Тогда Шичиро выдвинул идею: направить стужу на некую сердцевину, дабы нанести максимальный ущерб чудищу. Оказалось, что когда девушки занимались высвобождением троицы из флористического  плена, он, напротив, исследовал источник раздора. Микки управлял грубыми, одеревенелыми щупальцами и нежными, тонкими корешками из стебля. Видимо, ему доступна манипуляция растениями путём заразительного контакта.

— Допустим. Поверить в эту версию можно. Увы, ты забываешь банальный факт: без Пастера-самы со спящим балластом мы вынуждены тянуть резину, пока не порвётся. О какой победе речь, если первоначальная цель — она?

Истина прозвучала скверно. Младшая Амай бранно задела главную уязвимость любой стратегии, предполагающей наступление. У Такашики не нашлось выбора, кроме как согласиться.

— Прости, Амэ. Я не взял это во внимание, признаю. Мы обещали помочь ей, а не бросать на произвол судьбы в надежде убить того преследователя.

Костёр продолжал старательно хрустеть на протяжении разговора. Парящие бабочками искры притягивались к тёмному лезвию, как металлическая пыль к магниту.

Раскатились ветряные кольца, обогащая сталь кислородом. Огонь посинел. Он излучал тепло интенсивнее, чем в тот раз с галками.

— Лучше пока не вливай ману, — посоветовала Амэ. — Чары недолговечны: закончатся — не успеешь опомниться.

Ей затратно строить магический конструкт, выделяющий и концентрирующий из воздуха конкретный газ. Прошлое «очищение пламени», также задело долю ментальных ресурсов девушки при начертании талисманов. Песнопением она постаралась зачаровать меч, как могла, запасая силы на сражение.

Юноша понимающе кивнул, затем выглянул в окно: шуршащий лес и прогуливающиеся хищники не предвещали ничего хорошего. Он вспомнил о друге, вступающим в ряды таких же чокнутых личностей, как и он сам.

«Ах, Хино, я рад, что ты ещё не признан официальным истребителем. — Его лик пропустил добродушную улыбку. — Надеюсь, привычные нам невзгоды обойдут тебя стороной».

В скрывающей от явного положения дел слепоте, он грезил о друзьях, проводящих с ним приевшиеся школьные деньки. Хинахи, Хино — он верил, что иная половина мира им чужда. Они не должны к ней прикасаться, что бы не приключилось. Однако второй коснулся. Он должен был оставаться его школьным другом, а вышло иначе. И, по правде, Шичиро тогда забеспокоился. Та сцена… То согласие обгладывало его, взывало к переживаниям.

Шуршание листьев усилилось. Укрыть настиг порыв маны. Намеренный выброс свидетельствовал о приближении существа с весьма крупными резервами магической энергии.

Микки рядом. С минуты на минуту явится за ними. Настигает час бойни. В жилах истребителя застыла кровь. Несмотря на костёр, его пробрал жёсткий хлад.

— Прибывают гости.

— Вот как. Давно пора. Мы успели кое-как подготовиться.

Он указал на спящую:

— Как быть с ней?

— Будить, конечно! — растеряно ответила Амэ, будто констатировала очевидную аксиому.

— А выйдет ли? Посмотри на неё — лежачий труп, — печально заметил собеседник.

— То есть ты предлагаешь одному из нас сидеть с ней, а другому — идти в гущу событий?

— Барьер ориентирован на подавление присутствия. Он сломается под мощной атакой. Отвлеку их на себя, а ты следи за ней.

— Возьми это. — особа поделилась связкой бумажек. — Просто наполняй их маной и швыряй. Чем-то да заденешь галок. И…

Она подошла к нему вплотную, цепляя к шее и спине отлеживающие печати.

— …когда они обе пропадут, я вмешаюсь. Они сгорят, если пропустишь высокий урон.

— Меня устраивает. Что ж, тогда побуяню немножечко, хех.

— Только не вздумай сдерживаться. Помни, деревня заброшена.

— Помню, помню.

С лёгким напутствием он покинул хлюпкие стены заброшенного здания. Амай подвинулась к Алеф. В карамельных хрусталиках отразилась  тощая, поникшая фигура.

☙

Угрожающее присутствие вырвалось из зарослей. Кошмарный росток завыл. Искажённый писк напоминал пение мыши.

— А я вас почти нашёл!

Навеселе он готовился поиграть в прятки с троицей. Опылил девственные бутоны, проросшие из корней, и те амёбами подались рыскать по людские души.

Вполне естественно, что на них оскалились сторожащие границы галки. Тем не менее дальше рычания ничего не пошло. Как кодовый замок, получивший правильный код, звери отступили, когда проказливые ростки с хохотом ковыляли по земле щуплыми отростками.

Один из козырей Микки — подчинение галок. С помощью заклинательниц формацией, нанесённой после стерилизации местности от истребителей.

Настроение явно навевает игрой в кошки-мышки, нечисть подалась ощупывать потайные уголки обширной территории поиск. И ровно в этот момент вылетел спонтанный поворот сюжета: прыткая человеческая фигура метеоритом упала в скопление искателей перед глазами Микки.

— Ч-что за?..

Никто ещё не осмыслил происходящее. Лишь массивный росток-переросток рефлекторно скорчился, отшатнувшись с ударной волны. А прочая мелочь отлетела, подобно лёгкому мусору на ветру. У точки приземления вспыхнуло пламя.

Приветствие выдалось на славу. Шичиро воспользовался оглушающим моментом, сдвинувшись к слабейшему, но крупному войску противника. Его меч отсекал конечности, как ломтики сливочного масла, а поражённые области вспыхивали бенгальскими огнями ща считанные доли секунд.

— Ах ты!.. Да как ты посмел испоганить мой план! — ужасающе  взревел цветок, выстреливая в паренька лозами. Тот не принял атаку в лоб, не понадеялся разрезать стремительно приближающиеся лианы, а набрал высоту по косому углу.

«Ух, до сих пор дивлюсь: насколько они мощные?»

За ним устремился рой жужжащих объектов.

— На небе и на земле я тебя достану!

Слова излучали нетерпение, приправленное досадой. Микки намеревался поймать парящую блоху и прихлопнуть, отыскать «кротов», сокрывшихся в поселении. Толпа фамильяров не давала проходу. Шичиро сориентировался, достав сразу три печати. Они зажглись тремя цветами радуги — красным, жёлтым, синим, — пока паренёк сложил ладони и развернул их.

Он скоропостижно читал песнопения:

— Великий Шакра, гневающийся с небес, одари  меня молниями и огнём. «Отец Жемчужин» наполни меня силой морей…

Резкий свист отвлёк его на мгновение. Снаряд-растение с формой конуса. Внутреннее естество юноши прокричало об опасности, позволив своевременной отреагировать. Он взмахнул саблей, раскрутившись в краткой невесомости. Растительная пуля разделилась на группу змей, раскрывающих пасти в полёте. Они собирались выстрелить ядовитыми дротиками в надежде усыпить юношу.

Он не стоял на месте, постоянно оценивая положение: опасно. Если сейчас не возведёт защиту, рискует потерять боеспособность. С разведённой печатью упадёт мощность заклятия, к тому же, он не успевал закончить его. Прервёт надолго, рискует зря потерять чары. Будет лучше избежать отравленных дротиков и отбросить противников, потому он изменил текст:

— …«Взаимосвязь трёх элементов». «Стена пламени». Окутай врагов стихийной бурей!

Блуждающий фонарь без свод метнулся к юноше. Повинуясь его голосу, огонёк превратился цилиндр, поймавший выстрелянные иглы. Затем тот раздулся, как воздушный шар от пара, задев часть нападающих. Растения, особенно с древесной корочкой, плохо переносят огонь. Два последних талисмана взмыли в небо, превратившись в тучку, с которой повалили каскады молний, сопровождаемые градом увесистых ледышек. Обращением к Высшим Такашики усилил действие магии. Жаль, оно пошло на корявое исполнение защитного заклинания. А талисманы были ценными. Печати в них содержали инструкции для более весомого колдовства.

«М-да, потеря… Надеюсь, Амэ сидит тихо в укрытии вместо наблюдения за мной. Стыдоба то какая…»

Мечник приземлился с перекатом, держа в руке очередной апотропей. И не зря: в его сторону автоматной очередью летели различные магические атаки от фамильяров. С ним он имел рабочий двухслойный щит на пару минут. Против мелочных атак сработает.

— Гра-а!

Галки не стояли на месте. Их визг всё так же гнетущ и дик, подобно волчьему. Поняв, что в скором времени он будет подвержен бесчисленному напору с каждой точки окружающего пространства, Шичиро подался дальше, готовя новую авантюру.

«Ох, жаль, я — не мастер настроек, — отметил он со слабо заметной печалью. — Не помешало б настроить “щит”».

Он временно поставил барьер на паузу. Мистическая печать выцвела и потеряла пару деталей, свидетельствуя о незавершённом приёме. Ему пришлось снять купол, чтобы вступить в контакт с адскими мерзостями, тела которых превращались в мясные холмы взмахами его катаны. А под топотом волшебных сапог так и вовсе улетали пушечными ядрами, задевая надвигающиеся группы хищников. Ударами ног Такашики ломал им абсолютно весь скелет, получалось и пробить тушку насквозь (в таком случае её разрывало, как кита на суше).

«У-ух, я так скоро потеряю ноги. Тяжёлая, конечно, нагрузка от них».

Когда он ощутил полную свободу передвижений, парень вернул купол обратно. В него полетели шустрые дротики с конусами. Как он и думал, Микки держит подчинённых в стороне, пока он окружён тварями пекла, или те сами принимают решение стоять, ждать, когда улучшиться обзор. По-видимому, галки служили и голодными охотниками, и прикрытием. Отбиваясь от них, он лишался покрывала, скрывающего от мелких раздражителей.

— Словлю!

Микки скрепил лепестки трубкой, зарядив в них семена. Его магия позволяла напрямую выращивать слуг по желанию. За считанные секунды семена жизни были заряжены в импровизированную пушку, выстрелившую в процессе.

Истребитель почуял неладное, прыжком отскочил назад, заострив чувства. Стальной хваткой он направил меч в шею встреченного чудовища, остановившись посередине. Его плоть оказалась достаточно прочной и клейкой, чтобы развернуться вслед за лезвием, когда он решил ударить ею сразу три ближайшие мишени.

В это же время подоспели массивные корни, толщина которых затрудняла режущие атаки.

— Помри! Помри! Помри! Помри!

— Не хочу!

Они попытались оплести парня, однако тому удалось вывернуться. К сожалению, поспевшая за этим контратака провалилась, будто камень в пропасть. Меч действительно продвигался с ощутимым затруднением, из-за чего Шичиро принялся увеличивать расстояние. Вот только в подобной перепалки двигалась абсолютна каждая деталь эскиза.

«Да вы шутите… Я ведь избавился от них! Неужели у него в запасе сотня питомцев, готовых выступить в нужный момент? Сколько здесь паразитов?»

Создания цветка-переростка выказывали дикое стремление вцепиться в юношу. Отсутствие разума сделало их агрессивнее главного преследователя. Они появлялись с леса, прорывались из почвы, выбегали со спины Микки и, естественно, заняли воздух.

— Вот чёрт! — Взгляд истребителя расширился, стоило рядом прогреметь взрывной волне.

С неба дождём попадали бутоны, порождённые только что. Они раскрывались перед самым приземлением, одаривая зрячих плотным сиянием.

Яркие вспышки испугали человека, казалось, поражая попавшихся по принципу световой гранаты. Явно опасно для него и совершенно безвредно галкам да растениям под руководством магического мутанта.

— «Затемнение». Спаси наши очи от солнечных лучей о, Властелин луны и ночи.

Нельзя закрывать глаза, постоянно глядеть в землю — тоже, потому он впопыхах настраивал воздвигнутый щит. Со стороны выглядело, словно он окрасил стеклянную оградку в чёрный.

— Проворная мышка в угол бежала, от судьбы она шустро тикала, — злорадно напевал Микки, наблюдая за извивающимися потугами истребителя. — И вот малышка встала у края, жизнь свою тщетно спасая.

Желая заткнуть надоедающего поэта, Такашики швырнул горящий кусок камня.

— Жалкая попытка.

Он расслабился. Лёгкий блок на секунду притупил внимание, чем воспользовался молодой охотник за нечистью. «Выкуси!» — мысленно взревел он, пробудив маной зачарованный клинок. Он выпустил кривую линию пламени, ласточкой парящей в воздухе. Неожиданный ход сыграл в плюс, поразив рассеянного противника.

— Г-х!А-а-а!

Боль. Опаляющая агония вырвалась из ранения, которое тлело, не замолкая. А следом надвигались ещё череда дуг.