Вечер после ужина у князя. Желань.

Топтыга долго не хотел возвращаться домой. Когда парень вернулся после праздника, его отругали за то, что он не принёс зелья и оружие, что получил в замке. Мать долго на него кричала, говоря, что такое оружие можно дорого продать и жить до конца своих дней, ни о чём не переживая. А теперь парень потерял деревянную руку и стал бесполезен для семьи. Но на улице холодно и солнце давно зашло, поэтому он глубоко вздохнул и всё-таки вошёл в избу.

Дом Топтыги не отличался богатством или убранством от сотен таких же изб в городе. Просторная комната с широкими лавками вдоль стен, большой стол в правом углу ближней к сеням стены, печь в правом углу дальней стены и стол для готовки около неё. У левой стены пристроены две лестницы: одна, ведущая на полати, где обычно спали дети, а вторая ведёт в светёлку, которой пользуются только летом.

- Ты где был? Чего так долго? Опять небось брюхо набивал? – послышался недовольный голос матери, стоило Топтыге войти в сени и плотно закрыть входную дверь.

- Я был на званом ужине у князя. – негромко ответил парень.

- Значит, сегодня еда тебе больше не положена. – услышал он частое высказывание матери. Ведь стоило ему или кому-то из братьев и сестёр чем-то полакомиться у друзей, и дома мать лишала их еды. В лучшем случае одного приёма пищи.

- Я знаю. – ответил парень и постарался незаметно пробраться в полати, чтобы поспать, а потом обдумать, что делать дальше.

- Ты чего от меня прячешься? Сюда иди, когда я с тобой разговариваю! – потребовала мать.

- Иду. – нехотя ответил он и повернулся к матери, пытаясь спрятать культю.

- Что ты там прячешь? Деньги небось? Показывай! – приказала она. Полная женщина с деревянной скалкой в руке и закутанная в множество одёжек, отвлеклась от готовки и упёрши руки в бока оценивающе глядела на своего старшего сына.

- У меня нет денег. – ответил Топтыга, пряча взгляд и показав то, что и руки у него больше нет.

- А это ещё что? Куда ты дел деревянную руку?! – удивлённо возмутилась женщина. А с полатей уже смотрело шесть любопытствующих лиц от десяти лет и младше.

- Её сломал князь Габриэль. Я сам виноват. – тихо ответил он.

- Ты что опять натворил?! – закричала она на Топтыгу.

И парень рассказал ей, как прошла встреча у князя и что он наговорил Габриэлю. А также то, что Габриэль отказался от всех учеников из-за их поведения.

- Дурачина! Ты что язык за зубами держать не умеешь?! – ещё громче закричала женщина и замахнулась скалкой. Парень прикрылся руками, но он ещё не привык, что у него больше нет деревянной руки и удар пришёлся под левый глаз.

Она ударила парня ещё несколько раз, выговаривая ему и за то, что согласился пойти на войну, и за то, что не смог подлизаться к знахарю, и за то, что вместо извинений посмел ругаться на князя. А потом просто молча колотила сына, пока совсем не запыхалась.

- Сегодня ты спишь в светёлке! А завтра мы пойдём к этому князю, и ты будешь просить его о милости! – распорядилась она, тяжело дыша.

- Хорошо. – тихо ответил Топтыга, бросил взгляд на полати и заметил, что все попрятались, чтобы не попасть под горячую руку.

Парень забрался в тёмную светёлку, закопался в груду холодного тряпья и попытался уснуть. Но у него это не получалось. Ему было холодно, у него болело лицо, болели руки и правое плечо, в которые пришлись удары скалкой. Парень долго сдерживался, но потом заплакал от происходящей несправедливости. На те деньги, что ему каждый месяц платит князь, семья может себе позволить покупать мясо. Эти же деньги позволили матери перестать тяжело работать. Но после их получения, самого Топтыгу заставили работать ещё больше, чем раньше. А тёплого слова он ни разу за это время не услышал. Одно недовольство.

Он уже готов был стать холопом у нового князя и уехать в новый город, но не смог пойти против матери, запретившей это. А теперь ещё и запаниковав, вспылил на княжеском ужине. Топтыга ворочался ещё около часа, но так и не смог уснуть из-за боли и холода. Долго ворочаясь, он вспомнил, что одним из навыков, которым их учил Габриэль, были заклинания очистки и слабого лечения, которое помогает при лёгких царапинах и ушибах, при этом не требуя склонности к воде, свету или жизни. Топтыга долго напрягал память, чтобы вспомнить правильные слова, и спустя ещё один мучительный час, он наконец их вспомнил. После слов, нужно вспомнить магическую формулу, которую должна сформировать его магическая энергия при произнесении слов.

О источник всех сил,

Соберись в моей руке,

Наполни её своей милостью,

И залечи раны сего!

Малое лечение!

Топтыга почувствовал, как тяжело стало управлять потоком магии, ведь теперь он весь идёт только через одну руку. Но парень всё же почувствовал облегчение, когда боль немного уменьшилась. Потом парень вспомнил, что можно подогреть похожим заклинанием одежду. Он стал повторять заклинания лечения и подогрева, пока не отключился, совсем обессилев.

Когда Топтыга открыл глаза, он всё также находился в куче тряпья. Парень почувствовал, что ему очень холодно. Он вновь использовал магию для подогрева. Топтыга почувствовал ужасный запах, идущий от его одежды, и понял, что ночью сильно потел и обмочился. Сначала парень запаниковал, а потом успокоился и обрадовался, что помимо него, тут никого нет. Он несколько минут обдумывал, как бы пробраться мимо матери и переодеться в чистую одежду и при этом ещё и не попасться кому-то из младших. Но ничего путного в голову не шло, кроме слов князя Габриэля о том, что они бесполезны, не желают думать головой и только и могут, что полагаться на других. Топтыга задумался, а что же можно сделать в такой ситуации. Потом он ударил себя здоровой рукой по лицу и использовал магию для того, чтобы себя очистить. А проделав это, решил спуститься в основную комнату.

- Я уж думала, что ты помер. – было первым, что он услышал, спустившись по лестнице.

- Почему? – спросил он, не ожидая ничего хорошего.

- Потому что ты не вылезал оттуда три дня. Ну мне же лучше. Еды меньше тратить. – получил он раздражённый ответ и тяжело вздохнул.

- Понятно. Тогда я пойду в город. – ответил парень матери, что куда-то собиралась.

- Ты пойдёшь со мной. Раз уж ты проснулся, то мы сейчас же пойдём к этому твоему Габриэлю. – раздражённо проговорила женщина, ведь её планы на день сильно поменялись.

- К князю Габриэлю. – поправил Топтыга мать, не желая идти с ней.

- Не важно. Пусть вернёт тебе руку и заплатит денег. – твёрдо сказала она.

- Он этого не сделает. Я же тебе рассказал, что произошло. – попытался возразить Топтыга, недавно осознавший правоту князя.

- Ничего, вот встретится со мной, и сделает всё, как миленький. – ответила она сыну, в уме уже прикидывая, а не потребовать ли десять золотых с этого пришлого. Ведь не бывает князя без княжества или хотя бы города, а значит он просто пришлый самозванец.

Топтыга не стал ничего отвечать. Он просто подчинился матери и накинув потрёпанные тулуп и шапку отправился следом за ней к лавке знахаря, где трудится Лука. Пока шли, Топтыга обдумал и произошедшее на празднике. Он вспомнил всё, что произошло между Ионой и Лукой во время их нахождения в замке. Пусть это мало было похоже на отношения братьев, но он понял, что ребята пытались заботиться друг о друге так, как умеют. А потом вспомнил, что Лука несколько раз говорил не вмешиваться в дела их семьи.

Но хуже всего, что он распознал в поведении Ионы все признаки магического истощения, о котором подробно рассказывал Габриэль на втором уроке по обыденной магии. Нетвёрдый шаг, путающаяся речь, головокружение, кровь из глаз или рта. Крови Топтыга не заметил, но вот остальные признаки были и теперь он понял, что Лука поступил правильно, вовремя заметив подсказку.

Тем временем они подошли к лавке Луки. На двери висела табличка с надписью о том, что лавка закрыта до первого дня второй недели текущего месяца. Но мать Топтыги это не остановило, и она начала громко стучать в дверь ногой. Спустя несколько минут, дверь открылась, и на пороге показался Иона. Топтыга смущённо отвёл взгляд.

- Мальчишка! Мне нужен Габриэль! – потребовала женщина, уверенная в своей правоте.

- Брат сейчас на рынке. – ответил Иона, не понимая, зачем они пришли.

- Тогда я буду ждать его. Впусти меня! – потребовала она.

- Извините, но лавка закрыта. Приходите в другое время. Тем более, я вижу, что вы не ранены. – учтиво ответил Иона.

- Пошли отсюда. – тихо пробормотал Топтыга.

- Я никуда не уйду, пока не поговорю с этим Габриэлем! – громко крикнула женщина.

- Его нет. – твёрдо ответил Иона и попытался закрыть дверь. Но женщина просунула в щель ногу.

- Ты повредил мне ногу! Теперь ты обязан меня вылечить, как лекарь! – потребовала она.

- Я не лекарь. Лекарь мой младший брат Лука. Он сейчас занят. – попытался избавиться от неё Иона, уже жалея, что вообще открыл дверь.

- Иона, впусти их. – раздался голос Луки из варочного кабинета.

- Хорошо. Проходите. Верхнюю одежду можете оставить на крючках в прихожей. У нас тепло. – вздохнув, вежливо ответил Иона и распахнул дверь.

Топтыга и его мать вошли. Парень по привычке разулся, поставил валенки на полочку для обуви, снял шапку и тулуп, повесив их на один из крючков. Женщина лишь громко фыркнула на действия сына, и не раздеваясь пошла в дом.

- Что вы хотите. – холодным голосом спросил Лука, одетый в белый халат с кожаным фартуком, оторванный от варки зелий.

- Я хочу поговорить с Габриэлем. – твёрдо заявила мать Топтыги. Он же, скромно стоял спрятавшись за неё, сгорая от стыда.

- С князем Габриэлем. – поправил Лука.

- Да без разницы. Мне он нужен. – отмахнулась она от слов Луки.

- Брат скоро вернётся. Можете расположиться тут, на этих лавках для ожидания. – всё тем же спокойным голосом ответил Лука.

- Уж поверь мне, я так и поступлю. – заявила женщина и плюхнулась на одну из лавок.

- Иона, пригляди за ними, а то я боюсь испортить зелье. – попросил Лука брата.

- Я постараюсь. – ответил Иона, видя, как грязный снег начинает таять, образовав мокрые лужи с землёй на чистом дощатом полу приёмной. Он в очередной раз глубоко вздохнул и тронул рукой браслет, скрытый под рукавом рубахи.

Прошло почти сорок минут с прихода непрошенных гостей. Под лавкой собралась целая лужа, а вот мелкие грязные лужицы уже высохли. Иона, нервничая поглядывал на магические часы на стене, искренне желая, чтобы Габриэль пришёл поскорее. Ему просто больше не на кого было надеяться. Хэнк ушёл в лес, Римани выразила желание пойти с ним, несмотря на то что у Габриэля сегодня занятия по магии с волхвами, и он ещё хотел зайти на рынок за продуктами. Но Габриэль не стал её удерживать, а лишь попросил быть осторожнее.

- Я дома! – громко сообщил Габриэль, как только вошёл в прихожую.

- Габриэль, у тебя гости. – сразу предупредил Иона.

Габриэль удивился, ведь никого не ждал. А когда он вошёл и увидел гостей, его весёлое лицо сразу помрачнело. Так же ему не понравилась грязь на полу. Не обращая внимания на пришедших, Габриэль взмахнул рукой и грязные пятна вместе с лужей исчезли. Так же, как и исчезли все пятна и грязь с одежды Топтыги и его матери.

- Чем обязан? – спросил Габриэль, когда закончил с очисткой.

- Ты Габриэль? – спросила женщина.

- Да, я князь Габриэль. – подтвердил он, не обижаясь на неграмотность крестьянки.

- Я хочу, чтобы ты починил сломанную тобой руку и заплатил за издевательства над моим сыном. – потребовала женщина, наконец поднявшись с лавки и встав напротив Габриэля. Топтыга же прятал от Габриэля взгляд, усилено делая вид, что нашёл очень интересный узор на одной из досок пола.

- Для начала, вежливо было бы представиться, прежде чем что-то требовать. – довольно холодно ответил Габриэль. Он редко видел настолько наглых людей, но сильно их не любил.

- Моё имя Градимира. Я мать Топтыги, но это думаю и так понятно. – представилась женщина.

- Ты знаешь, почему я отказался его учить и почему он остался без руки, которую я же ему и сделал? – прямо спросил Габриэль.

- Знаю, и чё? Из-за тебя он не сможет быть кормильцем. У меня ещё шестеро детей, а мужа нет. А ты обрёк моего старшего сына на попрошайничество! – предъявила Градимира.

- Значит, ты уже потратила сорок золотых, выданных твоему сыну за участие в защите города три месяца назад? А как же пятьдесят серебряных, которые ему платят каждый месяц за увечье? – спросил Габриэль.

- Это ему платит князь Родомир за участие в войне. Ты же никак не отплатил ему за то, что заставил воевать! – вновь предъявила женщина.

- А с чего ты взяла, что я вообще должен ему хоть что-то? Я был к нему добр, создал для него магическую руку, а он меня оскорбил. За это я лишил его подарка. Больше я твоему сыну и уж тем более тебе ничего не должен. – твёрдо отрезал Габриэль, впервые задумавшись над правом применения закона об оскорблении князя. Топтыга тем временем уже весь покраснел от стыда из-за происходящего.

- Это ты его отправил воевать! Ты ему должен! – вновь повторила женщина, практически перейдя на крик.

- Я больше года обучал его магии. Подобное обучение в соседнем королевстве стоит десять золотых за месяц обучения. Вы должны мне сто пятьдесят золотых монет. Магическая рука стоит ещё шестьдесят. Я предложил твоему сыну, по старой дружбе, купить у меня руку за сорок. Теперь это предложение недействительно. Выметайся, склочная старуха и больше не вздумай подходить к моему дому, пока я не заявил права на долг и жалобу на оскорбление князя. – слегка повысил голос Габриэль, но этого хватило, чтобы Топтыга затрясся от страха, а Лука удивлённо выглянул из варочной комнаты.

- Я этого так не оставлю! Я буду жаловаться! – прокричала женщина, схватила сына за руку и потащила его прочь, не дав парню ни одеться, ни обуться.

Пока она тащила босого Топтыгу по морозу через весь город, он принял для себя решение. Как только новый город будет построен, он бросит Желаньское княжество и отправится туда, потому что тут ему нормально жить не дадут, даже если он сможет восстановить себе руку. А если получится, то и младших заберёт с собой, лишь бы подальше от матери, что считает его только источником денег.

Конец третьего тома.