— Проходите, проходите. Вам уже примерно объяснили, что происходит?

— Так точно! Как вы и приказали, мы принесли весь запас крови!

Солдаты, услышав вопрос Лорхона, ответили во весь голос. За пространственными вратами, из которых они вышли, простиралась снежная равнина, над которой бушевала метель.

Это был 2-й корпус Союзной армии, штурмовавший северные филиалы Небюлы Клазиэ. Хохотнув, Лорхон махнул рукой, приглашая их внутрь.

— Хорошо. На холоде не стойте, заходите скорее, погрейтесь. Кратир, с юга тоже уже почти все собрались?

— Да, учитель. Почти все прибыли.

Кратир кивнул. Трое пространственных врат, раскрытых перед ним, вели в душные джунгли.

На этот раз из них непрерывной вереницей выходили войска Союзной армии, отвечавшие за южные филиалы. Командующий южным корпусом отдал честь.

— По вашему приказу вернулись.

— Благодарю за службу. И спасибо, что откликнулись на столь внезапный сбор.

Кратир почтительно склонил голову. Оттого, что ему впервые за долгое время пришлось потратить такое количество маны, лицо у него заметно осунулось.

Лорхон и Кратир, двое из всего континента, кто владел пространственной магией, без передышки искажали и разрывали пространство, собирая в одном месте войска, рассеянные по всему материку. Вот что значило то самое «открыть».

— А здесь всё по-прежнему… хм?

Навирозе, впервые за долгое время оглядывавшая родную землю, приподняла бровь. Из хвоста колонны выходил знакомый мужчина.

— Джародин?

— Давно не виделись.

Мужчина поднял руку в знак приветствия. Впалые щёки, иссохшее тело, из-за которого прозвище «вэр-гусеница» подходило ему как нельзя лучше. Это и вправду был Джародин — маг земли высшего уровня и её старый недруг. Подойдя тяжёлой поступью, он остановился перед Навирозе.

— Неплохо выглядишь. И этот твой дурацкий меч всё такой же.

— …А где Суня? Почему ты пришёл один?

Навирозе нахмурилась. Его жены, которая всегда была рядом, нигде не было видно. Пусть её и вернули к жизни, ей всё ещё требовалась помощь.

— Я попросил Башню Полнолуния взять её под защиту. На условии, что, когда всё закончится, я снова вернусь на пост верховного мага башни.

— Ты же говорил, что больше никогда не будешь работать с этими дуболомами. Смелое решение. Похоже, в этот раз ты уверен, что не пожалеешь?

— Я просто сделал более рациональный выбор. Если мы проиграем здесь, на этом всё и кончится. А раз уж всё равно приходится сражаться, лучше уж сражаться за мир, в котором сможет жить моя жена.

Сказав это, Джародин замолчал. Вместо ответа Навирозе лишь усмехнулась. Его лицо было не менее суровым, чем тогда, когда они когда-то вместе бились насмерть в великих джунглях.

— Гляди-ка, и такие разумные слова говорить научился.

— Слишком поздно поумнел. Ладно, я пойду к Бальзаку.

— Хм?

— Я о нём и не думал особо, но, когда услышал, что он умер, на душе стало паршиво. Ты тоже не вздумай умирать.

Договорив, Джародин вдруг повернулся к ней спиной. Навирозе невольно вспомнила о его отношениях с павшим Бальзаком. Кажется, Джародин называл его соперником, с которым так и не успел свести счёты. Похоже, удар оказался сильнее, чем можно было подумать.

Если подумать, и у неё тоже был человек, связанный с ней похожими отношениями. В их случае всё, правда, уже было решено.

Навирозе ненадолго задумалась, глядя вслед уходящему Джародину, когда над её головой упала огромная тень.

— Вот уж неожиданно. Я-то думал, ты из тех, кто твердит, будто женат на мече, а ты, оказывается, прятала где-то такого дохлого любовничка.

— Продолжай нести чушь. Я с тебя шкуру сдеру и шубу сошью.

Навирозе зарычала и обернулась. Как и ожидалось, позади неё, заложив руки за спину, стоял Зайпа. На зажатом в его чёрной руке гуаньдао всё ещё густо блестела кровь гиганта.

Вопреки ожиданиям, перед последней битвой его лицо не было искажено ядовитой ненавистью. Напротив, оно казалось поразительно спокойным. Навирозе спросила:

— Спокоен как никогда. Неужели забыл свою ненависть?

— Я просто решил не злиться на то, что само собой разумеется. Так этих насекомых убивать куда проще. Когда давишь тараканов или комаров, ты ведь не впадаешь в ярость.

Зайпа ответил совершенно сухо. По одному этому можно было понять его отношение к Небюле Клазиэ. Он выглядел опасно хрупким, на грани, но Навирозе подумала, что у него есть на это полное право. Она криво улыбнулась.

— …Понятно. Вот как.

— Кстати, я видел тебя раньше. Ты стала ещё сильнее. Теперь и правда уже не скажешь наверняка, кто победит.

Зайпа хрипло хохотнул. Он говорил о том, что видел в бою с гигантом Басагией. И правда, владение мечом у Навирозе по сравнению с тем временем, когда проходил второй поединок за титул Святого меча, выросло скачком.

— Ещё бы. Наслаждайся своим местом до конца этой битвы.

— Третий вызов мне ещё никто не бросал… Но, как и всегда, я не откажусь от того, кто приходит сам. Только тебе стоит поторопиться.

— Почему?

— У меня уже есть одна назначенная схватка. И, если что-то пойдёт не так, боюсь, я проиграю именно там.

Вдруг Зайпа вытянул палец и указал в самую середину поля. Навирозе перевела взгляд. Шуллипен сидел на одинокой выступающей скале и медитировал.

— ……

Он успокаивал сердце перед тем, как отправиться спасать Ирил. Рядом с ним, точно спящий зверь, лежал Пейл Лорд — драгоценный меч дома Грансия. Глаза Навирозе сузились.

— Та назначенная схватка… это…

— Да. С этим щенком.

Зайпа криво усмехнулся. Шуллипен сидел неподвижно, но эта неподвижность была обманчивой. Даже на таком расстоянии от него исходило жуткое, подавляющее убийственное намерение.

«Вот, значит, что такое холодная ярость».

Казалось, вокруг Шуллипена, с самого его тела, завывал северный ветер. Зайпа покачал головой, словно его это уже утомило.

— Последние несколько месяцев я наблюдал за ним рядом. Настоящее чудовище. Готов поклясться, в ближайшую тысячу лет второго такого таланта не появится.

— А если сравнить его с Ронаном?

— А… точно, был же ещё и тот щенок. Тут уже и не разберёшь, кто выше.

Щёлкнув пальцами, Зайпа задумался. Навирозе вздохнула и подняла взгляд к небу. Она всё ещё боялась, что Шуллипена может поглотить гнев, но вместе с тем не могла не гордиться им.

«Когда он успел так вырасти?..»

Заходящее солнце бросало закатный свет на пустошь. Для летнего вечера воздух был необычно прохладным. Со всех сторон доносились голоса тех, кто готовился к последнему бою.

— Осторожнее, ни капли не пролейте!

— Даже когда рассвет вернётся, времени сделать ещё уже не будет!

Оставшиеся на месте солдаты торопливо переносили разбавленный раствор, сделанный из крови Ронана. Раз уж это, по сути, будет последняя решающая битва, запасов решили не оставлять. Телеги, которые предстояло использовать и в штурме главной цитадели, обшивали бронёй из чёрного железа и мифрила, превращая их почти что в настоящие танки.

Лязг! Лязг! Лязг!

Со всех сторон разносился звон бьющегося о металл железа. Кузнец Дорон, не отрываясь от работы, протянул руку в сторону.

— Дидикан. Подай вон ту железную пластину.

— Держи. Ну и дела, дожил же я до того, что вижу старика за такой работой.

— И ты не ленись. Это вполне может быть наша последняя ковка.

— Тьфу, не каркай. Пока я тебя не превзойду, умирать не собираюсь.

Дидикан захихикал и протянул ему пластину. Только смех у него, как обычно, не был по-настоящему беззаботным. Дорон сделал вид, будто не замечает скрытого в нём страха, и принял железо.

— Да. Надеюсь, так и будет.

— И в этот раз всё точно закончится хорошо… А? А этих ребят я давно не видел.

— М?

— Ну, друзей Ронана. Смотри-ка, какими бравыми стали.

Уголки губ Дидикана поползли вверх. Его взгляд остановился на Марье и Аселе, которые как раз воссоединялись. Выйдя из пространственных врат, Марья замахала рукой и крикнула:

— Асел!

— Ма, Марья?!

Асел вздрогнул и резко втянул воздух. Неслась к нему, разметав по плечам свою львиную гриву, несомненно, Марья. Точно, она ведь говорила, что отправилась на северный фронт в составе снабжения.

С тех пор как началось полномасштабное уничтожение Небюлы Клазиэ, они виделись впервые. В одно мгновение сократив расстояние, Марья крепко сгребла Асела в объятия.

— Уб… д-дышать…

Асел задёргал руками и ногами, лишившись возможности вдохнуть. В волосах Марьи, вернувшейся с Севера, ещё белели крошки снега. Засмеявшись, она ухватила его за щёки двумя указательными пальцами и потянула в стороны.

— Я слышала, как ты там себя показал. Это было просто невероятно! Да, сейчас не время радоваться, но всё равно невероятно!

— Б-больно…

— Тебя ведь тоже отправляют на этот бой, да?

Похоже, она каким-то образом снова услышала о его подвигах в битве с Басагией. Асел, издавая сквозь смех почти плачущий звук, кивнул.

— У… угу.

— Не волнуйся, я тебя прикрою! Никто не помешает твоей магии!

Сказав это, Марья потёрлась носом о нос Асела. В тот же миг его лицо застыло. В отличие от улыбающихся губ, в её глазах открыто читались страх и тревога.

— Всё правда будет хорошо. Мы ведь уже почти дошли до конца. Не может же теперь что-то случиться, да?

— Марья…

И правда, было бы куда страннее, если бы, зная, насколько опасны гиганты, она совсем не боялась. Асел и сам ещё совсем недавно дрожал от страха.

Но почему-то, увидев лицо Марьи, он вдруг успокоился. Почему — он и сам не понимал. Накрыв её ладони своими, Асел мягко улыбнулся.

— Спасибо. Я тоже тебя защищу.

— Ч-что?..

Голос Асела совсем не дрожал — совсем не так, как обычно. Марья, будто поражённая, застыла с открытым ртом, а потом отвернулась.

— Ты чего это вдруг?

Ухо, выглядывающее из-под волос, налилось красным. Осознав, что сказал нечто до крайности смущающее, Асел поспешно разжал руки.

И вдруг откуда-то раздался раскатистый хохот.

— Вахаха! Хорошо-то как. Именно в безнадёжных ситуациях любовь и прорастает!

— Браум?

Асел и Марья одновременно обернулись. Перед ними стоял гогочущий лысый усач. Закованный в латный доспех и вооружённый огромным щитом, Браум теперь уже вполне походил на настоящего рыцаря.

— Что, ты тоже идёшь в бой?

— Ну и вопрос. Мы же вообще-то все из одной Союзной армии. Сражаться, чтобы спасти мир от гибели — для рыцаря есть ли честь выше этой?

Браум со стуком ударил себя кулаком в грудь. В этот миг рядом мягко приземлилась темноволосая девушка с чёрно-фиолетовым отливом. Это была Эржебет, юная госпожа дома Акалусия. У всех троих округлились глаза.

— Эржебет?

— Давно не виделись, все. Рада, что вы выглядите здоровыми.

Она приветствовала их с присущим ей благородством. Будучи выдающейся магессой, она, как и Марья с Браумом, была отправлена в Башню Рассвета и помогала магам башни поддерживать Союзную армию. Асел спросил:

— А… а как же Башня Рассвета? Без тебя там всё в порядке?

— Конечно нет. Как только начнётся наступление, я сразу вернусь. Свитки я тоже принесла.

— Т-тогда зачем ты вообще…

— Да что с тобой такое? Почему ты всё время спрашиваешь такие вещи?!

— А-а-а!

Эржебет внезапно вспылила. Увидев, как она буквально зашипела, словно рассерженная кошка, Асел в ужасе отпрянул. Эржебет резко бросила:

— Я просто волновалась и пришла посмотреть на вас! Разве друзья не могут так сделать? Или вы, может, вообще не считаете меня своей подругой?

— Н-нет…! Считаем. Конечно!

— Хм. Вот и хорошо.

Эржебет довольно прищурилась. Впервые на памяти Асела из её уст прозвучало слово «друзья». Неужели чем ближе конец, тем откровеннее становятся люди? Осмотревшись по сторонам, она продолжила:

— Тот вор… нет, господин Ронан, похоже, ещё не вернулся… А где старшая сестра Адешан?

— Вон там, совещается с госпожой Навардодже. Что-то затянулось.

Асел указал пальцем на шатёр в углу поля. Внутри кое-как поставленной временной палатки шло совещание главных командиров.

Союзная армия уже почти закончила подготовку к последнему наступлению. Все пространственные врата, ведущие в разные части континента, тоже были закрыты.

Только Кратир по-прежнему стоял посреди поля с закрытыми глазами и бормотал какое-то заклинание. По его лицу катился холодный пот — дело явно было нечисто. Асел уже хотел было сказать что-то ещё, как вдруг:

— Ху-у-уп!

Кратир открыл глаза. Глубоко вдохнув, он широко развёл руки и хлопнул в ладони.

Хлоп!

Звонкий звук прокатился над полем. Эржебет, ощутив чудовищное движение маны, резко обернулась.

— Э-это ещё что?..

Пространство искажалось. Пейзаж перед глазами вдруг разорвался сверху вниз, и в разломе начал проступать вид на какой-то лес и озеро. Догадаться было нетрудно. Асел шумно втянул воздух.

— Н-неужели то, что он собирался открыть, было…

Бескрайнее море леса, плотное так, что и шагу не ступить, несомненно, было видом на Райский лес. Огромное озеро, открывшееся сверху, отражало белоснежное небо, затянутое облаками.