В Actual Magic место появления персонажа при входе в игру зависело от ряда нюансов.

Если игрок не состоит в группе, то при своём первом подключении он окажется посреди луга в самом центре карты, сравнительно недалеко от той зоны, где проходил бета-тест. В дальнейшем он будет появляться в месте, где находился, когда в прошлый раз выходил из Алгола. В этом AM ничем не отличалась от других MMORPG.

Правила входа в игру группой или рейдом не сильно отличались. Если все участники заходили впервые или повторно, тем же составом, что и в прошлый раз, то и появлялись они в одной точке (есть только не выходили порознь и в разных местах — в этом случае они окажутся разбросаны и внутри Алгола).

Но если же в сложившейся группе появлялся впервые зашедший в игру участник, то включался механизм помощи новичкам, и в этом случае вся группа перемещалась к лидеру. Благодаря этому даже разбросанная в прошлый раз группа могла мигом собраться в одном месте.

14 мая, 16:37.

Юма вошёл в Алгол в составе группы из шести человек.

Как и в прошлый раз, они воспользовались первой игровой комнатой на втором этаже «Альтеи». С тех пор, как в башне начало твориться неладное, тела школьников на время нахождения в Алголе стали пропадать из каликулусов, поэтому ребята могли не переживать, что останутся беззащитными перед врагами и монстрами реального мира. Уничтожение занятого каликулуса грозит невозможностью выхода через меню и тем, что после отключения школьник окажется в центральной, стержневой части игровой комнаты, но это не слишком критично.

Вот почему после перехода из тесной и тёмной «Альтеи» в просторный мир Алгола, полный свежего ветра и яркого света, появлялось ощущение свободы и желание размять руки и ноги, но Юма запретил себе ребячиться. В конце концов, их группа пришла в этот мир не играть, а с важной миссией: добыть еды и отыскать Кисануки…

— Ммммммм!..

Сбоку раздалось довольное мычание, Юма повернул голову. Конкэн поднял руки, выгнулся и принялся разминаться как на уроке физкультуры.

— Эй, ты!

Юма тут же пихнул его в бок, чтобы тот прекратил. Затем обернулся, и его взору предстала Ария Мисоно, чей стройный аватар носил тканевые доспехи преимущественно красных тонов. Экипировка заклинателя, но гораздо более лёгкая по сравнению с мантией Савы. Из-за открытого живота и ног Арию можно было принять за разбойницу. Точнее, за магического воина, который мог не только метать заклинания из тыла, но и при необходимости выбегать вперёд, чтобы мешать врагам, сбивать их с толку или наносить точечные удары. Тот обтягивающий костюм-купальник, который она носила в реальном мире, никак не отражался на игровой внешности.

Во время бета-теста они встретились уже на подходе к боссу, и у Юмы не было времени рассматривать одежду, но теперь он признал, что такая экипировка отлично подходит боевому характеру Арии. Лишь секунды через три он осознал, что засмотрелся, пришёл в себя и поднял взгляд на её лицо.

Ария стояла на одном из камней, разбросанных по лугу, прижимала растрёпанные ветром волосы и смотрела на север. На небе установился захватывающе красивый градиент от чистой синевы на востоке до рыжего запада.

Однако Ария изучала на север, а лес по соседству с лугом. Именно там в основном происходило действие во время бета-теста. В его глубине находился древний замок с подземельем, где когда-то жил босс-дракон. Скорее всего, Ария вспоминала то мирное и весёлое приключение во времена, когда мир ещё не перевернулся вверх дном.

Юма перевёл взгляд и убедился, что Сава, Наги и шестой участник их группы благополучно вошли в мир.

— Мисо… — заговорил он, обращаясь к Арии. — Гамо обязательно вернётся. Как минимум потому, что я не знаю других настолько же упёртых… в смысле, несгибаемых людей.

— Ты что, подбодрить меня пытаешься? — Ария обернулась и бросила подозрительный взгляд.

На секунду замявшись, Юма признался:

— Ну-у, типа того.

— Хмм… — На секунду лицо Арии расслабилось, но она тут же вновь поджала губы. — Я не думаю, что Кай… — она сильно зажмурилась, чтобы побороть нерешительность. — Что он убьёт Руки. Он намертво привязывается ко всему, что ему дорого.

— Дорого, говоришь?..

Можно ли назвать Сугамо дорогим человеком для Кисануки? Пусть Юма и не сказал этого вслух, вопрос напрашивался сам собой, и Ария покачала головой.

— Дорогое и любимое для него — разные понятия. Ему дорого то, на что он потратил много времени и усилий… Кай ни за что не откажется от того, к чему привязался, даже если уже утратил весь интерес к этой вещи.

— А-а… — Юма понимающе закивал. — Так вот почему Кисануки-кун так разозлился, когда Конкэн победил босса? Если обычные каменные слизняки для него — просто расходный материал, то ради приручения босса пришлось немало потрудиться…

— Думаю, ты прав. Когда мы были маленькими, он так же тщательно хранил и игрушки, на покупку которых родителей приходилось подолгу уговаривать, и диски с некогда любимым аниме, которое уже перестал смотреть, и жука-оленя, за которым так тщательно ухаживал… У него была гора сокровищ, и он запрещал другим даже прикасаться к ним. Я всего один раз в жизни была у него в гостях, и тогда я… — Ария поморщилась, явно вспомнив какой-то неприятный случай. Выждав паузу, она выдохнула. — Ладно, это уже неважно. Короче, что я хочу сказать… Кай очень долго прорабатывал план поимки Руки, ещё с тех пор, как осознал, что может сделать его своим питомцем. Ему пришлось придумать и как посадить его в карту, и как сбежать после этого… Захват Руки потребовал от него и времени, и усилий, поэтому он не убьёт его так просто, даже несмотря на ненависть. Но…

Ария бросила взгляд за плечо Юмы. Тот тоже обернулся. Позади него стоял шестой человек, присоединившийся к этому походу: Кёка Тэрагами, предводительница девочек их класса.

Она тоже была магом, как Сава и Ария, и тоже нашла свой неповторимый стиль в одежде. На ней был чёрный пиджак с высоким воротником, юбка с длинным раздвоенным хвостом и высокие сапоги со шнуровкой. Если Сава выглядела как традиционная волшебница в мантии и с жезлом, а Ария — как боевой маг, который носит предельно облегчённую броню и не боится ближнего боя, то Кёка воплощала модный в современном фэнтези типаж школьницы магической академии. Несмотря на то, что в реальности Кёка была спортсменкой и возглавляла волейбольную секцию, магическая школьная форма смотрелась на ней как влитая.

Юма не сразу понял, почему Ария вдруг посмотрела на Кёку. Какое-то время его взгляд беспомощно блуждал между двух девочек, пока его не осенило.

Ария предположила, что Кай Кисануки не убьёт Тэруки Сугамо из-за своей привязанности к нему. Но если эта гипотеза верна… то что насчёт школьников, с которыми у него нет крепких уз?

Вслед за Сугамо в питомцев превратились Акихиса Кадзи и Мисато Накадзима. Кисануки в них даже не целился — они стали случайными жертвами «Хватающих рук», предназначенных для Юмы и Конкэна. Это подтверждали и собственные слова Кисануки: «не то» и «опять промазал».

Но раз он не питает к ним никаких чувств, то может считать их расходным материалом, совсем как каменных слизняков. Именно это пришло на ум Арии, но она не нашла в себе сил произнести это вслух, ведь Кёка вызвалась присоединиться к их отряду именно ради спасения своей лучшей подруги Мисато.

— Прости, Кёка… Не стоило этого говорить, — тихо извинилась Ария.

Кёка выдавила из себя неуклюжую улыбку и ответила:

— Не надо, Ария. Мисато, конечно, тихоня, но она очень старательная и упрямая девочка. Она не сдастся, даже став питомцем.

— Да… Я тоже это знаю, — с улыбкой согласилась Ария.

Они обе должны были понимать, что питомец не может ослушаться приказа хозяина. Юма пока не знал, как это происходит — через промывку мозгов на манер демонического чита Хаидзаки или через перехват контроля над телом, — но если питомцу приказать умереть, ему придётся сделать даже это, что уже доказали бедные каменные слизняки, которые принесли себя в жертву, чтобы обеспечить Кисануки время для побега.

В то же время Кисануки — хардкорный геймер, который очень ценит эффективность. Пускай он не планировал менять драгоценного босса-слизняка на Кадзи и Мисато, это всё же случилось, и теперь он наверняка попытается выжать из них побольше пользы. Так что время ещё есть… по крайней мере пока Кисануки не закончит строительство крепости, в которой будет чувствовать себя по-настоящему защищённым.

Юма прикусил губу, заставляя себя успокоиться не паниковать. Вдруг Кёка резко, но приятно хлопнула в ладоши. Как только все взгляды сошлись на ней, она в своей быстрой манере проговорила:

— Как глава классного комитета, я приказываю заканчивать с рассуждениями и разговорами! Пора идти!

Ария скорчила кислую мину.

— Нет уж, Кёка, лидер нашей группы — я. Так что внутри игры вы все будете делать так, как я говорю.

— Но Ария, тебя назначили лидером только для того, чтобы мы все появились возле тебя! Теперь ты должна отдать лидерство мне…

— С чего это я должна передать его именно тебе?! У Ю… в смысле, Асихары выше уровень и больше опыта и знаний по сравнению с тобой!

Две девочки сблизились лицами и принялись сверлить друг в друга взглядами. Юме пришлось вмешаться:

— Мы можем обсудить, кто именно будет лидером, уже по дороге… но сначала надо решить, куда мы идём. Хотя я уже объяснял, что именно должно быть нашей первой целью.

Ария и Кёка отступили друг от друга, Сава, Наги и Конкэн собрались рядом с ними. Обведя пятерых спутников взглядом, Юма посмотрел на юго-запад, где небо понемногу окрашивалось в цвета заката.

— Как я сказал в укрытии, вероятнее всего, что Кисануки-кун засел либо в особняке градоначальника Карсины, либо в крепости города Сорю. Поэтому первым делом мы пойдём в Карсину — туда идти ближе, а нам ещё надо раздобыть еды.

— Согласен! — немедленно откликнулся Конкэн.

Несмотря на его серьёзный и даже хмурый вид, Юма мигом догадался, что его лучший друг уже предвкушает, как будет лакомиться стейком из вызревшего мяса сепарской коровы в ресторане «Гранат».

В укрытии Сугамо готовкой занималась команда Мими Харии, и хотя из томатное рагу с картофелем и белой рыбой вышло замечательно вкусным, ничто не могло заменить радости от первого укуса хорошо прожаренного снаружи и сочного внутри мяса. Ничего удивительного, если Конкэн пожелает начать именно с посещения того ресторана… но Юма знал, что в этом деле надо быть твёрдым.

— Сначала спасём Гамо, Кадзи и Накадзиму, а потом все вместе пойдём в «Гранат».

Конкэн слегка надул губы, но повторил:

— Согласен!

Однако когда через сорок минут Юма с друзьями вступил в Карсину уже в третий раз, их ждала неприятная неожиданность.

— Э-э… Как это у вас нет товаров? — ошарашенно переспросил Юма у дедушки-NPC, который владел крупнейшим магазином продуктов длительного хранения в Карсине.

— Вот так, — подтвердил тот, скорчив кислую мину. — Я вам могу продать только это.

Он взглядом указал на стену, с которой свисали странные штуковины, похожие на плохо связанные метёлки.

— Что-то они как-то… похожи на высушенные пучки кореньев.

— Потому что это и есть высушенные пучки кореньев. Если их выварить, получится аппетитный бульон. Только голод им не утолишь.

— Ясно…

Подавив рвущийся наружу вздох, Юма оглядел помещение в поисках хотя бы одной банки, которую не заметил владелец. Однако витрины и полки были совершенно пустыми.

Вчера в районе одиннадцати вечера отряд Юмы победил капитана стражи Овена — ящеролюда, который захватил власть в особняке градоначальника — и вышли из игры. В Алголе время течёт так же быстро, как в реальности, поэтому с тех пор миновало всего лишь 18 часов.

Юма не знал, как в этом мире работает логистика, но что должно было случиться, чтобы еда длительного хранения с огромным запасом очков прочности закончилась меньше чем за сутки?

— Скажите, а почему у вас закончились все запасы? — поинтересовалась Наги, наверняка гадавшая о том же самом. — Неужели кто-то всё выкупил?

Хозяин магазина сменил выражение лица на виноватое и кивнул.

— Ну, в целом так и есть, только это был не один человек.

— А?.. Получается, всё горожане скупили? Но зачем?..

— Ну как, потому что свежих продуктов больше не достать. Я так понимаю, вы ко мне зашли в первую очередь, но можете не терять время и не ходить к продавцам мяса и овощей. У них тоже всё вычистили.

— … — Юма переглянулся с Савой.

Они вошли в Карсину через северные ворота, сразу оказались на крупной улице и заметили, что на ней довольно мало людей. В пять часов вечера город должен шуметь от домохозяек, выбирающих продукты к столу, и вышедших поужинать семей. Вместо этого их встретило такое запустение, что центральная площадь была видна почти от самых ворот.

Но если в магазинах закончились все продукты, то удивляться нечему. В таких условиях не могут работать ни магазины, ни рестораны, ни трактиры. Возможно, продавцы оружия и лекарств продолжают вести дела, но мечи и целебные травы нужны горожанам далеко не каждый день. Эти магазины существуют в основном для игроков, но сейчас активных ежедневных пользователей Actual Magic можно пересчитать по пальцам. Могло показаться, что даже богатый, хорошо укомплектованный магазин должен закрыться, столкнувшись с такими перспективами, но если бы игры работали именно так, в RPG для одного игрока торговцев тем более бы не существовало.

Хотя они и получили ответ на вопрос о пустых полках, за ним последовал другой — почему в город не завозят продукты. Бродячий NPC-торговец, которого они видели в лесу, рассказывал, что между Карсиной и северным Сорю ходят целые торговые отряды, да и рыбаки Сурры продают улов городам. Как же могло так получиться, что все поставки вдруг иссякли?

Этот вопрос пришёл в голову всем шестерым детям, но первой задать его решилась Кёка:

— А… почему продукты перестали завозить?

— …

Старый хозяин не ответил и бросил взгляд на раздвижные двери, словно ожидая, что сейчас через них войдёт неприятный гость. Но этого не случилось, и он тяжело вздохнул.

— Простите, но я не могу вам сказать. Просто забудьте о надежде закупиться здесь и идите в другое место… И вообще, мне пора закрывать магазин.

Хозяин взмахнул руками, пытаясь выгнать детей, но Юма не захотел сдаваться.

— П-простите! Мы купим все ваши коренья, если вы ответите всего на один вопрос!

Покинув магазин, шестёрка перешла на другую сторону улицы и села отдыхать под навесом закрытой овощной лавки.

— Ю, дай-ка один из этих корешков, — Конкэн протянул руку.

Юма материализовал только что купленный «Сушёный корень гальнеро» и оторвал от него палочку длиной сантиметров десять. Получив её, Конкэн сначала принюхался и, наконец, укусил.

— Неужели вкусно, Кондо? — спросила Ария.

— На вкус как фиолетовый карандаш, — невнятно ответил Конкэн, продолжая жевать.

— Но все цветные карандаши на вкус одинаковые.

— О! Мисо, значит, ты тоже жевала карандаши?

Получив удар в бок, Конкэн притих. Юма невольно подумал, что такими темпами персонаж его лучшего друга откроет в себе навык стойкости к подобным ударам. Отмахнувшись от назойливой мысли, он дождался паузы в разговоре и обратился к товарищам:

— Что касается наших дальнейших действий… мы можем либо продолжить поиски еды в городе, либо плюнуть на это дело и отправиться изучать особняк градоначальника…

— Если вернёмся без еды, запасы Тодзимы резко вырастут в цене, — поморщившись, напомнила Ария и посмотрела на Кёку рядом с собой. — Это вообще правда, что у него есть еда?

— Угу, — Кёка кивнула с таким же кислым видом и начала объяснять, загибая пальцы на руке: — В зоне отдыха на четвёртом этаже нашёлся склад. Там мы обнаружили четыре картонные коробки, каждая на двенадцать блоков энергетических батончиков, и шесть коробок с 24 пачками лапши быстрого приготовления каждая. В первый день нам нам всем раздавали по четыре батончика и две лапши, так что если умножить на пятнадцать… нет, на тринадцать, потому что Хаидзаки и Ники не ели, то у него осталось…

— 524 батончика и 118 пачек лапши, — моментально посчитала Наги.

Конкэн застыл с разинутым ртом, выронив недожёванный корешок.

— Нагиппе… как ты так быстро справилась?

— Мм? Это же всего лишь умножить и вычесть.

Скорее всего, все без исключения мысленно возразили, что это ничуть не «всего лишь», но Конкэн решил не ломать комедию и вернулся к теме:

— 524 и 118 — это и правда целый капитал… Неужели Тодзима такой жадина, что будет упрямо хранить эти богатства у себя и ни с кем не поделится?

Юма машинально поймал покрытый следами зубов корешок, вставил его обратно в рот лучшего друга и сказал:

— Конечно, если в укрытии закончится еда, и класс будет умирать от голода, он всех накормит. Но потребует достойную плату.

— Какую? Деньги?

— Скорее всего. Либо иены, либо аурумы, — Юма назвал валюты как реального мира, так и Алгола.

Конкэн сильно поморщился и посмотрел на него.

— Но в нашем положении от иен никакого толку.

— Это ещё не факт. Вроде бы на пятом этаже «Альтеи» находится фудкорт… Конечно, сейчас он не работает, но там могут быть торговые автоматы, причём достаточно крепкие, чтобы их нельзя было так просто сломать.

— Фудкорт… Интересно, есть ли у них хото[*]…

Плоский удон.

Не став отвлекать друга от мечтаний о знаменитой лапше из Яманаси, Юма повернулся к Саве.

— Ну так что? Может, какую-то еду получится достать в Сорю, поэтому я думаю, что можно прямо сейчас пойти в особняк, а потом туда.

— Напомни, как далеко отсюда до Сорю? — спросила Сава.

Юма воссоздал в голове карту мира AM.

— Э-э, километров двадцать с небольшим. Если бежать без остановки, то часа за два доберёмся, но по пути будет не меньше десяти… а скорее, и все двадцать стычек с монстрами, поэтому надо прибавить ещё час…

— Короче, мы туда дойдём самое раннее в восемь вечера. Конечно, это не страшно, если мы хотим только пробежаться по магазинам, но впереди ещё поиски Кисануки…

— Кажется, за сегодня мы не закончим…

Оба погрузились в тяжёлые раздумья.

— Слушайте, Ю-кун и Сава-тян, — заговорила Наги, посмотрев через дорогу. — Мне всё ещё не дают покоя слова дедушки из магазина.

— А-а…

Юма тоже посмотрел на магазин еды длительного хранения. Двустворчатые двери теперь были наглухо заперты. Когда Юма выкупил все коренья со вкусом цветных карандашей, старый хозяин сказал им на первый взгляд совершенно очевидную вещь, но в которой явно крылся некий потаённый смысл. А именно…

«Хорошенько напрягите ушки, ребята».

— Я с тех самых пор внимательно слушаю, но пока ничего не слышу… — признался Юма.

— Угу… Но ведь он не просто так это сказал.

Наги отказывалась верить, что старый продавец обманул их. Юме тоже хотелось так считать, но «прислушиваться к необычным звукам» — это одно из фундаментальных правил не только полного погружения, но и любых игр с открытым миром…

— Так, подождите… — Сава вскинула ладонь и приставила к губам указательный палец.

Вся пятёрка тут же замолкла и вслушалась. Посвистывал ветер, блуждающий по широкой улице. Из работающих магазинов доносились голоса. Кричали птицы в закатном небе…

А на фоне всего этого раздалось нечто, напоминающее сердитые мужские крики.

Все магазины тут же начали закрывать двери. Немногочисленные прохожие разбежались по переулкам. Дети кивнули друг другу, и отряд побежал по опустевшему городу.

Они преодолели метров двадцать и находились уже у двери закрытого ресторана, когда голос раздался вновь, но теперь намного яснее. Юма не останавливаясь заложил вираж и нырнул в тёмный переулок возле ресторана. Он продолжал бег между вёдер и ящиков, пока не увидел выход из переулка… и затормозил точно перед ним. Друзьям тоже удалось остановиться, не врезавшись друг в друга, и они по очереди выглянули из угол здания.

— А!.. — воскликнула не то Ария, не то Кёка.

На параллельной улице, которая сама была лишь немного шире переулка, находились четверо NPC. Трое из них — рослые, крепкие стражники в кожаных доспехах с заклёпками, стальными пластинами и надвинутыми на лица капюшонами. Несмотря на небольшие различия, в целом они выглядели совсем как охранники темницы под особняком градоначальника Карсины. У центрального стражника на наплечниках красовались нехитрые украшения, так что он, видимо, командовал другими. За их спинами виднелась телега, нагруженная мешками.

Стражники стояла напротив четвёртого NPC — молодой женщины в длинной коричневой юбке, некрашеном фартуке и хвостом русых волос.

— Элейн-сан… — прошептала Сава.

Юма тоже быстро вспомнил её. Прямо сейчас их отряд прижимался к стене ресторана «Гранат», где вчера попробовал стейки. Элейн работала в нём официанткой.

Стоило Юме задаться вопросом, что вообще происходит, как командир зычно воскликнул:

— Хорош тянуть время, отдавай всё что есть! Или в темницу захотелось?!

С трудом верилось, что этот грубый, срывающийся голос принадлежит защитнику общественного порядка. Но Элейн не отступала, пусть ей и кричали в лицо.

— Что я должна отдавать, если у нас уже и хлебных крошек нет?! Всё, что привозят торговцы, вы скупаете до последнего листочка. Нам и самим-то сейчас есть нечего, а уж посетителям подавать так тем более! — прозвучал её узнаваемый глубокий голос.

Командир отступил на полшага, явно не ожидав сопротивления, но тут же подался вперёд и перекричал официантку:

— Нам плевать на твои оправдания! Каждый дом, каждый магазин должен наполнить мешок едой — это указ нового градоначальника. Если у вас нечего жрать, идите на реку, в лес, в поля — и ищите!

Ребята невольно переглянулись. Командир только что упомянул нового градоначальника.

Вчера дети заходили в здание, где якобы находился магазин сувениров «Симая», но на самом деле там обитал странный дед, который считал своим партнёром кота и торговал ценными сведениями. Он-то и рассказал, что сейчас Карсиной управляет молодой человек, полностью покорный начальнику стражи Овену. Иными словами, фактически всеми делами в городе заправлял главный полицейский.

Возможно, Овен с самого начала был Варанийским ящером, а возможно, он в какой-то момент убил настоящего Овена и занял его место, но в любом случае этот монстр уже повержен. Отряд вышел из игры, не увидев последствия своих действий, но никто не сомневался, что как только молодой градоначальник по-настоящему вступит в права, дела придут в норму.

Но что, если этот человек ещё больший подлец, нежели Овен? Что, если победив начальника стражи, они развязали руки настоящему тирану?

Нет, эти подозрения разбивались о факт, что командир говорил о «новом» градоначальнике. Овен формально так и оставался начальником стражи, не пытаясь узурпировать власть. Если проводить параллели с Японией, то можно вспомнить регентство кампаку[*]… Возможно, это не совсем верно, но во всяком случае вернувшегося к власти градоначальника не стали называть бы новым. А значит…

В период Хэйан (примерно X-XII век н.э.) клан Фудзивара присвоил власть, заставляя императоров отрекаться в молодом возрасте и уступать престол маленьким детям. Пока они росли, страной правили кампаку, старшие советники. Разумеется, кампаку были из клана Фудзивара.

— Неужели новый градоначальник — это… Кисануки?

Если догадка Юмы была верна, нетрудно догадаться, для чего градоначальник конфискует еду. Самый простой способ повысить показатель верности питомцев — кормить их. Захватив огромное количество монстров и взяв штурмом особняк градоначальника, Кисануки понял, что теперь ему нужны огромные запасы корма, чтобы содержать и развивать свою армию. Так он и перешёл к репрессиям против народа.

Но если так, всё случилось чересчур быстро. Кисануки сбежал из укрытия всего три-четыре часа тому назад. Разве возможно за такое время собрать армию из десятков монстров, захватить особняк градоначальника, вступить в права и приказать городской страже собрать всю еду, которая только есть в городе?

Юма чуть не утонул в размышлениях, но тут услышал новый голос:

— Карсиной уже шесть лет управляет Райм Карсий! Мы этого вашего нового градоначальника не видели и не слышали!

За спиной отважной Элейн приоткрылась дверь. Юма напряг глаза, и увидел в десятиметровой щели троицу её ровесниц. Их лица были ему смутно знакомы — эти девушки тоже работали в «Гранате».

Кстати, а почему именно Элейн держала оборону против стражи, если она всего лишь горничная? У ресторана ведь должны быть владелец и шеф-повар. Но стоило Юме об этом задуматься…

— Ах вы! Я вам покажу, как не уважать градоначальника! — закричал командир и выхватил саблю, подвешенную на левом бедре.

Остальные два стражника последовали его примеру.

— Ю, — прошептала Сава.

Юма кивнул и быстро раздал указания:

— Как только начнётся битва, я и Сава берём на себя центрального, Конкэн и Наги — левого, Мисо и Кёка — правого… Вперёд!

Он выскочил из переулка и в мгновение ока оказался между Элейн и стражниками. Друзья встали по сторонам, но на достаточном расстоянии, чтобы не мешать друг другу.

— А… Снова ты, мальчик?! — раздался за спиной изумлённый возглас Элейн.

— Элейн-сан, зайдите в магазин! — приказал Юма, не оборачиваясь.

— Н-но…

— Не волнуйтесь, мы справимся! — отрезал Юма, выхватывая «Короткий меч из тёмного железа».

Почти в тот же миг с боков раздался звон расчехляемого оружия.

— Только не геройствуйте! — воскликнула Элейн и хлопнула дверью.

Командир стражников наконец-то оправился от изумления и закричал на Юму:

— Ч… что вы себе позволяете, молокососы?!

— Немедленно брось оружие, если хочешь жить! — выпалил тот в ответ.

Даже под капюшонами было видно, как стражники разинули рты. Наконец, их на удивление бледные лица исказились от ярости. Стражники оскалили желтоватые зубы и раздули ноздри.

— Вы за это заплатите, мелюзга!

— Сами бросайте свои игрушки!

— Не то окажетесь в мешках!

Троица стражников обрушилась на детей с руганью, не сводя с них глаз. Юму начало одолевать подозрение — слабое, но назойливое. Он склонил голову к стоявшей слева от него Наги и как можно тише попросил:

— Извини, но можешь разок использовать свой чит, чтобы ударить «Морозным потоком», когда я занесу меч? Так, чтобы попало по всем.

— Конечно.

— Эй, о чём вы там переговариваетесь?! — крикнул стоявший посередине командир и сделал шаг вперёд.

В ответ Юма занёс короткий меч и встал в стойку для боевого приёма «Силовой удар». Клинок вспыхнул ярко-голубым.

— О, подраться захотел?!

Все шесть глаз стражников сошлись на мече, и в этот момент…

Наги выставила вперёд серебряный посох и выпустила тихочтением заклинание. Из её оружия вырвался веер блестящего холодного потока и окутал противников.

— Гхо-о-о… — глухо взвыли стражники, невольно нагибаясь.

«Морозный поток» создан не столько наносить урон, сколько сковывать движения, поэтому он не причиняет серьёзных повреждений. Облачённый в доспехи воин вполне может успеть покинуть опасную зону, прежде чем замёрзнуть, и остановить заклинателя крепким ударом.

Но вместо этого крупные стражники поёжились и даже выронили символы своей гордости — казённые сабли с эмблемами города. Вместо этого они закрыли лица руками. Холод быстро покрыл их тела инеем, который на глазах превратился в ледяную корку.

Благодаря тому, что атаку совершил член группы, перед глазами Юмы тоже появились шкалы здоровья стражников. Они сократились лишь самую малость, зато под ними красовалась иконка в виде снежинки. Именно на этот дебафф «Переохлаждение» и рассчитывал Юма, ведь он покажет, оправданы ли его подозрения.

— Ха-а! — воскликнула Наги, поднимая посох ещё выше.

Поток холода стал сильнее. Морозный ветер раздул капюшоны и скинул их с голов. В следующий миг заклинание подошло к концу.

Командир, прикрывавший голову скрещенными руками, издал шипящий звук. Продолжая прикрывать лицо, он подобрал с земли саблю, а поднявшись, опустил, наконец, вторую руку. Увидев его лицо, Ария и Кёка ахнули.

— Да ладно?.. — глухо обронил стоявший слева от Юмы Конкэн.

Среди стражников не было людей. В глаза бросалась широкая переносица, выступавшая далеко вперёд, блестевшие в огромных ртах острые клыки и чешуйчатая кожа. Глаза стражников были золотистыми с вертикальными зрачками.

— Варанийцы… — прошептал Юма.

Командир ухмыльнулся во весь свой рептильный рот.

— Раз вы увидели меня таким, живым вам не уйти.

Остальные стражники тоже кровожадно улыбнулись, постучали себе саблями по плечам и картинно замахнулись.

«Ваш начальник тоже так говорил, пока сам не сдох», — мысленно огрызнулся Юма и отдал новые приказы:

— Нападаем все вместе… вперёд!

На последнем слоге он завершил «Силовой удар», который всё это время держал полностью заряженным. Должно быть, командир стражников полагал, что дети испугаются его настоящей внешности и передумают нападать, поэтому стоял как истукан. За это Юма обрушил всю мощь своего боевого приёма прямо на его нос. Раздался приятный рубящий звук, и коричневая чешуя расплескалась алыми спецэффектами урона.

— Гхо-о-о! — вараниец выгнулся от боли, и в тот же миг под его челюсть влетела «Огненная стрела», взрыв которой отнял ещё часть здоровья.

На левом фланге Конкэн ушёл в глухую оборону, отбивая атаки двуручным мечом, а Наги выпускала боевые заклинания. За эту парочку Юма не переживал, ведь они долгие годы играли вместе и тоже прошли через битвы с начальником стражи Овеном, главой Варанийских ящеров.

Беспокойство вызывал правый фланг, где воевали Ария и Кёка. Два мага, пусть и с разными наклонностями, к тому же впервые сражавшиеся в одной команде. Увы, опасения Юмы быстро подтвердились.

— Получа-ай! — бодро воскликнула Ария и помчалась прямо на одного из стражников.

Как и в случае Ники и Хаидзаки, она применяла заклинания перчатками, которые уже искрили от электричества. Правда, скорее всего от чита, нежели заклинания. Конечно, приятно было видеть, что она не струсила при виде ящеров, но Юма не хотел, чтобы его товарищи использовали читы слишком часто. К тому же электричество могло не…

— Чёртова малявка!

Стражник взмахнул перед собой саблей параллельно земле, но из-за «Переохлаждения» сделал это медленно и неуклюже. Ария нырнула под его клинок и…

— На-а!

Она врезала кулаком в бок стражника. Ослепительно вспыхнули жёлтые искры, тело сильно выгнулось, но…

— Уора-а-а!

Вараниец так же стремительно восстановил равновесие, издал чудовищный крик и попытался укусить Арию за голову.

— А-а! — завизжала та и резко отпрыгнула.

Челюсти сомкнулись в паре сантиметров перед её носом с такой силой, что посыпались искры. Должно быть, Ария надеялась сначала оглушить врага электричеством, а потом безнаказанно разрядить в него атаку посильнее. Однако в результате лишь продемонстрировала, что чешуя варанийцев устойчива не только к пламени, но и к электричеству. К тому же что-то подсказывало Юме, что не последнюю роль здесь сыграли кожаные доспехи.

Схлестнувшись клинками с командиром, он скомандовал:

— Мисо, не пытайся атаковать сама, только уворачивайся!

Одновременно с этим за спиной раздался раздражённый голос Кёки, сжимавшей в руках свой жезл:

— Ария, ты загораживаешь мне обзор! Я не могу прицелиться заклинанием!

— Заткнитесь! — огрызнулась в ответ Ария и выбросила вперёд руки, продолжая стоять перед Кёкой.

По чёрным перчаткам побежали искры. Очевидно, она собиралась попробовать снова и вложить в удар больше силы, но очевидно, что враг не собирался смиренно ждать следующей атаки.

Впрочем, демонические читы отличаются от магии тем, что во время их зарядки можно спокойно передвигаться, не боясь сбить заклинание. Ария могла отвлекать внимание врага за себя, пока Кёка использует более действенную магию…

Но вдруг стражник напротив Арии широко раскрыл пасть. Даже Юма машинально удивился тому, что ящер вновь собирается укусить девочку, ведь это такой наивный и очевидный шаг. Однако вместо этого враг вдруг сложил рот воронкой и выпустил из него жёлтый дым. Ария не ожидала такого сюрприза и даже не попыталась отскочить.

— А!.. — воскликнула она и упала на землю, моментально потеряв где-то пятую часть хит-пойнтов.

Рядом с её шкалой загорелась иконка с двумя волнистыми линиями. «Паралич».

— Дерьмо!

Заскрипев зубами, Юма с яростью накинулся на командира, чтобы поскорее победить его. Но враг был не лыком шит и позволял лишь царапать себя по носу и руке, избегая чистых попаданий. В результате Юме пришлось отскочить — он понимал, что от долгого натиска может тоже нарваться на паралич.

Вараниец справа уже заносил свою саблю. Мощный, как у топора, клинок вполне мог лишить Арию остатков хит-пойнтов.

Юма уже приготовился использовать свой чит «Двойное действие», чтобы вмешаться, но…

— Игнис! — властно выкрикнула Кёка запускающее слово и выбросила вперёд жезл.

Из его кончика выстрелил небольшой круглый камень диаметром пару сантиметров, и попал стражнику точно в нос. Один такой камень мог оставить самое большое ссадину, но жезл выпускал ещё и ещё нескончаемым потоком. Они вылетали по два в секунду, напоминая стрельбу из автомата. «Стрельба камнями», магия среднего уровня стихии земли. Её можно было держать включённой до тех пор, пока не иссякнет мана. Использовалась для подавления противника.

— Нгха-а! — взвыл стражник и закрыл рукой лицо, когда один из камней попал ему, видимо, в глаз.

«Надо добить остальных стражников, пока у Кёки не закончилась мана», — сообразил Юма, перевёл взгляд на командира и высоко подпрыгнул. В воздухе он замахнулся клинком и во весь голос воскликнул:

— Глакиес!

Благодаря тому, как Юма вёл себя в течение этой битвы, командир (а точнее, управляющий им ИИ) пришёл к выводу, что этот мальчик всего лишь мечник, а его оружие — просто клинок. Однако Юма как монстровик относился скорее к магам, а «Короткий меч из тёмного железа» был проводником его заклинаний.

На острие возник голубой шарик и зажёгся ослепительным светом. На лице командира-ящера отразило удивление, и он тут же скрестил перед собой руки, вставая в защитную стойку. Он несомненно ожидал ледяную магию, к которой очень уязвим, но Юма знал лишь бытовые заклинания, среди которых не было ничего из этой стихии. Так что он лишь отвлекал врага от настоящей атаки.

Сава промчалась под летящим Юмой. На её жезле уже ярко горело пламя после того, как она произнесла стихийное и формирующее слова. В таком состоянии опасно бегать и прыгать, потому что заклинание может сорваться, однако Сава блестяще удерживала его на жезле. Добежав прямо до командира, она поднесла орудие к незащищённой чешуе под мышкой.

— Игнис!

Чудовищный взрыв, после которого первая «Огненная стрела» показалась хлопушкой, оторвала руку варанийца под корень. Это был уже «Огненный шар», огненное заклинание среднего уровня. Несмотря на внушительную мощь, оно летит довольно медленно, давая врагу возможность защититься или увернуться. Но при стрельбе вплотную скорость снаряда уже не имеет никакого значения.

— Гха-а-а-а! — взвыл командир, запрокинул голову, а в следующий миг Юма обрушил меч на его нос.

Голубой шарик развеялся, но на силе удара это никак не сказалось. Могучий удар опустошил остатки шкалы, и командир застыл в неестественной позе прежде чем его тело разлетелось на бесчисленные осколки.

Через пару мгновений левый стражник пропустил ледяное заклинание Наги, повалился наземь и взорвался. Четверо детей пробежали сквозь вихрь похожих на лепестков частиц и устремились к последнему врагу.

За несколько секунд до этого «Стрельба камнями» Кёки подошла к концу, потому что у девочки закончилась мана. Стражник с перекошенным от злости лицом замахнулся саблей, чтобы добить оцепеневшую Арию.

— Обойдёшься! — выпалил Конкэн и применил «Тяжёлый удар», боевой приём для двуручного меча, в последний момент отбивая им саблю.

Вараниец потерял равновесие, и в следующий миг у его головы и шеи разорвались заклинания Савы и Наги, оставив ему лишь крохи здоровья, так что Юма смог добить его «Теневым повтором».

— Сопляки, вы ничего не… — бросил ящер напоследок, но не успел договорить.

Сабля выпала из его руки, и он разлетелся на осколки, словно закалённое стекло.

— Вы точно обычные дети? — недоверчиво спросила Элейн, выходя из ресторана через заднюю дверь.

Остальные три официантки внимательно следили за ними, но не решались выйти на улицу. Юма невольно переглянулся с товарищами и кивнул.

— Да… По крайней мере, не варанийцы.

— Насчёт этого я и не сомневалась… — Элейн покачала головой и сменила тему: — Не думала, что стражники — замаскированные ящеры… Не понимаю, что творится в особняке…

Элейн обеспокоенно глянула в направлении особняка, и дети тоже повернули головы. Из-за двухэтажного здания «Граната» они ничего не увидели, но в цветах начинающегося заката на южном небе чувствовалось нечто зловещее.

— Скажите, Элейн-сан.

Юма обратился к официантке, и она повернула к нему голову, слегка взмахнув хвостом волос.

— Что сказать?

— Как вы его назвали, Райм… э-э…

— Райм Карсий?

— Д-да. Этот человек сейчас градоначальник Карсины… или как?

Элейн ответила не сразу. Сначала она достала из кармана длинной юбки продолговатую чёрную палочку и чиркнула ей по шершавой каменной стене. Кончик палочки загорелся, но девушка потушила его взмахом руки, а противоположный конец вставила в рот и затянулась. На дымящемся кончике замелькали искры. Элейн выдохнула бледно-сизый дым со сладковато-горьким ароматом.

— Шесть лет тому назад господин Райм унаследовал позицию градоначальника после смерти господина Араго… Ему тогда было лишь десять лет и несколько месяцев.

Юма и его товарищи внимательно слушали рассказ.

— Это был воспитанный молодой человек, дружелюбный и ни капли не заносчивый. Он частенько тайком выбирался из особняка, чтобы чего-нибудь купить… Особенно ему понравились наши знаменитые жареные сосиски, мы часто его угощали.

— Сосисками?! — с нескрываемым голодом в голосе воскликнул Конкэн.

Утихомирив его ударом локтя, Юма поинтересовался:

— Если он принял наследство шесть лет назад в десять, то сейчас ему 16, правильно?

— Да, если я ничего не напутала.

В реальном мире 16-летние подростки — это как правило ученики первого или второго класса старшей школы. С точки зрения шестиклассника Юмы это уже мужик, до которого ещё расти и расти, но в то же время его нельзя назвать взрослым. В этом мире должны применяться такие же принципы… скорее всего.

— Э-э… Я заранее извиняюсь за возможное оскорбление, но ваш градоначальник ведь ещё не немощный старик? Как же так получилось, что мы до сих пор не то что не видели его в городе, но и не слышали его имени?..

— Ещё бы вы его видели, — выдохнув ещё одну струйку дыма, Элейн кивнула, затем посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что в переулках никого нет. Продолжила она на тон ниже: — Вот уже два года никто из нас не видел господина Райма. Мы получили извещение, подписанное именем главного дворецкого, что он тяжело болеет, но никто в это не верит. Если с болезнью не могут справиться наши доктора, они могли бы пригласить более умелых врачей из Сорю или Пютлева, но никто в особняке об этом не побеспокоился. Всем очевидно, что болезнь — это просто неумелая маскировка, а на самом деле творится нечто другое.

«Из Пютлева?..» — Юма наклонил голову, пытаясь вспомнить такой город. Однако Элейн продолжала говорить, и ему пришлось вновь сосредоточиться на её речи:

— Но это не единственная странность. Именно с тех пор всех служанок и дворецких постепенно освободили от работы, а охранники перестали ходить в город, чтобы поесть или выпить. Люди постоянно шепчутся, что в особняке творится нечто неладное, но…

Элейн бросила взгляд на телегу, так и оставшуюся стоять посреди узкой улицы. Хотя экипировка стражников исчезла вместе с их телами, награбленное осталось.

Элейн поморщилась и затянулась, явно вспомнив недавнюю стычку, после чего продолжила:

— Никто не думал, что стражу заменили эти чудовища… Надеюсь, с господином Раймом всё хорошо…

— …

Юма взглядом подал знак Саве. Несомненно, его сестра тоже вспомнила слова, сказанные Овеном во время битвы.

«Как вы посмели убить моего сородича?! Вы хоть представляете, каких трудов мне стоило подменить им человека так, чтобы никто ничего не заметил?!»

Вчера Юма особенно не задумывался о смысле этих слов, но теперь всё стало очевидно. Овен долгое время — вернее, ровно два года, если верить словам Элейн — заменял охрану особняка градоначальника на варанийцев. Скорее всего, сейчас в том здании уже не осталось ни одного человека. Это объясняло, почему снаружи его охраняли, словно замок, зато внутри дети почти не встретили стражников. Там просто не за чем было следить.

Если всё именно так, то Райма Карсия наверняка тоже уже нет в живых. Раздумывая над тем, стоит ли сказать об этом Элейн, Юма вновь задался вопросом, что это за новый градоначальник, которого упомянули стражники. Если не Райм и не начальник стражи Овен, то на ум и правда приходит один лишь Кай Кисануки. Конечно, изначально Юма считал, что тому не хватило бы времени, но если вся стража состоит из варанийцев, это меняло дело. В таком случае Кисануки даже не пришлось бы набирать монстров в свою армию за пределами города — он мог просто вторгнуться в особняк, взорвать ещё несколько каменных слизняков, чтобы снизить хит-пойнты стражников до половины и сделать их своими питомцами.

Если Кисануки приручил стражу и заставил отбирать еду у жителей Карсины, то именно отряд Юмы должен исправить ситуацию. Всё-таки Кисануки — их одноклассник, пускай и враждебно настроенный.

— Мы прокрадёмся в особняк и разведаем обстановку, — объявил Юма.

Элейн невольно вдохнула дым и зашлась сильным кашлем. Убрав сигарету, она строгим голосом обратилась к отряду:

— Что ты такое говоришь?! Это работа для взрослых, а не детей. Пусть мы не можем положиться на стражу, в городе есть отряды самообороны. Человек десять-двадцать крепких мужчин отыскать можно…

Вдруг она замолчала. В особняке засели не просто стражники, а ящеролюды, покрытые крепкой чешуёй и способные легко размахивать тяжёлыми, крепкими саблями, не говоря уже об их способности выдыхать паралитический газ. Даже хорошо вооружённый и владеющий магией отряд Юмы с трудом совладал с ними. Десять-двадцать не привыкших воевать горожан вряд ли смогут победить такого врага, и Элейн наверняка это осознавала.

— Не волнуйтесь. Хоть мы и дети, но всё-таки авантюристы, — заявил Юма, постучав себя в грудь.

Сава и Конкэн утвердительно закивали. Элейн выдохнула, бросила наполовину выкуренную сигарету на мостовую и затушила подошвой. В Нодзоми её за это тут же бы оштрафовали, но здесь окурок немедленно вспыхнул голубым и исчез без следа.

— Только будьте очень осторожны… Если почуете опасность, немедленно уходите, — напомнила она с тревогой в глазах, после чего глянула в направлении главной улицы. — И кстати, загляните по пути в «Симаю», проведайте дедушку. Я каждое утро прихожу кормить его кота, но сегодня магазин был закрыт, и я никого не докричалась.

— Конечно.

Юма кивнул, а за его спиной раздался дружный шёпот Наги и Кёки:

— Кота?!

Однако «Симая», притаившаяся в переулке наискосок от «Граната», и правда стояла с закрытыми ставнями. Как они ни стучали и ни звали, никто так и не вышел. Отряду пришлось сдаться и выйти из переулка.