"Ваше Величество! Ваше Величество! Он только что пнул!"

"Хм... Стоило мне отвернуться, как он начал двигаться." — с усмешкой заметил Эркюль.

Рядом с ним сидела Каролина, её живот заметно округлился. Она с нетерпением позвала мужа, чтобы он почувствовал, как их ребёнок толкается. Эркюль, поддавшись её просьбе, долго держал руку на её животе. Но ребёнок так и не подавал признаков активности, пока он, потеряв терпение, не убрал руку. И тут же малыш начал активно шевелиться.

"Неужели он меня не любит?"

"Он просто стесняется, вот и всё." — весело ответила Каролина.

(Ну, по крайней мере, сейчас у неё хорошее настроение.) — подумал Эркюль, внутренне вздыхая.

В последнее время эмоции Каролины менялись так же часто, как весенняя погода. То она была счастлива и беззаботна, то внезапно начинала плакать от тревоги, а иногда раздражалась по малейшему поводу. Сифани во время своих беременностей не проявляла подобной нестабильности, что заставляло Эркюля слегка теряться.

"Ваше Величество, а вы кого бы предпочли: мальчика или девочку?"

"Если выбирать, то, пожалуй, девочку. Но главное, чтобы ребёнок родился здоровым." — ответил Эркюль, повторяя уже привычные слова.

Разговор на эту тему повторялся так часто, что он даже не знал, сколько раз уже отвечал на него. Но каждый раз Каролина радостно улыбалась, будто слышала ответ впервые, и это продолжало озадачивать Эркюля.

Для него сам ребёнок был лишь абстракцией: он заботился больше о благополучии Каролины. Для неё же будущий ребёнок стал центром вселенной, ради которого она была готова отдать даже свою жизнь. Их отношения к ситуации шли параллельно, не пересекавшись.

Однако Эркюль был достаточно мудр, чтобы скрывать свои мысли, и благодаря заботе окружающих Каролина даже не подозревала о его истинных чувствах.

"Но… всё же, родится ли он здоровым?" — тревожно спросила она.

Эркюль вздохнул про себя и, мягко погладив её волосы, подумал: (Ну вот, снова начинается…)

Внутренне он был готов сбежать.

(Если ребёнок должен родиться, то он родится. А если нет — тут я ничего не смогу поделать.) — такие мысли начинали бродить у него в голове.

К тому же, у Эркюля был опыт с Сифани, которая успешно родила второго ребёнка, пока он был занят государственными делами в Булгароне.

Разумеется, он понимал, что плохое эмоциональное состояние матери могло повлиять на роды. Но это ещё не значило, что он обязан был быть рядом с Каролиной всё время.

"Ваше Величество… всё будет хорошо?"

"Конечно. Всё будет хорошо. Я ведь здесь, рядом." — ответил Эркюль.

Он, конечно, не был врачом и понятия не имел, всё ли действительно будет хорошо, но продолжал утешать Каролину. При этом он прикидывал, как бы улизнуть, однако она крепко держала его за руку.

В вопросах физической силы она превосходила Эркюля, и её беременность никак не снижала этого преимущества. Если она его удерживала, сбежать было просто невозможно.

(…Надо бы уже возвращаться к государственным делам.) — подумал он, мысленно перебирая гору обязанностей: переговоры с Королевством Фарс, поддержка Кара-Турка в войне со Страной Шелка, развитие недавно созданного Банка Лемурии, а ещё подготовка к предстоящему военному походу.

Ему действительно некогда было посвящать всё своё время одной лишь Каролине. Но он также понимал, что если силой вырваться из её объятий, это только усложнит ситуацию. Но, несмотря на своё раздражение, он любил Каролину. И когда она с мольбой просила остаться рядом, он не мог её отвергнуть.

Однако время поджимало.

"Каролина, мне нужно возвращаться к делам..." — осторожно начал Эркюль, но не успел договорить, как кто-то постучал в дверь.

"Можно войти?"

"Сифани? Конечно, заходи." — разрешил Эркюль.

Дверь открылась, и в комнату вошла Сифани, держа за руки двух детей.

Слева была шестилетняя Петра, первая дочь Эркюля. Справа — двухлетний Зинон*, второй ребёнок, родившийся во время войны с Булгароном. Оба ребёнка были эльфами-полукровками.

(П.П: Оригинальное имя (ゼノ, zeno) — запись катаканой греческого Xeno или Zeno. Второй вариант более распространён среди греческо-римских имён. Причём на русском встречается вариант Зенон — характерный для древнегреческих деятелей, и вариант Зинон — характерный для раннехристианских и византийских деятелей.)

"Ваше Величество!" — радостно закричала Петра и побежала к Эркюлю.

Она вцепилась в его рукав и с сияющими глазами подняла взгляд.

"Петра, давно не виделись. Кажется, уже прошла неделя?"

"Две недели, Ваше Величество!"

Встречи проходили раз в две недели. На первый взгляд, это немного. Но учитывая, что Петра была внебрачным ребёнком Императора, подобная частота встреч была даже высокой.

Пока они разговаривали, Каролина, заметив дочь, отпустила руку Эркюля, чтобы дать ему возможность уделить внимание детям. Эркюль ласково погладил Петру по голове, и её лицо тут же засияло от радости.

(И всё же — «Ваше Величество»? Видно, воспитание идёт своим чередом.)

Совсем недавно Петра называла Эркюля «отцом», но в какой-то момент это обращение сменилось на более официальное — «Ваше Величество». Когда она была совсем маленькой, подобные фамильярности прощались. Однако, став старше и начав понимать, что к чему, девочка, вероятно, была обучена соблюдать этикет либо своими наставниками, либо самой Сифани.

"П-папа..."

"Зинон? Давай, иди сюда." — мягко сказал Эркюль.

Видимо, завидуя тому, как Петра прижималась к Эркюлю, Зинон тоже бросился к нему и крепко обнял за талию. Эркюль нагнулся и погладил его по голове.

"Дети... не надо так докучать Его Величеству. Ну-ка, достаточно!" — вмешалась Сифани.

"Хорошо." — послушно ответила Петра.

"...Хорошо." — чуть менее охотно отступил Зинон.

Хотя Каролина порой доставляла Эркюлю гораздо больше хлопот, это был вопрос их статуса.

"Вижу, воспитание идёт успешно?"

"Ха-ха... просто перед вами они такие ангелочки, Ваше Величество."

"Ну, я наслышан. Кажется, Петра особенно отличается озорным нравом?" — сказал Эрюль.

Услышав это, Сифани смущённо улыбнулась, понимая, о чём идёт речь. Видимо, её ежедневные хлопоты были нешуточными.

"Что ж, если возникнут проблемы, зови меня. Как минимум, я должен помогать как отец... Но всё-таки, сегодня ты пришла не для того, чтобы увидеться со мной, верно?"

"Ах, да. Я хотела навестить Её Высочество Каролину." — объяснила Сифани.

Правильнее было бы сказать, что, пользуясь случаем, она привела детей, чтобы они увидели отца, пока навещала Каролину.

Эркюль слегка отступил в сторону, давая Сифани возможность подойти ближе. Она медленно подошла к постели Каролины.

"Ваше Высочество Каролина, как вы себя чувствуете?"

"Неплохо… Но немного тревожно. Боюсь, что у меня не получится родить здорового ребёнка, как у тебя, Сифани."

Каролина взглянула на Петру и Зинона, которые теперь вели себя тихо и спокойно, словно читая обстановку.

Сифани протянула руку и взяла Каролину за руку.

"Я понимаю, Ваше Высочество. Мне тоже было страшно в первый раз… А во время рождения Зинона, когда Его Величества не было рядом, я чувствовала себя особенно одиноко."

"..." — невольно нахмурился Эркюль.

(Неужели она так переживала?) — подумал он.

Однако, если она говорит, что была встревожена, когда его не было рядом, он не мог это оспорить. На момент рождения Зинона Эркюль действительно был занят войной с Булгароном и практически не уделял внимания своей семье.

(Это что, начало их жалоб на меня?) — подозрительно подумал он.

Если женщины начнут обсуждать, как он «не понимает их чувств», Эркюль мог только готовиться к неприятным упрёкам.

(Или это просто тонкий намёк, чтобы я оставил их наедине?)

Эркюль уловил общий посыл и сделал вывод, что сейчас самое время удалиться. Возможно, женщины действительно хотели поговорить о чём-то таком, что мужчинам лучше не слышать.

"Ну что ж, опытной матери и впервые рожающей женщине... наверное, есть о чём поговорить. Я отлучусь ненадолго, дел у меня невпроворот." — сказал Эркюль.

Затем он повернулся к детям:

"Петра, Зинон, учитесь прилежно. Не доставляйте хлопот Сифани и вашим наставникам, ладно?"

Оставив это напутствие, Эркюль стремительно покинул комнату, как будто сбежал.

Спустя несколько недель, благодаря поддержке и заботе Сифани, Каролина восстановила душевное равновесие и успешно родила ребёнка.

"Фух… Это была боль, которую я никогда раньше не испытывала." — выдохнула Каролина, лёжа на кровати.

"Судя по твоему виду, ты довольно бодра, несмотря на это." — заметил Эркюль, отодвигая влажные от пота пряди её волос.

Он невольно вспомнил, как присутствовал при родах Сифани: тогда она была настолько истощена, что едва могла дышать. Однако Каролина, хотя и выглядела уставшей, выглядела куда лучше.

"Ну, я ведь постоянно тренировалась." — сказала Каролина с лёгкой улыбкой.

"Понятно… Значит, всё дело в базовой физической подготовке." — кивнул Эркюль.

Будучи воином, Каролина привыкла поддерживать своё тело в отличной форме, что заметно отличало её от более хрупкой Сифани. Хотя само рождение ребёнка зависило от множества факторов, физическая подготовка явно играла немаловажную роль в состоянии матери после родов.

"Ваше Величество… Возьмите её на руки, пожалуйста." — попросила Каролина.

"Конечно." — мягко ответил Эркюль, бережно принимая младенца из её рук.

У ребёнка были слегка заметные рыжие волоски — черта, унаследованная от Каролины.

"Очаровательная девочка. Выглядит здоровой, и это главное…" — с облегчением произнёс Эркюль, внимательно осматривая малышку.

"Ваше Величество… Вы уже придумали для неё имя?"

"Ах, чуть не забыл. Думаешь, я не подумал об этом заранее? Если бы родился мальчик, я назвал бы его Константином, но раз девочка — пусть будет Константина." — торжественно объявил он.

Услышав его слова, Каролина слегка прищурилась.

"…Неужели следующего ребёнка ты собираешься назвать Александром или Александрой?"

"…Как ты догадалась?" — удивился Эркюль.

"А третьего ребёнка, если это будет мальчик — Антиох, а если девочка — Антиохида, верно?"

"Ты меня читаешь как открытую книгу. Но, согласись, это всё-таки неплохие имена."

"Честно говоря, они куда лучше, чем если бы ты начал экспериментировать и выбрал что-то слишком экстравагантное. Но разве они не слишком прямолинейны?"

"Может, мне стоило придумать что-то более оригинальное и звучное? Как насчёт… Эркюлия?" — предложил он с шутливым видом.

Каролина посмотрела на него с выражением, которое сложно было интерпретировать.

"Ты, похоже, немного комплексуешь по поводу своего имени?"

"Не могу не думать, что мой отец намеренно выбрал странное прочтение." — признался Эркюль, пожав плечами.

"Кстати… Если у нас когда-нибудь будет четвёртый ребёнок, какое имя ты ему дашь?"

"Ну… к тому моменту, наверное… скорее всего…"

Эркюль пробормотал что-то неразборчивое, прежде чем дать ответ:

"Если это будет мальчик — назову Ираклий (П.П: или Геракл), если девочка — Гераклея. Но к тому моменту я ещё кое-что поменяю."

"...Что ты имеешь в виду?"

Когда Каролина задала этот вопрос, Эркюль ухмыльнулся, словно наслаждаясь собственным замыслом.

"Это значит, что через несколько лет над Чердой будет развеваться флаг с двуглавым орлом."

Авторское послесловие:

Константин / Константина — Новая Лемурия

Александр / Александра — Алектиа

Антиох / Антиохида — Оронтия

Ираклий (Геракл)/ Гераклея — ??????

Первые три города расположены в порядке убывания численности населения.

Скорее всего, те, кто основали Новую Лемурию, Алектию и Оронтию, в этом мире носили те же имена, что и исторические личности, основавшие Константинополь, Александрию и Антиохию. Ну, скорее всего.

Что ж, если имена следуют какой-то закономерности, это придаёт всему определённое изящество.

Если так подумать, то я сожалею, что дал ребёнку Сифани имя без особых размышлений.

(П.П: Дальше реклама его нового эротического рассказа про рабыню написанного для всех возрастов (ну, да... 15+ это для всех).)