Грудь переполняла то ли ярость, то ли печаль, то ли и то, и другое разом. Юма не мог подобрать точного определения обжигающим и в то же время леденящим кровь чувствам, однако это не помешало ему вложить их в короткий, резкий возглас:

— Зачем?! Ники!

Однако мальчик, лежавший метрах в четырёх перед ним, ответил на надрывный вопль лишь вздохом. Затем молча поднялся, так, словно не получил никакого урона.

Этот школьник был немного крупнее Юмы и носил чёрную куртку в стиле милитари и штаны карго. В правой руке он держал обоюдоострый меч, казавшийся непомерно крупным и тяжёлым для детского тела. На лице красовалась металлическая маска в виде волчьей морды с огромном проломом на левой щеке. Через него виднелись правильные, до боли знакомые черты.

Какэру Ники, председатель школьного совета начальной школы Юкихана. Юма считал его не более чем одноклассником, но всё равно относился к нему с симпатией за искреннюю жизнерадость и не изменяющее ему чувство справедливости. В конце концов, всего пять часов назад группа Юмы повстречала Ники в развалинах старого замка в мире Actual Magic, и тот, невзирая на смертельную опасность, помог им в битве с Варанийским ящером, не требуя ничего взамен.

После той битвы Ники смущённо улыбнулся и ответил благодарным одноклассникам:

«Я просто не удержался, наконец-то увидев хоть кого-то из нашего класса, поэтому и прибежал».

Юма не думал, да и не хотел думать, что эти слова и улыбка могли быть фальшью. Однако под проломленной маской мальчика встретил ледяной взгляд. Несмотря на тот удар по лицу, в нём не читалось враждебности, не говоря уже о раздражении или ярости. Он лишь равнодушно наблюдал за Юмой.

Вдруг наполовину скрытые под маской губы Ники зашевелились.

— Ты трижды использовал демонический чит, Асихара. Степень повышаешь.

— Чит? Степень? — попугаем повторил Юма, прежде чем осознал смысл сказанного.

Очевидно, что под читом Ники понимал демоническую силу, которую вселившаяся в Саву Валак называла виресом. Юма и правда только что использовал свою способность «Двойное действие», чтобы развеять окаменение. Далее он воспользовался ей, чтобы отразить синхронную атаку одетых в чёрное товарищей Ники, а затем — чтобы увернуться от выпада самого председателя. И правда, трижды. Но что за степень он повышает? Юма знал, что под степенью понимается некий уровень или коэффициент, но это мало что объясняло.

Мальчик припомнил, что при нём кто-то уже произносил этот термин. Он наморщил лоб, однако времени копаться в памяти не было. Магия Ники продолжала превращать остальных детей из укрытия Гамо в каменные статуи.

Хотя «Окаменение» создавало лишь небольшое облачко тумана, Ники придумал развеять его по всему укрытию с помощью заклинания «Широкий бриз». Хотя при этом туман стал разреженным и будто бы менее эффективным, Юма видел, что он всё равно обращал в камень всех одноклассников, до которых достал.

Наверняка здесь тоже не обошлось без виреса Ники — или, как он сам бы сказал, демонического чита. Должно быть, он управляет вероятностью успеха заклинания и может повысить её до ста процентов. В таком случае если бы он выбрал не «Окаменение», а более высокоуровневое «Смертельное проклятье», то Юма погиб бы, даже не успев включить свою способность. Вирес председателя и правда настоящий чит, ломающий игровой баланс, прямо как «Бустер магических навыков» Савы и «Тихоскорочтение» Наги.

Но, разумеется, у «Бустера магической вероятности» есть и слабые места. В отличие от виреса Наги он не отменяет необходимость произносить слова заклинания. Во время нападения на укрытие Ники скрывался за спинами товарищей, чтобы оглушить одноклассников «Воздушным взрывом» и лишь затем применил комбинацию из «Окаменения» и «Широкого бриза». Без такой поддержки он бы не смог воспользоваться своей силой, однако оба его помощника не так давно получили удар цепью Юмы и теперь лежали на полу без сознания. Притом не просто цепью, а Цепями чистого железа из мира Actual Magic. Удар оружием, которое в своё время даже не дрогнуло под двуручным мечом Конкэна наверняка вывел противников из строя надолго.

Никто больше не защитит Ники на время чтения заклинания. Да, он явно сильнее Юмы в ближнем бою, но тот наверняка сможет продержаться до того момента, когда на помощь подоспеют не попавшие под действие тумана товарищи.

— Если ты собирался напасть на нас, то зачем спас внутри AM? — спросил Юма.

На самом деле он всего лишь тянул время до начала поединка, однако этот вопрос его и правда волновал. Если бы не внезапная помощь Ники в лесных развалинах, команде Юмы пришлось бы худо — возможно даже, что никто из них не пережил бы сражение с Варанийским ящером. И Юма бы сейчас не стоял на пути Ники.

— Всё-таки ты слишком наивный, Асихара, — губы за разбитой маской вновь пришли в движение. — Тебе не под силу защитить наш класс.

Юма заморгал, пытаясь осознать смысл услышанного. Однако уже через секунду в его груди разлился жар негодования.

— Защитить? Это, по-твоему, защита?

Он позволил себе на секунду скосить взгляд вправо, где перед шкафами, ещё недавно исполнявшими роль баррикады, сидели Такато Сэра и Ёити Оно. Оба уже настолько окаменели, что не могли и слова сказать.

— Ты смеешь говорить такое после всего, что натворил?!

Гнев застилал глаза алой пеленой, но где-то в глубине души Юмы продолжал цепляться за слабую надежду: что, если перед ним вовсе не Такэру Ники?

Безусловно, этот мальчик обладал его внешностью, а боевой стиль повторял тот, которым в мире AM пользовались магические мечники. Однако имя рядом со шкалой хит-пойнтов над головой по-прежнему было нечитаемым: буквы постоянно плясали, словно кто-то испортил кодировку. Вдруг это означает, что кто-то другой выдаёт себя за Ники?

Конечно, никакой грим не способен так достоверно воссоздать его черты лица, но сейчас в «Альтее» полно сверхъестественных сил. Школьникам стали доступны магические предметы и заклинания из Actual Magic, не говоря уже о виресах. Наверняка с их помощью можно как-то повторить и внешность, и голос другого человека…

Стоило об этом подумать, как Ники — или некто, выдающий себя за него, — поднял руку в чёрной рукавице. Юма тут же прыгнул в боевую стойку, опасаясь заклинаний, однако противник лишь взялся ладонью за сломанную маску и небрежно сорвал её.

Свет аварийных ламп упал на красивое, невозмутимое лицо. Однако не оно завладело вниманием Юмы, а шкале над головой протианика. Как только тот снял маску, шум пропал, и буквы перестали плясать. Теперь эта надпись незатейливым шрифтом однозначно гласила: «Какэру Ники».

В «Альтее» рядом с хит-пойнтами отображается только реальное имя, и заменить его чем-либо ещё невозможно. Получается, именно Ники напал на них и обратил в камень Оно и некоторых других одноклассников. А волчья маска позволяла ему какое-то время скрывать имя от других детей.

Как только Ники снял её, она тут же рассыпалась в его руке — очевидно, закончились очки прочности. В реальном мире вещи так не исчезают, а значит, маска попала сюда из мира AM. Если Ники погружался туда именно ради маски, то получается, что к их встрече у развалин он уже задумал напасть на укрытие.

Однако это лишь подтверждало теорию о том, что у Ники не было причин помогать команде Юмы. Он мог просто потерпеть минуту, нет, полминуты, пока Шипастый волк не добьёт Томори, а уж без жрицы группу ждало неминуемое поражение…

Вдруг в голове Юмы вновь всплыл вопрос, которым он задался ещё в тех развалинах.

Почему в битву против Варанийского ящера вмешались Шипастые волки? Варанийцы — это ящеролюды, поэтому если им и будут помогать другие монстры, то такие же ящеры. Кроме того, волки не водились рядом с развалинами, а прибежали откуда-то извне, словно что-то… или кто-то привёл их на помощь ящеру.

Юма ахнул. Догадка вмиг превратилась в уверенность.

— Ники. Когда мы сражались с боссом в мире AM, на нас напали волки… Это ведь ты их приманил? — спросил он глухо.

На губах невозмутимого Ники впервые повисла полуулыбка.

— Догадался, наконец? Я понял, что без этого вы победите босса без особых трудностей… поэтому превратил вашу битву в приключение.

Он говорил так, будто лишь дружески пошутил над одноклассниками, и живот Юмы вновь налился жаром. Делая всё возможное, чтобы удержать гнев внутри себя, мальчик озвучил ещё одну догадку:

— Далее ты попросил номера наших каликулусов вовсе не для того, чтобы наклеить на них записки. Ты сломал их, чтобы задержать нас в мире AM.

— Это, знаешь ли, было нелегко. Я о них целый меч сломал, — надменно ответил Ники, но Юма знал, что сейчас нельзя терять самообладание. Если дать противнику возможность прочитать заклинание, то он точно превратит их всех в каменные статуи.

Хотя… возможно, они уже проиграли. Юме удалось избежать опасности при помощи «Двойного действия», однако он уже потратил «Иглу превращения в человека», чтобы спасти себя от окаменения. Все три жреца укрытия Сугамо — Томори Симидзу, Аои Сога и Минаги Сано — пока не выучили магию, которая лечит от этого недуга. Если туман и дальше расползался по укрытию, все одноклассники за спиной Юмы уже должны были начать каменеть…

Юма вздрогнул, когда в голове пронеслась эта ужасная мысль. Мандраж охватил его лишь на долю секунды, за которую едва ли можно что-то успеть, но Ники всё равно увидел в этом возможность нанести удар.

Меч в его правой руке вдруг окутало плотным синим свечением. Остриё, только что находившееся у самого пола, вдруг подпрыгнуло как на пружине. Боевой приём «Проворная гадюка», который используется как раз для внезапных атак.

Юма не расслаблялся ни на секунду и стоял аж в трёх с лишним метрах от Ники, но меч летел к нему на невероятной скорости. Мигом поняв, что цепью защититься он не успеет, мальчик изо всех силы отпрыгнул назад и выгнулся, но остриё неумолимо приближалось к горлу со стремительностью оголодавшей змеи.

Юма стиснул зубы, готовясь включить «Двойное действие» в четвёртый раз, как вдруг его ослепила яркая вспышка, и мальчик зажмурился. Но всё-таки за миг до этого мальчик увидел, как в клинок Ники ударила сверху молния.

Отскочив назад, Юма отчаянно заморгал. Зрение вернулось быстро, однако за то время, что он стоял беспомощно, Ники успел бы провести ещё один удар. Но этого так и не случилось. Неужели молния прошла сквозь меч и рукавицы и нанесла мальчику урон?

Когда взгляд сфокусировался, Юма увидел, что Ники застыл на месте с выброшенным вперёд клинком. У шкалы хит-пойнтов виднелась иконка с кружащимися звёздами. Значок дебаффа оглушения.

Юма подумал, что это отличная возможность нанести ответный удар, но обнаружил, что тоже не может двигаться. Зато он слышал как сзади приближается некто, обладающий чудовищно сильным электрическим полем. В воздухе заплясали искры статических разрядов.

С трудом повернув голову на непослушной шее, Юма увидел подошедшую девушку. Она носила чёрные чулки, плиссированную юбку кремового цвета и незаправленную блузку без пиджака. Длинные коричневые волосы держали у висков заколки-крестики. Это могла быть только Арии Мисоно… но она совсем не была на себя похожа.

— Мисо… — хрипло обронил Юма, но Ария даже не посмотрела на него. Она прошла мимо и остановилось в паре метров перед председателем школьного совета.

— Ники, — произнесла она, не звонко, как обычно, а глухо и монотонно.

Однако в её голосе ощущался жар кипящей ярости. Ники уже вышел из оглушения, но не опускал меча.

— Мне плевать, зачем ты это сделал, — хрипло продолжила она.

Лишь сейчас Юма обратил внимание, что правая рука Арии окаменела по локоть вместе с рукавом блузки. Как только заклинание «Окаменение» начинает работу, остановить его распространение можно, только сняв с жертвы эффект при помощи специальной магии, лекарств или инструментов, однако в таком случае процесс не просто останавливается, а обращается вспять. Почему же у Арии он будто встал на паузу?

Впрочем, сама девочка будто не замечала состояния руки, ледяным тоном она закончила:

— Но ты заплатишь за то, что обратил Сёко в камень.

Юма машинально бросил взгляд назад. Под накренившимся шкафом неподвижно сидела крупная девочка, руками обнимая пустоту. Она окаменела целиком, включая одежду и волосы.

Юма напряг глаза, и над школьницей, несмотря на её состояние, выскочила шкала хит-пойнтов и подпись: «Сёко Эдзато». Под именем одной из близких подруг Арии горела иконка дебаффа в виде серого человека. По-видимому, даже в реальном мире окаменение считалось всего лишь дебаффом и не убивало человека, но что будет, если эту статую расколоть?..

Остановив поток мрачных мыслей, Юма вновь посмотрел вперёд. Хоть он и понимал негодование Арии по поводу состояния подруги, чувства не помогут победить Ники. Девочка получила класс мага, который слаб в ближнем бою и к тому же не имела при себе ни жезла, ни посоха, которые усиливали бы её заклинания. Ей удалось призвать молнию заклинанием «Удар грома», потому что Юма и Ники сражались друг против друга, но теперь она стояла слишком близко к противнику, чтобы тот позволил ей спокойно зачитать текст заклинания. Как только она произнесёт стихийное слово, тот взмахнёт мечом и без труда расправится с ней.

«Я должен прикрыть тебя, Мисо. Пожалуйста, отступи хотя бы на метр», — мысленно попросил Юма, но Ария без колебаний вскинула левую ладонь, словно в самом деле собиралась использовать магию против мечника, находясь на расстоянии удара клинком.

Губы Ники вновь слегка изогнулись, однако на сей раз не в усмешке, а от жалости к девочке, которую он собирался разрубить. Меч опустился на уровень бедра и вспыхнул голубым. Юма напряг ногу, готовясь ринуться вперёд и отразить цепью выпад, до которого оставалось около секунды, но вдруг…

Перед глазами вновь сверкнула жёлтая вспышка, и Юма ахнул от изумления.

Из ладони Арии неожиданно вырвалась молния, описала в воздухе длинную дугу и обрушилась на Ники. Тот не мог предположить, что заклинание полетит по такой траектории, не успел отреагировать и получил прямое попадание в правое плечо. Пошатнувшись, Ники попятился. Ему хватило присутствия духа, чтобы устоять на ногах, однако удар моментально снёс пятую часть здоровья и вновь оглушил мальчика.

«Вот теперь его точно надо добить!» — сказал себе Юма, но вновь не смог пошевелиться. Его остановила устрашающая аура вокруг Арии. Только что она использовала не «Удар грома», который бьёт сверху вниз, и не «Грозовую стрелу», которая летит только по прямой. Более того, она вообще не произносила никаких заклинаний. По-видимому, за её атакой тоже стоит вирес или демонический чит сродни «Тихоскорочтению» Наги. Вселившийся в Арию демон связался с ней и предложил свою силу.

Хотя Валак Савы и Кроцелл Наги вели себя крайне подозрительно, они уже не раз вытаскивали Юму и его друзей из передряг. Сам Юма пока не знал имени демона внутри себя, но иногда слышал, как к нему обращается некое разумное, дружелюбное создание. Если это и демон, то у него пока явно нет желания овладевать телом мальчика.

Юма помолился о том, чтобы и Арии достался настолько же «хороший» демон. Однако в следующее мгновение…

— Гх… у-у… — с губ девочки сорвался сдавленный стон.

Рисунок клеста, тянущийся от ладони почти до локтя, ослепительно вспыхнул жёлтым. Девочка скрестила светящуюся левую руку с окаменевшей правой и согнулась. По её телу с режущим звуком побежали искры.

— Уа-а… а-а… а-а-а-а!..

Стоны переросли в вопли. Искр тоже становилось всё больше, они долетали уже до полок и пола и взрывались о них.

— А-а-а-а!!!

Ария перешла на крик, в котором явственно слышались нечеловеческие нотки. Внезапно она раскинула руки в стороны и запрокинула голову. Оглушительно прогремел электрический разряд, во все стороны полетели жёлтые молнии, и в тот же миг на девочке лопнула вся одежда, даже чулки.

Одна из молний попала прямо по руке стоявшего рядом Юмы и отняла у него часть хит-пойнтов, но он не заметил ни ожог, ни боль, ни удар электричества. И мысли, и органы чувств были слишком заняты тем, что происходило у него на глазах.

Обгорелые клочья ткани медленно падали на пол, а Ария стремительно менялась… вернее, превращалась. Стройное тело стало крупнее из-за проступивших мышц, над лопатками появились крылья, прямо как у летучей мыши. Заколки-крестики, по какой-то причине не сгоревшие дотла, вросли одним концом в лоб и начали вытягиваться, превращаясь из крестов в двойные спирали.

Как только заколки превратились в острые рога, крылья за спиной раскрылись с громким хлопком. Тело покрыла похожая на купальник плёнка — совсем как у Савы. Наконец, пальцы левой руки покрылись заострёнными щитками.

Когда превращение завершилось, Ария несколько раз сжала и разжала левую ладонь. Затем резко обернулась и посмотрела на Юму жёлтыми, как её светящийся клест, глазами.

— Я сама им займусь, не мешай.

Хотя в её голосе и появились металлические нотки, к облегчению Юмы тон не изменился. Демон всё-таки не вытеснил личность девочки. Однако слова Арии не позволяли расслабиться.

— М-Мисоно-сан, Ники…

«Должен знать, как снять окаменение», — собирался сказать Юма, но не успел. Ноги Арии вдруг вспыхнули молниями, и она метнулась к Ники на сверхъестественной скорости. Тот едва успел оправиться от оглушения, взял меч в две руки и выставил его перед собой, но Ария без малейших колебаний вскинула бронированную левую руку и нанесла удар.

Вновь прогремел гром, в воздухе вспыхнули четыре молнии. По когтям Арии бежали те же искры, что по её ногам, и как только это оружие встретилось с клинком, в убежище вспыхнул целый фейерверк.

Молнии пробежали по клинку, достигли тела Ники и отняли у него ещё одну десятую здоровья. Юма содрогнулся перед мощью электрической атаки, от которой невозможно защититься, при этом пытаясь понять, в чём именно состоит вирес Арии.

Сначала он решил, что тот позволяет использовать магию молний без зачитывания заклинаний, однако в руководстве ни слова не говорилось о магии, которая наполняет всё тело электричеством, к тому же такая способность будет бить и по самому заклинателю, если он не предпримет защитных мер. Ария же носила лишь тончайший облегающий костюм и при этом не получала никакого урона.

Юма находил этому лишь одно объяснение. Игроки и люди в целом не принадлежат к пустой стихии, но к Арии это больше не относилось.

В мире Actual Magic существуют десять видов магий: огненная, воздушная, земляная, грозовая, водная, световая, тёмная, святая, проклятая и пустая. Им соответствуют десять стихий или элементов. Поглощать стихийные атаки способно лишь существо той же, либо более сильной стихии. В случае грозовой это земляная. Конечно, существуют заклинания «Грозовое усиление» и «Земляное усиление», с помощью которых можно зачаровать доспехи (если это слово вообще применимо к купальнику Арии), но они не дают полной защиты от урона.

Стало быть, Ария не получила магической брони, а сама стала грозовым существом. То же самое случилось и с Сумикой Ватамаки, но той досталась проклятая стихия. Выходит, вселившийся в Арию демон наделил её способностью «Грозовое тело».

Однако этот вирес не ограничивался тем, что менял один вид стихийной защиты на другой. Он также наполнял тело электричеством, увеличивал скорость в два с лишним раза, бил врага током при каждом ударе и позволял призывать молнии силой мысли. Можно сказать, он превратил Арию в богиню-громовержца. Стальной меч Ники никак не помогал защищаться от электричества, а своим собственным виресом он воспользоваться не мог, так как Ария могла моментально прервать любую его попытку прочитать заклинание.

Поэтому Юму беспокоил только один вопрос: сколько времени действует этот режим?

Ария не могла не понимать, что «Грозовое тело» дано ей не навсегда. Вот почему она вновь решительно подскочила к Ники, чтобы замахнуться когтистой левой рукой и на сей раз прибавить к ней удар окаменевшей правой. Её противник уже понял, что защищаться мечом бессмысленно, поэтому попытался отскочить, но потрясающая скорость Арии помогла ему догнать беглеца и зацепить когтями. Ники носил плотный плащ и нагрудник, поэтому эта скользящая атака не должна была нанести большой урон, но электрические разряды продолжали безжалостно терзать шкалу его хит-пойнтов.

— Как ты… посмел?! — кричала Ария, крутясь волчком и размахивая руками. — Ты навредил Сёко!

Одновременно с этим яростным выкриком у её рта сформировалось облако голубых искр, из которого с оглушительных хлопком тут же выстрелила огромная молния. Грозовое дыхание, будто бы украденное у дракона. Ники решительно отбросил меч и закрылся скрещёнными руками.

Чёрные кожаные рукавицы моментально сгорели в ослепительной белизне. Как Юма и полагал, это был не просто доспех, а инструмент для усиления заклинаний, который обладал определённой устойчивостью к стихиям, однако даже это не спасло их хозяина от потери ещё почти четверти от общего запаса хит-пойнтов при том, что их уже оставалось около половины.

Молния вновь оглушила Ники, и он упал на колени. Магический мечник потерял и клинок, и рукавицы. Казалось, он уже не мог продолжать бой, однако Ария направлялась прямиком к нему, чеканя шаг.

«Она что, хочет убить его?»

Если так, то Юма обязан её остановить. Ники наверняка знает способ вылечить окаменевших одноклассников, к тому же они до сих пор не выяснили, почему он напал на укрытие. Конечно, напрашивался вывод, что председатель школьного совета спланировал всё сам, ведь он сначала натравил Шипастых волков на отряд Юмы в мире AM, а затем сломал их каликулусы в реальном мире, но совершил ли он это с одобрения остальных выживших с четвёртого этажа или же действовал по собственной инициативе, взяв с собой лишь пару товарищей в помощь? И, в конце концов, несмотря на всё содеянное, Ники всё ещё был их одноклассником.

Юма набрал воздуха в грудь, чтобы заговорить с Арией, но не успел издать ни звука.

— Остановись, Рия! — раздался крик, и справа от Юмы пронеслась фигура.

Лишь один их одноклассник называл Арию так — Тэруки Сугамо, староста класса и лидер убежища.

Догнав Арию, Сугамо схватил охваченную всполохами левую руку девочки. Тут же вспыхнули искры, но староста не разжал хватки.

— Прекращай или останешься такой навсегда!

Юма растерялся, не понимая смысла этих слов. Ария тоже застыла, правда, причина ему была неизвестна. Повисшую на поле боя тишину тут же прорезал хриплый, но сильный голос:

— Терра!

Стоявший на колене Ники выбросил вперёд руку. Перед изувеченной молниями ладонью вспыхнул светло-коричневый шарик.

— А!..

На сей раз Юма всё-таки устремился вперёд, заметив в глазах Ники слабое зелёное свечение. Это значило, что он включил «Бустер магической вероятности», свой демонический чит. Хотя Ария сумела каким-то образом задержать первое окаменение, это вовсе не гарантирует, что она выдержит следующее.

— Нубес! — выкрикнул Ники формирующее слово, и шарик рассыпался на мельчайшие частицы, став туманом.

Сугамо попытался оттащить назад застывшую Арию, но электричество, видимо, делало своё дело, потому что староста двигался на редкость неуклюже. До «Окаменения» оставалась всего пара секунд, и ему их явно не хватит.

— О-о-о! — взревел Юма, на ходу обрушивая Цепь чистого железа на левую ладонь Ники. Он не сомневался, что успеет…

Но тут перед ним возник один из телохранителей, ещё недавно лежавший без сознания. Он выбросил меч вбок и принял им удар цепи. Раздался чудовищный лязг, и клинок переломился пополам. Цепь продолжила движение, достигла волчьей маски и разбила её вдребезги.

Первый телохранитель отлетел от силы удара, но второй уже приготовился ловить его. Затылок товарища врезался ему в лицо с такой силой, что последняя волчья маска тоже разлетелась. Не успели её чёрные обломки упасть на пол, как прогремел голос Ники:

— Петрифика!

Коричневый туман потемнел, посерел и растёкся в разные стороны. На сей раз Ники не стал совмещать «Окаменение» с «Широким бризом», поэтому заклинание могло распространиться лишь на полтора метра от его левой ладони, однако Юма стоял как раз на границе зоны поражения.

— Кх!..

Стиснув зубы, он попытался отскочить влево, однако не мог моментально погасить инерцию цепи от недавнего удара. Пришлось вновь прибегнуть к виресу. Как только Юма мысленно активировал «Двойное движение», мир перед глазами посинел, а время резко замедлило ход.

Пользуясь тем, что всё, кроме него, остановилось, Юма справился с инерцией и изо всех сил прыгнул влево. Мир тут же ожил, и серый туман резко превратился в шар. Раздувающаяся сфера была уже у кроссовка, но Юма, уже приземляясь, быстро подогнул ногу и избежал опасности. Мальчик однако не устоял на одной ноге и упал на бок, ударившись плечом. Не в силах сопротивляться импульсу, он покатился по полу, пока не влетел в один из шкафов. Столкновение было болезненным, но даже глотая ртом воздух мальчик приподнялся на локтях, чтобы увидеть последствия магии Ники.

«Грозовое тело» настолько увеличило скорость Арии, что она могла без труда избежать окаменения. Юма не сомневался в этом, и поэтому увиденное сильно его потрясло.

Он повернулся в тот самый миг, когда Ария оттолкнула Сугамо и скрылась в плотном тумане.

— Мисо! — прохрипел Юма, но его голос растворился в сухом хрустящем звуке.

Рука Ники упала, и туман мигом развеялся, потеряв подпитку маной. Из завесы проступила фигура Арии. Она стояла, оскалив зубы и занеся левую руку, совершенно серая. Её глаза не блестели, и даже длинные волосы застыли в движении.

— Ах… ты-ы-ы-ы! — взревел упавший на пятую точку Сугамо.

С перекошенным от гнева лицом он оттолкнулся от пола руками, но замер, как только Ники вновь направил ладонь на окаменевшую Арию.

— Стоять, Тэруки. И ты, Асихара, — ледяным тоном объявил Ники, окидывая Сугамо и Юму светло-зелёными глазами. — Вы ведь понимаете, что станет с Мисоно, если я легонько её толкну?

— Ники… — озлобленно прорычал Сугамо.

Его крепко сжатые кулаки дрожали, но он уже не пытался подняться. Он тоже понимал, что если окаменевшая Ария упадёт, то может получить несовместимые с жизнью повреждения. Что ещё хуже, она окаменела прямо посреди собственной атаки и касалась пола лишь одной ногой. Чудо, что она вообще сохраняла равновесие.

Повисла тишина. Ники отступил на несколько шагов и обратился к лежащим друг на друге телохранителям:

— Встать можете?

Первый мечник поднялся на ноги и помог встать второму. Из-за того, что их маски сломались в бою, Юма наконец-то смог рассмотреть лица. Оба ожидаемо оказались их одноклассниками. Первым встал Рюго Нуноно, номер 34 в журнале. Из-за коротко стриженных волос и необыкновенно узких, будто постоянно закрытых глаз он сильно напоминал монаха. Собственно, он и правда был молчаливым, но при этом много общался с главным… но теперь уже бывшим весельчаком класса Белоси — Юкихисой Миурой — а также с Ёити Оно, которого тоже знали как жизнерадостного мальчика.

Вторым мечником оказалась Сидзу Мэтоки, номер 19 в журнале, которая всегда стригла чёлку точно по линии бровей, а сзади собирала волосы в короткий хвост. Все знали её как открытую, старательную девочку, которая дружит с волейболисткой Кёкой Тэрагами и пловчихой Канами Идой. Хотя сама Сидзу не состояла в спортивных секциях, она посещала додзё, в которое ходил на кэндо Нуноно. Если их назначили телохранителями Ники именно по этой причине, то вряд ли это единоличное решение председателя школьного совета…

Прервав собственные мысли, Юма сосредоточился на происходящем. Ники потерял не только хит-пойнты, но и ману, поэтом едва ли мог повторно использовать заклинание массового окаменения, если только не взял с собой каких-нибудь зелий. Но у него ещё могли оставаться другие козыри.

И раз так, Юма тоже должен пустить в дело своё секретное оружие. Он сосредоточился на едва заметной тяжести карты во внутреннем кармане пиджака, но вдруг…

— Похоже, на этом мы всё, — глухо объявил Ники, оценив состояние Рюго Нуноно и Сидзу Мэтоки.

Он подал знак правой рукой, и все трое попятились к выходу. На мгновение Юма решил, что их нельзя отпускать, но осознал, что у них нет никакого преимущества перед противником. Достаточно близко к Ники находились только Юма и Сугамо, а что происходит в поражённой «Окаменением» части укрытия, пока неясно. Юме хотелось обернуться и посмотреть, но он не мог выпустить троицу из поля зрения.

Ники до последнего держал ладонь в направлении Арии, словно угрожая раздробить девочку. Дойдя до входа, он приказал телохранителям идти вперёд, а сам задержался и посмотрел на Юму.

— Скоро ты тоже поймёшь, что нужно для того, чтобы исправить этот мир.

Юма нахмурился, ломая голову над этими словами. Тем временем Ники пнул небольшой шарик, лежавший у его ног. Должно быть, его бросил один из телохранителей. С лёгким шипением наружу вырвалось облако белого дыма.

— До встречи, — бросил превратившийся в силуэт Ники и быстро исчез.

Конечно, дым был всего лишь безобидной завесой, но Юма знал, что гнаться за противниками в одиночку слишком опасно. Он мысленно досчитал до пяти, продолжая сжимать в руке цепь, после чего решил, что нападающие окончательно ушли.

Выдохнув, он повернулся к Сугамо, но не успел ничего сказать.

— Дерьмо-о-о! — выругался староста так громко, что наверняка было слышно даже у главного входа.

Юма поморщился. Он хотел высказать Сугамо, что тот ничем не помог в бою, но сдержался.

— Гамо.

— Чё?! — крикнул Сугамо, поворачивая голову.

— Держи Мисоно-сан так, чтобы она не упала, — посоветовал Юма, изо всех сил стараясь, чтобы его слова не прозвучали как приказ.

Сугамо стиснул зубы, но, поборов гнев, кивнул.

— Без тебя знаю.

Поднявшись на ноги, он подошёл к окаменевшей Арии и обхватил её руками за талию. Решив, что Сугамо справится сам, Юма перевёл взгляд вглубь укрытия.

Он полагал, что его товарищи защитили одноклассников от окаменяющего тумана, разогнанного магией ветра, однако увидел совсем не то, что ожидал.

Перед задней третью торговой зоны стояла голубоватая полупрозрачная стена. На первый взгляд она казалась стеклянной, но небольшие выступы и бугорки на поверхности, а также влажный блеск могли принадлежать лишь льду. Заклинание «Ледяная стена», конечно, существует, но чтобы создать с его помощью такой огромный барьер, понадобится не меньше пяти применений. Как же заклинатель успел построить эту стену, если туман расстелился всего за несколько секунд? Юма перебрал многие варианты, но нашёл только один ответ. Наги, владеющая магией льда, несколько раз применила «Тихоскорочтение», свой вирес.

На ум сразу пришли слова Ники: «Ты трижды использовал демонический чит, Асихара. Степень повышаешь».

Он так и не успел спросить, что означает «степень», но тон Ники наталкивал на мысль, что ничего хорошего в её повышении нет. Хотя пока с их телами не происходило ничего странного, разгадать смысл этого слова надо как можно скорее.

Юма добавил в свой список задач изучение понятия «степень» вслед за поисками устройства связи, а также переноса постельных принадлежностей из AM в реальный мир. Затем он убрал Цепи чистого железа в инвентарь и подошёл к ледяной стене. Убедившись, что туман уже рассеялся, он крикнул в сторону препятствия:

— Нападающие отступили, можете выходить!

— Хорошо, — ответил знакомый голос. — Отойди, я сейчас растоплю стену!

Юма послушно отступил, и в середине стены вспыхнуло красное пятно. Похоже, её нагревали изнутри огненным заклинанием. На полу быстро растеклась лужа воды. Должно быть, её даже можно пить, однако пока что в «Альтее» работает водопровод, а автоматы полны напитков в пластиковых бутылках.

Поэтому вода на полу может стать не помощью, а головной болью, но Юма решил не расстраиваться раньше времени. Магическое пламя протопило в стене метровый проём овальной формы и погасло. Юма согнул колени, чтобы заглянуть внутрь…

— Ю! — выпрыгнувшая с криком девушка так стремительно бросилась к мальчику, что едва не повалила на пол.

Сава Асихара, сестра-близнец Юмы, порывисто обняла его, а затем подняла голову, заглядывая в глаза.

— Ты не ранен?! У тебя что-то окаменело?!

— Всё хорошо, мне почти не досталось.

Юма успокаивающе похлопал сестру по спине и снова посмотрел на проём. Оттуда чуть ли не наперегонки выскочили Кэндзи Кондо и Минаги Сано, также известные как Конкэн и Наги. Увидев, что с Юмой всё хорошо, они выдохнули с облегчением, но затем так же дружно опустили головы.

— Ю… Прости, что не помог тебе в бою.

— Извини, Ю-кун. По-другому я не могла остановить этот туман.

Юма помотал головой в ответ.

— Не говори так, Наги. Эта стена — лучшее, что ты могла сделать. Спасибо, что защитила Конкэна и Саву.

— Но я не смогла защитить всех… — прошептала Наги, бросая взгляд на нескольких окаменевших школьников рядом со стеной.

— Ты не виновата, — Юма положил руку на её хрупкое плечо. — Тем более, должен быть способ вылечить от окаменения и Мисо, и всех остальных.

— Вот именно! — выпалила Сава, отступила от Юмы на шаг и затараторила: «Окаменение — это обычный дебафф, его можно вылечить правильной магией, лекарствами и предметами. Сейчас у нас их нет, но мы можем либо поднять уровень жрецам, либо найти лекарства внутри AM».

— Всё-то ты знаешь! — прогремел на всё укрытие желчный возглас, от которого вздрогнул и Юма, и его товарищи, и вылезавшая через проём Томори Симидзу.

Повернувшись, они увидели стоявшего в пяти метрах от них Сугамо со зловещим огоньком в глазах. Он держал обе руки на окаменевшей Арии, и, судя по выражению лица, это единственное, что мешало ему подойти к Юме вплотную.

— Не давай пустых обещаний, Асихара-девочка! — вновь крикнул Сугамо.

Юма решил, что пропустит его слова мимо ушей, но Сава не стала молчать и резко ответила:

— Почему это пустых?! Магическое окаменение должно сниматься магией, как же иначе?

Сугамо замолчал, не сумев оспорить логику Савы. Однако сама Сава быстро заметила, что случилось с Арией, и быстро уняла свой гнев.

— Гамо… Неужели это Ария-тян?

— Да.

Сава подошла к нему на несколько шагов.

— Она превратилась в демона, — шёпотом обронила сестра Юмы.

— Серьёзно?.. — простонал Конкэн.

Томори тихо ахнула, тоже шокированная этим известием. Повисла тяжёлая тишина, которую затем нарушили голоса из дальней части укрытия:

— У Арии-тян… выросли крылья?

— Она сказала, превращение в демона?

— Вот чёрт, Мисоно теперь демон?

Юма обернулся и увидел нескольких одноклассников, которые уже прошли через проём в стене и теперь застыли как истуканы. Их лица выражали изумление, сомнение и ужас.

— Послушайте! — выкрикнул Юма, поднимая руку. — Именно Мисоно-сан прогнала людей, которые напали на укрытие! Без неё мы с Гамо тоже превратились бы в статуи!

Лица одноклассников немного смягчились. Однако Юме удалось побороть лишь их страх, а не сомнения.

«Мы больше не можем скрывать от них существование демонов», — подумал Юма и бросил взгляд на Саву. Та кивнула, наверняка придя к тому же самому выводу.

Собрав решимость в кулак, Юма обратился к дюжине одноклассников:

— Сначала помогите нам перенести всех окаменевших людей в безопасное место. Затем я всё расскажу: и кто на нас напал, и что на самом деле случилось с Мисоно-сан.