Когда я очнулся, у меня жутко болела голова. Я попытался пошевелиться или открыть глаза, но не смог этого сделать. Я даже не мог вспомнить, что произошло. Последним воспоминанием было то, как мы с Зефиром сражались против напавших на нас, и как после нашей победы я сел на землю из-за истощения, а Зефирка прислонился к моей спине.

Мне понадобилось около часа, чтобы я смог хотя бы открыть глаза и осмотреться. Я оказался в своей комнате, а рядом со мной мирно сопел маленький эльф, явно уже давно сидевший у моей кровати. Прежде чем я успел о чём-либо подумать и что-то осознать, я, как на автомате, схватил маленького эльфёнка в охапку и сжал в крепких объятиях, как в последний раз. Я не знаю почему, но мне показалось, что я потерял его и сейчас снова нашёл. Я никак не мог себе это объяснить, а по щекам полились слёзы.

- Анти, мне больно. Отпусти, пожалуйста. – прохрипел Зефир.

- Не отпущу. Не могу. Я не знаю почему, но не хочу отпускать тебя. – ответил я другу, но понял, что сделал ему больно, и всё же ослабил хватку.

- Ну как хочешь. Я рад, что ты наконец-то пришёл в себя. – мягко сказал мой эльф, вернув объятия.

- Зефирка, что со мной произошло? Последнее, что я помню, это как мы победили нападавших и потом от усталости осели на землю. – спросил я, но так и не мог заставить себя отпустить маленького эльфа.

- Ты потерял сознание, а через несколько минут появился твой отец. Через двадцать минут после прибытия господина Леона, к нам добрались стражники и госпожа Элеонора. Она забрала нас, оставив господина и стражников разбираться с телами. Ты восемь дней не приходил в себя. Хьюго за тебя сильно переживает и потому поселился в моей комнате, ожидая твоего пробуждения. А я стал жить тут. – рассказал Зефир, смутившись на последней фразе.

- И ему это разрешили? – с улыбкой спросил я.

- Ага, сразу после того, как он закатил истерику: в слезах валялся на полу и кричал около двадцати минут, не переставая. – немного хихикая объяснил мой эльфёнок.

- Не ожидал такого от братишки. Надо будет его успокоить. – поддержал я тихий смех эльфа.

- Это точно. У тебя ничего не болит? – поинтересовался Зефир.

- Нет, всё в полном порядке. Ну, если не считать лёгкой головной боли, но думаю, что это нормально. А что? – удивился я его вопросу.

- Ты все восемь дней провёл, мучаясь от лихорадки. Ни я, ни госпожа Элеонора не могли тебе помочь. Господин Леон даже вызывал жреца, но и это не помогло. – тяжело вздохнув рассказал Зефир.

- Понятно. Ну, тогда нужно пойти и успокоить их всех. – вздохнул я, и всё же смог себя заставить отпустить эльфа.

- Хорошо, Анти. Ты не голоден? Или может готов искупаться? – поинтересовался Зефир. А я принюхался и понял, что весь провонял из-за пота.

- Прости, Зефирка, что такая вонючка тебя обнимала. – рассмеялся я. – Пошли купаться.

- Не переживай, Анти, я этого даже не заметил. – рассмеялся он и протянул руки, чтобы помочь мне раздеться. Я же, в этот раз, не стал ему мешать. Что-то в глубине меня говорило, что я зря мешал ему раньше выполнять работу, которая ему самому нравится. А увидев счастливое лицо маленького слуги, выполняющего свои обязанности, я понял, что это верное решение.

Как только Зефир всё подготовил, он отвёл меня в ванную, где быстро наполнил ванну тёплой ароматной водой. У Зефира ушло минут двадцать, чтобы привести меня в порядок. Я же не сопротивлялся, позволяя ему первый раз за шесть лет полноценно обо мне позаботиться. Только вот, прежде чем выйти, я привёл в порядок голову Зефирки под его негромкое возмущение.

Стоило мне выйти из комнаты, облачившись в чистую одежду, как в меня влетел Хью. Братишка был весь в слезах, вцепился в меня мёртвой хваткой и пытался что-то нечленораздельно говорить. Мне же пришлось обнять эту светлую голову и успокаивать минут двадцать, прежде чем он смог нормально разговаривать.

- Братик Анти, ты меня сильно напугал! – всё-ещё хлюпая носом заявил Хьюго.

- Прости меня, мой маленький дракончик. Я постараюсь так больше не делать. – с улыбкой ответил я, проведя ладонью по лицу братишки и высушивая его слёзы и применив заклинание «Чистота». А потом и на себя применил очистку, ведь чистая рубашка вся пропиталась слезами и соплями брата.

- Ладно, прощаю. Но в следующий раз ты возьмёшь меня с собой, куда бы не отправился! – потребовал он надувшись.

- Так ты прощаешь или обижаешься, а Хью? – продолжая улыбаться поинтересовался я и взъерошил его волосы. А также принял решение точно не брать его с собой. А то если подобное нападение повторится, я боюсь, что не смогу его защитить.

- Да. – лишь ответил он, отведя взгляд.

- Эх ты, дракончик. – рассмеялся я и сжал его в объятиях, чтобы успокоить наконец.

На то, чтобы окончательно привести Хьюго в порядок понадобилось ещё пятнадцать минут. При этом Зефирка и Айн стояли рядом и ехидно улыбались, за что получили по телекинетическому щелбану. А разобравшись с драконом Голдхартов, я отправился к отцу.

- Отец, это я. – сказал я, постучавшись в дверь его кабинета.

- Входи. – раздалось через минуту, и я вошёл.

- Ты как, сынок? – спросил отец, сидя в своём рабочем кресле. На удивление, на столе отца не было привычных стопок бумаг, а сам он выглядел усталым.

- Всё хорошо, папа. Какие новости за последние дни? – спросил я, удивившись такому его виду.

- Через неделю будет дворянский суд, где решат, напали на вас или вы совершили преступление. – смотря мне прямо в глаза ответил отец.

- Какое преступление? Они же устроили нам засаду и пытались убить! – возмутился я.

- Это знаешь ты. Это знаю и я. Но вот доказательств этого нет. – вздохнул отец.

- В каком смысле? – удивился я.

- В самом прямом. Со стороны это всё выглядит так, что вы напали на королевский отряд без причины и убили всех. – со вздохом ответил он.

- Но даже во время боя эти рыцари в золотом заявляли, что у них приказ! И находились они на наших землях, не уведомив тебя! А это даже последнему идиоту покажет, что мы лишь защищались! – продолжил возмущаться я.

- Чей был первый удар? – спросил он тихим голосом.

- Наш. – ответил я, осознавая, что это может позволить развернуть всё не в нашу пользу.

- Оставил ли ты пленника, как в прошлое нападение? – вновь тихо спросил отец.

- Нет. – ответил я, пытаясь осознать глубину задницы, в которой оказался.

- Вот именно. Я тоже ошибся, Анти, не дождавшись твоего пробуждения. Я уже отдал запись сражения королю. – сказал отец.

- Имеешь ввиду, что использовал Зефира и старый шлем? – спросил я, осознав, что отец знает все тонкости произошедшего, а значит он всё видел...

- Да, Анти. Теперь нам остаётся только посмотреть, много ли у меня союзников и помнит ли король о том, что ты спас ему жизнь. – предупредил он.

- Чем мне это грозит, если признают виновным? – поинтересовался я, стараясь вспомнить все законы, по которым можно судить дворянина.

- В зависимости от обстоятельств: от смертной казни до тридцати плетей на площади столицы. – рассказал отец.

- Если не смерть, то с остальным я справлюсь. Чем это грозит для семьи? – спросил я о более страшной вещи, чем моя личная ответственность.

- Скорее всего взысканием в пару десятков тысяч золотом, да небольшой потерей репутации. – пожал плечами отец.

- Ну золото не проблема. Скажешь, что можно продать на эту сумму, и я создам это. – с облегчением вздохнул я.

- Это да. Главное, чтобы не приговорили к смерти, а с остальным мы справимся. – улыбнулся мне отец.

- Мне нужно ещё о чем-то знать? – поинтересовался я.

- Нет, Анти. Больше ничего такого. Не переживай. Можешь идти. – со странно задумчивым выражением лица ответил он, а потом добавил. – Зайди к маме. Она сильно волновалась, а это вредно в её положении.

- Хорошо, папа. Увидимся за обедом. – улыбнулся я и направился в комнату мамы.

Я немного постоял у комнаты мамы, обдумывая произошедшее. Я планировал убежать после боя, поэтому никого не оставил в живых. Да и времени думать о подобном не было, ведь они серьёзно вознамерились от нас избавиться. Ну, теперь мне остаётся только положиться на отца и то добро, что наша семья сделала для короля и королевства. А закончив с размышлениями, я постучал в дверь маминой спальни.

- Войдите. – ответила она на мой стук.

- Здравствуй, мама. Я проснулся. – сказал я с улыбкой, как только вошёл.

- Анти! Малыш, как же я рада! – практически закричала она, подбежав и сжав меня в объятиях.

- Мам, всё хорошо, не волнуйся. – ответил я, возвращая объятия.

- Я тебя больше никуда не отпущу одного! – заявила она, не разжимая объятий.

- Я был не один. И ты сейчас говоришь как Хьюго. – усмехнулся я.

- Однако, в отличии от твоего брата, я могу это устроить! – рассмеялась мама, взлохматив мои волосы.

- Я знаю. Но тебе сейчас нельзя волноваться и нужно побольше отдыхать. – напомнил я ей про беременность.

- Знаю. Но и тебя никуда отпускать не хочу. – повторила она.

- Мам, со мной всё будет хорошо, не переживай. – улыбнулся я, продолжая обнимать маму. Какое-то странное чувство, как и с Зефиром, заставляло меня продолжать наслаждаться теплом мамы.

В этот день я только и делал, что обходил родственников и говорил, что пришёл в себя и со мной всё в полном порядке. И какое-то странное и необычное чувство грусти и тревоги охватывало меня каждый раз, когда я говорил, что со мной всё хорошо и обо мне не нужно волноваться.

В ожидании дворянского суда я восстановил повреждения на моём снаряжении и доспехах Зефира. Помимо этого, я вернулся к полноценным тренировкам, чтобы прийти в норму после того, как провалялся восемь дней без движения. Но больше всего меня бесило отношение окружающих ко мне, как к какой-то хрупкой кукле. Поначалу я не сопротивлялся, но вот спустя семь дней это было уже невыносимо. Меня стали раздражать их постоянные причитания: «Осторожнее, ты ещё не восстановился!» и «Отдохни, тебе нельзя много двигаться!».

В назначенный день в окрестности нашего особняка переместилось десять магов из Бирюзовой Башни. Они забрали меня, отца, Серену и Зефира в королевский замок. Причём Зефира маскировать уже было не нужно. Нас перенесли в специальный зал, стены и пол которого были исписаны магическими кругами, а я почувствовал странное давление и заметил беспокойство духов. Возможно, тут подавлялась магия тех, кто не относится к башне, но незаметно проверить я это не мог.

Стоило выйти из зала перемещений, как нас окружило пятеро гвардейцев в полных золотых доспехах. Как оказалось, именно парни в золотом являлись королевскими гвардейцами, о чём отец рассказал на второй день после моего пробуждения, чтобы ввести меня в курс дела, и именно три их трупа были основной проблемой. Ведь то, что их убили двое мальчишек, является смертельным оскорблением их чести и бросает тень на всю королевскую гвардию. А когда я спросил, не бросает ли тень попытка убить тех самых мальчишек, отец ответил, что нет, ведь для гвардейцев провал миссии и смерть – это одно и то же. Но тогда я вообще не понимаю, как тут можно обвинять нас в чём-то, ведь они прямо заявляли, что собираются убить меня!

Нас проводили в тронный зал. Причём в этот раз он уже был заполнен высшим дворянством. Не хватало только короля. И, как ни странно, он не заставил себя ждать, войдя через пару минут после нас. Сегодня из всей королевской семьи присутствовал только король. Он медленно прошествовал до своего трона и уселся на него с таким видом, будто всё это его сильно раздражает.

- Итак, давайте разберёмся с этим неприятным делом побыстрее. – произнёс король, устроившись на троне. После чего стоящий около его трона старик с телосложением воина развернул длинный свиток.

- Изучив все предоставленные сведения, а также все условия и доказательства, мы пришли к выводу, что четвёртый сын виконта Голдхарта, Антреас, виновен в смерти троих королевских гвардейцев, двадцати воинов столичного гарнизона, тридцати наёмников, пятнадцати жрецов церкви Всевышнего и двадцати аколитов Бирюзовой Башни. В связи с этим, согласно законам нашего королевства, Антреас Голдхарт лишается звания дворянина, возможности поступать на королевскую службу и наследовать фамилию. Раб Зефир же приговаривается к смертной казни через повешенье за нападение на представителей королевской власти как бесхозный инструмент. – монотонным голосом зачитал он.

- Но я… – начал я говорить, но Серена положила руку мне на плечо.

- Согласно законам нашего королевства, нападение на потомка высшего дворянства карается смертной казнью. Указанные вами находились на территории наших владений незаконно и устроили засаду на моего сына. А с учётом того, что подобное уже происходило, считаю, что данный приговор предвзят. – высказалась Серена, держа руку на моём плече и смотря в лицо королю. Я услышал едва различимые шёпотки, разошедшиеся по залу после её слов.

- Приговор не обсуждается. – ответил на это старый рыцарь.

- И с каких это пор вопросы, что касаются высшего дворянства страны не обсуждаются судом дворян? – раздался голос из зала, а посмотрев туда, я увидел графа Номераса.

- Согласно законам нашего королевства, виконты не являются высшим дворянством. – сухо ответил на это рыцарь. Это одно из условий, на которые почему-то согласился прадед отца и то, чем мы отличаемся от графов. Однако, как рассказывала Серена на уроках, ещё никогда таких унизительных прецедентов не было, чтобы нашей семье прямо говорили, что мы не входим в состав высшего дворянства.

- Значит, ваше королевское величество расторгает наш договор? – спокойно спросил отец у короля.

- Никакие договоры не могут быть выше, чем закон. – вместо короля ответил рыцарь.

- Я не с тобой разговариваю, Юстис. Я задал прямой вопрос, как дворянин дворянину. – отмахнулся от него отец и снова посмотрел на короля.

- Я ничего тут не могу поделать, виконт Голдхарт. Закон есть закон. Передайте своего раба и можете идти. – не глядя на отца ответил король, но сделал ударение на титуле.

- Это возмутительно! Значит, королевская семья теперь может привести тайную армию на земли любого дворянина и потом обвинить защищавшегося? Это бесчестно! – вновь раздался голос из зала. На этот раз говорил граф Фистбанд.

- О какой чести может идти речь, когда какое-то чудовище и безродный раб убивают представителей цвета королевства? – парировал граф Айсплейн. Видимо им уже показывали наше сражение...

- Довольно. Виконт Голдхарт, вы готовы обменять свои права на жизнь раба? – спросил король.

- Ты забыл, Сикарий, кто спас твою жизнь? Ты забыл, кто последние тридцать лет отстаивал твои интересы на поле боя на всех войнах? – прямо спросил отец.

- Не забыл. А вот ты, виконт, похоже забыл, где и перед кем находишься. – ответил король, вновь выделив титул. Потом встал и продолжил. – Отряд был отправлен третьим принцем, чтобы спасти твоё виконтство от страшной химеры, а вместо благодарностей за её уничтожение, твой отпрыск убил всех без суда и следствия. Если хочешь дворянского суда – пожалуйста. Пусть все присутствующие решат, достаточно ли моё наказание за это или нет!

- Понятно, наш мудрый король решил выгораживать порченную ветвь своей семьи, что уже второй раз организовала нападение на дом Голдхарт. Я думал ты умнее. – с презрением ответил отец.

- Я сказал своё слово. Дело за вами, господа дворяне. – сказал король, проигнорировав упрёк отца и указав на собравшихся дворян.

Следующие полчаса шли дебаты о произошедшем, и о том, что это второе нападение. Я же всё это время сверлил короля взглядом. Сначала он попытался встретиться со мной взглядом, но уже через пару секунд отвёл свой взор. А дворяне в итоге пришли к выводу, что приговор является слишком мягким, но согласились, что за многолетнюю службу отца этого достаточно. На нашей стороне было четверо графов и пятеро герцогов, на стороне обвинения были все пятеро маркграфов, два герцога и четверо графов, остальные воздержались, сохранив нейтралитет. То есть, дело решила королевская семья в свою пользу.

- Как видите, это была лишь пустая трата времени. Вам осталось лишь подчиниться. – сказал король.

- Я спас вам жизнь, и я требую вернуть мне этот долг, как дворянин у дворянина! – громко заявил я, пока в зале повисла тишина.

- Именно поэтому ты не приговорён к казни, глупый мальчишка. И по приговору, ты больше не дворянин и не можешь ничего требовать. – огрызнулся король. Среди дворян при этом вновь начались какие-то обсуждения, но я был слишком сосредоточен на короле, чтобы прислушиваться к ним.

- А если вспомнить, сколько времени вы оставались живы после нашей встречи благодаря мне? – вновь спросил я, хотя Серена с силой давила на моё плечо, явно пытаясь заставить меня замолчать.

- Не понимаю, о чём ты говоришь. – ответил король, а в его глазах появилась тень страха.

- Мы уходим. Раба приведём в день казни, если ваше величество не одумается, хорошо оценив последствия подобного приговора для нашего дома. – громко сказал отец, после чего силой развернул меня и подтолкнул к выходу.

- Нет, он останется здесь. – твёрдо заявил король.

- По какому праву? – спросила Серена, сузив глаза.

- Он преступник и должен быть допрошен. – заявил рыцарь.

- Приходи и попробуй забрать, Юстис. Я, в отличии от тебя, законы нашего королевства знаю наизусть, ведь в принятии большинства участвовал сам. А все в этом зале пусть запомнят тот произвол, что творят Драгонфлайты, ведь подобное может произойти с каждым. – ответил отец и мы направились на выход из зала.

Когда мы подходили к дверям, стража попыталась преградить нам путь, но грозного взгляда отца хватило, чтобы они расступились. Домой нас вернули те же маги, что и привели в замок. Всё то время, что мы шли к кабинету отца, я пытался придумать, как спасти Зефира. Он не виноват ни в чём, кроме того, что был моим слугой. К тому времени, как мы добрались до кабинета отца, там нас уже ожидали Адам, мама и Элеонора.

- Насколько всё плохо? – спросил Адам, когда мы все устроились.

- Анти хотят разжаловать до простолюдина, а Зефира казнить через повешенье. – ответил отец.

- Странное решение. Насколько я помню, в таких делах о слугах, а тем более рабах, даже не вспоминают, ведь они лишь инструмент воли хозяина, а тут будто ради этого всё и затевается. – задумчиво покусывая палец, высказалась Элеонора.

- Тоже так думаю. Согласно нашим законам, даже если бы Анти действительно организовал уничтожение армии, то судили бы только его. – так же задумчиво добавил Адам.

- Мы можем заменить Зефира на какого-нибудь преступника, в крайнем случае? – спросил я.

- Не знаю. Но идея хорошая. Я свяжусь с орденом Первородного, чтобы они помогли разобраться с этой ситуацией. – похвалил идею отец.

- Значит, мы теперь сами по себе? – спросила мама.

- Пока нет. Я дал Сикарию последний шанс подумать, чем грозит ему столь наглое обвинение нашего дома и отлучение Анти от нас. – тяжело вздохнув, ответил отец.

- Однако вам не стоит и забывать, что дворяне служат королю и возможно, Зефиру придётся выполнить свой долг личного слуги. – твёрдо сказала Серена.

- Почему? – спросил я.

- Потому что смерть раба не равна смерти дворянского ребёнка. А ты пока ещё им считаешься и твой раб уже должен быть готов к такому исходу. – не менее твёрдым голосом объяснила она.

- Я не хочу этого. – попытался возразить я.

- Я знаю. Но я тебе напомню, что ты сам мне говорил, что понимаешь разницу между вами, и что когда придёт время, каждый из вас поступит так, как должно в связи с вашим положением. – напомнила она то, о чём я говорил, когда нам разрешили гулять в городе со слугами.

- Но это же несправедливо! – возмутился я.

- Это жизнь дворянина. Мы постараемся спасти вас обоих, но если ставки будут слишком высоки, вы оба должны быть готовы. – продолжила она гнуть свою линию.

- Я понимаю. – лишь ответил я, твёрдо решив всеми силами спасти моего Зефирку.

- Не понимаешь. – вздохнула она, покачав головой.

- Анти, иди отдохни, соберись с мыслями, а я пока свяжусь с леди Карой, и мы подумаем, что можно сделать. Я тебя вызову. – распорядился отец и я, забрав поникшего Зефира, ушёл в свои покои.

Придя в комнату, я никак не мог собраться с мыслями. Всё, что я могу сейчас сделать, это попытаться подменить эльфа кем-то порабощённым и надеяться, что перед смертью с него не снимут клеймо раба и не заставят всё рассказать. Моя способность полностью меняет тело, и после смерти оно не примет свой изначальный облик. Ещё я могу попытаться убежать, но тогда я подвергну всю семью опасности, ведь отец увёл нас, не отдав в руки судебного чиновника, а значит он и отвечает за то, чтобы вернуть нас по первому требованию. Можно поработить кого-то, изменить под меня и оставить тут жить, а самому убежать. Но боюсь, отец на подобное не пойдёт, ведь разоблачить подобное слишком легко, да и Зефир приговорён, а ему это никак не поможет.

- Анти, не переживай так. Я уже давно подготовился к подобному исходу. – дрожавший голос Зефирки вырвал меня из размышлений.

- Почему? – не совсем осознав смыл его слов, спросил я.

- Потому что, если раб становится личным слугой, хозяин всегда может отдать его вместо себя на смерть. Так же, если с хозяином что-то случается – личный слуга в большинстве случаев отвечает своей головой. – тихим голосом объяснил он мне то, что Серена рассказывала несколько раз прежде, чем мне подарили эльфа.

- Я не хочу. – лишь упрямо повторил я.

- Анти, ты и твоя семья отличаетесь от того, что принято в нашем королевстве по отношению к рабам и слугам. – улыбнулся он. – Так что я рад был быть твоим слугой последние шесть лет.

- Зеф, не зли меня пожалуйста. Ты говоришь так, будто ты рад умереть и ждёшь только этого. Я хочу, чтобы ты жил и сделаю для этого всё, что в моих силах. – возразил я, осознав его решимость.

- Хорошо, как прикажете, юный господин. – улыбнулся мне Зефир с таким взрослым выражением лица, что ужасно не соответствует его обычно невинному детскому личику, а потом крепко обнял меня и расплакался.

Я же мог только обнять его в ответ и успокаивающе гладить серебряные волосы эльфёнка, в попытках успокоить это маленькое чудо. Параллельно я продолжил попытки придумать выход из этого тупика. И все мои размышления разбивались о решение короля и законы королевства.

На следующий день отец вызвал меня к себе и объяснил, что Каралиэль ничем не может помочь, ведь всем эльфам запрещено вмешиваться в судьбу эльфов королевской родословной напрямую, а потому она может только с сожалением наблюдать. Я сначала не понял, причём тут какие-то королевские эльфы, но потом отец объяснил, что Зефир является дальним потомком эльфийской королевы-полубогини. И именно подобный запрет не даёт эльфам затребовать освобождение Зефира путём дипломатии. Они могут лишь наблюдать, помогать развиваться советами, но не спасать от рабства, смерти или чего-то подобного. Они даже от переломов и болезней вылечить таких эльфов не имеют права. Что, на мой взгляд, полнейший бред. Но, по её словам, королевские эльфы слишком близки к природе с рождения, и у каждого какая-то важная роль в мире, именно поэтому их судьбе мешать нельзя.

Так же, Кара рассказала, что подменить Зефира не получится, ведь выяснила, что в Бирюзовой Башне гостит один из таких же высших эльфов, как сама Кара. И он сразу раскроет, если будет казнён не Зефир. Отец передал мне письмо, в котором она выражает глубокую скорбь и просит, чтобы я был с Зефиром до конца.

Уйдя от отца, я пересказал Зефиру весь разговор, чем сильно его удивил, ведь он тоже не подозревал о своём происхождении. Потом я ещё раз перебрал все варианты, которые у меня были, и пришёл к ещё одному: использовать способность воскрешения сразу после того, как казнь состоится. Главное — как можно быстрее заполучить моего эльфа после казни, ведь в игре время для воскрешения было сильно ограничено и составляло всего десять минут. Но это я использую только в наикрайнейшем случае, ведь ни разу не пользовался им и не знаю, как оно работает в этом мире.

В полнейшем беспокойстве прошло ещё две недели. За это время я так и не придумал стоящего плана по спасению друга и старался быть с ним ещё больше, чем обычно. Я пересказал все свои мысли Элеоноре, и она пообещала мне поддержку, если это будет в её силах. Хью же лишь много плакал, когда я рассказал ему правду.

И вот, спустя две недели ожидания, за нами вновь прибыли маги башни. Когда нас ввели в тронный зал, тут не было никого, кроме короля и его стражи. Сам король выглядел хмурым и в то же время твёрдым. Стражи в зале было больше, чем обычно и так же присутствовало сразу семнадцать королевских гвардейцев.

- Я вызвал вас, чтобы подтвердить, что приговор останется без изменений. – вместо приветствия сказал король.

- Ты хорошо обдумал последствия? – спросил отец с тяжёлым вздохом.

- Да, хорошо. Я точно знаю, что ради сына ты бы перевернул всё королевство, но вот ради раба и простолюдина ты рисковать не будешь. Так же, ты должен понять, что после произошедшего должен быть виновный и он должен быть наказан. – уверенно проговорил король.

- А ты подумал, что всё это было подстроено? Ты подумал, что если бы не мой сын и его слуга, ты был бы мёртв уже давно? – спросил отец.

- Я уже ответил на этот вопрос. Твой сын жив благодаря тому, что я был ему должен. Пусть и без фамилии. – парировал король.

- У вас нет уважения, нет чести, а теперь нет и достоинства. – вмешался я.

- Десять плетей. – лишь бросил он мне.

- Видимо мой сын прав. – вздохнул отец.

- Мне плевать. Оба приговора будут приведены в исполнение завтра. Гвардейцы, уведите преступников. – практически взвизгнул король.

- Ты совершаешь очень большую ошибку, король. – прямо сказал я, не сопротивляясь, ведь отец покачал головой, давая понять, что не нужно ещё больше усложнять.

- Двадцать плетей. – добавил король, а я лишь ухмыльнулся на его высказывание.

Меня бросили в темницу, из которой я в любой момент могу выйти, но отец запретил мне это делать. Он сказал мне, чтобы я смирился с приговором и что король был прав в том, что идти против всего королевства даже из-за такого хорошего раба как Зефир – глупо. Но я был с ним не согласен и уже решил, что после казни заберу тело Зефира, растворю амулет, что дал выродку, называющему себя королём, и уйду из этого гнилого королевства. Но мои размышления прервал звук приближающихся шагов.

- Приветствую, Антреас. – сказал ухмыляющийся мальчишка лет пятнадцати, похожий на королеву, но со светлыми волосами, как у короля. А рядом с ним стоял мужчина, лет тридцати в мантии Бирюзовой Башни и с капюшоном, надвинутым на лоб, чтобы нельзя было рассмотреть лицо.

- Третий принц Уильям, я полагаю? – ответил я, предположив, что организатор всего этого безобразия решил со мной побеседовать. Ведь раз король сказал, что на нас напал отряд третьего принца, то именно он за всем и стоит.

- Какой смышлёный мальчик. – рассмеялся он.

- Чего ты хочешь от меня? – прямо спросил я.

- Я хочу обменять твоего эльфа на трон. – ухмыльнулся принц.

- И как же я могу помочь? – спросил я, предполагая, что эта мелкая мразь предложит служить ему.

- Ты небось подумал, что я захочу иметь тебя своим слугой? Но нет, ты не прав. – рассмеялся принц. – Я лишь хочу, чтобы ты избавился от того, что сделал четыре года назад.

- Значит, это действительно было твоих рук дело? – ухмыльнулся я.

- Как знать. – вернул он ухмылку.

- Если я избавлюсь от этого воздействия, ты отменишь завтрашнюю казнь? – уточнил я.

- Да, я скажу отцу, что прощаю тебя и попрошу заменить казнь эльфа на изгнание вас обоих, ведь тебе, как выросшему среди дворян, нужен будет слуга, чтобы не умереть в чужих местах без постоянного ухода. – выдал он свой план.

- Я согласен. Мне лишь нужно встретиться с твоим отцом, чтобы со всем разобраться. – согласился я. Меня уже ничто не связывает с королевской семьёй и долгом им. Так что пусть развлекается, как хочет. Только отца нужно будет предупредить о перевороте.

- Чудненько. Я организую вам встречу. Магистр Цетус, возвращаемся. – приторным голосом сказал принц и они удалились под весёлое насвистывание принца. Судя по всему, его настроение сильно улучшилось.

Я же держал в голове два плана: первый, если король будет со мной наедине, я передам ему запись этой встречи и потребую освободить меня и Зефира; второй, я исполню план принца, если это поможет мне спасти Зефира. Однако принц так и не вернулся, а к десяти утра следующего дня меня отвели на получение наказания.

На площади столицы собралось много народу. Причём, простолюдинов среди них не было. Судя по богатым одеждам, тут собрался весь «цвет» общества королевства Онтегро – дворяне с семьями. Я даже заметил несколько человек из побочных семей, носящих нашу фамилию, но почти не связанных с нами. Как обычно: на казнь, как на праздник, ведь других развлечений мало. Пока меня вели, я увидел одинокого отца, стоящего в первом ряду. Я думал, что придёт ещё кто-нибудь из семьи, но видимо отец решил, что лучше им не видеть ни моего наказания, ни моего состояния после того, как убьют моего друга.

Как мне и сказал вчера вечером отец, я не сопротивлялся, когда мои руки заковали в колодки, чтобы обнажить мою спину под плети. Но самое поганое во всём этом, что колодки стояли так, что я буду смотреть прямо на виселицу. А как только палач закончил со мной, привели моего эльфа. Как только я его увидел, мои глаза налились кровью, ведь вся хрупкая фигура эльфёнка была покрыта синяками и кровоподтеками. Его явно пытали. Лишь мягкая улыбка и едва заметное движение головы Зефира из стороны в сторону остановило меня от того, чтобы сжечь тут всё прямо сейчас.

Вскоре на шее моего эльфёнка закрепили петлю, а самого мальчика поставили на бочку из-за его низкого роста. Я слышал гомон толпы, и мнения разделились примерно так же, как на суде. Я взглянул на отца, а тот закрыв глаза так же, как и Зефир, попросил ничего не делать. Ещё минут через пять появился король в сопровождении третьего принца, священника, эльфа с золотыми волосами, как у Каралиэль, и нескольких магов.

Когда я поднял взгляд на принца, он лишь улыбнулся. Кажется, все мои планы провалились. Мне осталось лишь ждать и попытаться забрать тело Зефира после казни и попытаться воскресить его. Надеюсь, что это умение, как и все полученные при перерождении сработает идеально.

Когда королевская свита устроилась, тот же старый рыцарь зачитал тот же свиток с обвинением, добавив только двадцать плетей для меня за личное оскорбление короля. А потом начались удары. Даже мне было трудно сдерживаться, чтобы не проронить ни звука. Но я смог это сделать, хоть и слышал скрежет собственных зубов при каждом ударе. Я не отрываясь смотрел на короля, а тот стыдливо отвернулся от меня, что не укрылось от зрителей и я всё чаще стал слышать, что происходящее несправедливо и не походит на наказание для дворянина.

После двадцатого удара я чувствовал, как кровь капает с моей спины на деревянный пол, но так и не проронил ни звука и продолжил смотреть на того, чью жизнь спасать не стоило. Однако, даже после двадцатого удара меня не освободили, что уже являлось нарушением протокола. Как только закончилось моё наказание, принц выступил с речью, говоря, что прощает мне моё невежество, признаёт, что уже полученного мной достаточно, и предлагает королю проявить милосердие за годы верной службы моей семьи и сменить приговор для Зефира на изгнание обоих. И пусть его речь была явно хорошо отрепетирована, с чётко выверенными паузами и изменениями голоса, и многие аристократы согласились с принцем, король лишь отмахнулся от него, сказав, что решение окончательное и обжалованию не подлежит. На лице принца отразилось сильное удивление, и он со страхом посмотрел на меня. А я решил уничтожить весь их поганый род, ведь это всё результат махинаций этого самого принца.

Тем временем, палач подошёл к виселице Зефира и по сигналу короля дёрнул за рычаг. Я никогда не забуду безмятежной улыбки моего эльфа в этот момент. Все звуки стихли для меня, и я услышал отчётливый хруст, когда его шея была сломана. А после его быстрой смерти на площади воцарилась тишина. Король стал нести какой-то бред про то, что я теперь не принадлежу к дворянам и семье Голдхарт, и вообще, желательно чтобы я свалил на все четыре стороны, подальше от королевства. А я понял одну простую вещь – раз я теперь свободен, то и семье они ничего предъявить не смогут.

Тогда я разорвал колодки, что сковывали мои руки, и пошёл к Зефиру. Король что-то начал кричать, но меня это уже не волновало. Ко мне бросились гвардейцы, но были сожжены потоками лавы. Я бросил взгляд на отца, а он кивнул мне, приложив руку к сердцу, прощаясь навсегда, и направился в сторону выхода с площади. Он подтвердил, что раз я больше не дворянин, я могу делать всё, что захочу. Он понял, что я не собираюсь успокаиваться и мирно уходить.

Я же подошёл к виселице, сжёг её огнём и забрал тело Зефирки. Я вызвал барьер из ветра, чтобы никто не мешал. Я смог разглядеть, насколько измученным он был перед смертью. Я никогда не прощу никого из тех, кто в этом повинен. Я очистил Зефира магией, залечил все его раны и активировал заклинание, открыв все свои чувства, связанные с Зефиром, и попросил духов жизни вернуть мне моего друга.

Моя мана начала уходить бешенными темпами, и я почувствовал, что заклинание сработало, а также потерю чего-то в глубине меня. Однако разбираться с этим времени не было, ведь ни дыхания, ни биения сердца эльфа я не почувствовал. Зефир был мёртв, как и до применения магии. Я попытался ещё раз. Я вновь почувствовал потерю и то, что заклинание сработало, но Зефир не вернулся. Все мои надежды разбились в дребезги, а по щекам потекли слёзы.

- Что ты с ним сделал?! – закричал я на короля, которого окружили гвардейцы.

- Его казнили. Всё по приговору, ничего больше. – ответил он, с вызовом глядя на меня.

- Я подтверждаю, принц Зефир исполнил свою судьбу и теперь с королевой. – добавил эльф, стоящий рядом с королём и смотревший на происходящее с полным безразличием.

- Я использовал магию воскрешения! – закричал я, повернувшись к нему.

- Увы, на эльфах королевской родословной это не работает. Ещё ни разу за последние три тысячи лет никому не удавалось воскресить их. – пожал плечами эльф.

- Тогда вы все сейчас сдохнете. – тихо сказал я, обняв друга в последний раз, убрав тело Зефира в хранилище и вытерев слёзы с лица, чтобы не доставлять удовольствия этим мразям своим горем.

- Стража, убить его! – закричал король, а дворяне, что наблюдали за всем как за интересным представлением, начали пятиться назад.

Я мгновенно облачился в свои лучшие доспехи и призвал своё оружие, решив показать этим тварям их место, а потом запустил «Цепь молний» в ближайших рыцарей. Но тут же почувствовал сильное давление, а молния лишь оглушила моих противников. Обернувшись на появившийся шёпот, я увидел, что с левой стороны помоста вышло десять человек в рясах, что постоянно что-то шептали, направив на меня свои посохи. А судя по тому, как духи потеряли возможность полноценно делиться со мной силой, это что-то влияющее или на них, или на духовную энергию.

Тогда я использовал обыденную магию, чтобы избавиться от новой угрозы, но несколько криков «Антимагия» подавило и эту часть моих сил, не дав «Столпу света» поглотить священников. С правой стороны, на помост поднялось десять старых магов в бирюзовый мантиях, направив на меня палочки, жезлы и посохи. Но да ладно, тогда придётся делать всё голыми руками, решил я и бросился прямиком на короля. Дорогу мне преградил ещё один гвардеец, однако они хоть и сильны, но не всегда могут справиться со скоростью и внезапностью, что доказали предыдущие, сожжённые лавой, а потому я просто вызвал из своего инвентаря над гвардейцем огромный валун и раздавил его.

- Ну что, Сикарий Драгонфлайт, готов к смерти от простолюдина, каковым ты меня сделал? – спросил я, приблизившись к королю, убив ещё троих обычных стражников. При этом я заметил, что принц уже спокойно уходил, вместе с эльфом и своим ручным магом.

- Ты должен понимать, почему я это сделал. – лишь сказал этот идиот, непонимающе глядя на меня.

- Ты полный дурак, что плясал под дудку своего третьего сына! Он вчера приходил ко мне, чтобы я лишил тебя защиты, которую дал четыре года назад! А сейчас мне уже плевать на всё. Я уничтожу и тебя, и его, и весь ваш поганый род вплоть до последнего младенца! – в ярости прокричал я, объяснив этому придурку, что он совсем не подходит на роль короля.

- Стой, это всё меняет, поэтому давай всё решим спокойно! Я могу вернуть тебе и твои привилегии и даже дать более высокий титул! Я даже закрою глаза на сегодняшние убийства! Я верну тебе всё! – стал кричать король, пока я пробивался через его охрану, а маги и жрецы не могли ему помочь, боясь прерваться и вернуть мне мою магию. Мне же нужно действовать быстро, пока не подоспели новые гвардейцы, взамен убитых.

- Ты вернёшь мне моего друга? Ты умеешь воскрешать королевских эльфов, чего небыло уже три тысячи лет? – спросил я, напомнив ему слова ушедшего эльфа.

- Это же всего-навсего раб! Чего ты так переживаешь из-за него?! – возмутился этот глупец.

- Он был мне как брат! – закричал я.

- Я дам тебе других эльфов! Я знаю торговца, что предоставит тебе хоть тридцать, хоть сорок эльфов, раз ты их так любишь! Ты сможешь собрать себе целый отряд из них и пользоваться как хочешь! – продолжил он нести чушь, что всё больше приводила меня в ярость, а на краю слышимости я различил ропот, поднявшийся на площади. Я больше не мог терпеть и отдался ярости. После чего тут же прыгнул на короля, опустив на него топор и молот.

Но, к сожалению, король не зря является королём нашего довольно военизированного королевства. В его руках появился светящийся длинный меч, которым он отбил мой удар. Я стал наносить удар за ударом, но он их все отклонял или парировал, хоть и с трудом. Пока пытался добраться до короля, я почувствовал опасность слева и инстинктивно пригнулся, а над моей головой просвистел светящийся синим светом меч. Обернувшись, я увидел трёх гвардейцев.

- О, очередные трусы, что решили толпой справиться с ребёнком. – громко рассмеялся я.

- Мы не трусы. У нас приказ – защищать короля. Ничего личного. – ответил тот, что чуть не зарубил меня.

- Вы такие же поганые трусы, как и те, что напали на меня во владениях моего отца с пятью десятками прихвостней! Теперь они все кормят червей и вас я отправлю туда же! – ответил я ему, пытаясь придумать, как избавиться от магов и жрецов, что мешают мне.

- Антреас, если ты успокоишься, мы всё решим мирно и накажем виновных! – снова услышал я голос короля.

- Ты умеешь воскрешать лучше меня? Или ты готов наказать себя за глупость? – громко спросил я не оборачиваясь.

- Нет, но остальное я обещаю тебе выполнить! Подумай о семье, что с ними будет? – так же громко спросил он, а я вновь парировал меч одного из трёх гвардейцев.

- У меня нет семьи! Ты отнял у меня семью! Ты своим указом пять минут назад произнёс отречение от меня всем королевством! Не смей их сюда примешивать. Я действую по собственной воле против глупого тирана! – в ярости возразил я. Я уже еле мог держать себя в руках и резко обернулся к нему, попытавшись прибить этого глупца ударом с разворота.

- Ты не посмеешь! – услышал я голос, а потом на меня сзади навалился гвардеец, повалив на пол, не дав закончить задуманное.

- Я вас всех отправлю в ад, чтобы отомстить за то, что вы сделали! – крикнул я, используя «Всплеск молний». Пусть эффект и очень ослаблен, но этого хватило, чтобы отбросить гвардейца от меня. А потом я вызвал своих двух элементалей. На них сила жрецов не должна так действовать, как на остальную духовную магию, ведь подпитываются они от маны, накопленной в моём измерении и собранной в тотеме.

Появившиеся элементали лавы и земли направились к магам и жрецам, чтобы избавиться от них, а я бросился к откинутому гвардейцу. Прежде, чем он смог встать, я разбил о его лицевой щиток пузырёк с мощной кислотой. В этот же момент я почувствовал два резких удара в спину и то, как они пробили мой доспех. Опять эти мерзкие пробивающие атаки! Я мгновенно сменил доспех на другой и материализовал бутылку с зельем лечения перед моим лицом. Держа её телекинезом, я откупорил бутылочку и начал пить, параллельно с этим оборачиваясь на новые угрозы.

- Убейте его. Он обезумел. – отмахнулся король.

- Не более, чем ты, дурачина. – огрызнулся я, вновь отбивая одновременную атаку двух гвардейцев.

Эти двое стали действовать синхронно и подавлять меня благодаря превосходству в росте и почти равной силе. А так как моя магия ещё не восстановилась, это означает, что элементали пока не справились. Оба гвардейца снова атаковали одновременно, косыми ударами с разных сторон, и я принял их на оба своих оружия. Они вложили достаточно силы, чтобы уронить меня на одно колено, но я всё ещё мог удерживать их.

Я вызвал десяток мифриловых кинжалов из инвентаря и телекинезом отправил их в головы гвардейцев. Они отшатнулись от меня и стали отбивать кинжалы, используя свои зачарования. Этим гадам потребовалось всего пять секунд, чтобы сломать мои кинжалы, разрубив их пополам. Я же успел выпить по зелью маны, выносливости и лечения. Разобравшись с кинжалами, они вновь стали подавлять меня своей силой. Тогда я перешёл к последнему средству и вызвал перегрузку, чтобы была возможность избавиться от них, но тут же почувствовал резкую боль, которую не смогла сдержать даже ярость, и увидел кончик светящегося синим меча, торчащий из моей груди.

- Эх, жаль, попался. – сказал я, сплёвывая кровь. Кажется, основному сердцу конец. Но это не значит, что конец и мне.

Я резко нырнул в сторону, убрав оружия в инвентарь, из-за чего два гвардейца, что подавляли меня, потеряли равновесие. А потом, не обращая внимания на торчащий в груди меч, вырванный из чьих-то рук, я размозжил голову одного из гвардейцев молотом, а топором отрубил второму правую руку, вновь призвав оружия. Потом я дотронулся до меча, торчащего в груди, и смог убрать его в инвентарь. Но вот подлечиться мне не дали: только что вызванный тотем сразу же был разрублен одним из подбежавших гвардейцев. И тут же на меня снова кинулся первый гвардеец, с обожжённым лицом и свалил с ног.

- Отвали от меня! – закричал я, пытаясь спихнуть его с меня.

- Нет. У меня приказ. – лишь ответил он.

- Чтож, если мне суждено остаться тут, то я заберу у тебя возможность жить нормально, подаренную мной четыре года назад. – сказал я, протянув руку в сторону короля и растворив яркую брошку, что была у него на груди. – Желаю тебе подохнуть в муках.

- Мне жаль. – прошептал этот идиот.

А потом я увидел, как ко мне подходят оставшиеся гвардейцы и один из них заносит меч над головой. Я увидел голубую вспышку и для меня всё потемнело.