"Лунария, мне нужно одолжить немного айастанских солдат."

"…Простите, что?"

Спустя некоторое время после окончания войны с Булгароном, Эркюль внезапно заявил об этом. Лунария посмотрела на него с явным недоумением.

"Зачем?"

"Ополченцы-колонисты уже заняли новые земли, а минимальные тренировки проведены. Теперь им необходимо хоть раз испытать себя в реальном бою."

"Но ведь…"

Боевая подготовка, конечно, важна, но слабые солдаты остаются слабыми, а сильные — сильными, независимо от того, участвовали ли они в битвах. Ключевыми факторами остаются боевой дух и ежедневная тренировка. Однако армия, которая хотя бы раз побывала в сражении, внушает больше уверенности, чем та, что вовсе не видела войны.

За всю свою историю айастанцы неоднократно становились жертвами вторжений Лемурии и Фарса. Они не только никогда не побеждали, но зачастую даже не пытались сопротивляться. Насколько они окажутся полезными в реальных военных действиях в случае угрозы...

Это оставалось под большим вопросом.

Эркюль, будучи человеком рациональным и логичным, редко позволял себе обобщения вроде: «Все такие-то люди слабые» или «Все такие-то трусы». Однако даже он испытывал определённые сомнения относительно характера айастанцев.

"Пойми, вы, айастанцы, на поражениях, может, и собаку съели, но вот побеждать, похоже, совсем не умеете."

"Как грубо! Если уж вы утверждаете, что все айастанцы мазохисты, значит, я тоже?"

Собеседница выразила возмущение. Но Эркюль только вздохнул и тихо добавил:

"Слушай, Лунария."

"Что… а-а!" — начала она, но тут же испуганно вздрогнула.

Эркюль внезапно схватил её за волосы правой рукой и силой прижал к стене. Его левая рука со звуком ударила по стене рядом с её лицом. Затем он отпустил волосы, но тут же грубо схватил её за щёку, заставляя смотреть вверх.

"...Да ты и правда мазохистка."

"Ч-ч-что ты имеешь в виду?!"

"Глянь." — поднёс ей Эркюль маленькое зеркальце.

В отражении она увидела своё лицо: искажённое страхом и болью, но с лёгким румянцем и глазами, полными какого-то странного ожидания.

"...Ну, возможно, чуть-чуть что-то такое во мне и есть! Но утверждать, что все айастанцы мазохисты, — это уж слишком."

"Не спорю, твой уровень мазохизма — особый. Такие, как ты, нечасто встречаются."

"Но если только самую капельку!" — огрызнулась Лунария, оправдываясь, что у неё только капля таких наклонностей.

Эркюль проигнорировал её оправдания и продолжил:

"История говорит сама за себя. Вы, айастанцы, никогда не одерживали ни одной настоящей победы, да и вообще редко сражались. Но, несмотря на это, вы умудрились выжить до сегодняшнего дня. Ваши способности выбираться из сложных ситуаций благодаря дипломатическим манёврам на грани фола — это просто искусство. А ещё вы успешно пользуетесь своим географическим положением для торговли."

Земля, где жили айастанцы, издавна была окружена великими державами и легко подвергалась вторжениям. Лемурия, Фарс и множество других стран неоднократно пытались захватить эти территории. Однако, как ни странно, захватчики исчезали, а айастанцы оставались.

Айастанская дипломатия заключалось в том, чтобы найти самого могущественного врага в данный момент и с готовностью лизать ему сапоги. Любая другая страна за подобное поведение давно была бы уничтожена, но, судя по всему, айастанцы довели это искусство до совершенства.

"Кстати, недавно я велел Алисии поухаживать за моими ногами, но ты, Лунария, делаешь это все же лучше."

"Благодарю… Хотя это сомнительный комплимент." — ответила Лунария, с трудом скрывая удовлетворённую улыбку.

На самом деле она тайно ревновала к Алисии и воспринимала её как соперницу.

"Так, и куда ты собираешься направить армию? Неужели на Фарс?"

"Конечно, нет." — ответил Эркюль.

Сейчас отношения с Фарсом как раз стали налаживаться. Эркюль, несмотря на всю свою репутацию, не был таким мазохистом, чтобы из-за конфликтов на западе устраивать ещё одну войну на востоке.

Не то что айастанцы, которые, казалось, наслаждаются тем, как великие державы по очереди «атакуют» их страну с обеих сторон. А заодно и сама Лунария получала от этого странное удовольствие.

"Мы подчиним Северный Кавказ. Конечно, основную часть войска составят лемурийцы, но айастанцев я тоже хочу привлечь — все равно им недалеко идти."

"Северный Кавказ… Ты имеешь в виду землю по ту сторону Кавказских гор?" — спросила Лунария, восстанавливая в памяти карту региона.

Кавказ — это территория между Артельским и Хазарским* морем, разделённая Кавказскими горами на север и юг. На юге, у подножия гор, находится Королевство Айастан. А на севере — лишь разрозненные поселения, настолько небольшие, что их трудно назвать даже государствами.

(П.П: Хазарское море (ハザール海, hazāru mi), видимо новое название для Харузского моря (ハルーザ海, harūza mi) из 4.25.)

"Там располагаются плодородные чернозёмы, к тому же, контролируя этот район, мы сможем взять под контроль всё побережье Артельского моря."

Эркюль хотел полностью подчинить себе прибрежную территорию Артельского моря, обеспечив контроль за поставками зерна, которые уже поступали оттуда в Новую Лемурию. Хотя полностью гарантировать безопасность этим путём было бы сложно, контроль над морем стал бы серьёзным преимуществом.

"А что насчёт Кара-Турк? — Лунария выразила свой главный страх.

Северный Кавказ граничил с их территорией. Пока что Кара-Турк не проявляли интереса к этим землям, но проникновение Лемурии на Северный Кавказ могло ухудшить отношения.

"С их стороны поступило согласие на присоединение к нашему государству прибрежных областей. Более того, это откроет нам дополнительный торговый канал."

По сути, Северный Кавказ служил буферной зоной между Лемурией и Кара-Турк, и ни та, ни другая сторона не стремились захватить его полностью.

"Поняла."

"Хорошо. Тогда я возьму у тебя войско. А для подъёма боевого духа ты тоже пойдёшь."

"Нет, спасибо."

"...Похоже, тебя надо воспитывать." — произнёс Эркюль глухим, угрожающим тоном.

Лунария вздрогнула, но всё же решилась возразить:

"Айастан не получит от этого никаких выгод… Я не хочу, чтобы наши люди проливали кровь в бессмысленной войне."

"А разве Лемурия не проливала кровь ради Айастана?"

"Это другое. Вы делали это, потому что вам самим было выгодно, верно."

Королевство Айастан действительно занимало стратегически важное положение для Лемурии. Поэтому его защита была для лемурийцев само собой разумеющимся делом. Лунария продолжала стоять на своём с уверенной наглостью.

"Айастан тоже хочет свою долю."

"Ты уж слишком многого хочешь."

"Тогда не рассчитывай на боевой дух солдат." — пояснила Лунария.

Её логика была проста: участие в войне, которая никак не связана с интересами Айастана, не вдохновляло солдат. И так не слишком сильная армия из-за низкого морального духа становилась ещё менее боеспособной.

Если же дать понять, что эта война хоть в малейшей степени принесёт пользу их стране, мотивация айастанских солдат неизбежно возрастёт.

Эркюль обдумал её доводы и согласился:

"Хорошо. Мы выделим вам немного земли за Кавказскими горами."

"Правда?"

"Не сомневайся. Но с одним условием: воевать с местными племенами будут айастанские солдаты."

Кочевники, обитающие в горах, иногда совершали набеги на земли Айастана. Эти вторжения не были масштабными, но доставляли королевству массу хлопот. К тому же, Айастан с древних времён поддерживал торговлю с Кара-Турк по ту сторону Северного Кавказа. И возможность включить в свои владения территорию, по которой проходили торговые маршруты, представляла не только стратегическую, но и экономическую выгоду.

Стоит отметить, что значительная часть доходов казны Айастана поступала именно от посредничества в торговле между Лемурией, Фарсом и Кара-Турк. Лемурия, получавшая свою долю с этого транзита, официально поддерживала такую деятельность.

"Ну тогда я постараюсь."

"Хотя стараться будешь явно не ты."

Так и началась первая настоящая военная кампания для армии Айастана.

"Ну что ж, учитывая, с кем мы имеем дело, шансов проиграть почти нет." — сказал Эркюль, направляя войска с полуострова Таврика на юг, чтобы вместе с войсками Айастана атаковать Северный Кавказ.

Идеальным вариантом было бы, если бы лемурийская армия продвигалась с юга, а войска Айастана — с севера. Однако Эркюль настолько не доверял боеспособности айастанских солдат, что лично привёл войска в Таврику, чтобы координировать совместное наступление.

К счастью, вопреки его опасениям, айастанские солдаты оказались не такими уж бесполезными. Они сражались достойно, хотя, разумеется, до уровня закалённых в боях лемурийских легионов им было далеко.

"Ты неплохо справляешься с командованием... Ваан, верно? Не хочешь перейти на службу в Лемурию?" — предложил Эркюль, обращаясь к генералу айастанской армии Ваану Карурану, который к тому же был дедом Лунарии по материнской линии.

Однако Ваан лишь покачал головой:

"Если я уйду, в Айастане не останется никого, кто мог бы командовать армией. К тому же я айастанец и подданный Короля Айастана, а не вас, Ваше Императорское Величество."

"Дедушка!" — возмущённо воскликнула Лунария, боясь, что это заявление рассердит Эркюля.

Но Эркюль, казалось, не придал этому значения и лишь усмехнулся:

"Жаль, конечно. Хотя сейчас твой король — моя жена." — с этими словами Эркюль обнял Лунарию за плечи.

Лунария смутилась и явно чувствовала себя не в своей тарелке. В присутствии собственного деда такие жесты Императора вызывали у неё не только дискомфорт, но и глубокое чувство неловкости.

"Ва-Ваше Величество, может, не здесь…"

"Что такое? Застеснялась? А ведь ты можешь быть милой, когда захочешь." — усмехнулся Эркюль, наклонившись, чтобы поцеловать её.

Затем, небрежно оторвавшись от Лунарии, он бросил лукавый взгляд на Ваана и подмигнул:

"Надеюсь, скоро удастся показать вам правнуков."

"Я с нетерпением этого жду. В конце концов, для меня она прежде всего милая внучка, а уж потом королева."

Хотя он и подчёркивал свою приверженность короне Айастана, Ваан вовсе не испытывал неприязни к Эркюлю. На самом деле, нынешний мир и процветание Айастана стали возможны благодаря его поддержке, а Лунария действительно любила Эркюля. Единственное, чего Ваан теперь ждал — это появления на свет правнука, наследника трона.

"Итак, как только побережье будет под нашим контролем, нам предстоит покорить племена в Кавказских горах. Рассчитываю на твою помощь, Ваан Каруран."

"Да, Ваше Императорское Величество."

В течение следующих нескольких месяцев совместные действия лемурийской армии и айастанских войск привели к полному подавлению горных племён. В результате этой кампании Лемурия окончательно взяла под контроль побережье Артельского моря, а Айастан присоединил к своей территории земли Кавказских гор и их северные предгорья.