Маркус Гринграсс, как и все остальные, был впечатлен объяснением использования тренировочных волшебных палочек и на мгновение забыл о своей неприязни к мальчику, который, как он думал, начал дружить с его дочерьми. Но, услышав его слова о том, что он самостоятельно добавил в неё заклинания, его неприязнь вернулась в полную силу.

«— Прошу прощения.» — высказался лорд Гринграсс, привлекая внимание окружающих. «- Но ты сказал, что добавил заклинания первого года в волшебную палочку?»

«— Да, а почему вы спрашиваете?» — осторожно подтвердил Гарри, не забыв, какие взгляды бросал на него этот человек, поэтому ожидая подвоха.

«— Да ничего такого, просто мне стало любопытно, вот и все,» — небрежно пожал плечами мужчина. «- Я слышал о твоем магическом таланте.» — Гарри съежился от слов этого человека, твердо пообещав заставить Сириуса заплатить за его последнюю шутку. «-И надеялся, что ты устроишь нам небольшое представление. Я хотел бы лично убедиться, насколько легко ты умеешь колдовать.»

«— Конечно.» — коротко ответил мальчик, доставая волшебную палочку.

« - Гарри, сделай то, что ты показывал мне и Айви вчера.» — взволнованно попросила Айрис.

Довольный тем, что у него есть способ заставить ее улыбнуться, он небрежно вытянул руку, выписывая палочкой восьмеричный узор, и тихо произнес «Папильонс». В результате появилась большая группа разноцветных бабочек, вызвав удивленные возгласы не только у молодых девушек вокруг него, но и у взрослых.

Гарри ожидал такой реакции от девочек, но взрослые оказались для него полной неожиданностью.

« — Что?» — спросил он, оглядываясь всех пожилых людей вокруг.

Именно Маркус ответил ему.

«— Заклинанию, которое ты так легко применяешь, не учат до конца третьего курса.» — если бы этот человек не был так самоуверен, Гарри бы позабавило выражение неохотного уважения на его лице. «— То, что ты можешь наколдовать одну бабочку, не говоря уже о десятках, — замечательный подвиг для твоего возраста.

«— О… ну, это круто, я думаю.» — небрежно ответил он, как будто выполнял заклинания, которые выходили далеко за пределы его возраста каждый день. Что он, сам того не ведая, и делал. «- Ну что, остался хоть кусочек торта?»

*****************************************

На следующее утро после дня рождения Айрис наступило первое сентября. Обычно веселый и деятельный дом Поттеров имел мрачное настроение, которое разделяли и его обитатели. Причиной этой внезапной перемены был тот факт, что самый молодой Поттер мужского пола должен был уехать в Хогвартс сегодня утром.

Прошло всего полтора месяца с тех пор, как Гарри изменился, но за это короткое время мальчик стал огромной частью жизни каждого члена семьи. Хихикающая Айви в его объятиях, Айрис, прислонившаяся к нему, когда они вместе читали, обсуждения Джеймса с ним квиддичных команд, и его обычные объятия для Лили, когда она была рядом. Все это были лишь некоторые из обычных событий, которые они хотели испытывать каждый день, но знали, что ничего этого не будет до рождественских каникул.

В это утро все Поттеры встали рано, намереваясь провести вместе как можно больше времени, прежде чем Гарри придется отбыть на вокзале Кингс-Кросс. Когда они все собрались на кухне, то не ожидали, что почувствуют такую неловкость.

Стряхнув с себя эту странность, виновник подошел к плите и начал готовить еду. Он только начал, когда Лили и, ко всеобщему удивлению, Айрис присоединились к нему. Джеймс тоже попытался пристроиться рядом, но все трое быстро отклонили его предложение, отчего разразились тихими смешками, которые длились, совсем недолго, потому, что вскоре неловкое чувство вернулось.

Трапеза была приготовлена и вскоре почти подошла к концу.

«— Папа.» — мягко позвал Гарри, привлекая внимание всех сидящих за столом, кроме Айви, которая разместилась у него на коленях, слишком поглощенная своим блином, чтобы кого-то слушать. «- Я хотел спросить, сможем ли мы пройти через барьер, когда прибудем на платформу?

«— Не имею ничего против.» — согласился Джеймс, радуясь, что хоть кто-то наконец заговорил. «- Но есть ли какая-нибудь причина, по которой ты хочешь воспользоваться именно этим способом, вместо того чтобы аппарировать напрямую?»

Покраснев, Гарри ответил.

«— Я просто хочу узнать, каково это - пройти через барьер.»

Услышав его ответ, мужчина понимающе кивнул. Он не понаслышке знал, что такое желание попробовать что-то новое.

«— Я помню, как в первый раз прошла через него, и была уверена, что врежусь прямо в стену.» — заговорила Лили, немного приободрившись при мысли о свой первой поездке в Хогвартс. «— Большинство людей находят такой способ немного нервирующим, но я не могу отрицать, что когда мне сказали, как попасть на платформу, я очень хотела попробовать это сама.

«— Я тоже хотела бы попробовать.» — вступила в разговор Айрис, пытаясь улыбнуться, но в результате состроила непонятную гримасу.

«— Ну что ж, тогда мы аппарируем в переулок рядом со станцией Кингс-Кросс и оттуда двинемся дальше.» — подвел итог Джеймс.

После слов главы семейства снова воцарилась тишина, которая, казалось, стала еще хуже. Таким образом, остаток их трапезы и закончился.

Гарри, видя, что все поели, взмахнул палочкой, убирая беспорядок. Как только это было сделано, он бросил быстрый Темпус, показывая всем, что сейчас 9:54.

«— Тебе лучше пойти за своим сундуком. Если мы не отправимся в ближайшее время, все лучшие купе будут заняты.» — посоветовала Лили. «— Пока ты принесешь свои вещи, я приведу Айви в порядок.

«— Я не грязная.» — тут же взвизгнула девочка. Она, как и большинство детей ее возраста, была довольно неряшливым едоком. Добавьте к этому моменту, что ее любимое блюдо блины, пропитанные сиропом, и вы получите одну липкую маленькую девочку. В данный момент ее пухлые щечки были покрыты золотистым веществом, а руки выглядели не намного лучше.

«— Нет, не грязная.» — подтвердил Гарри, останавливаясь, чтобы поцеловать ее в щеку. «— Просто очень сладкая.»

Взяв ее на руки, он отнес малышку к матери, прежде чем наклонился и поцеловал Лили в щеку.

«— Пойду возьму свои вещи.» — бросил мальчик через плечо, направляясь к выходу из кухни.

«— Подожди секунду.» — остановил его Джеймс, вставая. «— Я пойду с тобой, мне нужно кое о чем с тобой поговорить, прежде чем мы уйдем.

«— Хорошо.»

Они молча направились в комнату наверху. Гарри не мог не задаться вопросом, о чем же хотел поговорить с ним отец.

Войдя в свою комнату, мальчик подошел к изножью кровати, где все еще стоял его сундук, и с помощью волшебной палочки быстро уменьшил его, прежде чем положить в карман.

«— Вот и все.» — повернувшись к отцу, стоявшему у закрытой двери, Гарри по решительному выражению его лица понял, что Джеймс принял какое-то решение.

«— Я все еще нахожу удивительным, насколько ты хорош в магии.» — удивлено покачал головой мужчина. «— Заклинание, которое ты только что использовал, проходят на третьем курсе.

Гарри знал, что это все равно что лгать своей семье, каждый раз, когда он творил магию перед ними, заставляя их верить, что это его природные способности. Но если быть честным с самим собой, то ему было все равно. За годы учебы в Хогвартсе он сделал то, что не смогли бы сделать даже великий Альбус Дамблдор или сумасшедший Том Риддл. По мнению Гарри, похвала, которую он получал каждый раз, когда творил магию, выходящую далеко за рамки того, что должен уметь в своем возрасте, по праву принадлежала ему после всего через что он прошел.

«— Ты не должен удивляться, папа.» — покачал головой Гарри, видя, что его отец был напряжен из-за чего-то. «- В конце концов, я сын своей матери.» — он надеялся, что его маленькая попытка пошутить успокоит отца.

Джеймс невольно усмехнулся, увидев, как сын пренебрежительно смотрит на него.

«— Именно так.» — согласился мужчина. «- Именно поэтому я знаю, что ты можешь сделать то, о чем я тебя попрошу.»

Призвав два стула, Джеймс сел, и Гарри последовал его примеру.