Пока Габриэль двигался по эльфийским землям, четыре части совместной армии Голдхартов и Эрании захватывали четыре провинции королевства Онтегро – Сидироргос, Телма, Педиада, Параколото.

Перед отправкой и разделением общего войска на четыре отдельные части, Иона собрал всю семью и командиров армий, подчиняющихся ему, и перераспределил все силы, находящиеся под его началом, с учётом отсутствия Габриэля, Амра, Джикума, Альфонсо, Раргоса и Зиграама.

С Леоном он отправил Милослава, чтобы тот учился у деда управлению людьми в военное время, а охранять его приставил Цицерона и отряд самого Ионы с Ярым во главе. С Тогаром он решил отправить Дина и Курату. Дин сам по себе очень силён, а Курата сможет присмотреть за сыном и не дать ему наделать глупостей. К тому же, они смогут пообщаться с нынешним главой Голдхартов и рассказать ему про Светлоград, Эранию и степные племена.

Сложнее было с союзной армией от графа Номераса. Иона о нём знал только из воспоминаний отца, и поэтому отправил к нему Римани и Кассандру, а так как в это войско отправится его тётушка Элла с мужьями, то Иона направил в эту армию и Ю Мун-Хи, к которому у той возник интерес.

Так же он распределил силы поддержки, направив союзникам по пять членов клана лисиц, по десять инженеров-строителей и по пять медиков Луки. Артиллерию, големов и гигантов Иона оставил в основной армии, ведь кроме отца, самого Ионы и Луки, с управлением никто полноценно не справится. А вот воздушных наездников Иона распределил поровну: по четыре птицы рока и три виверны на армию. А закончив распределять свои силы, Иона запросил встречу с Леоном и подробно описал ему кого и куда направит, а также причины подобных назначений.

Армии выдвинулись к назначенным целям через два дня после отбытия Габриэля из Ореста. Три армии направились напрямую к своим целям, а небольшая часть используя птиц и виверн переправилась на встречу с графом Номерасом и уже вместе с его армией, с задержкой в два дня, направились на захват Параколото.

Армия Леона Голдхарта.

Милослав переживал из-за того, что с ним нет никого из семьи, но старался никому этого не показывать. Он в основном наблюдал за тем, как ведёт себя Леон. А он почти всё время находился в одной карете с графом Вудрипером. Они редко разговаривали, но Милослав чётко видел явную неприязнь между этими мужчинами.

В отличии от них, младший из Вудриперов, Лайос, постоянно всего боялся и держался в стороне, но охрана Голдхартов держалась около мальчика и тот ещё больше пугался. Милослав попытался несколько раз поговорить с мальчиком, но тот лишь сильнее испугался, и княжич оставил свои попытки. В тоже время, Милослав заметил, как его тётка Мари и её слуга стали постоянно находиться около Цицерона, которого это сильно раздражало, и он ругался на них так, как не ругался сразу после порабощения. А самое интересное в этой ситуации было то, что девушек это будто не волновало вовсе.

Спустя десять дней пути армия покинула границы виконтства Мармаро. Благодаря инженерам, которых отправил Иона, дорога стала ровной и прочной, так что армия не замедлялась от зимней слякоти. Для того, чтобы попасть в провинцию Сидироргос, нужно пройти через провинцию Атсали и на это понадобится около двух месяцев. Ну а люди инженерного корпуса позволили сократить это время вдвое.

В столице графства Атсали – Хиос, к армии Голдхартов присоединилось по тысяче человек от двух графств и сами графы – Ираклин Фистбанд, граф Атсали, и граф Аполион Гримхарт из графства Краси. Оба привели с собой по одному из своих сыновей, чтобы они учились военному делу, наблюдая за действиями отца. Пока графы беседовали с Леоном, Милославу и Мари было необходимо познакомиться с сыновьями графов. Им выделили отдельный небольшой зал, где граф Фистбанд организовал чаепитие для молодёжи. Когда все собрались за одним столом, а стража и прислуга вышли, в зале повисла тишина.

- Добрый день. Меня зовут Милослав, я третий княжич великого князя Габриэля Золотая Молния, правителя Эрании. – первым решил представиться Милослав на чистейшем языке Онтегро.

- Я Марианна, четвёртая дочь дома Голдхарт. – представилась Мари, не особо горя желанием общаться, тем более что этих двоих она уже видела. Ей было интереснее выпытать у Цицерона, что он имел ввиду, говоря что она зря потратила годы на тренировки, а наглый парень не хочет ничего рассказывать.

- Я Морис Фистбанд, наследник графства Атсали. – нехотя представился парень лет двадцати, с короткой стрижкой тёмно-серых волос, с незаинтересованным взглядом чёрных глаз и фигурой, показывающей, что парень не пропускает тренировок.

- Регулус Гримхарт. Второй сын графа Краси. Будем знакомы. – пробурчал парень семнадцати лет с длинными чёрными волосами и тусклыми карими глазами. Он больше похож на мага или алхимика, чем на воина.

Когда все закончили представляться, снова повисла тишина. Она длилась минут пять, пока Милослав не решил попробовать чай, что им подали, ведь он скоро остынет, а это сделает работу прислуги бесполезной. Милослав не хотел этого. Но стоило ему попробовать чай, все повернулись к нему.

- Ты кто, великан? – спросил у него Морис, не особо церемонясь.

- Нет, но возможно среди моих предков таковые встречались. – пожал плечами Милослав, ведь Габриэль так и не придумал, как отвечать на подобные вопросы.

- Ты странный. Ты уже выше нас, хотя на вид ещё ребёнок. Что ты забыл на этой войне? – задумчиво потерев подбородок, спросил Регулус.

- Мне недавно исполнилось четырнадцать, и я пока не женился, так что да, наверное, меня можно считать ребёнком. – вздохнул Милослав.

- А не рановато ли ты жениться собрался? – удивился Регулус.

- В нашей стране по закону брачный возраст для мальчиков начинается с тринадцати лет. А дети князей редко остаются без пары до шестнадцати. – ответил Милослав.

- Какое варварство! – возмутился Морис.

- Почему? Как раз возраст, подходящий для рождения детей. Или вы считаете, что в тринадцать лет человек совсем маленький и слабый? – поинтересовался Милослав.

- Скорее не образованный, Милослав. В нашем королевстве только простолюдины могут жениться в пятнадцать, а для аристократии возможность сочетаться узами появляется только в восемнадцать лет, после окончания дворянской академии. – объяснила Мари, удивлённая тем, что парень не учил ничего про родину своего приёмного отца.

- Понятно. Ну, у каждой страны свои законы и всё помнить невозможно. – улыбнулся он.

- Именно так. Но ты так и не ответил на мой вопрос, что ты делаешь на этой войне? – повторил Регулус.

- Я хочу помочь отцу. – не задумываясь ответил Милослав.

- А во сколько лет у вас вступают в армию? – поинтересовался Морис, услышав ответ Милослава.

- Конкретного возраста нет, но отец хочет установить его на уровне шестнадцати лет для начала военной подготовки и восемнадцати для допуска к сражениям. – ответил Милослав, обрадованный тем, что разговор продолжился, ведь сидеть в тишине ему не хотелось и вообще было неловко.

- Тогда снова не понимаю, что ты делаешь на войне. – вздохнул Регулус. Он искренне не понимал, как можно ещё, по сути, ребёнка отправить убивать людей.

- А почему нет? Меня с ранних лет обучали искусству владения мечом и сражениям. Два года назад я убил первого бандита, во время зачистки их логова. У меня свои обязанности, как у сына правителя княжества и страны. – пожал плечами Милослав.

- Прости, если это прозвучало грубо, но это для нас очень непривычно. – снова вздохнул Регулус, поражённый ответственностью этого мальчика.

- Ну тогда вам будет ещё непривычнее присутствие моего младшего брата на поле боя. Ему семь. – улыбнулся Милослав.

- А он-то что сможет? – удивился Морис.

- Думаю, он в одиночку даже город сможет взять. – рассмеялся Милослав.

- Думаю, ты прав. Я слышала от отца, как он один смог снять осаду с западных ворот. – подтвердила слова племянника Мари, увидев скептицизм в глазах их собеседников.

- Ну, думаю, как только мы увидим тебя в бою, то сможем понять, о чём речь. – согласился с их словами Морис.

Как только первая неловкость ушла, молодые люди смогли продолжить беседу и обсуждать все интересные им темы, от искусства меча и магии, до сельского хозяйства и управления людьми.

После знакомства с сыновьями графов, Милослав провёл проверку с помощью духа света и выявил шестьдесят три шпиона церкви среди армий союзников. Допросы пойманных заняли немало времени, и армия двинулась дальше лишь спустя два дня. А ещё через две недели они остановились перед первым городом на территории провинции Сидироргос. Однако город быстро сдался, как только местный виконт встретился с Леоном и графом Вудрипером. Ему объяснили, что теперь Сидироргос на стороне восстания и нужно подчиняться. Ну а Милославу вновь пришлось выискивать шпионов. Причём пришлось проверять даже обычных людей по всему городу. Это заняло три дня, так как поиски проходили в секретности. Леон не хотел удара в спину, и даже граф Вудрипер согласился, что эту мерзость нужно убрать с его земель.

Спустя ещё две недели объединённая армия подошла к столице графства – городу Фроурио. Посланник, отправленный в город, не смог в него войти, так как все ворота были перекрыты. Тогда сам граф Вудрипер вместе с Леоном, графами Атсали и Краси и в сопровождении сыновей всех графов, Мари и Милославом направился к главным воротам.

- Я граф Вермилиан Вудрипер! Откройте ворота, я приказываю вам! – прокричал граф, как только делегация подошла к воротам.

- Ты больше не граф, отец. Ты потерял титул, как только решил сдаться Голдхартам. Теперь я правлю. – раздался высокомерный голос, а на барбакане появился парень лет двадцати в вычурной мантии малинового цвета, облачённый в позолоченные доспехи.

- Что ты несёшь, Риксас? – закричал на него граф Вудрипер.

- То, что ты слышал. Твоё время прошло, старик. Теперь я и другие молодые графы поведём королевство в светлое будущее! – рассмеялся парень.

- Ты совсем спятил? Сдавайся, или пострадают люди, что по глупости доверились тебе! – стал угрожать граф.

- Ну попробуй. – ухмыльнулся Риксас, потом махнул рукой в сторону графа. – Стража, убить предателей!

Со стены полетело с десяток стрел, но прежде, чем кто-то успел среагировать, все стрелы сгорели, соприкоснувшись с барьером из чистейшего света.

- Как ты можешь поднимать руку на собственного отца? – закричал Милослав в сторону стены.

- Как и все. Тебе-то что? Хотя без разницы, ты всё равно тоже умрёшь. – усмехнулся вопросу Риксас.

- Граф Вудрипер, скажите пожалуйста, он ваш родной сын? – тихо спросил Милослав, трясясь от накатившего гнева.

- Да, княжич. – нейтрально ответил Вермилион. Пусть ему и не нравятся люди из Эрании, но их силу он всё же уважает, особенно после того, как за время поездки Голдхарт рассказал ему обо всём произошедшем.

- Вы не морили его голодом и холодом, не пытали, не измывались другими способами в качестве воспитания? – продолжил Милослав.

- Нет, а к чему такие вопросы? – удивился граф.

- Я пытаюсь понять мотивацию вашего сына. Но никак не могу предположить, что привело его к такому поведению, если вы его не мучили. – ответил княжич.

- Всё просто, княжич, он захотел власти и решил избавиться от меня и Нерина, чтобы занять наше место. – граф Вудрипер даже подивился такой наивности и невинности паренька.

- Ради чего-то, что сегодня у тебя есть, а завтра уже нет, он решил направить оружие на родных людей? И после этого вы нас называете варварами. – печально вздохнул Милослав, но принял решение и стал собирать магическую энергию.

- Такова жизнь аристократии. – лишь пожал плечами старый граф.

- Да будет так. Тогда у вас не будет ко мне вопросов, если он пострадает? – на всякий случай спросил Милослав.

- Нет, он уже отрёкся от семьи, так что он мне не сын. – ответил граф, не понимая, к чему ведёт парнишка.

Милослав понял, насколько гнилыми могут быть семьи местной аристократии и что семья Голдхарт, скорее всего, лишь редкое исключение. Он решил действовать так, как учил его теперешний отец. Милослав объединился с духом света и резко рванул к вершине стены на крыльях из чистейшего света, а его длинный меч уже окутало золотое пламя. Оказавшись на стене, Милослав увидел удивлённого парня в окружении десятка людей в одинаковых доспехах. Самопровозглашённый граф был копией отца, только моложе.

- Сдавайся и мы пощадим тебя и твоих людей. – двойным возвышенным голосом произнёс Милослав, направив горящий меч на парня.

- Ты ещё что за чудовище? – дрожащим голосом спросил Риксас.

- Я Милослав, княжич Светлоградского княжества и всей Эрании. И в отличии от тебя, я знаю, что такое семья. Сдавайся. – твёрдо ответил княжич, делая шаг в сторону Риксаса.

- Хорошо, я сдаюсь. – испуганно ответил тот и выбросил меч. Его стража поступила так же.

- Свяжите его и прикажите открыть ворота. – распорядился Милослав. Стражники послушно исполнили приказ, боясь посмотреть на это светлое создание, что угрожало им покарать всех. Они вспомнили рассказы священников старой церкви Всевышнего, говоривших о посланниках бога.

Через несколько минут ворота были открыты, и делегация смогла войти. Милослав уже развеял слияние и просто ждал всех у ворот, а у его ног сидел связанный Риксас. Как только граф Вудрипер увидел их, он направился в сторону молодых людей, по пути доставая меч. Он в гневе замахнулся на Риксаса, который лишь съежился, ведь был связан, но тут раздался лязг металла о металл. Меч Вудрипера столкнулся с мечом Милослава.

- Он ваш сын. – лишь напомнил княжич.

- Предательство нельзя простить. Предавший однажды, предаст и дважды, юный княжич. В сторону. – прорычал старый граф.

- Как пожелаете, граф. – вздохнул Милослав, убрал меч в хранилище и направился к своим сопровождающим.

Следующее, что он услышал, был свист меча, хлюпающий звук разрываемой плоти и глухой звук падения сначала головы, а потом и тела. Милослав был рад, что не видел этого, но понимал, что если в его семье произойдёт подобное, то Габриэль всеми силами попытается понять оступившегося и только в безвыходной ситуации приведёт подобный приговор в исполнение.

Так или иначе, Милославу удалось взять город всего с одним погибшим. А вместе с падением Фроурио, провинция перешла под контроль Голдхартов. Ну а Милослав нашёл новых друзей в сыновьях графов Атсали и Краси, которые были восхищены демонстрацией его силы и принесли извинения за то, что сразу не поверили княжичу в рассказах о том, насколько он силён.

Пока шла перегруппировка и подготовка к походу на столицу, Милослав много тренировался с этими парнями. Иногда к ним присоединялась и Мари. Ну и для более качественных тренировок использовались Цицерон, Ярый и их отряд. Помимо тренировок, он провёл несколько десятков бесед со старым графом, который стал уважать парня за его принципы и попытку сохранить жизнь его глупому сыну.

Армия Союза Степных Племён.

Адам немного удивился просьбе отца отправиться именно с армией степей. Молодой глава семьи Голдхарт думал, что отправится с графом Номерасом, а союзники сами справятся, но доводы отца и Анти убедили его, что с армией другой страны должен идти именно он, чтобы не было потом заявлений о том, что Голдхарты просто продали Эрании и племенам провинции Онтегро.

Первое время Адам присматривался к жене и сыну младшего брата, параллельно общаясь с вождём армии степи, что по совместительству был шурином его младшего брата. Тогар оказался довольно общительным для высшего орка. Хотя Адам в принципе впервые общался на равных с одним из дикарей. Его удивила странная вежливость высшего орка и его глубокое понимание происходящего. Адам никак не ожидал от дикаря приемлемых манер.

С военной стороны Тогар тоже показал себя неплохо. Он и его советники довольно подробно объяснили, из каких родов войск состоит их армия и как её можно использовать. И в первой же осаде города Аплипетра, Адам убедился в высоком знании тактики у дикарей. Войска равномерно распределились около каждых ворот города, перекрыв снабжение. Потом Адам предложил виконту Вирасу сдаться, но он отказался. Тогда Тогар дал распоряжения магам с летающими монстрами уничтожить все амбары в городе и взорвать колодцы, используя камни, зачарованные рунами огня. Спустя три дня город сдался без потерь со стороны осаждающих.

В это же время, жена Анти – Курата, выглядела недовольно, ведь ей не удалось сразиться с противниками. Но с ней больше времени проводила Адора, и сам Адам мог о чём-то судить только по её рассказам. Из них получалось, что Курата довольно воинственна, но при этом сильно скучает по мужу. А ещё сестра поделилась тем, что орчиха много хвалится своими детьми, но заметила, что та в основном упоминает тех, кого они видели только в видениях памяти брата. Она редко говорила о старших детях или мальчике, который отправился с армией степей.

Сам мальчик вообще не был похож на живого человека. Он всё время ведёт себя отстранённо и постоянно молчит. Адам заметил, что мальчик раз в три дня в одно и то же время достаёт из сумки хранения какое-то зелье и пьёт его. Сначала Адам предположил, что мальчик болен, но потом вспомнил слова брата о том, что это дампир, помесь вампира и получеловека, а потому догадался, что мальчик пьёт кровь. Адам пару раз попытался поговорить с этим ребёнком, но тот отвечал простыми односложными фразами и казался незаинтересованным в беседе.

Но глава семьи Голдхарт продолжил за ним наблюдать. Особенно его заинтересовали тренировки ребёнка утром и вечером. Он, помимо простейших упражнений для развития тела и магии, вызывал трупы и гонял их туда-сюда, чем вызывал не то страх, не то отвращение у сопровождающих Адама и Адору в этом путешествии. Сестра же вообще почему-то к мальчишке не подходила, и он, по сути, был предоставлен сам себе.

Спустя месяц после начала похода, когда армия степей подходила ко второму городу графства Телма, который нужно взять – Исихоревма, Адам заметил, что мальчик сначала подошёл к Курате, потом к Тогару и уже потом к самому Адаму. Мальчик просто остановился около близнецов Голдхарт и смотрел на них.

- Малыш, ты что-то хочешь? – нежно спросила Адора. Примерно так она обращается ко всем племянникам или младшим братьям и сёстрам.

- Город. – безэмоционально ответил мальчик, указав соответственно на город.

- Да, это город наших противников. Тебе что-то нужно? – уточнил Адам, удивившись его словам.

- Я хочу захватить город. Сам. – ответил он, не отрывая взгляда от Адама.

- Зачем это тебе? – вновь удивился Адам.

- Хочу порадовать папу. Я хочу быть полезным. – монотонно ответил этот странный ребёнок.

- Тогда мне нужно знать, как ты хочешь это сделать. Я не могу позволить тебе рисковать собой, иначе великий князь будет недоволен. – вздохнул глава Голдхартов.

- Я справлюсь. Не пострадаю. – лишь ответил мальчик, продолжая сверлить своим пустым взглядом Адама.

- Хорошо, малыш, мы разрешим тебе поучаствовать в осаде. Но что ты хочешь делать? – поддержала брата Адора.

- Не участвовать. Сам справлюсь. Они все умрут. – ответил дампир, склонив голову на бок.

Адам долго обдумывал слова ребёнка, потом посмотрел на Курату и Тогара, они просто кивнули, подтверждая, что не против.

- Хорошо, но ты сможешь не убивать тех, кто не сопротивляется? Обычных невинных людей? – решил уточнить Адам.

- Сложно, но справлюсь. Я сильный. – ответил мальчик, тяжело вздохнув.

- Тогда я сначала предложу им сдаться, а потом, если они не сдадутся, тогда сможешь попробовать. Согласен? – улыбнулся Адам племяннику.

- Да. – лишь коротко ответил мальчик и ушёл в сторону своей кареты.

- Ты действительно дашь ему это сделать? – удивилась Адора, глядя на брата.

- А что мне остаётся? Пусть попробует, а потом армия доделает работу, когда у него не получится. – пожал плечами Адам.

Через несколько часов армия подошла к городу. Как и в первый раз, местный виконт отказался сдать город и тогда Адам разрешил дампиру действовать. Мальчик кивнул, подошёл к отряду инженеров Эрании и попросил их сделать для него платформу из земли. Те согласились и вскоре мальчик поднялся на неё. Когда виконт Заркадис увидел это в подзорную трубу, то был в полном недоумении, не понимая, что задумали Голдхарты и их наёмные дикари.

Мальчик же взмахнул руками и вокруг его платформы оказалось несколько тысяч трупов. Беловолосый мальчик поднял руки к небу и начал зачитывать какой-то стишок, больше похожий на заклинание. Между его рук появилась кроваво-красная сфера, перед ним ужасающая книга, а потом тысячи красных рун отделились от сферы и влетели в трупы. Спустя пару мгновений тела зашевелились и встали, а ещё через минуту они двинулись к городу. Видя это, виконт запаниковал и приказал уничтожить мертвецов на подходе к городу. Убедившись, что рыцари начали готовиться, он распорядился вызвать всех священников, которые могут бороться с нежитью.

Через двадцать минут после произнесения заклинания мальчиком, ходячие мертвецы уже подошли к стенам города, не обращая внимания на потоки магии и стрел, льющихся со стен города. Сотни мертвецов остались лежать неподвижно, пока остальные просто и неумолимо двигались дальше. Подойдя к стенам города, трупы стали карабкаться к вершине стен, забираясь друг на друга. Адам смотрел на происходящее и был сильно впечатлён мощью чёрной магии странного племянника. Курата и Тогар же вместе с командованием армии степей молча наблюдали, будто для них не происходит ничего необычного.

Спустя полчаса после начала осады, мертвецы забрались на вершину стены и схватились с защитниками. Дин, как только первый мертвец забрался на стену, вызвал чёрного каменного пони и направился к стене, а уже через пятнадцать минут оказался на её вершине. Он поднял сферу над головой, и мертвые стражники присоединились к его армии трупов.

Дин очень сосредоточенно направлял своё войско, не давая им заходить в дома или нападать на тех, кто просто убегал в страхе. Из-за большого напряжения, мальчик уже потратил три порции крови на поддержание своих сил. Он направил свою армию к самому большому дому, который увидел. Дин знал, что правители живут в подобных домах. Стоило армии мёртвых скрыться за стенами города, как Адам предложил выдвигаться и армии, но Тогар отказался, сказав, что Дин подаст сигнал, когда можно будет входить.

Спустя полтора часа после начала осады, виконт Заркадис стоял на коленях перед маленьким мальчиком и его десятью монстрами, умоляя того остановиться. При этом виконт закрывал собой жену и четверых детей. Его старшие сыновья уже присоединились к армии мёртвых, как и почти вся охрана дворца. Дин выслушал его и связался с Тогаром, чтобы уточнить, что делать дальше. Получив ответ, Дин приказал своим зомби открыть ворота, а как только понял, что приказ выполнен, то сказал виконту, что принимает его капитуляцию. Мальчик созвал всех мертвецов на площадь перед дворцом, лишил их магической поддержки и потом убрал неподвижные трупы в сумку.

Стоило Дину остаться одному, как виконт кинулся на него с кинжалом и проткнул мальчику спину. Тот лишь вздохнул, обернулся и убил виконта, резким движением когтей отрубив тому голову. А пока вся семья виконта в ужасе смотрела на происходящее, мальчик просто выпил всю его кровь до последней капли, чтобы восстановить силы и залечить раны.

Закончив с виконтом, Дин убрал его тело в сумку к остальным мертвецам, но тут же на него с криком бросился самый старший из оставшихся сыновей виконта, которому недавно исполнилось восемь, занося кинжал, но Дин лишь выбил оружие из рук своего противника сломав тому правую руку.

- Достаточно. Ваш город сдался, и новые жертвы ни к чему. – тихо произнёс дампир, глядя на корчащегося от боли мальчика, перед которым уже встала его мать.

- Что же ты за чудовище! – лишь прошептала женщина, глядя на покрытого кровью беловолосого ребёнка с горящими красными глазами.

- Дампир. – просто ответил Дин, не понимая, что она боится его до беспамятства, произнесла вопрос неосознанно и даже не услышала ответа.

Вскоре на площадь вошли командиры армии степей, а сама армия стала занимать все важные здания города, при этом не мародёрствуя и не убивая тех, кто сам на них не нападал. Адам, придя на площадь города, первым делом увидел покрытого кровью дампира и женщину в аристократических одеждах, которая прятала за собой мальчика со сломанной рукой, а также плачущих детей, что облепили их.

- Молодец, Дин. Твой папа может тобой гордиться. – похвалил Адам, надеясь, что мальчик не бросится добивать выживших. – Где виконт Заркадис?

- Если правильно помню ваши законы, то это он. – показал Дин на мальчика со сломанной рукой.

- Что? – удивлённо спросила Адора.

- Этот монстр убил отца! – закричал мальчик со сломанной рукой.

- Он напал на меня после того, как сдался, и я убрал свои игрушки. – кивнул на его слова Дин. – Так что я защищался.

- Понятно. Ты поступил правильно, малыш. – улыбнулся Адам, подошёл к Дину и протянул руку к его голове.

- Спасибо. Тогда я пойду отдыхать. – ответил дампир, очистился магией, позволил себя погладить и собрался направиться в сторону обоза армии.

Но Адам поднял несопротивляющегося ребёнка на руки, посадил его так, как сажал малыша Анти, и прижал племянника к себе.

- Ты можешь отдохнуть и тут. – мягко произнёс Адам, чем удивил Адору, непривыкшую к тому, чтобы брат проявлял нежность к племянникам.

- Хорошо. – лишь ответил дампир и тут же уснул, прижавшись к груди Адама.

- Курата, скажи, а все ваши дети подобны этом ребёнку? – поинтересовался Адам.

- В какой-то мере. А что, лорд Голдхарт, вам понравилась демонстрация силы нашей семьи? – улыбнулась орчиха.

- Конечно. Я всегда рад видеть, как развиваются настоящие таланты. Мой брат был таким же. – с теплотой ответил он ей.

- Я рада слышать столь высокую похвалу. – рассмеялась Курата.

Вскоре пострадавшего сына виконта вылечили, и в присутствии матери ему объяснили всё, что произошло и почему. Мальчик также поклялся в верности дому Голдхарт и пообещал не нападать на них. Как только его клятвы закрепили на бумаге и очистили церковь от шпионов короля, армия степей покинула город. На всё это ушло три дня. Войско направилось к столице графства Телма – Чалазистолофо. А второй причиной того, что Адам выждал три дня, стало желание, чтобы граф Краудбейн узнал о падении крупнейших городов своей провинции.

Когда армия подошла к столице, та уже была на осадном положении, а граф заявил, что ни при каких обстоятельствах Телма не предаст короля Уильяма. Тогда Адам разрешил Тогару действовать так, как считает нужным. Высший орк собрал совет и распределил роли для всех.

Так как город был довольно велик, разделяться смысла не было, и армия степей ударила одним мощным кулаком в главные ворота. Циклопы издалека кидали зачарованные магией огня камни в сторону башен и барбакана, в те места, где собралось больше всего защитников города. Шаманы использовали несколько пленённых ранее бандитов и вызвали сухую грозу над городом, которая стала поражать молниями случайные постройки внутри города.

Защитники отстреливались от осаждающих при помощи баллист, арбалетов, стрел и магии. Осаждающие же отвечали на это зачарованными доспехами и оперативным лечением от корпуса лекарей и шаманов. Тогар лично повёл элитный ударный отряд высших орков в город, как только ворота были выломаны усилиями циклопов. От него не отставал и Хуггар со своими воинами.

Курата же, посовещавшись с Сереной, которая присоединилась к ним во время трёхдневного ожидания, отобрала для себя небольшой отряд, взяла с собой Дина и при помощи птиц высадилась на крышу замка правителя. Это было столь дерзко и неожиданно, что лишь малая часть лучников успела обратить на них внимание и начать стрелять в птиц и виверн. Но простые стрелы могли лишь поцарапать их, и то, если пробивались через твёрдые перья и прочную чешую.

Отряд Кураты довольно быстро добрался до тронного зала графа, где тот вместе со своими командирами раздавал приказы с подбегающими связными. Он был сильно удивлён, когда двери его зала с грохотом отворились, а на пороге оказались огромная орчиха, бледный беловолосый мальчик, несколько воинов орков и Серена Голдхарт.

- Значит, Императрица Клинков теперь работает с дикарями? – высокомерно поинтересовался граф Краудбрейн.

- Они не дикари, а наши союзники. Ну и не вам, граф, меня в чём-то упрекать. – высокомерно ответила ему Серена, указав веером на дварфа и человека-ящера.

- Понятно. И на что же вы надеетесь, придя сюда столь маленьким отрядом? – проигнорировав её слова, спросил граф.

- Планируем избавить вас от страданий и захватить город. Неужели так сложно это понять? – с высокомерной усмешкой произнесла Серена.

- Тогда ваших сил маловато. – отрезал граф, вынимая полуторный меч из сумки хранения.

- Видимо до вас не дошли слухи, которым мы позволили покинуть Исихоревма. Жаль. – вздохнула леди Голдхарт.

- Леди, мы так и будем болтать с ним или уже займёмся захватом? – поинтересовалась Курата, которой уже надоели эти разговоры.

- Ну что вы, леди Курата, вдруг граф решит благоразумно сдаться и тогда всё станет проще. – улыбнулась невестке Серена.

- Надеюсь, что не сдастся. – хищно ухмыльнулась орчиха, облизнув лезвие длинного кинжала. Правда для графа и его людей это оружие больше похоже на длинный меч.

- Я не сдамся, Голдхарт! – прокричал граф и бросился на Серену.

- Ну и зря. – вздохнула она, отправив ему на встречу несколько появившихся около неё мечей.

Граф отбил снаряды покрытым магией мечом и влил магию усиления в тело, чтобы мгновенно оказаться около этой высокомерной женщины. Он не раз видел её стиль боя и не сомневался, что она не справится с его скоростью и силой. А остальные вообще вряд ли стоят внимания.

Однако, стоило графу приблизиться, как на него прыгнул быстрый и юркий ребёнок с горящими красными глазами и длинными когтями на руках и ногах. Краудбрейн парировал удар когтей мальчишки, но в руки отдалась сила, будто он попытался ударить мечом камень.

В это же время Курата уже сошлась в бою с дварфом и людоящером. Она с лёгкостью оттолкнула ударом ноги закрывшегося щитом рыжебородого дварфа и сразу же нанесла удар обоими кинжалами ящеру, но тот отклонил её удар светящимся трезубцем.

Орки отбивались от стражи, а после того, как Дин лишил её соперника, Серена выжидала удобный момент, когда нужно будет действовать, параллельно забаррикадировав все входы и выходы в тронный зал.

Дин бегал на четвереньках вокруг графа, периодически резко прыгая на него. Граф Краудбрейн впервые столкнулся с таким монстром, но уже подстроился под него и отклонив облачённой в латную перчатку рукой очередной выпад мальчишки проткнул того насквозь.

Курата хищно оскалилась, видя, что ящер даже сопротивляется и сосредоточила свои атаки на нём. К чести зверолюда, он сражался с ней почти на равных, успевая отбивать резкие выпады орчихи. Но пока Курата развлекалась, ей в спину прилетел небольшой топорик, со звоном отлетевший от её доспеха. Улыбка пропала с лица Кураты. Она поняла, что заигралась, после чего активировала руны на своих кинжалах и перерубила пополам и трезубец, и ящера. Затем она повернулась к дварфу, что уже замахивался своим топором на неё. Орчиха разрубила древко топора, потом схватила дварфа за горло и подняла его над землёй. Правда, он оказался достаточно тяжёл и Курате пришлось активировать магию усиления тела, которой обучил её муж во время тренировок.

- Ты готов сдаться? – спросила она у дварфа.

Но бородатый карлик ей не ответил, а лишь стал собирать слюну для плевка. Курата заметила движение кадыка дварфа и резко сжала руку, которой удерживала его горло. Раздался хруст, и дварф обмяк. Закончив со своими противниками, Курата обернулась осмотреть поле боя.

Подобранные ей воины уже закончили с рыцарями графа. На них не было ни царапины, а значит, высоко оценено не только мастерство выбранных ею, но и отлично показало себя снаряжение, выданное Габриэлем. Тогда Курата вернула взгляд на последнее сражение в зале.

Граф Краудбрейн торжествующе поднял меч с висящим на нём мальчиком и посмотрел на лицо Серены, но та лишь пожала плечами, будто ничего не произошло. Удивлённый граф почувствовал, что меч стал лёгким, а опустив взгляд, понял, что мальчишка пропал. В то же время какая-то дымка поднималась к лицу графа. Он попытался отмахнуться, но в следующее мгновение почувствовал, как у него на плечах оказался маленький монстр. А последним, что почувствовал граф, было то, как ему в горло впиваются острые клыки.

- Тебе стоило сдаться Троас. – вздохнула Серена, глядя на смерть графа Краудбрейна.

- Мы победили? – спросил у неё Дин, проворно спрыгнув с падающего тела.

- Да, малыш. Ты молодец. – похвалила Серена, погладив внука.

- Что дальше? – поинтересовалась Курата.

- Ничего особенного. Просто объявим о его смерти и предложим оставшимся воинам противников жизнь. – пожала плечами Серена.

Пока отряд штурмовал замок лорда, армия захватывала важные здания города, начав с казармы и церкви. Когда Адам и отряд орков Хуггара ворвались в церковь, они при помощи шаманов очистили десятерых жрецов ложного Всевышнего, а остальных не тронули. Тогар же вызвал на поединок всех командиров армии Краудбрейна. Трое из них согласились и пали в честной дуэли. Но прежде, чем с Тогаром сразился последний выживший командир, над городом раздался громкий голос Серены.

- Граф Троас Краудбрейн пал. Все, кому дорога жизнь – сдавайтесь и вам сохранят жизнь. Остальные же будут истреблены. – короткое, но важное сообщение остановило сражение буквально за мгновения.

Большая часть из оставшихся воинов потеряла мотивацию сражаться. Так же поступил и наследник графа, лично встретившись с Сереной и сдавшись на её милость. После падения столицы, понадобилась ещё неделя для того, чтобы гонцы доставили новости в оставшиеся города. Из оставшихся трёх виконтов двое признали поражение, а город третьего был захвачен армией степи. Тогар согласовал свои действия с остальными частями армии и в назначенное время, пополнив запасы, выдвинулся в сторону провинции Ликоя.