— Ладно. Передохнём немного. Все хорошо поработали.

— У-а-а... выжила.

Ртансье рухнула на землю.

Ветер, дувший из-за облаков, стирал с нас пот.

Мы сидели на разрушенной колыбели.

Из шестигранных столбов, из которых дочиста вытянули души, больше не рождались гиганты.

Пространственные врата к следующей точке сияли прямо перед нами.

— Сколько ещё осталось? Два раза?

— Кто знает... Но в одном можно не сомневаться: к Истоку мы подошли очень близко.

Абель пробормотал это, кивая.

Вид у него был такой, будто на него вылили синюю краску.

И не только у него — то же самое было со всеми нами.

Пока мы уничтожали семнадцать городов, мы перебили столько лысых, что и не сосчитать.

«Интересно, как теперь выглядит поверхность».

Наверняка красиво, будто на холст выплеснули краску.

Король до сих пор не показывался.

Если он молчит, даже пока его подчинённые дохнут пачками, значит, задница у него и правда тяжёлая.

С каждым убитым гигантом, с каждым разрушенным городом, с каждыми пройденными пространственными вратами мы приближались к Истоку.

— Почти как в прошлом. Ощущение становится таким же, как тогда, когда я подошёл к нему вплотную.

— Да, пожалуй, я тоже понимаю, о чём ты.

Я был согласен.

Даже плотность воздуха здесь была совсем иной.

По сравнению с этим местом мерцающая мана, которую я чувствовал в обычном мире, была почти ничем.

С каждым вдохом я ощущал, как в тело проникают частицы — сам источник силы гигантов.

Ртансье сказала:

— По-моему, гигантов становится всё меньше. Может, они уже сдались? Или у них просто больше не осталось сил...

— Да с чего бы. Раз их так резко поубавилось, значит, они просто сменили тактику. Наверняка собрались в одном месте и ждут, пока мы придём. Мы же уже даже план на такой случай составили — чего ты питаешь пустые надежды?

— Уу... да, наверное, так и есть.

Ртансье понуро опустила голову.

Магией она создала в центре нашей группы маленький костёр.

Тёплый жар отогревал остывшие тела.

Я перевёл взгляд на двух здоровяков, которые тёрли руки у огня.

— Ну а вы? Нормально?

— Да. Наоборот, чем дальше, тем лучше.

— Чёрт... что вообще намешано в твоей крови?

Пантасион кивнул.

Судя по тому, что Орсе ворчал как обычно, с ним тоже всё было в порядке.

И хорошо.

А то я не зря так старательно сдавал кровь.

— Хорошо, что подействовало как надо. Судя по тому, что лысины у вас не появились, побочки тоже нет.

— Но больше не надо. Сила, добытая не собственными руками, однажды обязательно навлечёт беду. И ты тоже прекрати проливать кровь ради нас.

Взгляд Пантасиона остановился на моём предплечье.

Место, откуда брали кровь, было туго обмотано грязным бинтом.

Бой с лысыми затянулся и оказался куда ожесточённее, чем я ожидал, так что я раздал всем по зелью, сделанному из разбавленной моей крови — зелью, конечно, это называлось только на словах, по сути я просто смешал её с водой.

Раз уж на Абеля это подействовало, я решил на всякий случай дать и остальным — и чёрт знает, что за магия тут сработала, но у всех троих навыки заметно выросли.

И у Ртансье, которая и раньше понемногу пила мою кровь, тоже.

Может, дело в том, что концентрация стала выше?

— Да я и так больше не собирался вам давать, придурок. Думаешь, моя кровь — это какая-то добавка?

— А мне без разницы. Чем больше, тем лучше будет отдача от вложений. Вот если бы ты дал мне целую бутылку чистого... кх!

Я врезал кулаком в солнечное сплетение несущего чушь Абеля.

Бормоча проклятия, он повалился вперёд.

Если честно, мысль была не такой уж плохой, но кто знает, какую хрень выкинет дядюшка из параллельного мира, если вернёт себе силу времён расцвета.

Вскоре повисла тишина.

Мы дремали или просто смотрели в пустоту, смакуя эту редкую передышку, словно дождь после засухи.

Не знаю, было ли это частью какого-то зловещего замысла или попыткой усыпить нашу бдительность, но раз нам дали передышку, было вполне естественно ей воспользоваться.

Внезапно Ртансье, смотревшая в огонь, заговорила:

— ...Если мы убьём Короля великанов и разрушим Исток, наступит мир?

— Наверное. Хотя ту тварь, Акашу или как там её, тоже придётся поймать и прикончить.

— Простите.

— С чего вдруг?

— Просто... я слишком сожалею.

Её голос был влажным.

Она оторвала взгляд от огня и повернулась ко мне.

— Господин Ронан. Если честно, сейчас я немного счастлива.

— А я-то думаю, что за намёки. Ты, случаем, не из тех, кому нравится, когда их бьют?

— Я, я знаю, что это звучит странно. Но что мне делать, если уже сам факт того, что я жива и дышу, делает меня счастливой? Люди ведь способны быть благодарны даже за такие само собой разумеющиеся вещи. Так зачем прежняя я творила всё это — ради какого там богатства и почестей? Что такого в этой вечной жизни...

Похоже, она раскаивалась в злодеяниях, которые совершила как часть Небюлы Клазиэ.

Стоявший рядом Пантасион тоже с горечью жевал губу.

Молча глядя на неё, я протянул руку.

— Ртансье.

— Господин Ронан...

Ртансье натянуто улыбнулась.

По её выражению было видно, что она решила, будто я собираюсь погладить её по голове.

Ну, в каком-то смысле так и было.

Ладонь, тянувшаяся к её макушке, сжалась в кулак.

Бам!!

С резким щелчком кисти я саданул Ртансье по макушке.

Не открывая глаз, она завопила и покатилась по земле.

— А-а-ай!

— Только сейчас дошло? Сразу видно злодейку. Ты прямо быстро спохватилась с угрызениями совести.

— М-моя голова! У меня сейчас голова расколется!

— Не прикидывайся несчастной. Для раскаяния в былых злодеяниях вы зашли слишком далеко. Не трать силы на бесполезные сожаления, думай только о том, что надо сделать сейчас.

Сожаления в нынешней ситуации не помогали ни на йоту.

Я поднялся, запахивая ворот.

Ртансье каталась по земле и зло смотрела на меня.

Да, сейчас нам скорее нужна была именно такая злость.

— Как ни крути, кроме Орсе, вы тут все ублюдки. А человеку, который уже стал псом, остаётся только одно — засыпать землёй то дерьмо, которое сам же и навалил. Вот когда уборка закончится, тогда и будете разводить разговоры про счастье и прочую чушь.

— Справедливо сказано.

Уголок губ Пантасиона приподнялся.

Следом за ним один за другим поднялись и остальные.

Даже эта короткая передышка заметно пошла нам на пользу.

Проведя ладонями по лицу, я шагнул к столбу света.

— Ну что, пойдём ставить точку.

***

Лишь пройдя ещё пять пространственных врат, мы добрались до цели.

Проход через врата гигантов ощущался совсем не так, как пространственное перемещение.

До момента, когда перед глазами всё заливает белизной, ещё похоже.

Но стоит шагнуть в столб света, как всё тело охватывает неописуемое чувство.

Будто падаешь в бесконечную Бездну — а может, наоборот, взмываешь к недосягаемым небесам.

У самых ушей без конца звучит непонятный шёпот.

Как ни странно, тошнота не подступает.

И пока ты переживаешь этот странный промежуток времени, в какой-то миг обзор внезапно проясняется.

Некоторое время я молча смотрел вперёд, а потом присвистнул.

— ...Наконец-то прибыли.

Каждая деталь пейзажа говорила о том, что здесь и есть конец нашего пути.

Вдали бурлило скопление света — вероятно, тот самый Исток.

Скопление ослепительно-белого сияния пульсировало, как сердце живого существа, и извергало мерцающую ману.

— То, что там, — это Исток, верно?

— Да. Точно он.

Абель кивнул.

Разрушить это — вот в чём заключалась конечная цель нашего отряда.

Но ни по расстоянию, ни по чему-либо ещё задача лёгкой не казалась.

Вторым доказательством было кружащееся над нами небо.

В отличие от всего, что мы видели до этого, воющие спиралью облака напоминали тайфун, если смотреть на него сверху.

Всякий раз, когда вспыхивала молния, в небе появлялась и тут же исчезала гигантская тень.

Место было жуткое до дрожи — казалось, вот-вот оттуда что-то выскочит.

Последней из врат вышла Ртансье и тихо ахнула.

— ...А.

— Надо же, даже не визжишь. Я думал, ты сразу в обморок рухнешь.

— ...Если бы голова болела хоть немного меньше, я бы точно завизжала.

Она прикусила нижнюю губу.

В её больших глазах заблестела влага.

Третье доказательство тоже оказалось в небе.

В тот самый миг, когда собрались все.

— Вы... после всего, что натворили, думали, что сможете вернуться живыми?

Прогремел величественный голос.

Хотелось понять, кто именно это сказал, но сделать это было непросто.

Я откинул чёлку и коротко усмехнулся.

— А вас тут собралось немало.

— Надменные смертные.

От этого сияния болели глаза.

Шум крыльев был таким оглушительным, что, казалось, барабанные перепонки вот-вот лопнут.

Я медленно огляделся.

По сторонам, вверх, вниз.

Куда ни падал взгляд, везде были крылатые лысые.

Бесчисленные гладкие лысины отражали наши лица.

Без шуток, казалось, сюда слетелись вообще все гиганты этой звезды.

Кроме одного-единственного.

Я поймал взгляд какого-то лысого и заговорил:

— А где ваш король?

— Какая дерзость. Он не считает, что стоит тратить себя на таких ничтожеств.

— Ничтожества, значит... И вы всё ещё несёте эту чушь, даже когда всё дошло до такого?

Я невольно рассмеялся.

Ртансье, побледневшая как полотно, уставилась на меня так, словно я окончательно спятил.

На лицах Абеля, Пантасиона и Орсе тоже явно читалось напряжение.

Я снова откинул чёлку и продолжил:

— Эй, а разве не смешно?

— Смешно?

— Ага. Вы ведь всегда были теми, кто топтал других. Когда скучно — уничтожали чужие звёзды, жрали души так, что даже мёртвым не давали покоя... так и разрослись как раса. С такими врождёнными силами вы, наверное, ни разу и не чувствовали угрозы. Если подумать, я даже начинаю понимать, почему у этого ублюдка Абеля однажды съехала крыша.

— И к чему ты сейчас клонишь?

— Меня эта ситуация просто до чёрта забавляет. Сам факт, что всё перевернулось. Ну как оно — огребать от смертных, которых вы считали хуже букашек?

Хотелось сказать это с мрачной торжественностью, но я не смог сдержать ухмылку.

Ответ последовал мгновенно.

— Всё это лишь временное отклонение. Такие, как вы, никогда не станут для нас угрозой.

— Да ну?

— Жалкое зрелище — вы всё ещё мелете языком, пытаясь продлить свою хрупкую жизнь... Хватит. Примите конец в соответствии с естественным порядком.

В его тоне даже звучало что-то вроде жалости.

В тот миг, когда безликий лысый закончил говорить, все окружавшие нас гиганты одновременно вытянули руки.

Белые частицы со всех сторон стекались к их ладоням и начали сгущаться.

У одних они принимали форму копий и клинков, у других — молний.

На наших глазах рождалось оружие, способное разнести нас на части.

Абель почти шёпотом сказал:

— Эй. Мы правда пойдём по этому плану?

— Конечно. У нас есть другой выход? К тому же всё совпало ровно с расчётом.

— Ну ты и псих. Совсем поехавший ублюдок.

Абель с отвращением покачал головой.

Похоже, мой план не нравился ему даже сейчас, когда всё дошло до такой стадии.

Впрочем, кости уже были брошены, и сделать он всё равно ничего не мог.

Гиганты заговорили хором:

— Встретьте конец.

— Встретьте конец.

— Встретьте конец.

Ртов было так много, что казалось, будто заговорил сам мир.

Похоже, нам тоже пора было начинать.

Орсе, мельком обернувшись, ждал момента, рыча, как зверь.

Стерев усмешку с лица, я показал им средний палец.

— Да пошли вы к чёрту. Сразу предупреждаю: не остановите нас — вы сгинете.

— Жалко смотреть. Вы всё ещё верите, что может случиться такое чудо...

Гигант не успел договорить.

В тот же миг, как я рванул вперёд, тело Орсе вздулось и стремительно разрослось.

Ква-а-а!

В одно мгновение превратившись в чёрного дракона, он выдохнул в небо пламя.

— Сгиньте! Мусорные твари!

— Я... я тоже больше ни за что не отвечаю!

Небо окрасилось в красный.

Охваченные пламенем гиганты забились в агонии.

Остальные тоже одновременно двинулись в бой.

Телекинез Ртансье взорвался во все стороны, сотрясая поле боя.

Виииик!

Пантасион метнул топор.

Двулезвийный топор, увеличившийся вместе с его телом, описал широкую дугу и располосовал гигантов.

Усиленный моей кровью удар теперь был настолько мощным, что четырёхкрылых гигантов разрубало пополам одним махом.

В считаные мгновения десятки гигантов погибли или лишились возможности сражаться.

— Бесполезно.

Но в рядах врага не возникло ни малейшего смятения.

Гигантов было слишком много.

И как бы ни была велика сила моих спутников, началась расплата.

— Пусть свет звезды поглотит вас.

— Продолжайте атаковать!

Гиганты швырнули оружие, которое держали в руках.

С неба хлынул дождь из копий и молний.

Барьер Ртансье отбил часть удара, но этого было слишком мало.

Одно копьё всё же прорвалось сквозь защиту и уже почти достигло Ртансье, которая в этот момент вела речитатив заклинания.

Шрх!

Разрубленное надвое копьё рассыпалось в воздухе и исчезло.

То же произошло и со следующими снарядами.

Оружие из молний и света, одно за другим, разбивалось, так и не добравшись до нас.

На миг исчезнув и появившись вновь, Абель тяжело дышал.

— Ха-а... проклятый ублюдок... ха... если всё провалится, я тебе этого не прощу!

Перехват и защита были его задачей.

Абель двигался со скоростью, за которой не поспевало даже восприятие, и отбивал атаку, льющуюся, как штормовой вал.

За одну секунду он разрубил двадцать один снаряд — все те, что в ином случае должны были вонзиться в Орсе и Пантасиона, — и скрипнул зубами.

— Чёрт, ещё далеко?!

Я не ответил.

Потому что, как он и сказал, было ещё далековато.

Хотя, казалось, вот-вот доберусь.

— Хорошо. Хорошо. Продержитесь ещё немного.

— Погоди. Ты...

Гигант, которого я использовал как опору, вздрогнул.

Вместо ответа я взмахнул мечом.

Безголовое тело рухнуло вниз.

Пока остальные отвлекали внимание, я прорывался сквозь строй врага, продвигаясь к Истоку.

Внезапно один шестикрылый лысый выдал растерянный возглас.

— А где... ещё один?

— Придурок. Долго же до тебя доходило.

Похоже, до этого тупицы только сейчас дошло.

Не обращая на него внимания, я продолжил рваться вперёд.

С каждым прыжком расстояние до Истока сокращалось.

— Ну что, прибавим ещё.

— Угх...!

Мышцы бёдер вздулись.

Ква-а-анг!

Плечо гиганта, в которое я впечатался как в ступень, глубоко вмялось.

Ветер ревел у самых ушей.

Тварь поспешно обернулась, но я уже был далеко впереди.

Вот так всё и шло.

Я двигался так быстро, что они толком даже не успевали понять, что происходит.

Такой трюк был возможен только потому, что они стояли слишком плотным строем.

— Кх...!

— Что...

Тех гигантов, что мешались под ногами, я тут же рубил на месте.

Синяя кровь брызгала во все стороны.

Вскоре Исток был уже примерно в трёхстах шагах.

Пульсирующее скопление света становилось всё ближе.

Можно было сказать, что дальше начиналась зона, где они даже понимая всё уже не могли меня остановить.

Позади раздался встревоженный крик.

— Это уловка! Остановите его...!!

В тот же миг взгляды всех лысых устремились на меня.

Все атаки, которые прежде были направлены на моих спутников, хлынули теперь на меня.

Но сбить меня было совсем не просто.

На таком хаотичном поле боя никто не мог остановить меня, пока я продвигался вперёд, скрываясь между телами, куда более крупными, чем моё.

Гремели взрывы, воздух рвали оглушительные раскаты.

Поражённые своими же промахнувшимися ударами, гиганты один за другим падали вниз.

Конец наступил быстро.

Шух!

За гигантом, которого я срубил одним ударом, открылся Исток.

— Прибыл.

— Нет!

Раздался отчаянный вопль.

А я, не обращая внимания, взмахнул мечом.

Полумесяц, сорвавшийся вдоль траектории клинка, уже готов был рассечь Исток надвое, как вдруг все волосы на моём теле встали дыбом.

В тот миг, когда я, ощутив жажду убийства, вскинул взгляд к небу,

Ква-а-а-а-а!

из облаков, разрывая их, рухнул огромный двуручный меч — больше иной постройки.

Я едва успел.

Моя энергия клинка, заблокированная плоскостью того меча, взорвалась.

— Наконец-то соизволил явиться.

Разрушить Исток не вышло, но я не особенно жалел.

Я этого и ожидал.

Когда у него вот-вот сердце лопнет, мог ли он сам не припереться?

С самого начала было ясно: таким чудовищным оружием орудует только один.

Я перевёл взгляд в пустоту перед собой и усмехнулся.

— Надо же, умирать тебе, выходит, всё-таки не хотелось. А ещё король.