Придуманное Какэру Ники заклинание массового окаменения поразило в общей сложности шесть человек.

Во-первых, Ёити Оно и Такато Сэру, которые стояли возле входа. Во-вторых, оцепеневшую от испуга Сёко Эдзато и отразившую нападение Арию Мисоно. В-третьих, туман просочился между витринами и настиг Масато Такио и Наруо Вакасу, о чём Юма узнал уже после окончания битвы.

И Такио, и Вакаса дружили с Такэси Моро — одноклассником, который стал жертвой Личинок адского табануса. Казалось бы, всё просто: подавленные гибелью друга, они не успели убежать от магии, однако, судя по позам мальчиков, те направлялись не в заднюю, а в переднюю часть укрытия. По всей видимости, они собирались застать незваных гостей врасплох.

Юма предложил перенести всех шестерых за стойку кассы — самое прочное и надёжное укрытие, но Сугамо так упорно настаивал, чтобы Арию поставили отдельно от всех возле столиков для приёма пищи, что всем пришлось согласиться. Поскольку застыла она в очень неустойчивой позе, Юма предложил положить её на пол, но Сугамо вновь не согласился, опасаясь, что Арии переломают волосы. В результате её привязали к витринам четырьмя верёвками. Оставшихся пятерых ребят спрятали за кассой, уложив на подушки и мягкие игрушки.

Опасения Юмы насчёт талой воды оказались напрасны: огненная магия Савы и воздушная Мами Симоносоно без труда выпарили лужи. Логика подсказывала, что это должно было вызвать сырость, но одежда к телу не липла. То ли воздух изначально был пересушен, то ли законы физики в «Альтее» сейчас работали неправильно.

Так или иначе, спустя полчаса укрытию вернули изначальный вид, и все школьники собрались в середине помещения.

Когда-то их было двадцать три человека, но теперь здесь стояло лишь семнадцать. Из них семеро — мальчики: Юма Асихара, Кэндзи Кондо, Тэруки Сугамо, Кай Кисануки, Харуки Хокари, Синта Айда и Томонори Тада. Остальные — девочки: Сава Асихара, Минаги Сано, Томонори Симидзу, Аой Сога, Саю Кэндзё, Мами Симоносоно, Тисэ Цуда, Тинами Нусиро, Кимико Нобори и Мими Хария.

Все казались смертельно уставшими. Первым делом каждому раздали по бутылке минералки, но почти половина школьников просто держала их в руках, будто у них не осталось сил даже открутить крышку. Кто-то устало прислонился к витрине, а кто-то уже клевал носом.

Юма прекрасно понимал их состояние. Их заперли в Альтее в три часа дня, а сейчас шёл уже первый час ночи. Они уже около десяти часов отчаянно сражались за выживание в экстремальных условиях.

Хотелось отпустить одноклассников прилечь и вздремнуть, но перед этим нужно потратить четверть часа на рассказ о демонах и тех, кто напал на их убежище. Юма опасался, что ему могут не поверить, но всё равно заговорил.

— Для начала что касается тех людей в чёрном, которые только что приходили сюда…

— Ники-кун, Нуноно-кун и Сидзу… Мэтоки-сан, верно? — робко произнесла Саю Кэндзё, и Юма удивлённо на неё уставился.

Саю замотала головой с модными хвостиками.

— Даже за ледяной стеной я хорошо слышала их голоса и видела шкалы хит-пойнтов. Сначала имена нападающих были скрыты помехами, но потом их стало видно. Тисэ тоже может подтвердить.

Саю перевела взгляд на Тисэ Цуду, девочку с ровной чёлкой. Она сцепила перед собой ладони и сказала:

— Моя парта по соседству с Ники-куном, поэтому я хорошо знаю его голос. Кроме того он всегда говорит именно «до встречи», когда прощается.

— А-а… — понимающе протянуло несколько одноклассников.

Юма не очень хорошо знал особенности речи Ники, но теперь тоже осознал, что и во время встречи в развалинах замка в мире AM, и при отступлении из укрытия он прощался именно этими словами.

— Но… как так?.. — Синта Айда расчесал свои выбритые под ирокез волосы. — Почему Ники напал на нас? Нуноно и Мэтоки явно были с ним в этом согласны. Это как-то связано с превращением в демонов?

Его тут же поддержали другие школьники:

— Я тоже не могу поверить…

— Кто такие демоны?

Юма не мог дать прямого ответа на вопросы Айды. Конечно, Ники использовал в бою демонический чит, но при этом вовсе не вёл себя как одержимый. Его манера речи и поведение внушали мысль о том, что он сам решился на это нападение. Но что, если на его поступок повлиял вселившийся демон?

— Ладно, начну с объяснения, кто такие демоны, — объявил Юма, смочив горло водой из бутылки.

Гул мгновенно утих, в укрытии воцарилась тишина.

— Вы ведь помните, как закончилось тестирование Actual Magic? Если мне не изменяет память, сначала комнату боссом залило красным светом. Затем, когда мы уже ничего не видели, исчезли стены, пол и всё остальное. Мы долго падали в темноту.

Одноклассники закивали. Видимо, все прошли через одно и то же. Решившись, Юма перешёл к главной части рассказа:

— После этого, но до возвращения в реальность в нас вселились демоны. Не только в Мисоно и Ники — во всех нас. Возможно, некоторые из вас уже слышали странные голоса у себя в голове?

Сделав паузу, Юма обвёл взглядом одноклассников в ожидании реакции. Где-то две трети подозрительно посмотрели на свои руки и лица товарищей. Исключениями стали Сава, Наги, Конкэн, Томори и стоящий с каменным лицом Сугамо.

Обычно староста возражал всему, что говорил Юма, но он видел «Грозовое тело» Арии собственными глазами и уже не мог спорить с существованием демонов. Более того, он лично пытался остановить взбесившуюся Арию, поэтому уже знал, что такое превращение — не просто обман зрения.

Сугамо изо всех сил пытался докричаться до Арии. Юма уже не помнил, что именно тот говорил, но было понятно, что эта девочка действительно дорога старосте.

— Слушай, Асихара… — вмешался Томонори Тада, подняв руку, как на уроке. — Демоны — это ведь монстры из Actual Magic, верно? Мы не встречали их во время тестирования, но в других RPG ведь бывают всякие младшие демоны, серебряные дьяволы и так далее. То есть они просто установлены на наши клесты? Они ведь не могут захватить наш разум в реальном мире?

Юма невольно уставился на лицо Тады. Всего несколько часов назад Томори Симидзу задавалась похожими вопросами, только разговаривала не с Юмой, а со вселившейся в Саву Валак.

Он до сих пор дословно помнил ответ демоницы:

«Обидно, что ты назвала меня монстром, но в остальном да, я именно что вселилась в Саву. Большую часть времени я дремлю в её душе, но когда ей нужно, меняюсь с ней местами, а также по-прежнему могу использовать вирес».

Наверняка Валак что-то утаивала, да и неизвестно, насколько её слова применимы к другим демонам, но прямо сейчас Юма не видел вреда в том, чтобы принять сказанное ей на веру. Поэтому он кивнул и ответил, тщательно выбирая слова:

— Да, демонов можно считать сильными монстрами из мира AM. Они говорят на нашем языке, и каждый из них имеет особенную силу. Сами демоны называют эти силы виресами, а Ники — читами. Я тоже буду говорить «читы», потому что это более понятный нам всем термин.

— Демонические читы… — пробормотал Тада и потрепал свои зачёсанные набок волосы. По длине среди мальчиков они уступали только Такато Сэре. — Это из-за них окаменяющая магия Ники срабатывала каждый раз, даже когда он сильно рассеял туман?

Юма снова взял паузу в пару секунд перед ответом, опешив от догадливости Тады. Впрочем, он быстро вспомнил, что они с Синтой Айдой очень увлекались коллекционными карточными играми и даже приносили их в школу в нарушение правил. Иногда их ловили с поличным и конфисковывали карты. Сам Юма больше увлекался компьютерными играми, поэтому не общался с этой парочкой, но теперь убедился в том, что в своей логике аналоговые игры не слишком отличаются от цифровых.

«Но я как дурак возомнил себя лучшим игроком в классе», — отчитал Юма самого себя перед ответом:

— Думаю, что да. Я про себя назвал этот чит «Бустер магической вероятности» — он заставляет срабатывать даже очень маловероятные эффекты заклинаний. Поэтому если бы Ники использовал не «Окаменение», а заклинание мгновенной смерти…

Юма решил не договаривать — и без того было понятно, что в таком случае Оно и остальные не пережили бы вторжение. Тада буквально побелел.

— Это же полный бред, — пробормотал он.

— Поэтому и называется читом, — напомнил ему стоявший по соседству Айда.

Остальные школьники тоже загудели, пока вдруг не раздался спокойный девичий голос:

— То есть вы с Арией-тян остановили окаменение тоже с помощью демонических читов?

Эти слова принадлежали Мими Харии, номеру 15 в журнале. Несмотря на все приключения, её собранные в японский пучок волосы и застёгнутая на все пуговицы школьная форма выглядели безукоризненно.

— Ага.

Конечно, с точки зрения геймера не слишком прилично рассказывать о способностях других людей без их согласия, но Юма решил, что если попытается сохранить в тайне известные ему виресы, он навлечёт на себя подозрения одноклассников.

— Мой чит — «Двойное действие», он позволяет мне на несколько секунд двигаться на двойной скорости. Я включил его, когда попал в туман, использовал на самого себя предмет, вызывающий смену статуса, и переписал окаменение другим эффектом. У Мисоно-сан — «Грозовое тело», которое даёт ей силу грозовой стихии. Я не знаю, что именно случилось, но полагаю, что окаменение не распространилось дальше руки из-за того, что та стала наэлектризованной. Но перед самой победой Мисоно-сан попала в плотный туман и…

— Понятно… Ария-тян так отважно боролась за нас, — Мими бросила взгляд на столики, после чего вспомнила ещё кое-что. — Да, вы со старостой тоже молодцы.

— Что ты, я всего разок ударил Ники… — ответил Юма.

Сугамо, которого Мими только что назвала старостой, лишь тихо цокнул языком. Вспомнилось, что весь его вклад состоял в том, чтобы остановить Арию, а с Ники он вообще не сражался. Впрочем, Юма уже вырос из того возраста, чтобы дразнить старосту этим фактом. Он приготовился продолжать, пока Сугамо не бросил на него укоризненный взгляд, но тут…

— Ой, — вдруг подал голос Конкэн, который уже почти заснул во время разговора. — А ты как избежал окаменения, Гамо? Ты ведь про демонов ничего не знал.

Юма застыл с разинутым ртом и на сей раз не удержался от того, чтобы уставиться на старосту.

А ведь это и правда интересный вопрос. Барьер, который Наги создала с помощью нескольких «Ледяных стен», получился совершенно непроницаемым, и Сугамо не мог укрыться за ним. Все школьники, оставшиеся за барьером, попали под воздействие тумана, даже Юма. «Окаменение» Ники гарантированно поражало цель, если только та не остановит дебафф при помощи заклинания, предмета или виреса.

Почувствовав на себе озадаченные взгляды, Сугамо, раздражённо поморщился и сухо ответил:

— Когда Ники напал на нас, я был возле столиков. Они стоят далеко от входа, и туман до них не дотянулся… Я правильно говорю, Кисануки?

— А… да, — Кай Кисануки покорно кивнул.

Безусловно, столики располагались в самом дальнем от входа углу укрытия, к тому же они защищены перегородкой, так что объяснение Сугамо могло право на жизнь. Но тогда возникает вопрос, в какой момент Кисануки оказался за ледяной стеной, если изначально находился возле столиков вместе со старостой? Или он вовсе туда не сбежал и до последнего отсиживался в углу?

Юма хотел потребовать объяснений, но Сугамо заговорил вновь, причём к нему вернулась привычная колкость:

— Лучше расскажи нам вот что, Асихара-мальчик. Ты только что сказал, что отменил окаменение при помощи специального предмета. Что ж ты раньше молчал о том, что он у тебя есть? Прятал его от нас, чтобы спасти себя любимого?

— Нет, конечно. Я вообще не знал, что Ники уже освоил «Окаменение», — ответил Юма. Как он ни старался сохранять спокойствие, слова старосты действовали ему на нервы. — Я использовал Иглу превращения в человека — ей пользовался босс-ящеролюд из AM, чтобы принимать человеческий облик. Я боялся, что от укола этой иглой последствия могут быть хуже, чем от окаменения, но выбора не было.

— Ха… Врёшь ведь, но ладно, поверю в благодарность за твоё участие в битве, — напыщенно заявил Сугамо.

Сава и Конкэн двинулись к нему с перекошенными от ярости лицами, но Юма остановил их взмахом руки и вернулся к объяснению:

— Иглы больше нет, она одноразовая, но я гарантирую, что есть и другие способы развеять «Окаменение» Ники. В игровом руководстве было описание предметов, которые лечат этот дебафф.

— Ах да, я помню что-то такое… Блин, вот бы мы могли читать руководство здесь! — выругался Тада.

Хотя Юма ещё не проверял этого лично, похоже, что руководство по игре невозможно достать из инвентаря, как и экипировку. Возможно даже, оно считалось одноручным оружием. Юме вспомнилось, что в RPG прошлого столетия встречались персонажи, которые побеждали врагов, стуча по ним огромными книгами.

Во время битвы Юма не смог выудить название лекарства от окаменения из памяти, но теперь решил как следует пошарить по глубинам воспоминаний.

— М-можно?.. — раздался вдруг тихий голосок, и Юма поднял голову.

Руку тянула миниатюрная девочка, которая до сих пор пряталась за спиной Мими Харии. Её короткие волосы с длинной чёлкой скрывали глаза, но узнать её не составляло труда: только одна девочка в их классе носила такую причёску — Аой Сога, восьмой номер в журнале. Она дружила с Юкими Юмурой, которая не попала в это убежище, а также состояла вместе с ней и Мими в кулинарной секции.

— Я несколько раз перечитывала раздел с исцеляющими предметами, поэтому вроде бы помню.

— Тогда сейчас же говори! — взорвался Сугамо.

Аой вздрогнула и поёжилась.

— Тише, староста! — прикрикнула Мими на Гамо. Остальные девочки тоже бросили на него осуждающий взгляд.

Сугамо вновь цокнул языком и притих. Вместо него просьбу повторил Юма, стараясь не пугать одноклассницу:

— Сога-сан, можешь назвать лекарство от окаменения? Ничего страшного, если ошибёшься.

— Э-э… — едва слышно протянула Аой, продолжая втягивать голову в плечи. — Там говорилось, что есть Эликсир, который восстанавливает все хит-пойнты и ману, а также убирает все негативные эффекты; и ещё Панацея, которая только избавляет от дебаффов. Но это очень дорогие лекарства, и мы вряд ли их добудем в ближайшее время. Есть ещё лекарство только от окаменения. Вроде бы оно называется Рубеллитовая игла…

— Да, точно! — невольно выкрикнул Юма. Он быстро опомнился и продолжил уже тише: — Именно так. Я тоже листал страницы и помню, что там была какая-то игла. Значит, рубеллитовая… Спасибо, Сога-сан.

— Не за что, — смущённо ответила Аой на благодарность и вновь спряталась за спину Мими.

Теперь они знали, что именно искать в мире AM. Конечно, ровно те же данные они могли почерпнуть из руководства уже после возвращения в мир игры, но всё равно лучше иметь информацию заранее, ведь на её основе можно строить планы.

Юма не знал слова «рубеллитовый», но у него сразу возникли ассоциации с александритом, иолитом и прочими драгоценными камнями, которые надо искать не в лесу или у моря, а в горах.

— Так, подождите, — в раздумья Юмы вдруг вмешался голос.

Он принадлежал Синте Айде, напарнику Тады по карточным играм. Айда окинул одноклассников крайне серьёзным взглядом и решительно заговорил:

— Ники может вернуться в любой момент, и я не спорю, что нам однозначно нужно раздобыть лекарства от окаменения, но прежде чем мы отправимся в полный опасности мир AM, лучше тщательно изучить каждого из нас.

— Изучить… в каком смысле? — спросил Юма.

— Нужно понять, какие у кого читы, — Айда нервно потёр руку от штаны. — Вдруг кому-то досталась способность снимать любые неприятные эффекты одним прикосновением? Асихара, ты можешь объяснить, как узнать свой чит?

Юма не ожидал такого предложения и невольно уставился на «гребень» ирокеза Айды.

На секунду предложение показалось ему бредом сумасшедшего, но разве мог Айда как заядлый игрок в карты не подумать об этом? Виресы настолько ломали весь игровой баланс, что Юме даже казалось, будто его «Двойное действие» — самый слабый и скучный из всех читов. Выживать в «Альтее» без этих способностей — всё равно что играть с завязанными руками. На месте Айды он наверняка предложил бы то же самое.

Вот только Юма не мог так просто взять и согласиться, ведь он ещё не забыл ту устрашающую ауру, которая окутывала Саву и Айри в их демонических обликах. Включение виреса подразумевает согласие с существом, которое в тебя вселилось, но не факт, что все они так же дружелюбны, как Валак, Кроссель и безымянный демон Юмы.

Айда не видел, как обезумела Ария после превращения, поэтому Юма задумался о том, как лучше объяснить риски, связанные с этой силой.

— Вирес — это не просто чит, которым можно пользоваться без последствий, — раздался спокойный, но проникновенный голос.

Из отряда школьников вышла девочка в чёрной с малиновыми полосками ветровке с низко надвинутым капюшоном. Сава. Она встала рядом с Юмой, развернулась и посмотрела прямо на Айду.

— Если не все, то подавляющее большинство вселившихся демонов надеются полностью подчинить нас себе. Собственно, для этого они и вселялись.

— Откуда ты это знаешь? — спросил в ответ Айда, но Сава пожала плечами и невозмутимо ответила:

— Очевидно, я говорила с демоном внутри меня.

— Ты… говорила с демоном?

Айда и Тада встревоженно переглянулись, то же самое сделали и остальные школьники. Похоже, лишь теперь они начали по-настоящему осознавать, что в них и правда поселились демоны.

Сава выждала небольшую паузу, после чего рассказала всем практически тоже, что в своё время говорила Юме:

— Внутри меня живёт демоница Валак. Она обратилась ко мне сразу после окончания бета-теста Actual Magic, ещё до того, как я очнулась в каликулусе. Она рассказала про демонов, виресы, а также объяснила положение дел в «Альтее».

— То есть… ты знала о демонах, ещё когда вы впервые пришли в укрытие? Без обид, но почему ты молчала всё это время?

Айда сказал «без обид» и действительно говорил спокойно, но Юма знал, что среди их собеседников есть по крайней мере один человек, который точно ухватится за такую замечательную возможность раскритиковать брата с сестрой. Украдкой посмотрев на Сугамо, Юма увидел, что староста стоит с как всегда кислым видом, но почему-то молчит. Возможно, сказывалась отповедь Мими Харии и неодобрительные взгляды девочек, но что-то подсказывало, что Сугамо не из тех, кто так хорошо воспринимает критику.

— Мы с Ю не рассказывали о демонах в первую очередь потому, что вы могли не поверить нам с первого раза и вообще перестали бы слушать. А во вторую очередь… — Сава обвела одноклассников взглядом прежде чем вновь посмотреть на Айду. — Мы опасались именно таких заявлений о том, что нам желательно или обязательно пользоваться читами.

— Вот да, почему нет-то?

— Я повторю: конечная задача демонов — полностью захватить власть над нашими телами. Но не нужно переживать, им очень трудно этого добиться. Я думаю, если и дальше сидеть в безопасном укрытии, то большинство из вас вообще не услышит их голосов. Но когда вы обращаетесь к демонами сами или отвечаете на их призывы… у вас поднимается степень.

Юма ахнул и перевёл взгляд на сестру. Лишь сейчас ему удалось вытащить из сумбурных воспоминаний о последних десяти часах постоянно ускользающий эпизод.

Дело было на школьном суде, когда староста призвал их к ответственности за гибель Такэси Моро при нападении Личинок адского табануса. Когда Сава смотрела, как Сугамо бешено стучит молотком по стойке, чтобы утихомирить гудящих одноклассников, она сказала: «У него… повысилась степень».

Теперь уже стало ясно, что этот термин, который использовал и Какэру Ники, означает уровень захвата тела демоном. И раз Сугамо повысил его, то он уже…

— Степень — это ведь то же самое, что показатель? Как какой-нибудь K/D/A в играх? — раздался голос, выдёргивая Юму из воспоминаний. Взгляд, почти переметнувшийся к Сугамо, остановился на Таде.

— Да, — Сава утвердительно кивнула. — Официально она называется степень демонизации — то есть степень того, насколько вы уже покорились демону. Посмотрите ваш статус.

Все одноклассники испуганно подняли руки и свели вместе пальцы. В укрытии одно за другим всплывали фиолетовые прямоугольники.

Юма тоже последовал их примеру и вызвал меню Actual Magic. Его первое окно как раз и показывало текущий статус. Прищурившись, он прошёлся глазами сверху вниз. Имя, уровень, шкала очков опыта. Ещё ниже очки здоровья и маны. В самом низу множество подробных данных: очки характеристики, сила атаки и защиты, сопротивление стихиям и так далее.

На первый взгляд окно выглядело совсем как в игре. Оно не показывало степень демонизации, о которой говорила сестра.

— Сава?.. — прошептал Юма.

Девочка тут же протянула руку и показала на место под шкалой маны, после чего для верности громко объявила:

— Посмотрите внимательно под очки маны!

Юма наморщил лоб и всмотрелся в место, на которое показала Сава. Прошло две секунды, три… после пятой по пустому место вдруг пробежали искры, и появилась новая шкала. Если хит-пойнты были ярко-голубыми, а мана кричаще-зелёной, то эта была почти незаметной и выглядела как градиент от кромешной черноты слева к светло-серому цвету справа. Пока что чернота занимала где-то пятую часть шкалы.

Слева от неё виднелись две буквы: «DR». Юма прикоснулся к ним пальцем, гадая, как же это расшифровать, и перед ним всплыло окошко с подсказкой: «Demonization Ratio».

Вот и она — демонизация. Пускай этому слову не учили на школьных уроках английского, да и неизвестно, есть ли такое в словарях, но Юма легко догадался, что оно означает степень превращения в демона. Мальчик передвинул палец на саму шкалу, и теперь маленькое окно показало несколько цифр: «21/100».

Гадать над их значением не пришлось тем более. Юма уже на 21 процент превратился в демона. Вроде бы это даже немного с учётом того, сколько раз он применил «Двойное действие» в бою с Ники, но с другой стороны, если эта степень не снижается со временем, то число уже в скором времени перевалит за тридцать.

Сразу же возник вопрос о степени демонизации Савы. Откровенно говоря, Юма переживал за неё больше чем за себя, однако сестра вообще не вызвала меню. Пока мальчик думал, стоит ли задавать вопрос в лоб, она продолжила:

— Все увидели шкалу, которая подписана как DR? Это и есть степень демонизации, и её можете видеть только вы, даже если сделаете меню видимым для всех. Думаю, у большинства она сейчас на нуле, но чем больше вы общаетесь про себя с демоном и используете читы, тем выше она станет. В районе 10 процентов эта степень почти не влияет на мысли и внешность, в районе 20 могут вырасти рога, хвосты и так далее, после 30 появляется возможность переключаться между демонической и человеческой личностью.

Сава договорила и замолчала, но никто не спешил нарушать тишину. Даже говорливые Тада и Айда лишь переглядывались со взволнованным видом. Видимо, сказывался тот факт, что никто не мог посмотреть степень демонизации другого человека. А чем ближе между вами отношения, тем сложнее задать этот вопрос.

Юма вновь посмотрел на своё окно, но шкала степени уже пропала. Похоже, она существовала, только пока на неё смотришь. Лишь спустя полные десять секунд раздался расслабленный голос Конкэна:

— Савушка, нам ведь не обязательно отчитываться, у кого какое число?

— Нет. Тем более мы никак не можем проверить, не соврал ли ты. Но на всякий случай я попрошу не молчать тех, у кого уже за пятьдесят, — ответила Сава и невозмутимо добавила: — Если что, у меня сорок пять.

Многие одноклассники округлили глаза. Большинство от простого удивления, но некоторые испугались и начали пятиться.

Юма прикусил губу. Конечно, он понимал реакцию товарищей, но боялся, что за ней может последовать изгнание Савы из укрытия. К счастью, Сугамо, который мог бы толкнуть остальных на это, по-прежнему хранил молчание.

Напряжённую тишину вновь прорезал голос Конкэна:

— А что будет после пятидесяти?

— Валак, конечно, не вникала в подробности, но на 40 процентах открывается превращение в демона — такое, как у Арии. После 50 демон в некоторых обстоятельствах может перехватывать контроль над телом.

— Перехватывать?..

— Прямо сейчас мне нужно самой обратиться к Валак, если хочу поменяться с ней местами, но если перейду этот порог, она сможет овладевать мной, когда я буду без сознания или слишком поддамся эмоциям. По крайней мере, так я думаю.

Пока она говорила, Юма вспоминал, как Сава впервые поменялась местами с демоницей.

Это произошло на третьем этаже во второй игровой комнате во время битвы против сильнейшего монстра по имени Конусоголовый рушитель. Он играюче расправился с Юмой и Конкэном, после чего Сава громко призвала Валак. Видимо, именно такую команду нужно отдать, чтобы демон перехватил управление. В будущем, конечно, могут возникнуть ситуации, когда они будут не в состоянии выдавить из себя ни слова, и тогда им будет только на руку, если демон сможет сам поменяться местами со своим носителем. Но опять же всё упирается в то, что не все демоны могут быть такими же благосклонными, как Валак. Вдруг, получив контроль, демон решит истребить всех школьников в этом укрытии?

— Нет, если так говорить… — вновь послышался голос Тады, и Юма поднял на него глаза.

Он боялся, что одноклассник упрекнёт Саву в чрезмерно высокой степени демонизации, но вместо этого…

— То получается, что до сорока процентов в подъёме степени нет никаких минусов. Раз так, не лучше ли нам всё-таки разобраться, какие у кого читы?

Сава приняла задумчивый вид, но в конце концов кивнула.

— Я согласна, что рано или поздно мы всё равно к этому придём. Но надо помнить, что степень не всегда растёт медленно. У меня было больше сорока, уже когда я вылезала из каликулуса. Что насчёт Арии-тян? У неё так же?

Юма быстро заморгал, осознав, что сестра обращается к нему. Воспоминания, конечно же, ещё не поблекли, поэтому он тут же подключился:

— Мисоно-сан пришла в ярость, когда увидела окаменевшую Эдзато-сан. Внешне будто бы ничего не изменилось, но она вдруг включила чит, а потом превратилась в демона… Но манера речи осталась прежней, так что вряд ли она менялась с демоном местами.

— Значит, тоже между 40 и 50 процентами. Думаю, ярость Арии-тян связала её с демоном, и она приняла его предложение… так сказать, заключила контракт.

— Контракт? — Юма озадаченно наклонил голову.

Сава слегка растерялась от его недогадливости, но ответила:

— Ну, ты же помнишь, как это бывает в манге и аниме? Демон требует душу в обмен на деньги или долгую жизнь.

— Ч-что?! То есть Мисо продала ему свою душу?.. — хрипло выдавил из себя Юма, и остальной класс загудел.

— Неужели?!

— Да ладно?

— Нет-нет, это только в манге бывает, — Сава быстро замотала головой. — Демонам AM не нужны наши души. Они просто говорят, что поделятся с нами силой.

— Вот как? Не требуют ничего в ответ и просто хотят сделать нас сильнее?

— Требуют, конечно же, — возразила Сава и повернулась к остальным одноклассникам. — Как только ты соглашаешься принять силу демона, то есть заключаешь контракт, у тебя резко поднимается степень демонизации, и ты получаешь способность превращаться, как это случилось с Арией-тян. Также ты сможешь использовать читы без ограничений, но эти способности — и есть твоя расплата. Ведь от них повышается степень, приближая демона к полной властью над тобой.

— Понятно… — пробормотал Юма, вновь вспоминая тот мальчишеский голос внутри себя, скорее всего, принадлежащий демону.

Каким-то удивительным образом все связанные с демоном эпизоды быстро выветривались из памяти, но последний случился совсем недавно, и Юма ещё не успел его забыть. Заклинание Ники наполовину обратило его в камень, и когда казалось, что надежды нет, голос внутри головы вдруг спросил, не забыл ли мальчик нечто важное. Без этой подсказки Юма не включил бы «Двойное действие» и тоже превратился бы в статую.

Можно сказать, что Юма сделал именно то, о чём говорила Сава: прислушался к совету демона внутри себя и выполнил его указания. Казалось бы, это и есть заключение контракта, однако степень демонизации осталась на довольно низком уровне.

Пока мальчик пытался подобрать объяснение случившемуся, раздался девичий голос:

— Я согласна с Савой-тян. Пока что нам лучше воздержаться от использования читов.

Это заговорила Томори Симидзу. Она тоже общалась с Валак, когда та поменялась местами с Савой, поэтому имела веский повод опасаться демонов, однако Юма заметил, что на её лице нет страха. И действительно, Томори продолжила спокойным, совсем не испуганным голосом:

— Валак, которая вселилась в Саву-тян, спасла мне жизнь, поэтому я не думаю, что стоит так уж бояться демонов и читов. Но что, если именно демоны подтолкнули Ники-куна, Нуноно-куна и Мэтоки-сан к нападению на нас? Если так, то ровно то же самое может случиться и с нами. Поэтому мы должны принять элементарные меры предосторожности, прежде чем выяснять, у кого какой чит.

— Элементарные меры — это какие? — спросил Айда, и Томори ответила сразу, словно предвидела этот вопрос:

— В святой магии есть заклинание среднего уровня, которое называется «Святая связь», оно не даёт связанным целям наносить друг другу урон. Мне оно пока недоступно, но если я, Наги-тян и Аой-тян всерьёз возьмемся за тренировки, то сможем защитить всех нас от худших последствий резкого подъёма степени.

— Ясно… да, так можно, — отозвался Айда. Тада и многие другие одноклассники утвердительно закивали.

Молчание Сугамо из необъяснимого уже становилось пугающим, но Юма всё равно считал, что это лучше раздражающей привычки всех перебивать. Решив, что надо пользоваться возможностью принять решение без участия старосты, он закрыл окно меню и вновь взял слово:

— Раз так, отложим проверку читов до того момента, когда кто-то из наших жрецов выучит «Святую связь». До этого старайтесь не обращаться к вашим демонам и не отвечать им. Что касается лечения окаменевших людей, то мы отправимся на поиски Рубеллитовых игл и обязательно их добудем, хотя это и может занять какое-то время.

— Слушай, Асихара, — раздался вдруг низкий голос.

Юма притих. Из толпы одноклассников вышел Харуки Хокари. Его модная причёска слегка растрепалась, чёлка нависла надо лбом. Ещё ниже виднелись угрожающе блестящие глаза.

— Возьми меня с собой, когда пойдёшь на поиски лекарства от окаменения.

— А?..

Юма невольно посмотрел на Саву, но та лишь повела бровями, словно говоря: «Почему бы и нет?»

— Конечно, чем больше бойцов, тем лучше, но в AM сейчас ещё опаснее, чем в «Альтее». Мало того, что там гора монстров, мы не знаем, что происходит в случае смерти. Очень может быть, что тебе не разрешат ни воскреснуть, ни выйти, а в худшем случае ты навсегда исчезнешь в обоих мирах…

Юма говорил вещи, от которых ему самому становилось страшно, но Хокари не унимался:

— Я всё понимаю, но… Короче, не подумай, что я хочу спасти только Сэру, но я не могу сидеть здесь и бездельничать, пока он страдает от окаменения.

Юма смотрел в полные решимости глаза Хокари и торопливо раздумывал. Неразлучные друзья-скейтбордисты Сэра и Хокари оба выбрали класс охотника. Добавить такого персонажа в команду полезно, в том числе и для расширения тактических возможностей, но вся сложность в том, что размер группы в Actual Magic — всего четыре человека. Конечно, можно разбиться на группы в формате 4 + 1 или 3 + 2, после чего объединить группы в рейд, чтобы следить за хит-пойнтами каждого из союзников, однако некоторые исцеляющие и усиливающие заклинания работают только на членов своей группы, поэтому Юма волновался о выживании в непредвиденных обстоятельствах.

Но пока он искал решение…

— А… Тогда я тоже пойду! — дрожащим голосом объявила одна из девочек и чуть ли не выпрыгнула вперёд.

Необыкновенно низкий рост даже на фоне других девочек, короткие волосы с завитыми наружу кончиками и розовая накидка поверх школьной формы — это была Тинами Нусиро, подруга Арии Мисоно и Сёко Эдзато. Юма ещё помнил, что она решила быть в AM разбойницей.

Этот класс в их группе тоже пока не представлен, поэтому Тинами могла бы взять на себя разведку и взлом замков, но только при условии, что она умеет сражаться. Одно дело Хокари, который участвовал в защите укрытия от Конусоголового задиры, но сможет ли Тинами бесстрашно сражаться с монстрами?

— Э-э…

Юма задумался, как бы поделикатнее задать этот вопрос. Заметив его сомнения, Тинами обратилась к нему, в её взгляде читалось отчаяние:

— Я сидела вместе с Арией и Сёко, когда напал Ники. Они закрыли меня собой от его ветра, поэтому я успела сбежать за ледяную стену. Если бы не их помощь, я бы тоже превратилась в каменную статую. Поэтому я хочу помочь в поисках лекарства, которое сможет их спасти.

— Хорошо, давай с нами, — ответила Сава.

Стоявшая рядом с Тинами Наги тоже закивала с доброй улыбкой. Юма осознал, что раз костяк группы согласен, ему не стоит спорить. Наверняка Конкэн тоже разделял это мнение.

Кроме того, теперь они могли разделиться на две группы по три человека. Правда, неприятно, что у них только один жрец, а это значит, что боёв придётся избегать…

— Разумеется, я тоже с вами! — Томори Симидзу резко вскинула руку к огромному облегчению Юмы.

Итого два жреца, воин, маг, монстровик, охотник и разбойник. Для идеального баланса не хватало разве что ещё одного воина, но Ёити Оно, который идеально подошёл бы на эту роль, превратился в камень. Юма обвёл одноклассников взглядом, пытаясь найти ему замену…

— Симидзу никуда не пойдёт, — раздался в укрытии сухой голос.

«Наконец-то началось», — подумал Юма, глядя на автора этого возгласа, Тэруки Сугамо.

Староста по-прежнему выглядел мрачно, глаза его не выражали эмоций. Если Сава права в том, что у него высокая степень демонизации, то он по крайней мере уже общался со своим внутренним демоном. Но раз так, почему его внешность ещё не изменилась?

Юма замялся, отвлёкшись на размышления, поэтому вместо него заговорила Сава:

— Это ещё почему? Мы организуемся в группы, и нам нужно два жреца. Я с самого начала рассчитывала на Наги и Томори-тян.

— Айда ведь уже сказал, что Ники может напасть в любой момент, — как только Сугамо упомянул Ники, у него слегка дёрнулся глаз, но в остальном он сохранил полную невозмутимость. — Следующее нападение может быть гораздо масштабнее предыдущего. Даже если справимся с обороной, кого-то может ранить. Поэтому нам обязательно нужен один натренированный жрец: либо Сано, либо Симидзу.

Сугамо говорил на редкость спокойно и рассуждал необыкновенно здраво. Даже Сава замолчала, не сумев возразить. Но Томори не собиралась мириться с его словами.

— Ники-кун использовал «Воздушный взрыв» и «Окаменение», оба этих заклинания почти не отнимают хит-пойнты. Очевидно, его задачей было обездвижить нас всех, не нанося урона.

— И что ты предлагаешь на случай его возвращения? Послушно превратится в камни?

— Нет, конечно. Просто теперь, когда мы знаем цель Ники-куна, её можно использовать против него. Если ему нужно наложить дебафф сложным заклинанием массового поражения, то на это можно ответить либо физическими атаками быстрых бойцов, либо более скоростными заклинаниями, которые наносят прямой урон. Я не призываю убить его, но если нанести урон и обездвижить, то его можно будет допросить и узнать, почему он воюет с нами.

— О-о… — восхищённо обронил Тада.

— Не зря она очкарик, — добавил Айда, то ли хваля девочку, то ли высмеивая.

Томори старательно пыталась убедить Сугамо в своей правоте. Тот не стал сразу же отмахиваться от аргументов одноклассницы, но после нескольких секунд размышлений всё равно ответил отказом:

— Нет, всё-таки я не разрешаю. Даже если предположить, что Ники хочет обездвижить нас, у его товарищей Нуноно и Мэтоки были не синаи, а настоящие мечи. Я уверен, что они нападут на нас, если мы возьмём Ники в плен. В частности может достаться тем ребятам, которые побегут останавливать Ники в ближнем бою.

— Это… верно, — вздохнула Томори, отчаявшись добиться своего.

— Сугамо-кун, — вперёд выступила Наги, бросив на Томори взгляд. — Ты говоришь, что в укрытии должны остаться либо я, либо Томори-тян? Тогда останусь я.

— Не вздумай! — закричала Томори ещё до того, как Сугамо успел отреагировать, и резко повернулась к подруге Юмы. — Наги-тян, ты должна пойти вместе с Савой-тян. Пускай мой уровень немного выше твоего, твои собственные навыки намного лучше моих, не говоря уже об опыте командной игры.

— Не принижай себя. Ты достойно помогала ребятам в бою против градоначальника, пока я была без сознания.

Наги улыбнулась, пытаясь приободрить Томори, и Юма украдкой выдохнул с облегчением. Всё-таки его подруга вела себя как обычно. В бою с Овеном Наги поменялась местами со своим демоном Кроссель, так что её степень демонизации уже перевалила за тридцать, однако это будто бы почти не сказывалось на характере девочки.

Правда, сейчас это могло им выйти боком: несмотря на мягкость, Наги упрямо гнула свою линию, так что этот спор мог затянуться…

Вдруг оглушительный щелчок пальцам прервал поединок двух скромностей. Звук издал Сугамо.

— Хватит уже! Если вы не можете решить, тогда это сделаю я. Я выбираю изначальный вариант: Сано уходит на поиски, Симидзу остаётся в укрытии. Если нужен второй жрец — берите Согу.

— Что?.. Н-но я не могу! — тихо пропищала Аой Сога, только что номинированная на роль второй жрицы. Она вцепилась в Мими Харию и замотала головой. — У меня всего лишь шестой уровень, я знаю только простейшие заклинания лечения. Я никак не могу заменить Томори-тян…

— По уровню ты не сильно отстаёшь от Хокари и Нусиро, — заметил Сугамо.

Мальчики, которых он упомянул, молча кивнули. Действительно, среди детей этого укрытия только Юма, Сава, Конкэн, Наги и Томори поднимали свои уровня после конца бета-тестирования, а остальные двенадцать человек… точнее, восемнадцать с учётом окаменевшей шестёрки, по-прежнему имели почти одинаковые характеристики.

Однако в RPG с полным погружением и уровень персонажа, и экипировка далеко не так важны, как навыки и опыт самого игрока. Эмоциональный настрой также имеет огромную роль. Юма, конечно, не считал себя великим храбрецом, но Аой вздрагивала и ёжилась, даже когда её просто называли по имени. Не верилось, что эта девочка сможет сражаться с монстрами AM, которые стали намного злее и опаснее по сравнению с бета-тестом…

Хотя… нет, нельзя так говорить. Если отнестись к Аой с предубеждением и ограждать её от битв, это только приблизит её гибель, ведь никто не может гарантировать, что укрытии всегда будет безопасно. Однажды Аой всё равно придётся защищать себя в бою. И если она умрёт от нехватки уровня и боевого опыта, то вина за это ляжет на Юму, решившего, что девочка не справится с битвами AM.

— Всё будет хорошо, Сога-сан, — не раздумывая сказал Юма. — Ты ведь за время бета-теста прочитала всё руководство, да? Тогда ты уже знаешь всё, что нужно жрецу, а нехватку уровня компенсируют другие игроки. Разумеется, мы не потащим тебя силой. Ты сама должна решить, присоединиться ли к нам. Но поверь, из тебя точно выйдет полноценная, толковая жрица.

Аой продолжала стоять с поджатыми губами, несмотря на все сказанные Юмой слова. Длинная чёлка закрывала её глаза, но на щеках поблескивали капельки бегущих слёз. Юма уже решил было, что переоценил силу духа этой девочки, но тут Мими нежно хлопнула подругу ладонью по макушке и сказала:

— Не волнуйся так, Аой, я буду с тобой. Правда, толку от меня меньше чем от воина, я же всё-таки торговец.

Аой быстро вытерла слёзы ладонью, подняла взгляд на Мими и выдавила из себя неловкую улыбку.

— Спасибо, Мими-тян, но не надо… я уже решила, что пойду с Асихарой-куном.

— Да?.. — Мими округлила глаза. — Ты уверена, что справишься без меня?

Юма тоже изумился, но Аой крепко сжала кулачки и уверенно кивнула.

— Да. Юкими-тян сейчас тоже одна, но я уверена, она и без нас не унывает. Я должна стать сильнее, чтобы потом помочь ей.

— Хорошо, — с улыбкой согласилась Мими и нежно погладила Аой.

Итак, они собрали отряд из семерых человек, пусть для этого пришлось приложить немало усилий. Если идти двумя группами, то у них ещё есть одно свободное место, и Юма хотел, чтобы оно досталось воину. Он обвёл одноклассников взглядом в поисках подходящего кандидата, но тут раздался скрип кроссовок о плиточный пол.

— Восьмым буду я. Вам всё равно нужен воин помимо Кондо, — заявил Тэруки Сугамо, направляясь прямиком к Юме.

Тот шокированно вытаращил на старосту глаза. Раньше Сугамо ни за что бы не вызвался идти в поход. Чутьё подсказывало, что он наверняка задумал что-то недоброе, но с другой стороны не будет же староста мешать поискам лекарства, которое должно излечить одноклассников от окаменения? Проще было поверить в то, что Ники пробудил в нём желание сражаться, превратив Арию в статую. Вот только даже если и так…

— Тебе тем более нельзя с нами, Гамо, — заявил Юма.

— С чего это вдруг? — Сугамо бросил на него озлобленный взгляд. — Такио и Оно окаменели, так что у нас всего два воина: Кондо и я. Поэтому я просто обязан пойти с вами.

— Я не об этом. Ты же командуешь укрытием, Гамо. Если что-то случится в твоё отсутствие, кто будет отдавать приказы?

Сугамо заскрипел зубами. Глаза под растрепанными волосами вспыхнули ярким, но не демоническим светом. Юма видел во взгляде старосты ярость и… кажется, боль.

— Я не собираюсь уклоняться от обязанностей, но… — выдавил он из себя и поднял к лицу крепко сжатый кулак.

Он постоял так ещё несколько секунд, прежде чем опустил руку и продолжил тихим, хриплым голосом:

— Мне кажется, я свихнусь, пока буду ждать вашего возвращения. Вы ведь можете там проторчать несколько часов…

Юма попытался вспомнить, когда Сугамо в последний раз так искренне выражал свои чувства. Возможно, если продолжить этот разговор, то прочная скорлупа, в которую Сугамо загнал себя после катастрофы в «Альтее»… нет, после прошлогодних выборов в школьный совет, наконец-то даст трещину.

— Гамо…

«Мы обязательно найдём лекарство от окаменения, верь в нас и жди. Тебе и в укрытии будет чем заняться». Пока Юма искал, как бы покороче выразить эту мысль, его успели перебить.

— Т-тогда восьмым буду я! — раздался писклявый голос, который едва ли походил на мальчишеский.

Вперёд резко выскочил школьник с нечёсанными волосами, свисавшими почти до носа. Кай Кисануки, лучший друг… вернее, приспешник Сугамо.

— Ты-то куда лезешь, Кисануки? У тебя монстровик, а им нужен танк. Какой от тебя толк? — рявкнул на него Сугамо.

Кисануки втянул голову в плечи, а Юма невольно бросил на него взгляд. До сих пор он не знал класса Кисануки и не ожидал увидеть коллегу-монстровика.

Конечно, Сугамо был прав в том, что правило представители этого класса обычно не сражаются в ближнем бою. При желании монстровик может воевать на передовой, но для этого нужно прокачать кое-какие вещи, которые открываются на более высоких уровнях. Пока же Юма не мог даже взять в руку щит или надеть железный доспех.

Однако Кисануки не отступил и продолжал настаивать на своём, то и дело заикаясь:

— На бета-тесте я успел приручить Каменного слизняка, который как раз может танковать! Им можно даже пожертвовать, если станет совсем плохо! Мисоно-сан моя… подруга, и я хочу поскорее спасти её. А ещё… — Кисануки вдруг замялся. Наконец, он вскинул голову и посмотрел Сугамо прямо в глаза. — Ещё я глубоко раскаиваюсь, что пытался присвоить себе все закуски, которые продавались возле столиков! Разреши мне пойти с ними, чтобы я мог загладить вину!

Сугамо заморгал, будто его застигли врасплох. Затем он вдруг цокнул языком и отвернулся от Кисануки.

Юма смотрел на них, затаив дыхание. Кисануки сослался на попытку похищения закусок, однако этим на самом деле занимался не он, а Сугамо. Сразу после эвакуации класса староста обнаружил лежавшие в магазине закуски и решил спрятать их в своём инвентаре. Позднее он передал большую часть Кисануки и объявил его негодяем, который украл и спрятал еду от одноклассников. Это помогло ему укрепить своё положение как предводителя укрытия.

У Юмы было много косвенных доказательств того, что всё случилось именно так. Но если это правда, зачем Кисануки напомнил про этот случай? Он пытается надавить на Сугамо под предлогом искупления вины?

Своей неожиданной смелостью Кисануки мигом заработал несколько очков в глазах Юмы. Кроме того, Каменные слизняки славились своим показателем защиты, поэтому если Кисануки не наврал, то из него выйдет достойный танк.

— Почему бы нет, Гамо? Давай Кисануки будет восьмым.

— Ладно, — глухо ответил Сугамо.

Расслабив плечи, Юма взглянул на нового члена группы. Когда их глаза встретились, Кисануки криво улыбнулся и кивнул.