— Харин заснул, — вполголоса сообщила Наги, спускаясь по лестнице со второго этажа церкви.

Юма кивнул и проверил время. 9 часов 45 минут. Они вышли из укрытия Сугамо в половине восьмого, так что прошло уже больше двух часов. Предполагалось, что они должны будут вернуться к полудню, так что к десяти надо бы уже определиться со следующим пунктом назначения и пуститься в путь.

Дети вышли из столовой в саму церковь, а затем и на улицу, обходя окаменевших людей. Конечно, им не очень хотелось оставлять маленького Харина одного, но они пришли к выводу, что Ники вряд ли сюда уже вернётся.

Юма собрал товарищей на краю площади и спросил:

— Ну что, ребята. Горы или топи?

— Гм-м… — на редкость протяжно промычал Конкэн.

На противоположном берегу озера Смиу виднелась каменная гряда, где какие-то горцы якобы добывали самоцветы. Возможно, там можно разжиться Рубеллитовыми иглами, однако оказалось, что Харин и сам ничего не знает о горцах. Конечно, это могут быть просто живущие в горах люди, но они вполне могут оказаться и дварфами, гномами или даже враждебно настроенными монстрами. Сложность состояла ещё и в том, что на обход огромного озера уйдёт куча времени, а на каяках можно перевернуться по неопытности.

Однако рассказ мальчика о панацее из лотосов, которые растут в топях к северу от Сурры, тоже вызывал вопросы. Первый, разумеется, в том, поможет ли это лекарство от окаменения. Слова Харина наводили на мысль о том, что это средство принимают внутрь, но превращённый в статую человек не способен ни есть, ни пить. Второй вопрос касался сильного монстра, который якобы живёт в топях. Эпитет «сильный» не вносил никакой ясности, а ребёнок не мог назвать даже вид чудовища. Наконец, слова отца Харина тоже оставались загадкой.

Откровенно говоря, оба варианта вызывали примерно одинаковое беспокойство, и Юма уже подумывал о том, чтобы бросить монетку, но тут…

— Я за топи, — вдруг обронил Кай Кисануки, который молчал с того самого момента, как они вошли в деревню.

Юма повернулся к нему, хотя даже в Алголе его лицо пряталось за длинной чёлкой.

— Можешь объяснить почему?

— Могу, — кивнув, Кисануки принялся тараторить, так же, как утром в укрытии. — Думаю, всем очевидно, что игрокам не могут выдать панацею от всех болезней в самом начале игры. Скорее всего, этот квест с поиском лотосов в топях появляется позже — например, когда игрок возвращается в деревню на высоком уровне, либо когда по ходу сюжета её охватывает эпидемия. Но сейчас Ники превратил жителей в камень, и условие сработало преждевременно.

— Вот это метагейминг, — прошептал Конкэн так, чтобы услышал только Юма.

Метагеймингом называется анализ игровых ситуаций не на основе игровой информации, а через околоигровые рассуждения о психологии разработчиков игр, сюжетных клише, типичных объемах данных и бюджетов игр и так далее. Многие игроки относятся к такому подходу с негодованием, так как он разрушает атмосферу, и даже Юма относил себя к противникам метагейминга. Впрочем, сейчас он точно не мог капризничать по этому поводу.

Кисануки воспринял всеобщее молчание как согласие и продолжил объяснять:

— Мы получили квест в обход условий, поэтому скорее всего не дотягиваем до него по уровню. Он будет крайне сложным, но при этом рассчитанным самое большее на группу из четырёх. Поэтому я считаю, что рейда из восьми должно хватить. В нынешних условиях сложно сказать, когда в следующий раз соберётся настолько же сильная команда, поэтому я считаю, что такую возможность нельзя упускать.

— О-о, — Тинами первая подала голос после речи Кисануки. — Если ты так хорошо разбираешься в играх, то чего вчера молчал?

Кисануки замялся и тихо промямлил:

— Н-нет, я… не очень-то разбираюсь…

— Ты всерьёз будешь отнекиваться после всего, что наговорил?!

— Вот-вот, — поддакнул Хокари.

Несмотря на то, что и он, и Тинами вовсе не пытались задеть или оскорбить Кисануки, тот стушевался, опустил голову и вновь ушёл в себя.

Хокари повернулся к Юме и растерянно пожал плечами, будто спрашивая совета. Немного поразмыслив, тот сказал:

— Думаю… я соглашусь со словами Кисануки-куна. К горцам мы можем сходить и в следующий раз, но есть вероятность, что лотосы с топей можно превратить в панацею только сейчас. Мы можем упустить момент, тем более, что время в этом мире продолжает идти, даже пока нас в нём нет. Я не хочу оставлять Харина здесь одного на несколько дней.

— Да… правильно, — тихо согласилась Аой.

Хокари и Тинами кивнули, а на Саву, Наги и Конкэна Юма даже не посмотрел, не сомневаясь в их поддержке.

— Значит, все идём в топи, — напоследок повторил он и услышал шесть одобрительных возгласов.

Один только Кисануки продолжал хранить молчание и ограничился кивком.

Огибавшая церковь дорога привела рейд к северному выходу из деревни. За ним вновь начинались болота, по которым петляла тропа трёхметровой ширины. Однако туман стал ещё плотнее, а растения причудливее — намёк на то, что в этих краях игроков ждут более сильные противники.

Ещё сильнее тревожило то, что в некоторых местах тропинка уходила под воду. Опасаясь, что в этих местах могут быть глубокие ямы, Юма призвал своего Большого рогатого зайца по имени Мук и перевёл его в только что освоенный режим избегания ловушек.

Дети шли по тропинке за Муком в две колонны. По пути им и правда встречались доселе невиданные монстры — жабы, раки, гигантские водомерки. Все они дожидались игроков прямо в воде и нападали с боков. Первые несколько атак напугали школьников, застав их врасплох, но позднее Сава заметила, что затаившегося монстра можно заметить по кругам или пене на воде, и с тех пор рейд встречал нападающих во всеоружии.

Ещё большая трудность состояла в том, что в бою дети больше всего уповали на огненную магию Савы и водную Наги, однако и то, и другое почти не наносило урона водным существам. Саве пришлось переключиться на дебаффы, а Наги лишь помогала Аой лечить и усиливать союзников. Роль танка взял на себя Каменный слизняк, которого призвал Кисануки, а урон наносили Юма, Конкэн, Хокари и Тинами.

Так они и продвигались через болота, постепенно превращаясь в слаженный отряд. Все участники рейда получили ещё по одному уровню. Но помимо приятных новостей Юма получил и новые поводы для беспокойства, главным из которых стала Аой. Жрецы начинали игру с пастушьим посохом с железным навершием, который не только давал прибавки к заклинаниям, но и служил неплохим ударным оружием. Иначе говоря, создатели Actual Magic задумывали жрецов как класс, способный воевать в ближнем бою, однако Аой, в отличие от Наги, никогда не приближалась к монстрам, а когда те сами нападали на неё, пряталась за спину Конкэна или Хокари.

Пока что в этом не было ничего страшного, благо что помимо неё единственным участником рейда, которому действительно требовалось постоянное прикрытие, была Сава. Однако ни одна MMORPG не обходится без непредвиденных ситуаций. Рано или поздно обязательно настанет момент, когда от храбрости Аой будет зависеть выживание всей группы.

Пока Юма думал, стоит ли идти до победного или лучше сделать перерыв на охоту, чтобы заодно помочь девочке побороть страх перед ближним боем, пейзаж вокруг начал резко меняться. Увидев, что дорога впереди расширяется, Юма скомандовал привал.

— Ребята, кажется, мы почти пришли. Давайте сделаем небольшой перерыв!

— Хорошо! — первой отозвалась Наги и тут же применила «Целебный круг» — заклинание, которое постепенно восстанавливает здоровье у всех, кто находится в зоне действия.

Конкэн и Хокари достали бутылки с водой, а Тинами и Аой просто уселись на землю. Юма накормил Мука сухофруктом и сменил приказ с поиска ловушек на выискивание монстров. Заяц увлечённо жевал жёлтый кусок чего-то похожего на манго, держа его обеими лапками. Поддавшись его очарованию, Тинами и Аой забыли о своей усталости и принялись гладить питомца. Тем временем к Юме подошла Сава.

— Слушай, Ю, ты уже подумал над словами, которые передал нам Харин?

— Э-э... Которые «огонь это красное, лёд это синее»?

— Наоборот! «Красное — это огонь, синее — это вода, фиолетовое — это огонь, лёд и железо». Интересно, что они значат?

— Гм-м… — протянул Юма, осматриваясь.

Туман в этой части топей был ещё гуще, а трясины глубже, однако им по-прежнему не встретилось никаких огней, да и болотная вода казалась не столько синей, сколько чёрной.

Юма принялся озираться в попытках найти хоть какую-то зацепку, пока его взгляд не упал на Кисануки, который сидел в уголке и что-то жевал. Каменный слизняк пржался к камню возле его ног и медленно шевелился, принимая причудливые формы. Юма подошёл к ним и заговорил:

— Слушай, Кисануки, чем ты кормишь своего слизняка?

— Что? А-а… — Кисануки бросил быстрый взгляд под ноги и пробормотал: — Вроде бы больше всего очки преданности добавляют за редкую руду и самоцветы, но кормить его таким слишком накладно. Для того, чтобы просто восстановить хит-пойнты, сгодится любой камень. Тем более, что один из главных плюсов слизняков в том, что их дёшево кормить.

— О-о… Но разве тебе не хочется поднять ему уровень преданности? У меня есть несколько самоцветов, могу дать, — не задумываясь предложил Юма, но Кисануки скривил рот.

— Спасибо, обойдусь. У меня в планах как можно скорее заменить и Скрытного слизняка, и этого на более сильных монстров. Твой Большой рогатый заяц тоже моб первого тира. Смысла его тренировать никакого.

— Э-э… т-ты, конечно, прав… — пробормотал Юма и быстро сменил тему: — Кстати, Кисануки. Помнишь слова Харина, что «красное — это огонь, синее — это вода, фиолетовое — это огонь, лёд и железо»? Как думаешь, что это значит?

— Считаю, об этом пока бесполезно даже думать. У нас слишком мало данных, — твёрдо заявил Кисануки и с укоризной уставился на Юму сквозь плотную чёлку волос. — Если тебя так заинтересовали слова того мальчика, почему не разбудил его и не расспросил как следует? Это же основы основ: когда у NPC есть нужная информация, ты говоришь с ним снова и снова, пока он не начинает повторяться.

Юма застыл с открытым ртом. Вместо него ответила Сава, которая, как оказалось, стояла неподалёку:

— Слушай-ка, Кисануки, он ребёнок всего пяти или шести лет от роду, травмированный недавними событиями. Он и без этого очень постарался, чтобы рассказать нам как можно больше подробностей. Конечно же, мы не стали его будить, когда он наконец-то уснул!

— Ребёнок?.. — Кисануки опустил голову, словно избегая взгляда Савы, однако тон его голоса прозрачно намекал, что мальчик не согласен с ней. — Он просто качественно сделанный NPC. Мы отдали ему ценные сладости, а получили в ответ всего одну невнятную подсказку. Невыгодный обмен.

— Мы это делали не ради выгоды! — обиделась Сава. Юма дёрнул её за край мантии и торопливо вмешался:

— Спасибо, Кисануки-кун, я приму твои слова к сведению. В следующий раз не держи мысли и наблюдения в себе, а говори сразу.

Кисануки упрямо отказывался поворачивать к ним голову, так что Юма просто отошёл, заодно оттаскивая и Саву. Заметив, что сестра недовольна итогами разговора, он нагнулся к ней и прошептал:

— Сава, Кисануки вообще-то всё сказал правильно. Если мы и правда хотим сбежать из «Альтеи», то должны научиться думать как он.

— Я так не хочу, — Сава фыркнула, смахнула руку Юмы и ушла к Наги.

После десятиминутного перерыва поход продолжился.

В какой-то момент Юма заметил, что вокруг уже нет привычных для заболоченных мест мелких водорослей и мха. Теперь на воде плавали кувшинки с листьями размером с раскрытый веер и цветами не меньше волейбольного мяча. Между ними из воды тянулись пугающе белые и сухие стволы деревьев. Однако топи оказались не такими уж и глубокими — что-то около десяти сантиметров. Опасность представляла разве что скользкая грязь, которая покрывала дно. Свет с трудом пробивался сквозь серый туман, и, несмотря на то, что солнце уже давно взошло, вокруг царил полумрак.

Юма шёл впереди вместе с Муком. Неожиданно с ним поравнялась Тинами, которая всё это время держалась в тылу.

— Ю-кун, видишь эти большие круглые листья? Это и есть лотосы.

— А-а, вот как? Нам нужны их белые цветы.

— Ага, только я пока не видела ни одного цветущего.

— Понял, тоже буду искать.

Тинами кивнула и вернулась на своё место.

Топи отличались от других болот не только растениями, но и монстрами. Пропали агрессивные животные и насекомые — им на место пришли бестелесные огни Святого Эльма, духи тумана и призраки, а также различные виды слизняков. Количество стычек тоже ощутимо выросло.

Все эти монстры отличались неприятно высокой стойкостью к физическому урону, однако против первых хорошо помогало оружие, зачарованное «Световым усилением» Наги и Аой, а вторым, как правило, хватало одной «Огненной стрелы» Савы. Судя по всему, демонизация девочки дала ей постоянный бонус к урону от заклинаний и скорости восполнения маны, но Сава воспринимала это как должное и вовсю пользовалась возможностью наверстать упущенное, ведь в болотах ей почти не разрешали участвовать в битвах.

Остальные школьники тоже старались внести весомый вклад, и группа уверенно продвигалась вперёд. Лишь Аой не исправилась, даже наоборот, после перехода в топи всё стало ещё хуже. Очевидно, она крайне боялась призраков и слизняков и могла выполнять обязанности жрицы, только пока находилась на почтительном расстоянии от них. Как только монстр приближался к ней на метр, она визжала и садилась на корточки.

Местные слизняки были такими же безвредными, как те, которыми пользовался Кисануки в том смысле, что они не наносили много урона, даже когда прилеплялись к игроку. Причина такой реакции Аой была исключительно психологической, и Юма понимал, что с этим трудно что-либо сделать за столь короткое время. Не помогало делу и то, что Алгол сейчас казался даже правдоподобнее реальности. Когда дух тумана дотрагивался до кожи, игрок невольно ощущал замогильный холод, и по его телу бежали мурашки; а вязкое вещество, из которого состояли слизняки, было настолько омерзительным на ощупь и запах, что подступала тошнота. Аой, по её словам, почти не играла в компьютерные игры, поэтому требовать от неё срочно побороть брезгливость было бы попросту бессердечно. С другой стороны, после каждой битвы ситуация лишь ухудшалась, и со временем начала вызывать раздражение даже у Юмы, который уже молился, чтобы девочка наконец взяла себя в руки.

Ещё больше его беспокоило то, что терпение Хокари наверняка уже было на пределе, однако, как ни странно, первой об этом заговорила Тинами.

— Слушай, Аой, — где-то на десятой битве в топях разбойница резко развернулась к девочке. — Не ты ли говорила в укрытии, что должна стать сильнее, чтобы помочь Юкими? Конечно, тебя в наш рейд назначил Сугамо-кун, но в конце концов именно ты заявила, что готова пойти с нами. Я не прошу тебя выбегать вперёд, но ты можешь хотя бы делать свою работу?

Хотя Тинами была на пару сантиметров ниже Аой, жрица сжалась так, что стала казаться куда меньше разбойницы.

— Я понимаю… — еле слышно пролепетала она. — Я тоже хочу сражаться, как все вы, но… моё тело просто отказывается двигаться.

Аой опустила голову, и из её глаз закапали прозрачные слёзы.

Увидев это, Тинами немного смягчила тон.

— Послушай меня. Эти призраки и слизняки — ненастоящие. Они просто игровые монстры… куски данных, которые создает компьютер где-то в «Альтее».

— Но… — тихо, но с надрывом начала Аой. — Но ведь демоны настоящие, правда? Значит, и другие монстры тоже могут существовать на самом деле…

— Сога-сан, — машинально вмешался Юма. — Ты так говоришь, потому что тоже слышала голос демона?

Спустя пару секунд Аой кивнула.

— Вчера вечером когда все в укрытии пошли спать, у меня в голове раздался голос. Сказал, что прямо сейчас я слишком слаба, чтобы спасти Юкими. Он предложил мне: «Давай станем сильнее вместе». Я тут же зажала уши и мысленно повторяла голосу, чтобы он уходил… Потом открыла глаза, а уже утро. Я думала, мне приснилось, но теперь знаю, что это был не сон. Ведь только что он снова…

Аой запиналась всё больше, её речь постепенно замедлялась. Она уже почти договорила… как вдруг порыв почему-то тёплого ветра разогнал туман. Раздался бурлящий звук лопающихся пузырей. Мук под ногами взвился и заверещал — самый тревожный из всех его сигналов.

— Приближается что-то огромное! Все готовьтесь к бою! — выкрикнул Юма, поднимая «Короткий меч из тёмного железа» и выбрасывая вперёд левую руку на случай, если понадобится магия.

Он уже неплохо поднял мастерство владения магией тьмы и выучил удобное боевое заклинание «Тусклая звезда», поэтому сразу приставил кончик языка к нёбу, готовясь произнести букву «т» из стихийного слова «тенебрис».

Хлопки лопающихся пузырей доносились всё реже и вскоре полностью прекратились. Мук тоже перестал верещать, и в воздухе повисла тяжёлая тишина. За спиной Юмы раздался страдальческий вздох — для кого-то напряжение уже стало невыносимым…

И в следующий миг над водой примерно в десяти метрах перед рейдом выросла округлая гора.

Вязкая болотная вода сошла с неё водопадом, открыв полупрозрачную, мелко дрожащую тушу. Слизняк… но невероятно огромных размеров. Даже надводная часть имела в высоту пару метров и примерно столько же в ширину.

Над слизняком тут же выскочила шкала хит-пойнтов и имя: «Mauria the Greedy Blob». Судя по артиклю «the», который также был в имени Овена в темнице под Карсиной, это тоже был босс — главный монстр этой зоны. И раз так, на него нельзя просто бежать сломя голову.

— Босс! Всем быть начеку! — выпалил Юма, убирая левую руку.

Товарищи поддержали его возгласами, и уже через секунду босс-слизняк пополз в их сторону. Его тело колыхалось и двигалось очень медленно, однако рейд находился в крайне стеснённых условиях. Огромное тело слизняка могло полностью перекрыть тропу, поэтому тому, кто решит зайти ему за спину, придётся войти в воду. Даже небольшая глубина сильно снизит скорость игрока, а на илистом дне легко поскользнуться.

Моментально продумав план, Юма скороговоркой раздал указания, для скорости опустив почти все суффиксы после имён:

— Конкэн и Кисануки танкуют, Хокари и Нусиро-сан атакуют издалека и караулят других монстров, Сава бьёт магией огня! Наги и Сога-сан, дайте нам как можно больше баффов!

Одноклассники бодро отозвались.. Первым от слов к действиям перешёл Конкэн. Он встал на передовую, занёс над головой «Великий меч из закалённого железа», добытый вчера из сундука в лесных развалинах, и крикнул:

— Я отвлеку его на себя!

Ещё миг — и он включил боевой навык «Земляная волна». Двуручный меч ударился о землю, и от острия навстречу слизняку побежала ударная волна.

Как гласило описание, урон от этого навыка на три пятых физический, на одну пятую воздушный и на последнюю пятую земляной, поэтому даже стойкое к физическим атакам существо должно было ощутить удар и отреагировать на него. А поскольку Конкэн считался в их рейде вторым по силе атаки бойцом после Савы, Юма рассчитывал на то, что первый же навык отнимет у врага десять… или хотя бы пять процентов здоровья. Истово молясь, он не сводил глаз с полоски хит-пойнтов.

Ударная волна пробежала по земле и попала точно в нижнюю часть слизняка. Actual Magic относилась к тому роду игр, где у подобных монстров нет уязвимого ядра, и они получают урон вне зависимости от того, куда их бить. Полупрозрачное желейное тело вздрогнуло, по его поверхности пробежала рябь…

Но и только. Шкала здоровья даже не шелохнулась.

— Да ладно?! — удивился Конкэн.

Юме показалось, будто босс бросил сердитый взгляд на его друга. В его полупрозрачном теле виднелись поднимающиеся вверх струйки жижи. Должно быть, слизняк втягивал себя болотную воду. За пару секунд она собралась в шар, уплотнилась и… выстрелила в Конкэна струёй такого высокого давления, что в воздухе послышался свист.

— Уоу!

Конкэн в очередной раз доказал, что отлично умеет реагировать на неожиданности — он выставил меч перед собой и заблокировал им поток, больше похожий на лазерный луч. Юма боялся, что давления воды хватит, чтобы разрезать железо, однако уже через семь или восемь секунд поток выдохся, напоследок разделившись надвое. Однако эти две струи тоже считались за атаку — когда брызги коснулись головы и живота Конкэна, тот потерял около пяти процентов здоровья. Юма ужаснулся при мысли о том, сколько урона должен наносить сам поток, однако через через секунду Наги применила «Целебный круг» и вылечила Конкэна. Аой тем временем наложила на его нагрудник «Световое усиление», тем самым повысив показатель защиты.

Сава тоже уже успела дочитать «Огненную стрелу» и через мгновение метнула её во врага. Алый снаряд прогудел в воздухе и попал в самую середину босса. Юма не сомневался, что на сей раз урон обязательно будет, притом ощутимый. И он даже вскинул руку, собираясь развить наступление.

Но… вновь раздался звук всплеска тяжёлой, вязкой жидкости, и «Огненная стрела» попросту провалилась в босса. Пламя мигом погасло, по слизняку пробежала рябь, но хит-пойнты вновь остались на прежнем уровне.

— Как?! Что происходит?! — закричала Тинами, но тут же сама бесстрашно взмахнула рукой.

Из её ладони вылетели два жёлтых луча. «Камнемёт», уникальный навык разбойников.

Увы, он тоже не изменил ситуацию. По поверхности босса разошлись два небольших круга, но и только.

— Да ладно?.. Иммунитет к физическому и огненному урону? Разве так бывает?! — простонал Конкэн и вновь встал в защитную стойку, увидев, что босс опять набирает болотную воду.

Однако на сей раз он направлял её в пять разных мест, а не одно. Юма содрогнулся — неужели и потоков будет пять? К счастью, эти ожидания не оправдались, на сей раз сгустки болотной жижи выпрыгнули наружу с булькающими звуками. Упав на землю, они сплющились, но тут же снова поднялись и всколыхнулись. Над ними зажглись шкалы хит-пойнтов и появились имена: «Bouncy Blob».

— Помощники! — выпалила Сава, но Юма и без этой подсказки уже начал читать заклинание:

— Тенебрис! Аструм… Игнис!

Появившееся перед ладонью фиолетовое сияние сжалось в плотный сгусток и устремилось вперёд небольшим метеоритом. Это и была «Тусклая звезда», удобная боевая магия школы тьмы. Её снаряд быстро летел, умел подстраиваться под положение мишени и вонзаться в цель перед взрывом.

В Actual Magic параллельно существуют два кольца стихий: одно, природное, состоит из земли, воды, ветра, земли и молнии, второе, духовное, включает в себя стихии света, тьмы, святости и проклятий. Принадлежность к стихии на одном из колец не даёт никаких прибавок и штрафов в отношении второго. Поэтому Юма полагал, что даже если этот слизняк относится к стихии огня и поглощает соответствующую магию (а также физические атаки, которые вообще не относятся к стихиям), то уж хотя бы магия тьмы должна против него работать.

Похожая на фиолетовый самоцвет звёздочка описала в воздухе духу и вонзилась в левый бок босса. В очередной раз пошла рябь и так же быстро улеглась. Никакого взрыва вновь не произошло.

— У него что, полная защита от физических и магических атак?! — упавшим голосом воскликнула Сава.

В следующий миг пятеро малых слизняков вдруг сжались и взмыли в воздух словно попрыгунчики. Но не просто так — каждый из них нацелился на одного из членов рейда. Пускай даже они казались небольшими на фоне босса, каждый имел около полуметра в диаметре. С учётом плотности воды это не меньше шестидесяти килограмм на слизняка.

— Не пытайтесь их отбивать! Уворачивайтесь! — закричал Юма, и его товарищи дружно отпрыгнули. Конкэн, Хокари и Тинами приземлились в воду, но это лучше, чем получать урон.

По очереди раздались глухие, но громкие шлепки падающих слизняков. Один из них приземлился прямо перед Юмой, и мальчик испугался, что монстр спружинит от земли, но тот, наоборот, растёкся и превратился в блинчик. По-видимому, цель этой атаки заключалась именно в том, чтобы прибить игрока к земле и прилепиться к нему.

Бегло оглядев отряд и убедившись, что никто из товарищей не стал жертвой слизняков, Юма вновь занёс меч. В голове крутилась предательская мысль о том, что если и помощники окажутся неуязвимы ко всему урону, то их команду ждёт гибель, но это не помешало обрушить клинок на Прыгучую каплю, которая вновь начала надуваться.

На сей раз рука ощутила привычную отдачу. Меч не отлетел от слизняка, а разрубил его до середины. Шкала хит-пойнтов опустела сразу на треть.

— Против помощников оружие работает! Займитесь ими в первую очередь, только избегайте водяных лазеров и…

— Нет! — приказ Юмы перебил визг и последовавший за ним топот.

Обернувшись, мальчик увидел, как Аой отступает… нет, убегает со всех ног, подбирая подол бежевого одеяния.

Около секунды Юма разрывался от тяжёлого выбора. То, что против них вышел босс, вовсе не означало, что остальные монстры попрятались. Если убегающая Аой наткнётся на какого-нибудь призрака, то наверняка погибнет, не сумев ничего сделать.

С другой стороны, бросать остальных товарищей тоже нельзя. Они так и не выяснили, как противостоять этому боссу, а если рейд покинут сразу два участника, оставшиеся долго не протянут. Юма слушал, как стихают удаляющиеся шаги Аой и скрипел зубами так, что едва не стёр их в порошок.

— Беги за ней, Ю! — вдруг раздался звонкий голос Савы. — В крайнем случае я пущу в ход вирес!

Юма резко развернулся и со всех ног побежал прочь от босса. Сквозь плотную завесу тумана еле виднелась миниатюрная фигура Аой. Мальчик на бегу вернул меч в ножны и ускорился как только мог, но догнать одноклассницу никак не получалось. Он раздражённо подумал, что обычно привыкание к виртуальному бегу занимает не один час, и такая скорость означала, что у девочки на самом деле отличная совместимость с полным погружением. Однако его мысли прервал тихий вскрик и последовавший за ним оглушительный всплеск. Должно быть, Аой упала прямо в трясину.

Пробежав ещё три секунды, Юма резко затормозил, подняв клубы пыли. Молясь о том, чтобы звуки не привлекли внимания монстров, он обратился к силуэту слева от себя:

— Сога-сан, как ты?!

Туман слегка рассеялся, открывая взгляду тело жрицы. Она лежала ничком в трёх с лишним метрах от тропинки, наполовину в воде. По-видимому, не вписалась в поворот и поскользнулась.

К счастью, монстров поблизости не оказалось, но они могли появиться в любой момент. Аой лежала неподвижно, и Юма решительно шагнул в воду, чтобы помочь ей подняться. Стоило ему сделать пять или шесть осторожных шагов, как девочка с громким всплеском приподнялась на руках.

Она издала несколько полных отчаяния всхлипов и изо всех сил ударила по воде ладонью. Затем ещё раз. И ещё. Брызги летели во все стороны, в том числе на её лицо, смешиваясь со слезами.

Хотя Юма помнил, что ему нужно как можно скорее привести Аой к остальным, он не мог найти подходящих слов. Вряд ли она соврала им в укрытии, когда сказала, что хочет стать сильнее. Но сейчас, в самый ответственный момент, она сама себя подвела.

Юма знал — даже слишком хорошо! — что она сейчас чувствует. За эти неполные сутки заточения в «Альтее» он и сам не раз сокрушался о том, что ему не хватает сил.

Но всё-таки они не могли попусту терять время. Собрав решимость в кулак, Юма сделал ещё один шаг в сторону Аой.

— Пошли назад, Сога-сан, — сказал он и нагнулся, чтобы помочь девочке встать, но тут случилось нечто неожиданное.

Очередной удар ладонью Аой пришёлся точно по приплывшему цветку размером с волейбольный мяч, и из его сердцевины вырвалось облачко красного дыма — вернее, пыльцы. Она разлетелась во все стороны, будто подгоняемая ударной волной.

«Яд?!» — машинально подумал Юма, тут же задержал дыхание, вцепился в руку Аой и потащил вверх. Он собирался как можно скорее покинуть опасную область, но девочка почему-то вжалась в дно ногами.

— Вот же оно, Ю-кун!

— А? — растерянно обронил Юма.

Аой отмахнулась и подняла цветок обеими руками. Сжала его, и изнутри вновь вырвалась пыльца ядовито-красного цвета, оттенком напоминавшего кровь…

Вдруг в голове Юмы пронеслись слова Харина:

«Огонь — это красное, лёд — это синее».

Мальчик громко ахнул и окинул окрестности быстрым взглядом. Заметив в паре метров от себя ещё один цветок, он подлетел к нему и достал из воды. Стоило тихонько постучать, как из слегка выступающего ложе повалил дым синего цвета.

Юма и Аой переглянулись, кивнули друг к другу и побежали обратно к боссу, держа цветы в руках.

Они отсутствовали самое большее две минуты, а скорее всего и того меньше, но за это время положение дел могло кардинально измениться. Пускай Юма видел перед собой шкалы хит-пойнтов рейда и знал, что никто пока не погиб, он понятия не имел, удаётся ли товарищам держать ситуацию под контролем. Возможно, остальные шестеро не выдержали давления и тоже обратились в бегство.

Полтора десятка секунд отчаянного бега, и сквозь туман проступили шкалы над головами товарищей. Наги, Сава, Тинами, Хокари… и, наконец, Кисануки и Конкэн. Хотя их рейд собрался лишь считанные часы назад, никто из товарищей не струсил. Одноклассники упрямо держались несмотря на потерю двух человек.

Впрочем, у всех оставалось лишь около половины здоровья. Юма ускорился ещё сильнее и закричал во весь голос, забыв о предосторожностях:

— Ребята, мы вернулись!

Не сбавляя скорость, он ворвался на поле боя. Окружавший его белый туман расступился, и мальчик увидел, что двух Прыгучих капель не стало, но Маврия по-прежнему возвышается над тропинкой совершенно невредимый.

— Ю, ты куда?! — удивился Конкэн, когда Юма промчался мимо него, но тот лишь коротко кивнул другу и остановился только перед боссом.

К этому времени он уже заметил, что в десяти метрах вокруг слизняка всё покрыто льдом — несомненно, заслуга Савы. Конечно, её магия не нанесла урон, но мешала врагу вытягивать болотную воду для струй и призыва новых помощников.

Однако полностью обезопаситься от атак не вышло, потому что теперь из босса росло несколько щупалец. Они извивались в воздухе, и кончик одного из них превратился в острие прямо на глазах Юмы.

— Берегись, Ю!

— М!

Дождавшись подходящего момента, Юма прыгнул вправо. Через секунду в то место, на котором он только что стоял, вонзилось мощное щупальце. Пожалуй, его удар мог бы порвать кожаный доспех словно бумагу. Но, к счастью, в плане скорости этот босс недалеко ушёл от начальника стражи Овена и его смертоносного копья.

Приземлившись, Юма занёс над головой цветок, стараясь не слишком сдавить, и метнул в цель. Похожее на волейбольный мяч соцветие описало в воздухе дугу, но гигантский слизняк не обратил на него никакого внимания. Снаряд ударился о мягкую полупрозрачную поверхность тела и провалился внутрь. Шкала хит-пойнтов как обычно никак не отреагировала…

Однако уже через секунду изнутри словно вдогонку за рябью хлынула краска. Огромный слизняк на глазах стал ярко-синим.

— Ого! Ч-что случилось?! — изумился Конкэн, но Юма не стал отвечать и вместо этого скомандовал:

— Наги, ударь босса льдом!

— Л-ладно! — Наги тоже слегка растерялась, но не стала попусту терять драгоценное время.

Она тут же вскинула пастуший посох и зачитала заклинание:

— Глакиес! Якрум… Игнис!

Голубой шарик, возникший у навершия посоха, превратился в длинную сосульку и с низким гудением устремился в цель. Снаряд оставил в воздухе след из снежинок, вонзился в тело босса… и прошёл его насквозь, не растаяв. Шкала хит-пойнтов сократилась, пускай всего лишь на одну двадцатую.

— Так вот, что значила та подсказка! — воскликнула Сава, и Юма коротко кивнул.

Сомневаться в том, что же имел в виду отец Харина, больше не приходилось. Когда слизняк краснеет, его можно бить огнём, когда синеет, то льдом… а против фиолетового работает и огонь, и лёд, и железо.

— Это выяснила Сога-сан. Сога-сан, брось в него свой шар!

— Сейчас! — решительно отозвалась Аой.

В живых оставалась ещё пара помощников, которыми занимались Тинами и Хокари, но жрица пробежала прямо между ними, прямиком на передовую. Должно быть, решение загадки придало ей веры в свои силы.

Аой остановилась прямо перед боссом и занесла цветок над головой. Её бросок получился не слишком умелым, но главное, что снаряд достиг цели.

Огромное желеподобное тело на миг стало ярко-красным, а потом цвета так же стремительно смешались. Теперь они могли бить босса не только магией огня и льда, но и физическими атаками, но Юма подозревал, что долго такое состояние не продлится.

— Кисануки и Сога-сан — ищите новые цветы и бросайте в босса, как только к нему вернётся обычный цвет! Сава, атакуй огненной магией; Наги, в первую очередь лечи, но если будет свободное время, используй магию льда! Хокари и Нусиро-сан, добейте помощников и присоединяйтесь к битве с боссом!

Как только Юма раздал указания, Кисануки немедленно убрал карту Каменного слизняка обратно в карман и без малейших колебаний побежал в воду. Аой кинулась в противоположную сторону. Проводив обоих взглядом, Юма взглянул на лучшего друга.

— Конкэн, мы с тобой отвечаем за ближний бой! Ты ведь готов?!

— А как же! — звонко откликнулся Конкэн, срываясь с места.

Юма рванул к боссу на перегонки с другом и сразу же применил «Теневой повтор», только что освоенное боевой движение для коротких мечей.

За рубящим ударом снизу вверх по той же траектории пролетел призрачный клинок, превращая один удар по боссу в два. Одновременно с этим Конкэн обрушил на врага «Тяжёлый пробой», боевое движение для двуручных мечей. Вместе их усилия помогли срезать шкалу хит-пойнтов более чем на десять процентов.

Закончив движения, персонажи Юмы и Конкэна застыли в оцепенении, и босс немедленно потянул к ним щупальца. Но не успели те достичь цели, как над головами ребят со скоростью пушечного ядра пронеслась алая искра, влетела в тело босса и эффектно вспыхнула. «Взрывной самоцвет» Савы. Босс потерял ещё десятую часть здоровья.

Однако после этого фиолетовая краска внутри босса пошла пятнами и вскоре растворилась. Дебафф от брошенных цветов продержался ровно десять секунд. Юма рассчитывал на полминуты, но босс уже возвращал себе белизну и прозрачность. Казалось бы, придётся вновь отпрыгивать, но вдруг…

— Я вернулась! — раздался голос Аой, и следом в правый бок слизняка влетел тёмно-зелёный шар.

Почти сразу же Кисануки бросил второй шар в то же самое место. Красная и синяя краски мигом смешались в фиолетовую, в которую тут же окрасилось тело.

Ко второй волне атак подключились Тинами и Хокари, которые как раз закончили разбираться с помощниками. Благодаря тому, что вся вода вокруг босса по-прежнему находилась подо льдом, он не мог призывать новые Прыгучие капли и стрелять водяным лазером. Ему оставалось лишь махать шестью щупальцами, но при должной бдительности уворачиваться от этих замахов не составляло никакого труда.

Юма и его товарищи обрушивали на босса шквал атак и заклинаний в течение десяти секунд, после чего отступали и лечились в ожидании следующего перекрашивания. Волноваться приходилось лишь о том, чтобы Аой и Кисануки вовремя находили цветы, однако последний мигом научился их искать, пользуясь богатым геймерским опытом. Благодаря этому первые две трети своей полоски здоровья босс не выходил из уязвимого состояния.

В начале он почти не терял хит-пойнты, но со временем от общего запаса осталась лишь одна пятая, потом и одна десятая… Юма с нетерпением ждал новых цветов, полагая, что следующей порции краски хватит для победы, но…

— Простите! — раздался срывающийся от волнения голос, и все шестеро школьников рядом с боссом дружно повернули головы.

Это кричал Кисануки, стоявший в болоте метрах в десяти от них. Он растерянно продемонстрировал пустые руки и продолжил:

— Это были все цветы, которые тут есть!

— Гх… Серьёзно?! — Хокари быстро покрутил головой по сторонам.

Юма тоже не удержался, но увидел вокруг лишь нездорового цвета воду, в которой не осталось даже травы, не говоря уже о цветах.

Босс уже вновь стал прозрачным. Пока он находился в этом состоянии, рейд не мог наносить урон. Даже если бы Сава использовала доступную лишь раз в день возможность поменяться, демоница не смогла бы ничего сделать даже при помощи сильнейшего «Демонического пилума» — у босса полный иммунитет к огню.

— Где Сога-сан?! — громко спросил Юма, продолжая водить взглядом.

Одноклассница как раз выбежала из тумана, но без цветка. Увидев остальных, она испуганно помотала головой.

— И что нам делать?.. — обронила Тинами.

Вдруг босс пришёл в движение, словно учуяв слабость рейда. Похожее на двухметровый купол тело вдруг прижалось к земле, превращаясь в гигантский блинчик. Пускай он никогда так не делал, это движение уже много раз исполняли его помощники. Юма мигом понял, что ждёт рейд, и закричал, не сводя глаз с противника:

— Он будет прыгать! Готовьтесь уворачиваться!

Через мгновение с гулким, упругим звуком босс взмыл ввысь. Юма и его товарищи согнули колени, готовясь броситься врассыпную.

Однако мишенью гигантского слизняка стал не костяк рейда, а стоящий вдалеке от остальных Кисануки. Похоже, босс питал к метателю цветов даже больше ненависти, чем к тем, кто лишил его почти всего здоровья.

— Беги! — на автомате крикнул Юма, но Кисануки сохранил хладнокровие.

Он не стал спешно уносить ноги, а лишь спокойно смотрел на огромную массу, способную раздавить его насмерть, и отскочил в сторону лишь когда та уже не могла поменять траекторию.

Босс рухнул в болото, пустив ударную волну. Поднявшихся брызг было так много, что они повисли в воздухе плотным туманом. Пелена скрыла слизняка с глаз, но оставила шкалу хит-пойнтов, поэтому Юма не боялся упустить следующее движение Маврии. Кисануки тоже не получил урона, хотя наверняка промок до нитки.

Несмотря на хорошие новости, дети всё ещё были в тупике. Возможно, Аой и Кисануки нашли бы цветы, если бы расширили зону поиска, но сколько времени в таком случае пройдёт до их возвращения? Дождётся ли их рейд, терзаемый атаками непобедимого монстра?

Конечно, можно отступить и попробовать ещё раз после сбора достаточного количества цветов, но у босса оставались считанные проценты здоровья. Следующий же дебафф наверняка — нет, обязательно! — позволит одержать победу.

Юма скрипел зубами, не в силах выбрать между упорством и бегством, но тут до его ушей донёсся подозрительный звук. Больше всего он напоминал шум воды, которая вырывалась из широкой трубы.Товарищи тоже беспокойно переглянулись.

— Эй, Ю… — попытался Конкэн что-то сказать, но тут порыв тёплого ветерка сдул клубы тумана.

Тело босса вновь открылось взгляду, и участники рейда непроизвольно охнули. Слизняк стало ещё крупнее, теперь это была целая желейная гора высотой больше трёх метров. Долго о причинах этой метаморфозы гадать не пришлось: внутри прозрачного тела образовалось не меньше десяти жидких сгустков, которые продолжали набухать прямо на глазах. А загадочный звук издавала болотная вода, которую босс стремительно засасывал внутрь себя.

Юма вдохнул, собираясь отдать приказ к отступлению, но тут из босса по очереди вылетели сгустки . Они не просто падали в воду, а упруго отскакивали ото дна. Новая волна помощников, на сей раз из двенадцати Прыгучих капель.

Что ещё хуже, босс не прекратил всасывать воду. Должно быть, следом он собирался выпустить очередной лазерный поток воды. Хотя толпа врагов вынуждала отступать, Юма понимал, что если они развернутся и побегут, то не смогут отреагировать на догоняющую струю.

— Я отвлеку на себя босса и всех помощников, а вы бегите! — скомандовал Юма.

— Но... — попыталась возразить Наги, однако Юма тут же перебил её:

— Я могу уйти от лазера с помощью «Двойного действия»! Не волнуйтесь, я быстро вас догоню! Бегите!

Сава стиснула зубы, но уже через секунду развернулась. Должно быть, она осознала, что отдавать тело во власть Валак прямо сейчас бесполезно.

Пятеро одноклассников устремились на юг, по пути к ним прибилась Аой. Однако помимо Юмы возле босса по-прежнему стоял ещё один человек.

— Кисануки! — крикнул Юма, но вместо ответа второй монстровик указал пальцем на босса и выпалил:

— Рок! Самоубийственная атака!

Команда для питомца. Юма не успел даже заметить, когда именно Кисануки призвал Каменного слизняка, но тот и правда выскочил из-под ног, разогнался и прыгнул в гигантского сородича. Босс раскрыл перед ним щупальца подобно гигантскому рту, в очередной раз оправдывая слово «greedy» из своего имени.

Короткая пауза — и прогремел взрыв. Каменный слизняк лопнул и покрывавшие его каменные частицы разлетелись, словно шрапнель. Большая их часть достигла босса, но к тому времени шкала здоровья самого Каменного слизняка уже опустела и исчезла.

Удивительно, но самопожертвование питомца сократило шкалу здоровья босса где-то на процент, хотя тот и имел полную неуязвимость к атакам. Кроме того, каменные осколки пробили в слизняке отверстия, через которые наружу хлынула собранная для лазера вода.

Босс и до того недолюбливал Кисануки, но эта выходка однозначно сделала из него приоритетную цель.

Хотя Маврия уже выпустил из себя всех помощников и сдулся до привычных размеров, он всё равно казался огромным. Желеобразное тело всколыхнулось и поползло в направлении Кисануки. Заметив это, обычно тихий мальчик решительно взглянул на Юму и громко объявил:

— Я отведу его подальше! Вы займитесь помощниками!

Не дожидаясь ответа Юмы, он развернулся и побежал на запад прямо по болоту. Босс преследовал его с удивительной для своих размеров скоростью.

Безумие чистой воды. Кисануки имел не меньше, а то и больше опыта игры в MMORPG, чем Юма, и не мог не знать обо всех сложностях, которые ждут игрока, решившего вот так поводить босса. Даже если он сможет сохранять дистанцию, слизняк будет выпускать дальнобойные атаки, и хит-пойнтов мальчика не хватит надолго. Другое дело, если у Кисануки есть способы избегать водяного лазера или защищаться от него, но он до сих пор ни разу не применял демонические читы.

Впрочем, даже если и так, кричать что-либо вдогонку уже поздно. Если Кисануки одумается и развернётся, то сразу же врежется в босса.

— Кисануки-кун… пытается извиниться за то, что слишком быстро потратил цветы, — со слезами на глазах прошептала Аой, глядя вслед исчезающему в тумане силуэту.

Возможно, так и есть, но тогда часть ответственность лежала и на Юме, ведь он не скомандовал им убавить частоту бросков.

— Мы должны как можно скорее убить мелких слизняков и догнать Кисануки, — глухо ответил Юма. Его товарищи дружно кивнули.

Спереди к ним уже скачками приближалась дюжина Прыгучих капель, оставленных после себя Маврией. Против этих врагов работала и магия, и оружие, но они, как и полагается помощникам босса, были куда крепче обычных монстров.

Хокари натянул тетиву лука, Тинами встала в боевую стойку. Юма и Конкэн приготовились проводить боевые движения, а Сава и Наги — читать заклинания. Даже Аой подняла перед собой посох.

— Нападают! — крикнул Конкэн за мгновение до того, как слизняки дружно прыгнули прямо на рейд.

«Держись, Кисануки-кун, скоро мы догоним тебя!» — пообещал Юма, глядя на полоску здоровья Кисануки в левом верхнем углу интерфейса, и занёс над головой короткий меч.

На убийство всех Прыгучих капель ушло около пяти минут. Заклинатели использовали магию без перерыва, не щадя запасы маны, но битва всё равно затянулась, потому что целиться в постоянно прыгающих врагов оказалось на удивление сложно. Юма начал понимать, как именно к их с Аой возвращению остальной рейд лишился половины здоровья.

Хокари использовал боевое движения для лука под названием «Двойной выстрел», и последнего слизняка разорвало в клочья. Первое, что сделал Юма, — вновь проверил шкалу здоровья Кисануки. В ней оставалась всего одна пятая от общего запаса. С учётом того, что его преследовал босс, можно сказать, что он находился при смерти.

Далее Юма достал карту Мука из нагрудного кармана и призвал питомца.

— Мук, поиск союзника! — скомандовал мальчик, как только синий заяц коснулся земли.

Возможность отдавать этот приказ тоже появилась у него совсем недавно благодаря прокачке навыков монстровика. Эти слова заставляют монстра бежать к самому дальнему члену группы.

— Мукю-кю! — пропищал Мук и поскакал прямо по воде.

— За ним! — крикнул Юма и погнался за собственным фамилиаром.

Будь здесь традиционная RPG, а у Юмы в руках геймпад, он бы ничего не почувствовал, но в условиях полного погружения даже болото десяти сантиметров глубиной встречало игрока омерзительным ощущением просачивающейся в обувь воды. И ладно бы всё ограничивалось чувством отвращения, ведь его нетрудно перетерпеть, но если промокнуть насквозь, то можно получить смертоносный дебафф переохлаждения, как произошло с Наги в темнице под особняком градоначальника Карсины.

Хотя Юма и следил за тем, чтобы не поскользнуться, в первую очередь он старался не отставать от Мука. Аой, Хокари и Тинами не могли за ними угнаться, но пока это его не тревожило.

Заяц мчал на северо-запад. Юма внимательно вглядывался в туман, понимая, что первым из него может проступить не Кисануки, а босс. Шаги друзей за спиной раздавались всё дальше и дальше.

Решив, что строй нельзя слишком растягивать, Юма собирался уже сбавить скорость, но вдруг сквозь завесу тумана проступила шкала хит-пойнтов. Из-за огромного расстояния она была слишком мелкой, и мальчик не смог прочитать, кому она принадлежит.

— Мук, преследуй меня, — вполголоса приказал Юма.

Получив новую команду, Мук пискнул и торопливо затормозил. Юма вскинул руку, прося товарищей не спешить, и пошёл вперёд осторожным шагом. Шкала постепенно увеличивалась, и в конце концов мальчик смог разобрать, что рядом с ней написано: «Кай». Имя Кисануки.

Протяжно вздохнув от облегчения, Юма посмотрел по сторонам, однако его окружало лишь до уныния однообразное болото. Он не нашёл ни самого Маврию, ни даже шкалу его здоровья.

Если бы Кисануки одержал победу над противником, весь рейд увидел бы оповещение о начисленных очках опыта, поэтому напрашивался вывод, что их товарищ сумел в какой-то момент отвязаться от гигантского слизняка.

Пока Юма раздумывал о случившемся, ноги неспешно несли его к Кисануки. Наконец, сквозь туман проступила знакомая фигура. Судя по грязи, которая насквозь пропитала его шерстяную рубаху, во время бегства он шлёпнулся в воду.

Кисануки упирал руки в колени и тяжело дышал, но вскинул голову, когда услышал одноклассников. На его лице виднелась усталая, но гордая улыбка.

— А ты прямо крут, — раздался за спиной голос Хокари. Очевидно, он резко изменил своё мнение о Кисануки.

Когда рейд воссоединился, Кисануки в привычной для себя немногословной манере рассказал, что произошло.

Как Юма и опасался, во время погони босс продолжал стрелять лазерными струями воды. Какое-то время Кисануки удавалось интуитивно избегать их, но в конечном счёте он пропустил прямое попадание в спину, пролетел вперёд и рухнул прямо в воду. Однако мальчик не сдался, поднялся и побежал дальше. Наконец, спустя примерно полкилометра произошло нечто неожиданное: босс попросту растаял в воздухе, будто растворившись в тумане…

— Думаю, система вернула его на исходную точку, потому что он покинул боевую область, — заключил Кисануки и допил остатки целебного зелья, которое дала ему Наги.

Юма с Савой переглянулись и дружно посмотрели в направлении, из которого прибежали.

Во многих играх боссы, покинувшие отведённую им область, немедленно исчезают и заново появляются в начальной точке. Если именно это и произошло, то гигантский слизняк сейчас должен быть в центре болот, притом его опустевшая до последних процентов шкала здоровья могла полностью восстановиться.

Сава вновь посмотрела вперёд и насупила брови.

— Кисануки, конечно, большой молодец, но что, если цветы белого лотоса невозможно добыть до победы над боссом?

— Ага… в играх такое бывает, — отозвался Конкэн, упирая руки в боки. — То дверь от комнаты с квестовым предметом не открывается до победы, то предмет просто лежит среди добычи за победу. Но бывает и такое, что босса можно обойти в скрытности или даже схватить предмет прямо во время битвы.

— Но ведь это обычное болото, разве нет? — Наги постучала посохом по дну. — Не какая-то пещера, в которой может быть запертая комната. Да и Харин нам говорил, что в топях на севере растут белые лотосы. Непохоже, чтобы они давались за победу над боссом — мы должны отыскать цветы и сорвать их.

Хокари, Тинами и Аой слушали этот разговор молча. Это не удивляло, ведь они не слишком увлекались играми, однако помимо них молчал и Кисануки, который обладал огромным опытом и умением строить прогнозы при помощи метагейминга. Неужели пробежка с боссом по болотам вымотала его даже больше, чем казалось на первый взгляд?

Юме хотелось наградить его за спасение рейда заслуженной передышкой, но в болоте некуда было даже присесть. Возвращение тоже не имело смысла, ведь они не могли воевать против босса до того, как на воде вновь появятся метательные цветы. Решив, что лучше сначала поискать белые лотосы и лишь в случае неудачи бросать повторный вызов боссу, Юма заявил:

— В общем, давайте пока исследуем северную часть топей, потому что лотосы наверняка цветут именно там. Только надо обойти ареал обитания босса.

— Согласна, — поддержала Сава, а остальные просто кивнули.

Юма вызвал карту и осторожно проложил безопасный маршрут, огибающий середину болот. Рейд вновь выдвинулся в путь, но теперь дети в шли тишине, нарушаемой лишь хлюпаньем воды, ведь в такой близости от босса не водились другие монстры. Более того, в этих местах не было даже высохших деревьев, не говоря уже о плавучих цветах.

— Ой… — обронила Тинами, первой заметив небольшие изменения. Она нагнулась и посмотрела вниз. — Вам не кажется, что вода стала чище?

— А… и правда, — прошептала Аой.

Юма тоже пригляделся к воде. Не то чтобы она раньше была такой уж грязной, но теперь на дне виднелась не серо-коричневая тина, а белая галька. По такой можно разгуливать не боясь поскользнуться, к тому же она не всплывает мутью на поверхность. Более того, Юма даже заметил в воде стаю каких-то мальков.

— Такими точно не наешься, — прокомментировал Хокари и тут же поймал на себе укоризненные взгляды всех девочек. — Ч-что не так? Наша задача ещё и в том, чтобы принести остальным еды.

— Не так то, что некоторые вещи лучше не говорить вслух, — ответила Сава.

Тинами и Аой дружно кивнули. Юме удалось удержать себя от смешка, после чего он вмешался, чтобы не допустить конфликта:

— Если мы вылечим деревню, с нами точно поделятся едой. Поэтому давайте пока сосредоточимся на поисках белых лотосов.

— Ой, посмотрите! — вдруг звонко воскликнула Наги.

Юма резко повернулся. Подруга детства в какой-то момент встала впереди всего рейда и теперь указывала налево своим посохом. Прищурившись, Юма увидел, как на воде плавают похожие на вееры листья. Товарищи кинулись было вперёд, но он успел остановить их взмахом ладони. Лишь проверив, что рядом не прячутся монстры, школьники подошли к лотосам.

Вскоре помимо них появились огромные кувшинки, диаметром тридцать-сорок сантиметров. В воде плавали уже не мальки, а тропические рыбки синих и золотистых оттенков. Затем на кувшинках появились крошечные лягушки с мелодичными голосами.

Наконец, среди листьев начали попадаться бутоны в форме веретена. В воздухе повеяло приятным ароматом, и рейд пошёл на него, словно зачарованный. Бутоны становились всё больше, некоторые уже не закрывались до конца… и в итоге дети дошли до целого скопления красивых распустившихся цветов, которые безмятежно плавали на неглубокой воде.

Дети остановились перед самым мощным из возвышавшихся над плавучими листьями стеблей. Он имел не меньше метра в высоту и заканчивался огромным цветком из бесчисленного множества овальных лепестков, белизна которых едва не выжигала виртуальную сетчатку. Несмотря на тучи над головой, здесь было светло — этот цветок будто сам излучал свет.

Участники рейда радостно дали друг другу пять.