Портал для перемещения был закончен вовремя, в расчётные трое суток. За это время удалось многого достичь. Первым делом мы выяснили, что помимо использования королевской семьи, дворяне работали на какую-то тёмную фигуру, имени и внешности которой они не помнят, и даже извлечение памяти не помогло нам её увидеть. Это говорит о том, что после каждой встречи кто-то немало изменял им память, чтобы скрыть себя. Единственное, что удалось случайно узнать, так это то, что один из двух выживших главных дворян обращался к приказывавшему ему человеку как «Ваше Святейшество», что говорит о принадлежности последнего к какой-то религии, не относящейся к Джиан-Хя, ведь они верят в силу предков и духовность каждого существа и предмета, и священников, к которым так бы обращались в Джиан-Хя, нет.

Помимо основной истории, мы выяснили все подробности о хищениях денег и оказалось, что их через цепочку из нескольких верных пиратов переправляли куда-то на запад, причём каждый раз используя цепочку в разной последовательности. Как только мы выяснили всё, что было возможно, я сделал несколько объявлений на весь город и отправил их же в каждый город и деревню страны с местными гонцами. Первым объявлением стало то, что теперь Джиан-Хя становится семнадцатым княжеством Эрании и подчиняется великому князю. Вторым я объявил о возвращении налогов на уровень, существовавший до смерти короля. Третьим я объявил о казни всего дворянства и остатков королевской семьи, ведь они все замешаны в разграблении своей страны и убийствах мирных жителей, которых обязаны были защищать. Ну и последним я объявил, что временным наместником княжества Джиан-Хя становится бывший генерал Сон Джи-Хун.

Сам небесный генерал сильно удивился моему решению, но я ему объяснил, что главным критерием для меня было то, что он заботился о своих подчинённых больше, чем о своей жизни. А значит, он сможет поддерживать новое княжество на должном уровне до назначения нового князя волхвами. Ну и в любом случае, с ним на первое время останутся Амр, Инреян и двое младших работников ратуши моего города. Я обозначил Сону примерный путь развития княжества и пообещал показать ему моё княжество в качестве примера, чтобы ему было с чем сравнить. Однако это произойдёт только после того, как я смогу помочь великому князю. А на охране столицы пока останутся войска орков, которые начнут готовить новых стражников и гвардию по моим методам из тех, кого смогут набрать Сон и его правительство.

За день до нашего отбытия состоялась казнь. Служащие дворца собрали большой многоуровневый костёр. Я лично уделил около часа времени, чтобы хорошенько высушить дрова, которые подготовили для костра. Я решил, что это будет именно сожжение, а не удушение дымом. На казнь собралась большая толпа. И я не заметил среди них сочувствующих, а видел только озлобленных людей, жаждавших крови. А пока палач готовился равномерно поджечь костёр, из толпы раздавалось множество криков и проклятий в адрес осуждённых. Люди выкрикивали одобрение приговору и имена тех, кто умер из-за королевской семьи и помогавшего им дворянства.

Перед началом сожжения Сон произнёс речь, в которой рассказал, как королевство Джиан-Хя пришло к сегодняшним событиям и стало княжеством. Он рассказал о своём проигрыше и желании сохранить жизни солдат в честном поединке двух чемпионов, а также о том, что советник королевской семьи развязал большое кровопролитие после проигрыша. А потом он озвучил подготовленные мной слова о том, к какому будущему теперь будет стремиться новое княжество. Как только его речь была закончена, палач поджёг дрова, и костёр быстро разгорелся, а площадь заполнилась криками боли и агонии сгорающих заживо.

Милослав все три дня старался зарыться в работу настолько, что забывал о еде и сне. Мне приходилось насильно уводить его из рабочего зала и заставлять есть. А по вечерам, когда он опять начинал капризничать и говорить, что ему лучше работать, а спать он не хочет, мне приходилось его усыплять и относить в кровать. С каждым днём мальчик беспокоился об отце всё сильнее, и я не могу его за это винить. Меня и самого беспокоит то, что я до сих пор не получил ни одного сообщения от отправленных Безликих. А ведь в Древичском княжестве сейчас находится около половины всего их состава.

Как только закончили со строительством портала, я отправил Иону готовить переброску дополнительных пайков для нашей армии. Так же я связался с Родомиром, и мы решили, что его войска и Святозар вернутся домой и будут готовиться к любым последствиям происходящего. Поэтому первыми я переправил Святозара с войсками в моё княжество, откуда они уже направятся к Желаньскому княжеству, но даже для этого пришлось использовать Луку как батарейку маны...

Разобравшись со всеми делами, я начал переправлять войска в лес Древичского княжества. А так как народу много, то я наблюдал за их перемещением со стороны Джиан-Хя, а помогать мне снова остался Лука. Иона и Милослав отправились на ту сторону и контролировали распределение воинов там. Пока я наблюдал за перемещением, вспомнил об одном важном деле и вызвал к себе Цицерона.

- Вызывал, князь? – с поклоном спросил парень, как только подошёл ко мне.

- Да, Цицерон. Мне нужно с тобой поговорить о предстоящей кампании. – вздохнул я.

- Что-то не так? – поинтересовался он.

- Да. Ты же знаешь, зачем мы отправляемся с войсками в Древичское княжество? – поинтересовался я осведомлённостью правой руки моего старшего сына.

- Знаю. Там подняли бунт и, возможно, уже убили великого князя. – не сомневаясь ответил парень.

- Ты прав. Но проблема в том, что это напрямую касается и тебя. Ведь предводитель бунта – твой отец. – прямо сообщил я. Цицерон удивлённо посмотрел на меня, потом закрыл глаза и задумался. Я не стал ему мешать.

- Я сейчас твой слуга. Если ты считаешь, что моё родство с тем, кто напал на столицу нашей страны, бросит на тебя тень подозрения, то можешь поступать со мной так, как посчитаешь нужным. Только прошу позаботиться о моей жене, сестре и детях. – тяжело вздохнув, ответил он, глядя мне прямо в глаза, и взгляд его был полон твёрдости и уверенности.

- Я не это имел ввиду. Я хотел спросить, сможешь ли ты участвовать в походе или лучше отправишься домой, если тебе слишком тяжело. – объяснил я ему суть его вызова ко мне.

- Почему? – спросил он, явно не понимая моих мотивов.

- Потому что твой отец в любом случае будет либо убит, либо публично казнён. Насчёт остальной твоей семьи – я ничего не знаю. Нужно будет ждать решения от собрания князей и волхвов. Но я точно знаю, что ты и твоя нынешняя семья уже не попадаете под законы Эрании из-за того, что сотворил твой отец. Это благодаря тому, что ты официально, по документам, которые я отправлял в столицу, числишься как глава новой семьи. – продолжил я объяснение.

- Я тебя понял. Спасибо за заботу, князь Габриэль. Но я выдержу всё, ради моих близких. Я докажу тебе свою верность, что бы ни произошло. – ответил Цицерон с поклоном.

- Хорошо. Молодец. Но если будет трудно – скажи или мне, или Ионе. А теперь можешь возвращаться к своим делам. – отпустил я его.

- Как прикажет князь. – ответил парень, ударил себя кулаком в грудь, как мои гвардейцы, и отправился дальше работать.

- Господин, если вам интересно моё мнение, то приставьте к нему Безликого, на всякий случай. – посоветовал мне Альфонсо, стоило Цицерону отойти достаточно далеко.

- Я согласен с Альфонсо. – добавил Джикума.

- Я уже это сделал. Хотя мне и хочется ему верить, но возле каждого из важных мне людей во время военного похода находится по Безликому. Именно поэтому я достаточно много захватил охранников и убийц, принадлежавших дворянству Джиан-Хя. Судя по происходящему, скоро и этих новичков-Безликих придётся задействовать. – немного поразмышлял я вслух. А потом передал Ионе суть моего разговора с Цицероном. Просто, чтобы он был в курсе.

- Я в вас не сомневался, господин. – с поклоном ответил на мои слова довольный Альфонсо.

Мы продолжили наблюдать за перемещением войск. Полный перенос занял у нас почти пять часов. И в Эрании мы оказались лишь к трём часам дня. Мы решили начать с захвата блокпоста на дороге рядом с лесом, чтобы выяснить больше новой информации. Милослав рвался лично участвовать в операции, но я запретил ему и отправил отряд Ионы. Ребята сработали профессионально: убрали шестерых наблюдателей, а остальные два десятка взяли в плен, не дав связаться ни с кем известными нам способами.

Чтобы не терять время, я сразу поработил всех захваченных. От них удалось узнать, что им приказали перекрыть все дороги ведущие из княжества и никого не пускать, отпугивая людей тем, что в княжестве разразилась страшная и заразная болезнь. Подобными действиями они перекрыли информацию для других княжеств от простых торговцев и путешественников. С городами и деревнями поступили аналогично, заставив людей поверить в то, что им нужно сидеть в своих поселениях и не высовываться. Однако никакой информации о состоянии великого князя, столицы и удельных князей у этих ребят не оказалось.

Немного переварив полученную информацию, я решил отправить небольшие группы солдат на захват всех блокпостов. Пока я начал распределять людей, Жиманоа облетела княжество и сообщила, что нам понадобится сорок три группы на каждую из крупных дорог. А это значит, что для похода на столицу у меня не останется авиации. Поэтому план немного изменился.

Птицы и виверны повезли отряды по сорок человек с опытными командирами на захват блокпостов, а после высадки они должны вернуться к нам. Захват блокпостов я назначил на четыре часа утра, когда весеннее солнце ещё даже не окрашивает горизонт. Как говорится, в самый тёмный час, перед рассветом. Основная же армия двинется полноценно к столице быстрым маршем. До столицы нам от этого леса добираться около семи часов.

На поход придётся потратить почти две тысячи зелий выносливости, дабы сохранить боеспособность оставшихся элитных войск. Осадные машины и их экипажи мы решили тоже взять с собой на всякий случай, но разворачивать их против столицы будем только в крайнем случае. Как только были розданы все приказы, и птицы понесли солдат к их целям, наша армия, не особо скрываясь, выдвинулась на свой марш-бросок к столице.

По пути мы не встретили никакого сопротивления или хотя бы путников. Проходя мимо одной из деревень, я заглянул туда, и староста сообщил мне, что к ним приезжал отряд от великого князя, и его храбр приказал никому не выходить за пределы деревни под страхом смерти. Я попросил описать этого храбра, но староста смог описать только доспехи и шлем, потому что храбр их не снимал. И хотя описание старосты совпадает с доспехами Ярило и его товарищей, поведение описанного храбра выглядело странно, ведь дружинники любого из князей, когда действуют от их лица, всегда снимают шлем при разговорах с главами деревень или другими князьями, чтобы показать искренность намерений князя.

Спустя пять часов мы добрались до окраин столицы. Скорость нашей армии оказалась выше расчётной благодаря ровным дорогам княжества. Но мы будто шли по заброшенной земле: поля, которые должны были активно засеиваться, выглядели так, будто люди убежали с них, побросав все свои вещи; тут и там в полях валялись мотыги, брошенные плуги и даже в некоторых местах сумки с уже сгнившими запасами еды.

Мы, не останавливаясь на тщательную проверку полей, продолжили двигаться к столице. Во главе армии ехали я, Милослав, воевода Годимир, Лука и Дин. Иона со своим отрядом отправился на захват особо крупного блокпоста на главном тракте. Кассандру же, я отправил домой, потому что она пожаловалась на плохое самочувствие с момента попадания на территорию Древичского княжества. А Ю со своими людьми отправился искать причины ограничения магии.

Вскоре перед нами показались стены Древича. Однако стоило нам приблизиться, перед нами предстало страшное зрелище. На расчищенной поляне, где выстроены большие идолы богов Эрании, обычно использующейся для праздников, сложено множество тел. Сами идолы во многих местах порублены топором, опалены огнём, измазаны нечистотами и облиты чем-то похожим на краску, а к ним на разной высоте прибито несколько мертвецов. Милослав громко вскрикнул, спрыгнул с ламака и побежал к поляне. Я приказал всем быть начеку и отправился за мальчиком.

Подойдя ближе, Милослав остановился как вкопанный и смотрел на ужасное зрелище. К идолам были прибиты огромными деревянными гвоздями князь Бажен, весь совет из пяти волхвов, десять самых приближённых храбров князя, включая Ярило, Черноуса и Честимира, а помимо мужчин ещё и княжна Благонрава.

Все они выглядят так, будто висят здесь уже больше месяца, хотя связь с ними пропала всего неделю назад. На всех телах видны следы жестоких пыток. У князя отсутствует часть головы. На всех почти не осталось одежды. Вокруг идолов свалена куча безголовых тел; быстрым осмотром я понял, что это все тридцать один Безликий, отправленные мной на подмогу. А головы у них отсутствуют из-за принятых мер безопасности: в их шеи, как и у всех Безликих, были встроены взрывные кристаллы, срабатывающие либо при смерти, либо при попытке что-либо у них выведать.

Милослав громко заплакал. Я осторожно подошёл к нему и отвернул от страшного зрелища.

- Не нужно продолжать смотреть на это, малыш. – только и мог я сказать осиротевшему княжичу.

Мальчик продолжил громко плакать, послушно следуя за моей рукой. Я присел около него и поднял на руки, аккуратно обняв. Около нас остановилась наша армия и к нам стали подходить люди. Они неверяще смотрели на осквернённых идолов богов Эрании и жуткую участь, постигшую великого князя и его приближённых.

- Снимите князя Бажена и остальных с идолов и подготовьте к погребению по всем правилам. Остальные тела я уберу сам. – распорядился я.

- Как прикажете, князь Габриэль. – ответил воевода и стал отдавать распоряжения подчинённым.

- Учитель, ты можешь их вернуть? – сквозь слёзы выдавил из себя Милослав.

- Прости, малыш, но к сожалению – нет. Тела сильно пострадали и духи жизни говорят, что воскресить их невозможно. Максимум это сделать так, как делает Дин, но это не вернёт их и превратит лишь в бездушные марионетки. – честно ответил я маленькому княжичу, спросив совета у моих духов.

- Почему со мной такое происходит? Что я сделал плохого? – прокричал мальчик смотря в небо, а я только и мог, что прижать его к себе и успокаивающе гладить, потому что любые слова сейчас бесполезны, ведь он их скорее всего не услышит.

- Ты виноват в том, что являешься грязным язычником! А таких нужно уничтожать, во имя Всевышнего! – раздался громкий и насмешливый голос.

Я повернул голову в сторону откуда он исходил и увидел человека, стоящего на стене над главными воротами города. Это был мужчина, на вид ему около пятидесяти лет, лицо его покрыто шрамами, пряди рыжих волос обрамляют худощавое лицо, рот расплылся в хищной ухмылке, а карие глаза источают фанатичное безумие. Я сразу заметил на нём богатую мантию, которую на важных приёмах носил Бажен, только теперь она была вся в пятнах крови. Не думая ни секунды, я протянул свободную руку в его сторону и попытался притянуть его телекинезом, но это не сработало.

- Ха, глупый монстр! Мои покровители дали мне защиту от твоей еретической магии! – рассмеялся этот мужик, показывая на чёрный наруч, что был украшен светящимся чёрным цветом магическим камнем, который напомнил мне кристалл Гейла.

- Ну тогда я просто приду и вырву твоё чёрное сердце голыми руками. – ответил я на его насмешку.

- Попробуй, и лишь присоединишься к этим глупцам! – рассмеялся он и кинул в нашу сторону какой-то предмет, после чего с хохотом скрылся за краем стены.

Я посмотрел на подкатившийся к нам предмет. Этот предмет оказался головой вампира, который служил Бажену. Как только голова остановилась, я услышал рычание, а обернувшись на звук, увидел, что у Дина глаза разгорелись красным светом, а когти и клыки непроизвольно удлинились, царапая его каменного пони.

- Дин! – крикнул я на сына.

- Я успокоюсь. – дрожащим от ярости голосом прошипел мальчик. У него даже прорвались эмоции от происходящего. Потом Дин подошёл и поднял голову на руки. У головы вампира оказались выбиты все зубы и один глаз, а также обожжена правая щека и оторвано правое ухо. Кажется, наши противники смогли пытать даже подобное существо.

- Мы отомстим. – пообещал я. Хотя пока и не знаю, с чего именно стоит начать, кроме взятия города.

- Папа, дай крови. – буквально потребовал у меня Дин, осмотрев голову и на пару секунд закрыв глаза.

- Хорошо, бери. – я протянул ему свободную руку, подставив вены на запястье. Мне стало интересно, что ему поведали духи смерти.

Дин положил голову на землю, раскрыл ей рот, затем когтями одной руки вспорол мне запястье, а второй начал создавать потоки магии смерти. Милослав при этом, со слезами, всё ещё текущими по щекам, молча наблюдал за происходящим. Дин, закончив подготовку, направил кровь из моей руки и поток магии из своей прямо на голову вампира.

Моя кровь стала литься плотной струёй прямиком в открытый рот головы, магия же Дина стала формировать очертания тела возле неё. Спустя несколько мгновений, мы увидели, что у головы сначала восстановился глаз, потом пропали ожоги, отросло ухо и восстановились зубы. А потом, из разорванного горла этой головы начала выходить моя кровь и смешиваться с магией Дина для формирования нового тела. Сначала появились висящие в воздухе кровеносные сосуды, от них начали разрастаться мышцы и формироваться кости, внутренние органы и под конец кожный покров. А спустя почти минуту перед нами лежал молодой вампир, на вид не старше тридцати лет. Дин с лёгкостью поднял его и прислонил его лоб к моей ладони.

- Папа, очисти его. – попросил малыш.

- Хорошо. – согласился я и применил к восстановленному вампиру «Очищение».

Его глаза при этом широко раскрылись, и вампир начал громко кричать, а Дин откинул его от нас. Вампир упал на колени, скрючился, обхватив грудную клетку обеими руками, а из всех отверстий его тела стала выползать какая-то чёрная жижа, которая начала собираться в подобие человеческой фигуры. Стоящие вокруг сделали несколько шагов назад, я стал собирать в своей руке ману для заклинания света, и только Лука, среди всех наблюдающих достал свой посох и начал зачитывать «Небесную кару».

Как только тень сформировалась, она с жутким рёвом бросилась на Луку, но тот воткнул посох в землю, одновременно завершая заклинание. Под тварью появилась руна света, и от неё в небо взвился столп яркого света. Тварь заверещала ещё громче. А через несколько мгновений всё было кончено: от неё не осталось и крупицы, что подтвердили мои духи света, тьмы, жизни и смерти.

- Пап, это очень опасная штука. Духи света и жизни предупредили меня о том, что их нужно сразу же уничтожать, используя подобные заклинания. – громко произнёс Лука, и при этом его глаза стали источать свет, а он стал осматриваться.

- Я уже понял, спасибо за то, с какой скоростью ты от этого избавился. Ты молодец, Лука. – похвалил я сына за расторопность и развеял накопленную в руке ману.

- Учитель, что это такое? Кто этот человек, похожий на Дина? – спросил Милослав, который от шока перестал плакать.

- Этот человек – телохранитель твоего отца. Он вампир. Благородный или чистокровный – я не знаю, но он очень силён и о многом смог поведать Дину после того, как я попросил твоего отца об их встрече. – объяснил я мальчику.

- Значит, он был последней линией обороны папы? – спросил княжич.

- Можно и так сказать. А ещё он лучший разведчик твоего отца. Надеюсь, он нам многое расскажет, когда придёт в себя. – ответил я.

- Понятно. Можешь спустить меня на землю? Мне нужно подумать. – попросил мой ученик.

- Могу, малыш. Только попрошу тебя, пока не ходить к родным. Это сделает тебе только больнее. – предупредил я.

- Я понимаю. Спасибо за заботу. – безжизненным голосом ответил Милослав, подошёл к идолам, с которых убрали тела, встал на колени и закрыл глаза.

Я подошёл следом за мальчиком, прикоснулся к каждому из идолов, очистил их магией и восстановил все повреждения при помощи духов. Закончив с идолами, я оглянулся на спутников. Солдаты уже закончили укутывать тела умерших в белую ткань и ждали дальнейших приказов, всё ещё пребывая в лёгком шоке от произошедшего недавно. Лука по-прежнему осматривался, используя частичное слияние, а Дин пока сидел около вампира и пытался успокоиться. Я подошёл к Дину, заменой одел вампира в запасной тренировочный костюм и решил дать мальчику задание, чтобы он успокоился.

- Дин, осмотри тела Безликих, и, если не найдёшь ничего странного, можешь забрать их себе, а потом использовать. – предложил я.

- Хорошо, папа. Я всё сделаю. – ответил дампирчик и его глаза из красных стали полностью чёрными. Иона с Лукой, скорее всего, уже обучили его частичному слиянию. Мальчик встал и пошёл к куче трупов.

Перед воротами города собрались все пришедшие полторы тысячи воинов Милослава и мои солдаты. Лука стал ходить меж них и смотреть на каждого. Я же подозвал к себе воеводу и Риглеша. Пора начинать штурм и этой столицы. Но, не успели мы начать совещание, как Лука подошёл к одному из солдат армии Милослава, положил ему руку на плечо и применил к нему магию. Солдата скрутило так же, как ранее вампира, остальные разошлись, опасаясь того, что происходит. А из солдата тем временем выползла тень, но немного меньше, чем из вампира, и Лука быстро от неё избавился. Потом он распорядился связать очищенного и продолжил обход воинов, которые стали странно на него смотреть, но распоряжение выполнили.

- Лука, тебе нужна помощь? – крикнул я.

- Нет. Сами справимся. – громко ответил мне Лука, продолжая осмотр.

- Хорошо, потом расскажешь подробности! – добавил я. Лука просто кивнул, не отвлекаясь от работы.

- Князь Габриэль, что делает твой сын? – спросил у меня Годимир.

- Судя по тому, что мы только что видели, среди воинов скрываются шпионы врага. Лука очищает от их присутствия. – предположил я.

- Понятно. Значит они знали обо всём и готовились. – вздохнул воевода.

- Скорее всего, но это сейчас не важно. Мы тут, и мы не отступим. – решил я.

- Князь, каков план на штурм? Разворачиваем артиллерию? – поинтересовался Риглеш.

- Нет. Враг не стал использовать солдат для защиты стен города. Они явно хотят, чтобы мы вошли в город. Это большая ловушка, которую подготовили специально для нас. Мне кажется, что они задействуют солдат, замаскированных под простых гражданских, чтобы подорвать моральный дух наших воинов. – предположил я, размышляя над тем, как бы взять город и понести как можно меньше потерь.

- Тогда каков план? – спросил воевода.

- Я выбью ворота, потом маги запечатают льдом все выходы из города, а мы двинемся напрямую к кремлю. Там, пока я и моя гвардия будем зачищать кремль от верхушки врага, остальные будут держать оборону. Можно будет или запечатать врата, или отбиваться от нападающих через узкий проход. – предложил я свой план. Он скорее всего сработает, если нас сразу после входа в город не окружат толпы людей.

- Дерзко, рискованно, но эффективно. Мне нравится. – согласился Риглеш.

- Я тоже хочу участвовать. – услышал я холодный голос Милослава.

- Хорошо, но ты должен пообещать мне, что не будешь лезть вперёд всех и будешь меня слушаться. – ответил я подошедшему княжичу.

- Я обещаю, что буду выполнять твои приказы, князь Габриэль. – твёрдо ответил мальчик.

- Хорошо. Значит осталось решить, кто пойдёт со мной на штурм кремля. – задумался я.

- Я предлагаю вашу личную гвардию и сыновей. – высказал своё мнение Риглеш.

- Я тоже пойду. – напомнил Милослав.

- Я уже пообещал, что пойдёшь. Не переживай по этому поводу. Главное, чтобы ты меня слушался. – согласился я с мальчиком.

- Я и так тебя слушался все последние месяцы. – огрызнулся Милослав.

- Считаешь, что я виноват в произошедшем? – прямо спросил я. Не нравится мне его тон.

- Да. – коротко ответил мальчик.

- Понятно. Ну, поступай, как знаешь. Но мои приказы ты обязан выполнять. Иначе усыплю и отправлю в тыл. Понял меня? – не стал я спорить с ним. Сейчас это бесполезно. Мальчика поглотил гнев, и он будет кидаться на любого, кто попытается его успокоить. Лучше попробую направить его в благотворное русло.

- Как прикажешь, князь. – холодно ответил он.

- Хорошо. Тогда, воевода, на тебе будет общая оборона и тут поступай так, как будет выгоднее. – отдал я распоряжение.

- Княжич, ты согласен с этим приказом? – спросил он у Милослава, как у фактического командира их армии, а теперь ещё и некоронованного великого князя.

- Да. Этим походом командует князь Габриэль. Мы ему лишь подчиняемся, пока всё не закончится. – холодно ответил мальчик.

- Я понял. – ответил воевода, по лицу которого видно обеспокоенность судьбой мальчика.

- Тогда передайте наш план войскам. Как только Лука закончит – начнём штурм. – распорядился я.

Риглеш и Годимир отправились собирать войска. Милослав отошёл к укутанным телам и сел около своих родных, положив руки на головы отца и тёти. Я же снова попытался связаться с Жиманоа, Ионой и главой клана Ю, но у меня это снова не вышло. Перед началом всего похода на столицу, получилось общаться с птицами и вивернами только при физическом контакте.

Через несколько минут мы услышали птичий крик, а подняв головы, увидели, что к нам снижается Жиманоа с корзиной в лапах. Она вскоре приземлилась и из корзины вышли Иона, Ю и Цицерон. А сама Жиманоа подлетела ко мне и наклонилась. Я же положил руку ей на клюв, чтобы поговорить.

- Маленький брат, мы выполнили твоё задание. Что нам делать дальше? – спросила моя подруга.

- Я очень благодарен тебе за помощь. Вскоре мы начнём атаку на город, а тебе придётся повторить то, что мы делали в Джиан-Хя. Твоей задачей будет не дать никому убежать. Я выделю одного мага, который будет тебя маскировать и усыплять тех, кого ты поймаешь. – сообщил я.

- Я справлюсь с этим. Не беспокойся. Мне не нравится то, что тут происходит. Ко мне в голову что-то постоянно пытается проникнуть, но что – я не могу понять. – пожаловалась она.

- Держись. Я надеюсь, что как только мы покончим с бунтом, всё наладится. – обнадёжил я, обняв её голову и приложившись лбом к клюву.

- Я постараюсь. – ответила Жиманоа и улеглась отдохнуть в сторонке. Я же подозвал к себе Иону и Цицерона. Вместе с ними подошёл и Ю Мун-Хи.

- Отец, твоё задание выполнено. За главного я оставил Ярого, а мы сразу же прибыли сюда, как только захватили блокпост. – быстро отчитался Иона.

- Отлично сработано, парни. Скоро мы начнём штурм столицы. – объявил я, а потом вкратце пересказал произошедшее.

- Это точно мой отец. Но он никогда не был верующим. А про Всевышнего он вряд ли вообще когда-либо слышал. Я-то узнал про это божество лишь на твоей земле, и то благодаря всеобщим праздникам. – тяжело вздохнув после моей истории, рассказал о несостыковках Цицерон.

- Меня тоже смутили его слова о Всевышнем. Я общался со жрецом этого бога и с его слов, в их вере есть прямое указание на уничтожение тьмы и невмешательство в междоусобицы. – добавил я. С другой стороны, церковь Всевышнего послала своих жрецов на помощь гвардейцам третьего принца…

- Господин, если моё мнение интересно, то скорее всего, кто-то нашёл брешь в его сердце и распалил амбиции этого человека до предела, заодно дав ему какие-то силы. – предположил Мун-Хи.

- Не исключено, ведь Добронрав и до тюрьмы и восстания был не самым благочестивым и хорошим человеком. – согласился я с предположением лиса. Цицерон лишь тяжело вздохнул, услышав мои слова.

- Мы имеем дело с грозным противником. Столь чёрного искусства в нашей стране я не видел. Хотя после твоего рассказа, нужно будет провести проверки и в Джиан-Хя. – задумчиво ответил Ю Мун-Хи.

- Я согласен, всё это опасно. Кстати, касательно твоей проверки, есть ли результаты? – спросил я у лиса.

- Наши проверки показали, что было использовано что-то похожее на барьер, а все линии силы сходятся сюда. Поэтому я и прибыл. – рассказал он о своём наблюдении. Самое интересное, что я эти магические потоки не вижу, используя обычный метод вливания маны в глаза.

- Значит, будь начеку и не отходи от меня далеко, пока будем в городе и в кремле. – приказал я.

- Слушаюсь. – ответил лис с поклоном.

Ещё через десяток минут войска были готовы к штурму. Лука закончил свою проверку, выявив ещё полтора десятка шпионов. Я убрал тела погибших в своё хранилище, чтобы можно было о них не беспокоиться. Туда же отправились и все повозки с нашей артиллерией, а команды артиллеристов я отправил отойти от города, выделив им для защиты десяток бойцов. Ну а когда все были готовы, я использовал выстрел по воротам, аналогичный нашей артиллерии. Ворота разнесло в щепки, и наша армия отправилась в проём.

В этот же момент Жиманоа взлетела в воздух, унося с собой четверых магов. Один будет на её спине и будет поддерживать заклинание маскировки, а остальные будут в корзине и перекроют ледяными стенами все видимые выходы из города, благо на обыденную магию барьер почти не влияет. Я сделаю тоже самое с главными воротами, как только войдут все солдаты.

Мы вошли, и город вокруг казался будто вымершим. Ставни в домах закрыты, на улице никого нет, и лишь идущий дым из труб говорил о том, что в городе всё ещё есть люди. Наша армия быстрым шагом стала продвигаться по городу, но картина не менялась. На протяжении всего часа ходьбы меня не покидало ощущение неправильности, а тишина, нарушаемая лишь звуком идущих солдат, сильно давила. По сравнению с тем, насколько живой казалась столица во время моих прошлых визитов, сейчас она будто вымерла. Пройдя почти до стен кремля, мы не встретили ни одного воина врага и ни одного жителя города. Стоило нам подойти к главной площади, как мой взгляд привлекло пепелище перед главным столичным храмом.

Я на минуту заглянул в храм и обнаружил, что там вместо статуй и идолов эранийских богов стоит статуя какого-то незнакомого мне божества. Но теперь я могу с уверенностью сказать, что это не изображение Всевышнего, которого в Онтегро описывают как доброго старика, радующегося всем. А тут статуя изображает человека в доспехах, не похожих ни на эранийские, ни на доспехи Онтегро, ни на доспехи Джиан-Хя. На статуе рельефный нагрудник, наручи, поножи и открытый шлем. В руках у статуи секира. Это явно какое-то божество, покровительствующее войне. Хотя странно то, что человек, поклоняющийся богу войны, использует каких-то монстров. Обычно, насколько мне известно, подобные боги не жалуют такие небоевые методы.

Я вышел из храма, и мы продолжили путь. Через десяток минут наш марш закончился и всё войско собралось у стен кремля. Мы вошли в ворота, а стоило нам это сделать, как со всего города к воротам кремля стали стекаться люди, больше похожие на зомби. Они медленно шли в нашу сторону, будто одурманенные. Я создал толстую стену из уплотнённой земли на том месте, где были ворота и приказал троим магам поддерживать её. Воевода остался командовать, а я сам, вместе с гвардией и детьми, отправился за головой Добронрава в княжеские палаты.

Стоило нам открыть ворота в прихожую княжеских палат, как на нас с трёх коридоров напало несколько десятков вражеских воинов. Мы быстро сориентировались, и разделились на три отряда. Джикума направился в левую сторону при поддержке Раргоса, Зиграама, Ждана и ещё двоих гвардейцев. Доспехи моей гвардии позволили им проигнорировать те выпады вражеских солдат, которые не смогли парировать. Однако, оказалось, что воины врага одеты в доспехи, что тоже зачарованы и покрыты магическими кругами, похожими на магию Онтегро.

Вправо направились Иона, Дин и Альфонсо, вместе с Риглешем и ещё тремя гвардейцами. Магические атаки Ионы с трудом, но пробивают доспехи врага, так же, как и когти Дина. Они неплохо стали оттеснять врага ко входу в коридор. Альфонсо взял на себя функции поддержки и стал создавать щиты в случаях, когда копья или мечи врагов обходили защиту моих воинов.

Я, Милослав, Цицерон, Лука и ещё пять гвардейцев направились в центральный коридор, который ведёт к тронному залу. Так как коридоры довольно узки, я не стал доставать свои оружия, а вместо них надел боевые перчатки, которые покрыл магией ветра и огня. Милослав же выхватил свой меч, взял его двумя руками, покрыл магией света и стал атаковать противников подобно обезумевшему берсерку. При этом у мальчика глаза начали источать золотистый свет. Хотя я точно знаю, что он ещё не освоил слияние. Возможно, в этой схватке у него получится. Цицерон же с мрачной решимостью атакует противников своим шестопёром, зачарованным магией огня. Парень отклоняет оружие противника щитом из плотного огня, а затем наносит точные удары в важные точки противников. Мальчишки заняли весь коридор своими взмахами оружия и мне пришлось атаковать противников дальнобойной магией.

Первое столкновение заняло у нас около трёх минут. Мы смогли уничтожить тридцать семь воинов противника, и отделались лишь парой царапин у моих гвардейцев, которых подлатали Лука, Иона и Альфонсо.

- Отец, я думаю, нам придётся разделиться. – сообщил Иона, вглядываясь в правый коридор.

- Мне тоже так кажется, князь. Враги могут снова атаковать из этих коридоров и ударить нас в спину. – вздохнул Риглеш.

- Я пойду в тронный зал. – практически прорычал Милослав.

- Ты пойдёшь туда не один. Успокойся и сосредоточься, иначе пострадаешь! – одёрнул я княжича.

- Мне плевать, я лично зарублю его! – бросил мне мальчик, стряхнув мою руку со своего плеча.

- Милослав, ты забыл моё условие? – спросил я.

- Нет. – огрызнулся мальчик.

- Тогда остановись, и жди, пока мы решим, кто и куда направится, для максимальной эффективности! – приказал я.

- Как прикажешь. – процедил он сквозь зубы. А потом очень тихо добавил, скорее всего надеясь, что я не услышу. Но я услышал. – Ты только и делаешь, что совещаешься да планируешь, вместо того чтобы действовать.

- Успокойся! – крикнул я на него, отвесив пощёчину. – Бросившись на смерть сломя голову ты никого не вернёшь и ни за кого не отомстишь, а только сам помрёшь!

- Как прикажешь. – ещё более злобно процедил он, глядя мне в глаза.

- Князь, я пойду с тобой, чем бы всё не кончилось. – прервал нашу перепалку Цицерон.

- Я согласен. – не стал я его отговаривать.

- Тогда давай сделаем так, я пойду направо, Риглеш налево. С нами пойдут гвардейцы. Ты же с собой возьмёшь Ю Мун-Хи, Милослава, Цицерона, Дина, Луку, Альфонсо, Джикума и Раргоса с Зиграамом. – предложил Иона.

- Уверен? – спросил я, ведь получается, что только Иона будет отдельно от нас.

- Уверен. Положись на меня. Я не подведу. Если вдруг, в помещениях правого коридора никого не окажется, я сразу прибегу к тронному залу. – заверил меня Иона.

- Хорошо. Тогда будьте осторожны и отправляемся. – согласился я и мы выдвинулись вглубь княжеских палат.

По дороге на нас напали несколько раз, но теперь все пятнадцать воинов, что своими размерами похожи на храбров, идут впереди нас неестественной походкой. Спустя около двадцати минут осторожного продвижения, мы оказались у ворот в тронный зал. Как это ни странно, их никто не охранял. Милослав вышел вперёд и ударом ноги, подкреплённым магией, распахнул ворота так, что створки громко ударились о стены.