Звенел колокол чёрной башни, обозначая рассвет и начало празднования фестиваля основания. Стенды и палатки были деловито подготовлены ещё с прошлой ночи, и теперь богатое разнообразие их вывесок и знаков украсило город. Пикантные ароматы жареного мяса и рыбы, а также сладкие, аппетитные запахи тортов и конфет окружали людей, стоило сделать лишь шаг на улицу. Во всём городе выкатили бочки с вином, и с самого рассвета повсюду поднимались бокалы с тостами. Дети бегали по всему городу, крепко сжимая выданные родителями деньги для этого события и думали, куда бы их потратить; девушки, нарядившиеся специально к этому дню, гуляли по улицам и делились своими великолепными улыбками.

Десятилетняя война с Гарберой закончилась, и в отличие от скупой атмосферы фестивалей последних нескольких лет, в этом году было обилие зарубежных артистов. Виднелось и много простых путешественников из-за границы. К тому же, украшенные гирляндами портреты «считай, что невесты», гарберской принцессы Вилины излучали мирную атмосферу.

В полдень начался большой военный парад. Высоко подняв сверкающие мечи и копья, героически маршировали солдаты, одетые в украшенную драгоценными камнями и цветами броню. Вёл их сидевший на белой лошади гордый мужчина в золотом шлеме, наречённый Кловисом в прошлом году. Он не был рабом, и сам стал гладиатором, выйдя на смертельную арену, чтобы прокормить семью, но после прошлогоднего турнира его официально взяли в мефийскую армию, и теперь он служил капралом под командованием Одэйна Лорго.

В последний день фестиваля людей впечатлят ещё и парадом воздушных кораблей, но пока что им приходилось ждать ближайших мероприятий.

— Ну же, поторопитесь.

— Тут есть люди, вставшие в очередь ещё с прошлой ночи. Надеюсь, места будут.

Народ ждал в очереди в большой стадион Солона, который на эту неделю превратится в величайшую арену мира.

Фигуру Орбы, не упустившего такую возможность, тоже можно было заметить на стадионе. Следуя за парадом, дворяне собрались вместе на балконе солонского дворца и сразу же провели там короткую церемонию.

Ожидаемо большой.

На арене под ним проводилось большое количество поединков. Схватки на мечах, копьях, конные битвы, даже поединки верхом на драконах тоже имели место быть, а в углу рядом со стенами находилась отдельная секция, где проводилась быстрые жеребьёвочные матчи до первого удара.

Орба лично дрался на стадионе Ба Рукса, но здесь, в Солоне, было множество арен. И среди всех мест, в которых ему довелось побывать, это было самым большим. И выделялась арена не только своим огромным размером, но и работающим в вечерние часы рестораном с аквариумами.

Количество гостей на стадионе может слегка превысить пятьдесят тысяч человек, но несмотря на такое большое число мест, в первый же день арену почти полностью заполнили люди, лишь в зоне, где сидел Орба, оставалось достаточно места. Поддерживаемая соединёнными с потолком колоннами и занавешенная по кругу фиолетовой тканью, сквозь которую виднелись силуэты охранников, это была особая зона для императорской семьи и дворян, и именно тут сидели друг напротив друга Орба и Инэли. Также присутствовали Батон, Троа, а также несколько других человек.

— Во время матчей всегда так, — жаловался Батон, принявший приглашение Инэли. — Хорошо бывает только в последний день.

Мероприятие убийства «Кловисом и Фелипе» дракона пройдёт в последний день, и практически все дворяне и члены императорской семьи будут присутствовать. Это не обычный гладиаторский поединок, а важная церемония, посвящённая основанию нации.

— Ну ты и дурачок. — сделала лёгкое замечание Инэли. — Это же абсолютно другой уровень в сравнении с обычными поединками. Как никак, все широко известные в Мефиусе гладиаторы соберутся в одном месте. А-ах, как же жарко. Обмахивай меня лучше, понял? — обратилась Инэли к слуге, ухаживавшему за гостями на их местах.

В ответ другая рабыня поднесла ей холодный напиток. По виду она ещё совсем молода, тёмная кожа придавала её внешности свежести. Орба ненамеренно взглянул на уходящую девушку, за что Инэли неожиданно ущипнула его за коленку.

— ...

— Полагаю, Его Высочеству нравятся рабыни подобного типажа? Раньше ты вот постоянно подбивал клинья к моей горничной, Лизе. Тебе нравятся обычные девушки?

— Это не так.

Тоже получивший приглашение, Орба смотрел на схватки внизу, но почему-то чувствовал беспокойство. Сидеть в специальной ложе для дворян и так смотреть вниз на арену — его мучило острое чувство вины. Мысленно он щёлкнул языком.

Сколько ещё меня будут тяготить чувства раба? Если я не могу отбросить их в подобных местах, то однажды выдам себя.

На арену вытащили клетку с рабами, и из ворот с противоположной стороны вытащили другую клетку, но с несколькими малыми драконами фэй внутри. Их отличительной чертой были три пары лап и морды, будто бы сплющенные руками, но больше всего в глаза бросались два изогнутых клыка, торчавших из верхней челюсти.

Обе клетки открылись. Драконы одновременно выскочили, их рты истекали пеной. Рабы, по большей части полуобнажённые женщины, тоже выбежали в едином порыве. Фэй славились невероятной силой своих прыжков, и один из них моментально поймал свою жертву и повалил её, а затем вонзил в неё свои клыки.

Орба инстинктивно сжал кулаки. Прикрыв рот ладонью, Инэли вскрикнула, но её глаза блестели в ожидании кровопролития. Затем, из ещё одних открывшихся ворот выбежало несколько гладиаторов.

Видимо это сценарий, в котором «могучие мефийские гладиаторы спасают из беды принесенных в жертву язычниц, полагаясь лишь на меч в борьбе с фэй».

Их можно назвать малыми драконами, но взрослый фэй длиной достигает трёх метров. Как и дикие фэй, эти сбились в группы и атаковали со свирепостью, сравнимой даже с крупными драконами. Множество гладиаторов пало. В самый разгар этого действа по стадиону разнеслись крики: «Пашир! Пашир!».

По слухам, он фаворит на титул Кловиса. Не удивительно, что продемонстрированные им движения превосходили остальных. На него прыгнул фэй, Пашир горизонтально рубанул по приближающемуся дракону, а затем моментально запрыгнул на него и вонзил свой меч, целясь по беззащитной шее. Пока сам отчаянно боролся за свою жизнь, он также успевал выкрикивать приказы своим союзникам. Он сказал им сбиться в пары, в которых один привлекает фэя, а другой запрыгивает на него со спины. Эта стратегия привела к отличным результатам.

Одна из девушек сбежала из кровавой бани и бросилась в направлении Орбы. Она попыталась уцепиться за ограду, но даже самые нижние места располагались выше, чем она могла прыгнуть. Солдаты, охраняющие ложу, ощетинились штыками, пытаясь прогнать её.

— Помогите! Прошу, помогите мне!

Фэй позади неё уже почти наступал ей на пятки. Сводящий с ума женский вопль ударил Орбе по ушам. Всё поняв, Пашир бросился в атаку. Сжимая меч, он ударил фэя, но клинок сломался прямо во время удара. Может, он износился, а может, просто был плохо сделан. Тем не менее, Пашир не дрогнул, он забрался на дракона и уцепился за его шею. Фэй неистово бился, отчаянно пытаясь вонзить свои клыки в мягкую плоть перед глазами. В итоге ему всё-таки удалось сбросить Пашира. Дракон набросился на девицу, что продолжала пытаться забраться на ограду.

— Пашир!

В этот момент терпении Орбы лопнуло. Рядом с ошеломленно глядящей на него Инэли он вытащил меч из ножен одного из охранников и бросил его со всей силы.

Клинок глубоко вонзился в землю между девушкой и драконом. Пашир быстро вытащил его и нанёс точный удар прямо по морде фэя, без колебаний преследуя дикого зверя. Вскоре обильный фонтан крови хлынул из драконьей шеи.

Со всеми шестью драконами было покончено. Тем не менее это не значило, что схватка завершились. Теперь гладиаторы будут биться до последнего выжившего прямо на трупах драконов и погибших женщин.

Они могли объединиться ради спасения женщин, но никто не планировал проявить друг другу и капли милосердия. Это битва, где все и каждый бьются, чтобы прожить ещё один день. Тут и там мелькали клинки, и каждый раз кто-то лишался жизни.

В конце концов остался только Пашир и ещё один гладиатор. Оба тяжело дышали. Их тела покрывали пот и кровь, на каждом были разномастные раны.

Орба смотрел, как Пашир двинулся вправо, а его противник влево. Когда они постепенно сблизились, противник нанёс удар, затем второй, но Пашир отразил обе атаки. Видя, что Пашир не переходит в наступление, противник посильнее замахнулся, и в это мгновение Пашир контратаковал со скоростью молнии. Казалось, что он должен бить в грудь, но на самом деле его целью была правая нога противника. Конечность улетела в сторону, и не успела она достигнуть земли, как Пашир нанёс добивающий удар. Он не делал лишних движений. Его тело твердо, как камень. Он ловок. И в довершение ко всему, он хорошо разбирался в контролировании хода боя.

— Тебе он понравился? Симпатизировать кому-то вроде раба, разве это не признак дурного вкуса? — спросила Инэли, искоса взглянув на него.

— Было бы позорно позволить погибнуть ему здесь.

— Да? Может он и силен, но в нём нет красоты. Он определенно не популярен среди женщин, — улыбнулась Инэли и с заискиванием в глазах спросила: — Слушай, брат. Хочу попросить тебя об услуге.

— О какой же?

— Это по поводу Орбы. Мне вот интересно, можешь ли ты позволить ему принять участие в гладиаторских играх?

— Зачем?

Когда она спросила его, Орба отшатнулся от удивления.

— Разве ты не думаешь, что участие героя, победившего Рюкона, сделает их ещё более захватывающими, чем обычно бывало в прошлых годах? Ну? Хочу снова лично увидеть, как он сражается.

— Ты же знаешь, он в моей имперской гвардии. Позволить ему принять сейчас участие в играх, это вообще возможно?

— Потому я и прошу тебя. Можешь выполнишь мою просьбу?

Она говорила, только и делая, что прижимаясь поближе к его плечам. В её глазах Орба видел расчётливый взгляд, полностью уверенный в том, что он не откажет. Орба поморщился, но прежде чем он успел ответить, к нему кто-то подбежал. Этим кем-то оказался тяжело дышащий Динн.

— Брат?

— Произошло что-то важное. Мне нужно вернуться во дворец.

— Э-э-э-э-э?

— А, по поводу Орбы... Я устрою вашу встречу, пожалуйста, ограничься этим. Увидимся.

Затем Орба ушёл в беспокойстве.

Инэли осталась в замешательстве, и вскоре её лицо покраснело, когда она показала язык отдаляющейся спине Гила Мефиуса.

И в то же время на ту же спину смотрел другой человек. Это был Пашир.

Девушка, что до этого приносила напитки в ложу, где находился принц, вытирала тряпкой пот и кровь с его кожи.

— Мира, — позвал он её по имени.

— Да?

— Это же принц кинул меч?

— Ага, — лицо Миры, которую позвали по имени, покраснело от смущения. — Всё произошло так быстро, я тоже удивилась.

— Понятно.

Даже сейчас неподвижный Пашир смотрел на меч в своей руке. Время, в которое его бросили, скорость и особенно место, где тот воткнулся: всё было сделано с невероятной точностью.

***

У Орбы ушёл час на то, чтобы вернуться во дворец.

Вар, ожидавший в прихожей, встал и поприветствовал его.

Бывший гладиатор, возрастом за сорок, он давно минул свой расцвет как мечника. Ни его умения, ни внешность не заслуживали особой похвалы. Хотя он и провёл в гладиаторской группе Таркаса чуть больше года, Вар был не более чем простым гладиатором, которого больше чем остальных благословила фортуна десять лет выживать в качестве гладиатора.

Получается, это тоже своеобразный талант, — думал Орба, глядя на него. В нём ничего не выделялось, а его единственным достижением было то, что он до сих пор жив. Но если принять во внимание его возраст, то Вара никак не назовёшь недалёким.

После битвы за крепость Заим большинство принадлежавших гладиаторской группе Таркаса рабов предпочло вступить в имперскую гвардию принца. Вар тоже был среди тех, кто захотел остаться, но Орба не взял его в гвардию, а поручил вместо этого другое задание.

— Как успехи?

Орба предложил Вару бокал вина. Тот уважительно принял его, и пока он осушал его...

— Что-нибудь нашёл? — спросил Орба, изо всех сил стараясь вести себя как обычно, хотя его сердце неистово билось ещё с самого стадиона.

В Мефиусе было двенадцать генералов. За исключением трёх, командовавших драконьими кораблями воздушного флота, остальные девять занимались широкомасштабным набором наёмников. К концу десятилетней войны с Гарберой их подразделения более-менее уменьшились в численности, и для милитаризованного мефийского общества неудивительно, что рекрутские пункты открыли свои двери ещё шире.

Орба поручил Вару стать одним из таких наёмников. Он должен был вступить в отряд, принадлежащий никому иному, как Оубэри Билану.

— Знаю я не больше обычного солдата, лучшее что могу — подслушать разговоры низших офицеров.

— Ах, не заморачивайся. Рассказывай.

Оубэри командовал Вороной дивизией, что сожгла деревню Орбы. Так как произошло это шесть-семь лет назад, неизвестно, как много солдат осталось на старых должностях, множество бойцов должно было погибнуть в боях с Гарберой. Тем не менее, оставалась высокая вероятность, что кто-то знает о случившемся тогда, и Орба поручил Вару всё разузнать и доложить ему.

— Есть там мужчина по имени Бэйн, он уже долго служит у генерала и держит за собой звание капитана шесть последних лет. Один из недовольных его обращением подчинённых жаловался на него в дешёвой таверне, где я часто бываю. Подвернулся случай, когда он был пьян, я и поднял с ним по чаше вина, чтобы лучше познакомиться. По мне и не скажешь, но я хороший слушатель. Я слушал его жалобы без единого признака нежелания или неудовольствия и произвёл весьма хорошее впечатление. Надо встретиться ещё раз, прежде чем смогу затрагивать более личные темы. О, ещё я уверен, что Бэйн был в Апте, слышал о таком.

Вполне неплохо.

Это прогресс. Даже больше, это большой прогресс, и сейчас Орба боролся с желанием вскочить и захлопать от радости. Когда он взглянул на Вара, тот казался чем-то отягощённым, будто бы было ещё о чём рассказать.

— Что такое? Если узнал ещё что-то, не важно насколько тривиальное, то расскажи.

Орба предложил ему ещё выпить, и немного пристыженный Вар расправил плечи, а затем продолжил.

— Не уверен, имеет ли это отношение к принцу, но замечу, что Бэйн случайно проговорился о том, что я нашёл тревожным. Ему выпала возможность подслушать разговор верхушки, и из того, что я слышал, следует, что в ближайшем будущем генерал Оубэри будет ужинать с гарберцем по имени Ноуэ Салзантес. Бейн нашёл это странным и загадочным, ведь, по его словам, генерал Оубэри был против мира с Гарберой.

Ноуэ и Оубэри?

Информация, определённо, необычная. Отсыпав Вару ещё денег, Орба временно вышел из комнаты.

Без сомнений, это не публичная встреча, ведь кто угодно скажет, что это странно. Если не скрывать, то даже солдаты начнут трепаться о таком.

Однако, это и было несомненной предпосылкой, приводящей к теме разговора.

Не замечая слов Динна, Орба молча обдумывал свои мысли. Нечто странное тревожило его. Он вспомнил речь Ноуэ, без колебаний произнесённую перед принцем Гилом, его улыбающееся лицо. Ничто не срамило его как посланника. Именно из-за его безупречности Орба и потерял к нему тогда интерес. Однако услышав новости о том, что Ноуэ тайно встретится с Оубэри, Орба находил их тревожными. Не обратив внимания на Ноуэ, Орба совершил ошибку.

Мне это не нравится.

Он начал думать, что возможно это станет тем средством, с помощью которого можно будет схватить Оубэри за глотку.

Орба незамедлительно поручил Динну доставить послание в казармы имперской гвардии. Спустя несколько минут его личная гвардия выстроилась в комнате. Все они были его знакомыми, но надев маску принца Гила, он раздавал приказы.