую пехоту. Но после недавнего сражения их численность сократилась до одной пятой от первоначального состава. Особенно сильно пострадала именно лёгкая пехота, которую бросили против булгаронских всадников и катафрактариев.

"Зато они активно используют метательные снаряды. Кажется, к обороне привлекли горожан." — заметила Шахерезада.

Командующий войсками противника, генерал Кармин, не имея достаточного числа лучников, мобилизовал физически крепких горожан. Они метали камни, мебель и другие тяжёлые предметы, обрушивая их на армию Лемурии.

Даже неподготовленный человек мог просто швырнуть что-то с высоты. А если сбрасывать тяжёлый предмет со стены, убойной силы будет более чем достаточно для убийства. В общем, тактика не самая плохая. Правда…

Как бы ни помогала разница в высоте, дальность броска у необученных людей была весьма ограничена.

В итоге среди мобилизованных горожан было немало жертв.

"Ваше Величество, значит ли это, что сегодняшний день был лишь разведкой боем? А с завтрашнего дня начнётся полноценный штурм?" — спросила Алисия, поскольку Эркюль пока не проявлял особой активности.

Ограничившись обстрелом из метательных машин и изредка налётами на стены, он явно не спешил с генеральной атакой. При этом обстрел продолжался и сейчас. Особенно это касалось требушетов — их Эркюль намеревался держать в работе всю ночь.

При этом необязательно было попадать в саму стену — главное, чтобы снаряды долетали до домов внутри города. Это уже само по себе причинит потери противнику и, что ещё важнее, окажет на них психологическое давление.

"Пока будем действовать в том же духе. Ещё лучше, если требушетам удастся хорошенько попасть по стене."

До прибытия Стефана, Эркюль приказал вырубить ближайшие деревья и построить четыре требушета. Эти метательные машины, основанные на принципе рычага, обладали мощной разрушительной силой, достаточной, чтобы разрушить крепостную стену.

Но проблема заключалась в точности. Даже если удавалось задеть стену, то чаще всего снаряд попадал в верхнюю или среднюю часть стены, лишь незначительно её разрушая. А чтобы полностью уничтожить стену, нужно было бить по нижней части, а туда снаряды почти не попадали.

(Может, вызвать обратно Нию?) — задумался Эркюль.

Демонические глаза Нии позволяли ей видеть векторы движения. Возможно, она смогла бы помочь точнее управлять требушетами.

Но, рассудив здраво, он понял, что сам факт видения векторов вовсе не означал, что она сможет корректировать огонь требушетов. Да и и тому же, возвращать её обратно было уже поздно.

"Ну, можете не беспокоиться. Ещё пять дней — и крепость падёт."

"…Почему ты так уверен?" — задала вопрос Шахерезада.

Алисия тоже с интересом посмотрела на него, на что Эркюль лишь пожал плечами:

"Пока мы ждали Стефана, я приказал прорыть подкопы. Всего их пять. Через пять дней они достигнут основания стены. Тогда останется только обрушить опоры — и стена рухнет."

Так называемая подкопная тактика* заключалась в том, чтобы прорыть туннель под крепостной стеной и уничтожить ее фундамент. Прорубленный ход поддерживали деревянными балками, продвигаясь все глубже, пока не достигали основания стены. После этого, выбрав подходящий момент, балки поджигали.

Когда поддерживающие конструкции сгорали, туннель обрушивался, земля оседала, и стена, потеряв опору, ломалась под собственной тяжестью. Этот метод был чрезвычайно эффективным и позволял свести потери к минимуму. Однако он требовал высокой квалификации в подземных работах.

(П.П: Википедия на русском называет это подземной войной, на английском — tunnel warfare.)

Но Лемурийская армия была кадровой, а поскольку Эркюль заранее обучил своих солдат искусству рытья туннелей, подкопная тактика не представляла для них особой сложности.

Чтобы противодействовать такой атаке, врагу пришлось бы копать встречные туннели и целенаправленно разрушать подземные ходы, прорытые лемурийцами… Но сделать это было крайне сложно. Уничтожить все пять подкопов противник просто не успеет.

"Разумеется, мы также предпримем отвлекающие атаки с применением таранов, попробуем приставить к стенам штурмовые лестницы… Но все это — лишь уловки. Главный удар будет через тоннели. Именно это принесёт нам победу."

Падение крепости уже было предрешено.

Лемурийская армия продолжала осаду города днём и ночью, изматывая силы защитников. В то же время шли работы по прокладке подземных тоннелей под городской стеной.

Армия Черды, заметив эти подкопы, попыталась вырыть встречные туннели, и таким образом сумела уничтожить два из пяти тоннеля... Однако к вечеру того же дня три оставшихся подкопа достигли основания крепостной стены.

"Ну что ж. Завтра на рассвете, с первыми лучами солнца, начнём генеральный штурм. Но перед этим предложим им сдаться."

Незадолго до захода солнца, Эркюль написал письмо с предложением о капитуляции и отправил его в Трипор.

В письме говорилось:

«Наши подкопы уже добрались до основания крепостной стены. Сопротивление более не имеет смысла. Завтра мы начнём генеральное наступление, и к тому времени вам лучше открыть ворота и сдаться. Вам ведь не хочется, чтобы невинные люди пострадали?»

"Вы уверены, что это хорошая идея, Ваше Величество?" — спросила Алисия.

Хотя он и не указал в письме точное время штурма, но сам факт того, что он уведомил противника о подкопах, казался ей слишком большим подспорьем для обороняющихся.

"Это не проблема. Подумай сама, они уже не успеют вырыть новые встречные тоннели."

"…Ну, в этом вы правы." — кивнула Алисия, соглашаясь.

"Хотелось бы избежать уличных боёв." — заметила Шахерезада.

"Верное замечание. Это приведёт лишь к дополнительным потерям..." — согласился Эркюль.

Осада не заканчивалась на штурме крепостных стен. Даже если армия успешно проникнет в город, впереди её будет ждать затяжной бой в городских условиях. Вражеские войска могли воспользоваться знанием местности, а это неминуемо привело бы к большим потерям среди атакующих.

Кроме того, могли пострадать и мирные жители. Если их число окажется слишком велико, это создаст проблемы при дальнейшем управлении городом.

"К тому же… мне хотелось бы сохранить крепостные стены." — добавил Эркюль.

Взятие Трипора не означало конец войны. Было крайне вероятно, что враг попытается отбить город, и в таком случае укрепления, оставленные в целости, могли сыграть ключевую роль.

"Ну что ж… Надеюсь, они согласятся сдаться."

Но вне зависимости от их выбора, к утру над Трипором взовьётся знамя двуглавого орла.

В ту ночь Кармин и его подчинённые обсуждали, следует ли им сдаться.

Сторонники капитуляции утверждали, что дальнейшее сопротивление бессмысленно. Если стены рухнут, их просто раздавят в пять раз превосходящие силы противника. Кроме того, поражение в предыдущем сражении и изнурительная многодневная оборона подорвали боевой дух войска.

Но среди них было немало и тех, кто выступал против капитуляции. Их доводы сводились к тому, что утверждение лемурийцев о туннелях под стенами — всего лишь ложь. А значит, утром стены не обрушатся, и у них всё ещё есть возможность продолжать бой. Трипор был вторым по значимости городом Королевства Черда, его главным оборонительным узлом. Его нельзя было терять.

Однако аргумент противников капитуляции, что туннели под стенами якобы всего лишь выдумка врага, был опровергнут наблюдателями, зафиксировавшими сотрясения, неизбежно возникающие при рытье подкопов. Точное их расположение было неизвестно, но очевидно, что несколько туннелей уже проложены… И ни один из них ещё не был уничтожен. Следовательно, была велика вероятность, что они действительно достигли основания стен.

"…Похоже, нам не остаётся иного выхода, кроме как сдаться. Я не могу допустить гибели солдат и мирных жителей…" — пробормотал Кармин.

Однако один из офицеров решительно покачал головой:

"Ни в коем случае, Ваше Превосходительство! Если вы попадёте в плен… королевский дворец окажется в руках этого предателя, Оамера!"

"Это…" — запнулся Кармин.

Действительно, если он попадёт в плен к Лемурии и оставит королевский дворец без присмотра, влияние Оамера неизбежно возрастёт.

Он совершенно не мог представить, что его дочь Соня сумеет противостоять Оамеру, заменив его в качестве главы фракции.

"Ваше Превосходительство… почему бы нам не сбежать?" — предложил один из подчинённых.

Кармин нахмурился.

"Что ты имеешь в виду?"

"Все, кто здесь присутствуют, — ключевые фигуры вашей фракции. Если вы попадёте в плен, это станет серьёзной проблемой, но если схватят нас всех… В королевстве просто не останется командиров, способных вести армию."

Во время недавней гражданской войны большинство воинственных аристократов-зверолюдов, известных как партия войны, поддержали Лауса I. Итогом этого стало то, что многие талантливые генералы были убиты в бою или казнены.

Если теперь ещё и Кармин, его сторонники и ближайшие соратники окажутся в плену, Королевство Черда лишится практически всех военачальников.

"Но как я могу бросить солдат и жителей города…" — пробормотал Кармин.

Однако в глубине души он уже начал прикидывать возможные выгоды:

(…Трипортания — оплот этого предателя, Оамера. Даже если я её потеряю, это не будет для меня большим ударом.)

Стоит ли ему вообще изо всех сил пытаться её защищать?

(В конце концов, во всём виноват этот недоучка, этот молокосос Иасон. Если я свалю всю ответственность на него, это даже даст мне повод атаковать Оамера.)

На лице Кармина мелькнула улыбка.

(А почему, собственно, сюда так и не прибыли подкрепления? Наверняка Оамер нашептал Его Величеству всякую чушь, и тот решил, что войска здесь не нужны. То есть… во всём виноват Оамер.)

Так он для себя это и решил.

Да, возможно, Кармина обвинят в поражении, но… как ни крути, у Хильдериха II не останется выбора, кроме как вновь доверить ему командование войсками. Если не считать Иасона, только он мог хоть как-то противостоять Императору Лемурии. К тому же немалая часть армии Черды набиралась с его земель.

"Ничего не поделаешь… Оставим в городе нескольких командиров, а сами уйдём."

Таков был его окончательный выбор.

В ту ночь Кармин и его сторонники скрылись из Трипора, воспользовавшись тайным проходом.

На следующее утро ворота города распахнулись, и 53.000 солдат Лемурийской армии вошли в Трипор.

Это произошло на восемнадцатый день с тех пор, как Эркюль начал переход через пустыню.