— …Почему вас тут так много?

Несмотря на раннее утро, кухня была забита знакомыми лицами. Он ведь никому ничего не говорил, так что оставалось только гадать, как они вообще сюда попали. Заметив его, Ирил радостно воскликнула:

— А! Ронан, ты проснулся!

— Старшая сестра, что тут вообще происходит?

— Хи-хи, я и сама не знаю. Кроме твоих друзей, все приходили по одному и почти в одно и то же время.

Ирил объяснила, что каждый пришёл отдельно, сам по себе. То есть не по чьему-то приглашению, а просто потому, что подумал о Ронане и решил навестить его. Прислонившаяся к стене Навирозе, скрестив руки на груди, заговорила:

— А что тут удивительного? Мой ученик отправляется в долгое странствие.

— Точнее, не в странствие, а на снятие проклятия. Вот потому-то у мечников вместо мозгов мышцы… кха-а!

В следующий миг локоть Навирозе исчез из виду. Бах! — раздался глухой удар, и Джародин рухнул на пол. Наблюдавший за этим Барен Панасир мягко улыбнулся.

— Ха-ха, вы двое совсем не изменились. Приятно посмотреть.

— Барен…

— Я слышал, путешествие может оказаться долгим. Как и сказала инструктор Навирозе, в такой день было бы странно не прийти.

Барен стоял, чуть согнувшись, чтобы ненароком не снести головой потолочный светильник. В этот момент из-за его спины к Ронану нерешительно подошёл мальчишка.

— Я… я поздно вас поблагодарил.

— А, Валус. Как ты?

Это был Валус — в прошлом сослуживец Ронана по штрафному корпусу и браконьер. Теперь он выглядел куда опрятнее, так что Ронан с трудом узнал его. Валус что-то мямлил себе под нос, а потом вдруг у него на глазах выступили слёзы.

— Эй, я спросил, как ты, а не почему ты тут сырость разводишь. Тьфу.

— Мне… мне кажется, я впервые в жизни понял, ради чего вообще стоит жить. Правда, я даже не знаю, как вас благодарить…

— Ну надо же… Барен, да вы его лучше выкиньте. Куда такой размазня годится?

— Хо-хо, Валус — превосходный помощник. Он и правда очень хорошо справляется.

Барен положил руку Валусу на плечо. Говорили, что с тех пор, как тот начал ему помогать, скорость работы Барена выросла почти вдвое. Во всяком случае, такая судьба была куда лучше, чем снова стать браконьером и угодить в штрафной корпус. Усмехнувшись, Ронан хлопнул Валуса по спине.

— Продолжай в том же духе. Молодец.

— Да. Непременно…!

Валус согнулся чуть ли не пополам. У очага вовсю шла подготовка к еде. Ирил, протягивая тарелки с едой Шуллипену, сказала:

— Господин Шуллипен! Не могли бы вы поставить это на стол? Осторожно, горячее.

— По… нял.

Шуллипен деревянным движением принял у неё тарелку. В какой-то момент на нём даже появился передник — зрелище было поистине выдающееся.

«Ну и картина. Звезда Империи таскает тарелки по указке простолюдинки».

Если бы с помощью машины Дидикана можно было сделать с этого рисунок, его наверняка продали бы за бешеные деньги. Марья, закатав рукава, с лёгкостью подхватила котёл со stew.

— Давайте сюда, сестрица. Я сама отнесу.

— Ух ты, Марья, ты и правда очень сильная…!

Ирил восхищённо распахнула глаза. Асел, Марья и остальные члены Элитного клуба приключений, словно так и надо, помогали ей накрывать на стол.

— Асел, спасибо, что тоже пришёл! И как здорово, что ты теперь тоже живёшь по соседству!

— Д-да! Мне тоже очень нравится!

По их собранному виду было понятно, что пришли они, наверное, задолго до преподавателей. Никто ведь их не просил — просто вечно они суют нос куда надо и куда не надо. Ронан тоже уже хотел было помочь.

— Хм?

В поле зрения попалась знакомая девушка. Её тёмно-фиолетовые волосы торчали во все стороны, будто она только что поднялась с постели. Даже перенося посуду телекинезом, она неотрывно смотрела на лицо Ирил.

— Кто бы мог подумать, что на свете есть кто-то красивее сестрицы Адешан…

Это была Эржебет — юная госпожа великого дома Акалусия. На её воротнике поблёскивал знак Башни Рассвета, подаренный Ауном Филой. Ронан приветливо махнул рукой.

— Эй, давно не виделись.

— А, Ронан…!

Только теперь Эржебет будто очнулась и вздрогнула. Несколько мгновений она смотрела на Ронана, а потом поспешно отвела глаза. В памяти всплыло, как она мазала зельем его обнажённое тело.

— …Я просто пришла за сестрицей Адешан! И вовсе не знала, что здесь будет старший сын дома Грансия.

— Ясно. Спасибо. Нелегко было, наверное, встать в такую рань.

Ронан добродушно улыбнулся. Эржебет, теребя губы, пробормотала голосом не громче писка:

— …Я слышала. Будьте осторожны.

Уши, выглядывавшие из волос, покраснели. Отвернувшись, она снова принялась расставлять посуду. И тут прямо у Ронана за спиной прозвучал голос:

— А тебе везёт с женщинами.

— Старшая?

— И все красавицы.

Ронан обернулся. Адешан в переднике лучезарно улыбалась. Не убирая этой улыбки, она сказала:

— Всё готово. Давай скорее есть.

Ронан невольно дёрнулся. Она улыбалась, но при этом как будто не улыбалась вовсе. Голос у неё тоже был странно приглушённый — казалось, она злится.

— …Вы случайно не сердитесь?

— Нет. С чего бы мне сердиться?

— Тогда хорошо. Когда я вернусь, давайте снова сходим на тот холм.

Глаза Адешан расширились. Помолчав немного, она ответила уже мягче:

— …Да.

Увидев, как её лицо разгладилось, он почему-то почувствовал облегчение. Навирозе, молча наблюдавшая за ними, тихо хмыкнула.

— Хоть немного, но продвинулся.

Когда с приготовлениями было покончено, все расселись вокруг стола. Место Ронана оказалось между Ирил и Адешан.

Глядя на знакомые лица, он подумал, что правильно сделал, перебравшись в Столицу. Будь они всё ещё в доме в Нимбертоне, все тут бы просто не поместились.

В огромном котле аппетитно булькало картофельное рагу. Широко раскинув руки, Ирил воскликнула:

— Эхе-хе, спасибо, что все собрались ради моего братика. Ешьте побольше!

— С удовольствием.

Шуллипен механически зачерпнул рагу — так началась трапеза. По его темпу было ясно, что об остатках можно не беспокоиться. Сначала по очереди высказались преподаватели.

— Счастливо съездить, Ронан. И не забудь: когда вернёшься, мы договорились тренироваться вдвое больше.

— Ну конечно, варвар есть варвар: вместо того чтобы подбодрить, сразу угрожает. Если с твоей маной что-то случится, я тут же приму меры, так что езжай спокойно.

— Возвращайтесь поскорее. Нам ведь ещё проводить следующее клубное мероприятие. Кстати, это рагу и правда из картошки? Уж больно вкусное.

Барен, Навирозе и Джародин подбодрили его каждый по-своему и дали свои советы. Следующей была Ирил. Она неуклюже откашлялась и, посмотрев Ронану в глаза, заговорила:

— Кхм-кхм, Ронан. Я слышала, что это опасно, и долго думала… но решила не останавливать тебя. Я ведь старшая сестра и не могу подрезать крылья своему младшему.

— Старшая сестра…

— Просто пообещай, что обязательно вернёшься. Этого достаточно.

На лице Ирил не осталось и следа улыбки. Такой серьёзной он её видел впервые в жизни. Ронан молча кивнул.

— Обещаю.

— Эхе-хе… спасибо.

Только теперь Ирил мягко улыбнулась. Вытерев глаза рукавом, она поцеловала Ронана в щёку. Следом свои слова поддержки сказали члены клуба, Эржебет, Валус и Адешан — по очереди.

— Я буду ждать здесь. Вернись, добившись того, чего хочешь.

После слов Адешан в комнате повисла тишина. Горло у Ронана так сдавило, что, похоже, без пары слов о своей решимости он уже не смог бы спокойно есть дальше. Проглотив жеваное рагу, он открыл рот.

— Ну… это…

Ронан потянул с ответом. Казалось, он хотел сказать многое, но ничего не вспоминалось. Будто в глаза вдруг попала пыль — они защипали. Несколько мгновений он смотрел в потолок, а потом снова опустил голову.

— Всем вам спасибо.

Ронан криво усмехнулся. Как ни думал, слов лучше всё равно не находилось. Вскоре трапеза продолжилась. И, как он и ожидал, от приготовленного Ирил картофельного рагу не осталось ни ложки.

***

Закончив с простыми проводами, Ронан тут же отправился на снятие проклятия. Только члены Элитного клуба приключений и Сита дошли с ним до самого входа в Сепарачио, который находился в кабинете Джародина. Асел, чуть не плача, спросил:

— Р-Ронан… ты ведь скоро вернёшься, да?

— На твоём месте я бы на это не рассчитывал. Самое меньшее — пробуду там месяц.

Ронан хихикнул. Наполовину это была шутка, наполовину — правда. После таких пышных проводов вернуться через день-два было бы совсем уж нелепо. Взъерошив Аселу волосы, он оглядел остальных членов клуба.

— Я раньше не успел сказать, но… правда, всем вам спасибо. Живите как следует.

— Не… беспокойся.

— Ухаха! Да перестань говорить так, будто собрался помирать!

— Обязательно возвращайся. Не вернёшься — я тебя убью.

— пья…!

Сита потёрлась мордочкой о его щёку. Последней точкой в прощании стали душащие объятия Марьи. Единственным, кто не сказал ни слова, был Шуллипен. Ронан нахмурился.

— Ну и мерзкий ты тип. Дотащился аж сюда — и ещё строишь из себя невесть что?

— Я и без того знаю, что ты вернёшься. Хотелось бы, чтобы ты вернулся поскорее, пока тело не утратило форму.

— Да ну тебя.

Ронан сухо усмехнулся. Внезапно посерьёзнев, он широким шагом подошёл к Шуллипену. Приблизив лицо так, что их носы почти соприкоснулись, Ронан произнёс:

— Многого от тебя не прошу.

Его глаза цвета заката колыхались, будто полыхали огнём. Но даже под этим свирепым взглядом, словно готовым разорвать на месте, Шуллипен не дрогнул. Помедлив немного, Ронан продолжил:

— Береги мою старшую сестру.

— Клянусь.

Шуллипен тяжело кивнул. Ронан хлопнул его по плечу и развернулся. За спиной тут же посыпались слова поддержки. Тёмный коридор проглотил его удаляющуюся фигуру.

— Пришёл.

— Простите. Немного задержался.

Едва он вышел из коридора, перед ним открылся Сепарачио. Первым делом в глаза бросился ставший куда сложнее магический круг.

Геометрические узоры покрывали не только пол, но и стены с потолком. Секрит, всё ещё принявший облик девушки, встретил его у входа.

— Нет. Быть любимым — замечательно.

Секрит раскатисто рассмеялся. Он знал, какие проводы устроили Ронану. Ронан не стал это отрицать и просто кивнул.

— Это верно.

— Хорошо, что ты честен.

— Значит… вот это вы собираетесь засунуть мне в голову?

Подбородком Ронан указал на центр библиотеки. Там в воздухе пульсировал чёрный ком, напоминавший сердце демона.

Это и было принявшее материальную форму проклятие, которое Ронану предстояло снять на этот раз. Секрит с мрачным видом кивнул.

— Да.

— Как и в прошлый раз, мне нужно будет просто зарубить источник моего проклятия?

— Именно. Как и тогда, ты узнаешь его с первого взгляда.

Секрит объяснил, на что следует обратить внимание во время снятия проклятия. Он подчеркнул, что, хотя заклинание и было усовершенствовано, а его стабильность выросла, дело всё ещё оставалось опасным.

— Мана-камень, который ты принёс, настолько хорош, что в середине ритуала ничего не развалится. Теперь всё зависит только от тебя.

— Как и всегда. Я готов.

— Тогда начинаем.

Ронан сел под чёрным комом в позу лотоса. Секрит положил ладонь ему на лоб.

Фааа…!

Из магического круга, покрывшего библиотеку, хлынул яркий свет. Огромный ком начал сжиматься, пока не стал совсем маленьким, а затем потёк в голову Ронана.

— Кххх…!

— Я буду ждать твоего возвращения.

От леденящего ощущения, будто его мозг окунули в ледяную воду, Ронан стиснул зубы. Из уст Секрита лился речитатив заклинания, похожий на песню.

Ронан почувствовал, как сознание постепенно уплывает. Не в силах справиться с накатившей, словно прилив, сонной волной, он закрыл глаза. Это был миг, когда оборвалась последняя нить, удерживавшая его разум.

.

.

.

— Вставай, нищий ублюдок!!

Совсем рядом прогремел яростный окрик. Ронан открыл глаза. По обе стороны обзора высились деревянные строения. В узком голубом небе неторопливо плыли похожие на перья облака.

— Это ещё где?..

Ронан заметил, что лежит на земле. Судя по ломоте в спине, пролежал он так довольно долго. Угрюмые тени кругом подсказывали, что это, скорее всего, задний переулок какого-то города или деревни.

— Мечей… нет.

По привычке он потянулся к поясу, но ни одного из двух клинков там не оказалось. Взгляд зацепился за руки — они были чуть крупнее, чем раньше.

«Значит, я благополучно вошёл в мир образов?»

Но тут ему прямо в лицо плеснули чем-то холодным.

— Тьфу!

Плюх!

Вонючая жидкая грязь затекла в глаза и ноздри. От такой внезапной атаки Ронан резко вскочил на ноги.

Из-за земли в глазах всё плыло. И в тот же миг что-то твёрдое врезалось ему под скулу. Бах! Голова дёрнулась в сторону, а крепкая хватка вцепилась ему в ворот. И тот же голос, полный злости, снова прозвучал у самого уха:

— Эй, нищеброд! Тебе сказали вставать, не слышал?! Это наш район, так что проваливай отсюда в другое место!

— Ах ты ж дрянь…

Откинув со лба волосы, Ронан повернул голову. Какой-то толстый и грязный мальчишка тряс его за ворот. По виду — самый настоящий оборванец, тут и спорить было не о чем.

На дрожащем подбородке складками висел жир, забитый грязью. Рядом с ним хихикал ещё один мелкий паршивец — до того тощий и щуплый, что его можно было принять за зверолюда-водомерку.

— Пфе-хе-хе, глянь, как его всего вымочило.

Оба лица почему-то казались смутно знакомыми.

«Где я уже видел этих гадёнышей?»

Ронан снова повернул голову. Свиноподобный мальчишка фыркнул так, будто не верил собственным глазам.

— Ого, ещё и пялишься? Да ты вообще знаешь, кто я… кха!

Не успел он договорить, как кулак Ронана врезался ему прямо в рот. Хрясь! Ощущение было такое, будто он раздавил ракушку; в воздух брызнули сломанные зубы.

— И-и-ик…!

Лицо водомерки мигом окаменело. Прикрывая рот обеими руками, свинтус пошатнулся и закричал:

— П-погоди… хгх!!

Бах!

Ронан сразу же врезал ему ногой в бок. Отлетев к противоположной стене, свинтус рухнул на землю. Руки даже не понадобились — сунув обе ладони в карманы, Ронан принялся топтать его ногами.

— Ах ты мелкий оборванец. Я тебе дружок, что ли?

— вииизг! П-пощади!

— И визжишь, как свинья.

— П-пожалуйста…! Я ошибся! Хватит…!

Ронан не ответил. Не выдержав побоев, свинтус пустил пену изо рта и отключился. Только тогда Ронан прекратил пинать его.

— Фух… вот ведь невезуха.

Только вошёл в мир образов — и уже получил ведро грязи в лицо да ещё отхватил по морде от какого-то нищего. Хуже вступления и не придумаешь. Приспустив штаны, Ронан облил мочой бесчувственного свинтуса. На миг его посетила тревожная мысль, не мочится ли он сейчас и в реальности тоже, но вскоре он махнул рукой.

«Да ладно. Секрит сам как-нибудь всё уберёт».

Голова всё ещё была тяжёлой, так что сперва следовало разобраться в происходящем. Водомерка стоял как статуя и молча таращился на это побоище. Закончив своё дело, Ронан повернулся к нему.

— Закурить есть?

— А-а-а-а-а!

Водомерка с воплем сорвался с места и убежал. Очень скоро он исчез за пределами переулка.

С обоих концов переулка лился яркий свет. Доносились цокот подков и шум людских голосов.

— Ну-ка посмотрим…

Забрав из кармана свинтуса монеты, Ронан двинулся вперёд. Как только он вышел из заднего переулка, сверху на него хлынул яркий солнечный свет.

— …Это же…

Ронан огляделся. Пейзаж деревни показался ему странно знакомым. И деревянные дома с острыми крышами, и довольно широкая дорога, и дорогие на вид кареты, то и дело проезжавшие мимо, — всё это он уже где-то видел.

Наконец память вернулась, и Ронан тихо пробормотал:

— Так это… деревня, где я когда-то явился с повинной.