Министр был прав в одном: Кубок огня выглядел гораздо более впечатляющим, когда был активирован, хотя по – прежнему, особого энтузиазма по поводу турнира в Хогвартсе, на который могли бы надеяться организаторы, не наблюдалось, поскольку подавляющее большинство студентов оказались гораздо более заинтересованы в матчах по квиддичу. В данный момент в Кубке было, вероятно, больше имен из Дурмстранга и Шармбаттона, чем из Хогвартса.

Теперь, когда Дамблдор вернулся в замок, ужин проходил в напряжении, и многие его с радостью пропустили бы, но поскольку сегодня за главным столом сидела министерская делегация, Гарри чувствовал себя обязанным хотя бы присутствовать на церемонии.

Когда Кубок начал искриться, министр торжественно поднялся со своего места.

«- По мере того, как приближается момент выбора, все, что мне остается сказать, — это удачи тем из вас, кто вписал свои имена.»

Вспыхнув пламенем, артефакт выплюнул первый кусок опаленного пергамента, который мягко поплыл к министру магии. Теперь все глаза оказались устремлены на Корнелиуса, когда он прочел имя.

«- Чемпион Шармбаттона… Флер Делакур.»

Красивая блондинка поднялась и царственно направилась к своей директрисе, сопровождаемая вежливыми аплодисментами, которые заглушали рыдания тех ведьм, которых не выбрали.

Пламя выплюнуло второй кусок пергамента, и все снова замерли в ожидании имени.

«- Чемпион Дурмстранга… Виктор Крам.»

Болгарские студенты подняли невообразимый шум, когда парень шагнул вперед, хотя он не выглядел слишком счастливым, стоя рядом с Дамблдором.

Теперь осталось только узнать имя чемпиона хозяев турнира, и кубок не заставил народ долго ждать.

«- Чемпион Хогвартса… Седрик Диггори.»

Когда очередная волна шума стихла, ученики заметили, что министр все еще смотрит на кубок.

Зная, что артефакт должен был погаснуть после выбора последнего участника турнира, Корнелиус почувствовал, как у него внутри все сжалось от ужаса в предчувствии проблем. И действительно, из чаши вылетел четвертый кусок пергамента, прежде чем пламя, наконец, погасло.

Дрожащей рукой Фадж выхватил из воздуха имя еще одного чемпиона и прочел вслух написанные на нем два слова.

«- Гарри Кроу.»

Слова министра вызывающе повисли в воздухе, и никто не знал, что делать, пока гневный голос Падмы не нарушил выжидательное молчание.

«-Что здесь происходит? Мы все знаем, что Гарри никогда бы не поместил свое имя в эту дурацкую чашку. Может ли кто-то просто подойти и кинуть любое имя туда?»

« -Не знаю, Мисс Патил. Однако вы можете быть уверены, что данный инцидент будет тщательно расследован. Центурион Кроу, не могли бы вы пройти к нам?» – растерянно попросил Корнелиус.

Когда Гарри поцеловал нервничающую Гермиону и шагнул вперед, Альбус внес предложение, впервые открыв рот за этот вечер. «-Может быть, нам стоит обсудить ситуацию где-нибудь в более уединенном месте?»

Которое было тут же отвергнуто Августой. «-У нас в Хогвартсе так больше не принято. Это касается всех в этом зале, пусть они услышат, что происходит. Гарри, я уже знаю ответ, но все-таки должна задать вопрос. Ты бросал свое имя в кубок или попросил кого-то сделать это за тебя?»

Понимая, в каком положении женщина оказалась, Кроу ответил леди Лонгботтом теплой улыбкой. «- Нет мадам, мое отношение к турниру всем хорошо известно. Я не хочу иметь с ним ничего общего.»

«-Конечно, он так скажет…»

Подросток прервал Амбридж прежде, чем она успела закончить фразу. «–Я бы поостерегся на твоем месте называть меня лжецом. Ты не смогла справиться со мной на дуэли, когда мне было двенадцать, и до сих пор носишь на руке напоминание об этом. Что заставляет тебя думать, что сейчас что-то изменилось?»

Долорес сунула покрытую шрамами руку в карман и также оказалась под пристальным взглядом министра. «- Никто в этом замке не сомневается в твоих словах, Центурион. Я пригласил вас сюда, чтобы определить наши дальнейшие действия.»

Как организатор турнира, Амбридж должна была сказать это. «- С человеком, чье имя выпало из Кубка, заключается обязательный магический контракт. Он обязан участвовать, иначе потеряет свою магию.»

Ее слова вызвали вздохи ужаса по всему залу, мадам Максим казалась особенно расстроенной. «- Почему нам раньше не сказали об этом? Если бы я знала, то никогда не подпустила бы своих учеников к такому опасному артефакту.»

Корнелиус и Амос, казалось, боролись за право придушить Долорес за то, что женщина бросила их в эту передрягу, но Кроу высказался первым. «- Магически обязывающий контракт? Ты серьезно или просто сказала не подумав?»

«-Таковы правила…»

«-Ты хочешь спорить о контрактах с гоблином? Тогда ты, должно быть, действительно глупа. На мой взгляд, у меня есть два варианта…»

Глаза Дамблдора снова заблестели, сейчас представилась возможность, которой он так долго ждал. «- Гарри, возможно, я могу предложить третий вариант. Тот, о котором ты, возможно, не подумал.» — его предложение вызвало несколько весьма скептических взглядов, а Гарри, казалось, готов выпотрошить старика даже за то, что тот назвал его по имени, но Альбус продолжал настаивать.

«- Кубок вынуждает Гарри Кроу участвовать в турнире. Если Гарри Кроу больше не будет существовать, то контракт окажется аннулированным. Объявив себя Гарри Поттером, ты немедленно прекратишь свое участие в турнире…»

Старика остановила реакция парня, он не ожидал, что над ним от души посмеются.

Мальчику потребовалось некоторое время, чтобы взять себя в руки, прежде чем он смог заговорить. «- О, извините, но это было слишком смешно. Неужели ты проделал весь этот путь из Болгарии, чтобы провернуть нечто подобное?»

Альбус выглядел оскорбленным. «-Я не имею никакого отношения к тому, что твое имя поместили в эту чашу…»

Кроу, однако, проигнорировал его слова, и вместо этого он повернулся к Гермионе. «- Я думаю, пора, любовь моя. Ты не против?»

Ее улыбка ответила на вопрос. Повернувшись к министру, Кроу действительно выглядел немного смущенным.

«- Господин министр, я должен кое в чем признаться. В настоящее время я являюсь главой рода Поттер, и так было с тех пор, как мне исполнилось одиннадцать. Мой отец и крестный помогали мне хранить тайну, и кажется сейчас самое подходящее время, чтобы раскрыть ее.»

Теперь все могли увидеть фамильное кольцо на пальце Гарри. Выражение шока на лице Дамблдора почти компенсировало его нежелательное для многих нахождение в замке.

«- Значит ли это, что ты принял решение, Гарри?» – взволнованно уточнил Фадж

«- И Гермиона, и я счастливы в Кингсаи. Возможно, когда-нибудь наши дети захотят примерить мантию Лорда Поттера, и это будет их решение. А до тех пор я останусь бароном и регентом семьи Поттер. Я надеюсь, что люди смогут принять мое решение…»

Гарри обнаружил, что министр уже пожимает ему руку и поздравляет. Теперь Корнелиус считал, что вручение данного титула могло быть одним из самых умных решений, которые он когда-либо принимал, и был уверен, что волшебная общественность подумает так же. «- Я, разумеется, принимаю твой выбор Гарри, и от имени Министерства Магии надеюсь, что ты и твоя пара проведете много счастливых лет в Кингсаи. Итак, ты упомянул решение возникшей проблемы с турниром.»

«- Я вижу два варианта, господин министр. Во-первых, кроме магического опекуна, только я сам могу заключить магически обязывающий контракт. Поскольку я считаюсь взрослым, являюсь главой семьи Поттеров и, конечно же, не кидал свое имя в кубок, то никакого контракта просто не может существовать между ним и мной. Он будет заключен с тем, кто бросил этот кусок пергамента и не важно, чье имя на нем написано. Мы можем просто сидеть, сложа руки и ждать окончание первого задания, а затем вычислить преступника, поняв, кто потерял свою магию.»

Предложенный вариант вызвал несколько облегченных вздохов в зале, все оказалось так просто.

«- Проблема с данным решением в том, что если кто-то поместил мое имя в чашу под чарами принуждения, то контракт все равно а й ф р и д о м оказался бы заключен. В настоящее время в этом замке есть люди, которые, я уверен, опустились бы до чего-то подобного.»

Гарри уставился на Дамблдора, и продолжил. «- Мой второй вариант более надежен, и поэтому я выбираю именно его.»