Кажется, сегодня даже небо на нашей стороне.

Во второй день школьного фестиваля над нами раскинулось безупречно синее небо, будто нарочно подкрашивая фон под нашу юность.

Я стоял один в переходе между корпусами, вдыхал свежий воздух с улицы — и тут из здания школы ко мне выбежала именно та, кого я ждал.

— Масаити! Я с ней поговорила!

Тоиро добежала до меня, упёрлась руками в колени и перевела дух. Сегодня волосы у неё снова были заплетены в две косы — наверняка, чтобы самой себе поднять боевой настрой.

— Необязательно было так нестись.

— Нет, обязательно! У нас и так времени впритык. Участники второго раунда Гран-при пар должны собраться у входа к девяти.

Да, именно. Основной этап Гран-при пар во второй день начинался прямо с утра.

Я только что пришёл в школу, а до официального начала фестиваля оставалось всего пятнадцать минут. Времени было мало. Но прежде чем идти туда, мы должны были сделать кое-что важное.

Тоиро успела рассказать Фунами одну тайну о Касукабэ.

«Тот ‘дебют в старшей школе’, о котором Масаити вчера говорил, оказывается, правда был. Касукабэ-кун действительно очень старался стать круче. И по пути поставил себе цель — начать встречаться с самой красивой девушкой нашего года. Эта цель каким-то образом превратилась в цепь, которая и теперь не даёт ему идти дальше.

А значит… его настоящие чувства, скорее всего, уже не там».

Именно это Тоиро и передала Фунами.

Разумеется, о самом болезненном — его прошлом — она умолчала.

— Как она отреагировала? — спросил я. Это был важный момент.

— Сказала: «Это именно то, что я больше всего хотела узнать». Хотя потом она ещё какое-то время над этим думала.

— Значит, думала, да…

— Ну, немного. Но в целом просто очень обрадовалась, что наконец узнала то, что было для неё важнее всего.

— Понятно. Тогда… идём по плану.

На мои слова Тоиро посмотрела мне в глаза и уверенно кивнула.

Как воины, желающие друг другу удачи перед битвой, мы тихо стукнулись кулаками.

*

— Лавку оставьте мне! Идите без оглядки, вы двое. Потерять сразу трёх наших сильнейших мэйд — тяжёлый удар, но…!

Именно такими словами староста проводила нас из класса. То ли она переживала за поток посетителей, то ли уже окончательно перешла на сторону культа мэйд — не знаю. Но, как выяснилось, весь класс уже был в курсе, что мы с Тоиро участвуем в Гран-при пар. Более того, ради этого даже подкорректировали дежурства в «Рекордах Мейкоку» и полностью нас поддержали. Кто-то из одноклассников даже сказал, что если мы выйдем в финал, они придут за нас болеть.

Ощущение было такое, будто нас отправляют в бой как героев войны. Честно говоря, это было даже немного неловко, и я не совсем понимал, как на такое реагировать. Примерно в таком настроении я и покинул класс.

А потом, стоило нам дойти до места сбора, как я наконец по-настоящему осознал, во что мы вообще ввязались.

— …Похоже, тут почти одни старшекурсники.

— Ага. По-моему, из первогодок здесь кроме нашей компании только группа Сагураи и Фунами.

— …Да и вообще, все как-то слишком отполированные.

— …Да. И уровень какой-то слишком высокий. Они все выглядят так, будто для них это естественно.

Мы с Тоиро были откровенно подавлены самим присутствием остальных участников.

И это неудивительно: среди старшекурсников пар всегда больше, чем у первогодок. Я не знал, все ли здесь действительно состоят в отношениях, но…

Проблема была в другом — по сравнению с первым днём уровень соревнования явно вырос.

Спортивные пары, блистательные риадзю-парочки, интеллигентные дуэты в очках… Вариантов хватало, но всех их объединяло одно: в походке, в улыбках, в манере держаться, даже в том, как они просто стоят, чувствовалась некая отточенность.

— Ну и ну, Масаити-данна, кажется, нас ждёт та ещё мясорубка.

Не заметив, как именно, рядом со мной уже материализовался Сагураи.

— С твоей физиономией ты в эту толпу вписываешься без проблем.

Если смотреть объективно, Сагураи и правда был хорош собой, высокий и подтянутый благодаря тренировкам. В этой компании он никак не выбивался из общего уровня.

— О-хо, не ожидал такой похвалы. Но, знаешь, Масаити-данна… у тебя лицо тоже… ну… в целом… нормальное?

То, как под конец его фраза сдулась, ясно показывало, каких нечеловеческих усилий стоила ему эта вежливость.

— …Это что, выбивалы в доджболе? «Лицо безопасное»?

В категории внешности у меня и правда не было ни единого шанса. Я не отличался ни ростом, ни телосложением, да и в целом выделиться тут мог только как ошибка системы. Меня почти физически захлёстывало это море риадзю-ауры.

И как раз в этот момент Тоиро вдруг хлопнула меня по заднице.

— Ну и что! Мы ведь всё равно не знаем, какие испытания будут дальше. Просто давай работать в команде и делать всё, что сможем!

С бодрым: «У-о-о!» — она вскинула кулак.

Похоже, я сам того не замечая, состроил слишком мрачную физиономию. В её голосе было тепло — слишком очевидно, что она специально меня подбадривает.

— …Ага. Давай победим.

И стоило мне это произнести, как Идзуми-сан, которая до этого о чём-то беседовала с другими организаторами, кашлянула и вышла вперёд.

— Доброе утро всем. Спасибо, что пришли на второй раунд Гран-при пар. Хорошо ли вы спали прошлой ночью?

Её спокойный, собранный голос пронёсся над собравшимися.

— Двенадцать пар, дошедших до этого этапа, сейчас вступят во второй раунд. До финала, который пройдёт в спортзале перед церемонией закрытия, доберутся только пять пар.

По толпе пробежал ропот.

Меньше половины пройдут дальше. Жёсткий отсев, но если впереди уже финал, то всё логично.

Если мы хотели довести свой план до конца, нужно было оказаться в числе этих пятерых.

— А теперь объявляю испытание второго раунда —

Я сглотнул. Все без исключения сосредоточенно смотрели на Идзуми-сан, ожидая продолжения.

Она глубоко вдохнула и затем —

— «Волнительная идеальная синхронизация! Покажите, насколько вы слаженная пара! Высшее испытание на совместимость — прятки!»

И вдобавок даже сложила пальцы пистолетиком и сделала в нашу сторону: «Бах!».

………

— …Э?

Обведя взглядом наши растерянные лица, она совершенно обычным тоном продолжила:

— Да, вам предстоит играть в прятки.

Как и с кулинарным конкурсом, опять этот резкий переход из режима «странная подача» в режим «деловая инструкция». Её правда кто-то заставляет?

…Но стоп, прятки?!

— Девушки будут прятаться, а юноши — искать. Каждая участница получит браслет, указывающий, что она участвует в Гран-при пар. Прятаться можно в пределах всей школьной территории, за исключением женских туалетов и помещений, которые можно закрыть изнутри.

— Что касается юношей, ваша задача — найти спрятавшуюся участницу, но не свою партнёршу. Обнаружив кого-то, немедленно сообщите об этом организатору. Как только скрывающихся девушек останется всего пять, это объявят по школьной трансляции. Пять оставшихся и их партнёры проходят в финал.

То есть… это и правда были обычные прятки. Да, с немного странной механикой, но суть игры была простой.

— Звучит весело! — раздалось откуда-то.

— Я с детства обожаю прятки! — донеслось с другой стороны.

— Победа будет за мной!

Пока вокруг то и дело вспыхивали радостные возгласы, я сам всё ещё не мог принять происходящее.

Неужели такое испытание действительно подходит, чтобы решать, какая пара лучшая во всей школе?

По сравнению с первым раундом здесь почти не было ничего «парного».

Но пока я об этом думал, Идзуми-сан продолжала:

— Девушки, прошу прощения, но на время игры мы заберём ваши смартфоны. Это необходимо, чтобы исключить тайную связь с партнёром.

Стоявший рядом с ней парень из оргкомитета поднял чёрный тканевый мешок. На руках у него были белые перчатки.

— После того как вы сдадите телефоны, можете сразу начинать прятаться. Через десять минут на поиски выйдут «охотники», то есть юноши. До того времени найдите себе подходящее место. Прячьтесь хорошо и доверьтесь своему партнёру. А теперь — начали!

Девушки тут же разлетелись кто куда.

У меня оставались вопросы — нужно ли физически касаться найденной участницы, чтобы засчитать обнаружение? Есть ли ещё запретные зоны? — но времени на разъяснения уже не оставалось.

— Масаити! Рассчитываю на тебя!

Улыбнувшись, Тоиро помахала мне рукой и направилась к сотрудникам оргкомитета.

— А… да! И ты на меня тоже!

Сдав телефон и напоследок ещё раз помахав, она скрылась в здании. За ней ушли Маюко и Фунами.

И тут нас оставили одних — целую группу одних только парней. Для Гран-при пар это выглядело, мягко говоря, своеобразно.

— А теперь перейдём к настоящим правилам.

Услышав эти слова, я резко вскинул голову.

Идзуми-сан окинула нас взглядом и слегка поклонилась.

— Точнее, говорить о «продолжении правил» не совсем корректно. Потому что именно сейчас начинается настоящая игра.

Настоящая? То есть всё до этого было только прологом?

— Сейчас все вы отправитесь искать своих партнёрш.

— Если вы действительно идеально подходите друг другу, то уже должны понимать, где она будет прятаться. Найдите свою девушку и вернитесь с ней сюда. Первые пять пар, вернувшиеся на место сбора вместе, проходят в финал.

У меня челюсть чуть не отвалилась.

Прямо сейчас девушки, включая Тоиро, старательно прятались, делая всё, чтобы их не нашли чужие парни. А на деле это оказалось только подготовкой.

Теперь всё упиралось в то, насколько хорошо мы знаем свою партнёршу. Насколько точно сумеем предугадать, куда она пошла. Сможем ли дойти до неё сами.

— Есть всего два правила.

— Первое: нельзя собирать поисковую группу из друзей или сторонних помощников. Спросить, не видел ли кто вашу девушку, можно, но искать её вместе запрещено.

— Второе: во время поисков нельзя окликать свою партнёршу по имени. Если кто-либо из организаторов заметит, что вы ходите по школе и зовёте её вслух, вас дисквалифицируют.

Идзуми-сан посмотрела на телефон — видимо, чтобы свериться, сколько времени прошло с начала «женской» части игры. Затем глубоко вздохнула.

— Итак — начинается настоящее испытание на совместимость! Вы — рыцари. Ваши принцессы дрожат от страха, скрывшись в неизвестности. Найдите их и спасите как можно быстрее!

— Готовы… старт!

По её сигналу мы все разом сорвались с места.

*

Мне оставалось всего ничего до того, чтобы схватиться за голову.

Идеальная синхронизация, взаимопонимание, слаженность пары — да, обычно считается, что чем лучше ты знаешь человека, тем проще тебе его найти. Но иногда именно хорошее знание даёт понять и кое-что другое.

Тоиро чудовищно хороша в прятках.

Я уже обежал полшколы, а теперь остановился и стиснул пальцами виски.

Когда мы были детьми, мы играли в прятки у нас дома, во дворах, где только можно. Даже в таком ограниченном пространстве найти Тоиро было почти невозможно. Причём она не просто пряталась «по-детски». Она относилась к этому как к боевой операции и использовала все доступные трюки. Забраться в самый дальний угол шкафа между футонов? Это был только уровень «для новичков». Она пролезала под пол, скрывалась на чердаке, выбиралась с балкона на крышу. Один раз вообще каким-то образом забралась в мусорный бак во дворе и сверху укрылась опавшей листвой.

Если коротко — имея в распоряжении целую школу, она сейчас могла спрятаться где угодно. А значит, я был обречён.

— …Нет, некогда так думать. Надо искать.

Во второй день фестиваля школа, как и прежде, кишела учениками и гостями. Через громкоговорители по очереди шли объявления о стендах, и всё вокруг гудело непрерывным фоном.

Если хочешь кого-то спрятать, толпа — лучшее место? Нет, не подойдёт. В отличие от меня, Тоиро в школе узнают сразу. Она точно не выбрала бы место, где её могли бы сдать чужими словами.

Где можно остаться одной… Крыша? Нет, слишком очевидно. Запереться в шкафчике пустого кабинета? Тоже нет — кто-нибудь мог бы случайно открыть. Тоиро не полезет туда, где исход решается одним неудачным совпадением.

Чёрт, думай. В опыте пряток мы любую пару здесь за пояс заткнём.

Пока я носился по коридорам и пытался просчитать логику Тоиро…

— Масаити-данна.

Я обернулся. Ко мне шагал Сагураи, и вид у него тоже был не лучше моего.

— Тяжко, да?

— Ага. Маюко-тян как сквозь землю провалилась. Ещё с утра гордо заявляла, что в прятках ей нет равных… теперь, кажется, я начинаю понимать, что она имела в виду.

Точно… Маюко ведь сама рассказывала, что росла среди мальчишек и много с ними играла. Значит, опыта у неё полно, да и маленький рост тут только в плюс. С таким набором она наверняка использовала все свои сильные стороны. Выходит, у Сагураи в напарницы тоже достался настоящий эксперт по исчезновению.

— У тебя физиономия тоже та ещё, данна.

— Ну да… Но я хотя бы могу думать на ходу. Буду искать и параллельно вычислять, куда Тоиро вообще могла двинуться.

— О, и правда. Тогда нечего стоять и болтать.

Мы оба повернулись вперёд —

И в этот момент, совершенно случайно —

увидели их.

Касукабэ и Фунами.

Они спускались по лестнице с третьего этажа, пересекли коридор второго и пошли вниз, на первый.

Мы с Сагураи обменялись ошарашенными взглядами и тут же бросились к ним.

— Подождите! Вы уже нашли друг друга?!

Услышав мой голос, они обернулись.

— А, это вы. Да. Мы уже возвращаемся. Хотя если честно, это скорее всё заслуга Каэдэ.

Касукабэ покосился на Фунами.

— Заслуга Фунами?

Девушки начинали первыми и настоящих правил не знали. Так как же Фунами смогла так быстро выйти на него?

Под нашими вопросительными взглядами она слегка неловко отвела глаза.

— Да я ничего такого не делала… Просто по ошибке всё вышло даже лучше.

— В смысле? — я тут же напрягся. Если здесь есть подсказка к прохождению, я обязан её услышать.

— Ну… я случайно нарвалась на одного «охотника» — третьекурсника. Он посмотрел сначала мне в лицо, потом на браслет… и просто ушёл, будто спешил куда-то дальше. Мне это показалось странным, и я начала наблюдать за поисковиками.

— А потом увидела одного второго курса, которого точно узнала как участника. Он ходил и спрашивал у знакомых, не видел ли кто его девушку. И тогда я поняла, что тут что-то не так. Так что вместо того, чтобы и дальше прятаться, я сама пошла искать Касукабэ-куна.

Ясно. Небольшая случайность заставила её насторожиться, а дальше она уже сама проверила свою догадку. Очень в духе Фунами.

— Каэдэ раньше всех ухватила суть этой игры и сразу пришла ко мне. Она реально меня выручила, — сказал Касукабэ.

— Д-да нет, не особо…

От его слов Фунами замахала руками, смущённая почти по-детски.

Первый толчок действительно был чистой случайностью. Но то, как потом сложились события, выглядело слишком уж идеально.

Мне оставалось только надеяться, что Тоиро тоже догадается.

Как бы то ни было, одно место из пяти уже занято.

Значит, осталось четыре. Или… возможно, к этому моменту уже и меньше.

— …Понял. Спасибо. Мне надо спешить.

Я тут же развернулся. Чувство срочности стало почти физическим.

У меня за спиной Касукабэ насмешливо бросил:

— Выходит, этот раунд я забрал?

Я даже не обернулся — только махнул рукой через плечо, стараясь выглядеть круче, чем чувствовал себя на самом деле.

Спортплощадка, двор, задний сад, пространство за спортзалом — я облазил всё и вся, но Тоиро нигде не было.

Я проверил кусты, заглянул под скамейки, прошёл даже вдоль площадки для мусорных баков. Пусто.

По пути мне попалась одна другая девушка с браслетом Гран-при пар, но останавливаться я не стал. Она посмотрела на меня с явным: «Чего?» — но я не мог тратить время. Надеюсь, она не догадается о настоящих правилах… Сколько пар вообще ещё в игре?

С начала поиска прошло уже двадцать минут.

Объявления по школьной трансляции о завершении этапа пока не было.

Я мчался из последних сил, проверяя все возможные укрытия, но запас выносливости подходил к концу. Я почти не занимался спортом, и теперь это очень чувствовалось.

Добежав до кладовой рядом со спортплощадкой — места, которое я считал почти гарантированным выбором Тоиро, — я ворвался внутрь.

Но за тележкой с футбольными мячами её не было. Между барьерами — тоже. В зазорах между старыми матами — тоже нет.

Выбравшись наружу, я согнулся, уперевшись руками в колени, и перевёл дыхание.

А если я её так и не найду…?

В детстве было полно случаев, когда я так и не мог отыскать Тоиро в прятках.

И даже если я не сдавался, она всё равно не вылезала. Могла сидеть хоть вечность.

Но я слишком упрямо не хотел признавать поражение. Поэтому всегда в таких случаях кричал одно и то же:

«Время перекусить!»

Услышав это, Тоиро с победной улыбкой выпрыгивала из укрытия.

Воспоминания о наших детских играх хлынули одно за другим.

И тут меня осенило.

Я резко выпрямился.

Постой… а если…?

Это может сработать.

Способ подать Тоиро сигнал, даже без телефона.

Способ дать ей понять, где именно я нахожусь.

Я сорвался с места.

Времени почти не осталось. Нужно было успеть как можно быстрее.

Я пересёк спортплощадку, влетел во входной холл, пронёсся по коридору и, перескакивая через ступени, понёсся наверх.

Кстати, в детстве я ведь уже однажды пользовался этим трюком, когда не мог найти её вообще нигде. Правда, тогда никаких перекусов на самом деле не было, и потом она страшно на меня обиделась.

…Но сейчас случай чрезвычайный.

Думаю, она меня простит.

С этой мыслью я добежал до радиорубки и распахнул дверь.

Я сказал, что пришёл дать объявление о стенде нашего класса, и меня подвели к микрофону.

Я глубоко вздохнул —

и закричал:

— Время перекусить! Заходите в класс 1-1 на угощение! Заодно попробуйте побить рекорды в «Рекордах Мейкоку»! Ловля маршмеллоу! Скоростное поедание рамунэ! Перекусить, перекусить! Мы ждём вас в классе 1-1!

☆

Из всех игр, в которые мы с Масаити играли в детстве, в прятках, наверное, было одно из немногих, где чаще побеждала я.

Я до сих пор обожаю эти воспоминания — как он, весь насупленный и сосредоточенный, упрямо меня ищет, а я подглядываю за ним через щель в стене или крошечный просвет в молнии рюкзака и из последних сил сдерживаю смех.

Этот человек ни разу не сказал: «Ладно, сдаюсь». Вместо этого он всегда кричал:

«Время перекусить!»

Именно это и означало для него капитуляцию.

И я всегда принимала этот сигнал и выходила сама.

Только что этот знакомый знак поражения разнёсся по всей школе через громкоговорители.

Я пряталась в нижнем отсеке шкафа в препараторской химического кабинета.

Правая дверца там была сломана и не открывалась, а если вставить что-нибудь в левую, то создавалось впечатление, будто шкаф вообще закрыт. С тех пор как я обнаружила это место, у меня была одна дикая фантазия: если школу захватят террористы, я спрячусь здесь, выжду момент и потом героически перейду в контратаку.

И вот сейчас, сидя в этой кромешной темноте, где только тонкая полоска света пробивалась через щель, я услышала то самое объявление.

…Что-то здесь было не так.

Этап пряток Гран-при пар ещё не должен был закончиться. Выходить из укрытия мне вроде бы нельзя.

Но если сейчас «время перекусить», значит, игра закончена.

Если так сказал Масаити, значит, так и есть.

У него должна быть причина. Мне оставалось только поверить ему.

Я вытащила длинную линейку для доски, которой подпирала дверцу, распахнула шкаф и выпрыгнула наружу. Щурясь от света, я со всех ног понеслась по коридору — прямо в класс 1-1.

Пробираясь сквозь людей, я рванула к южному корпусу, потом бегом взлетела по лестнице на четвёртый этаж.

Впереди показался наш класс.

— Масаити!

Он стоял перед дверью класса, размахивая руками и чуть ли не подпрыгивая, чтобы привлечь моё внимание. И как только я позвала его по имени — сразу бросился ко мне.

А потом… просто схватил меня за руку.

— Тоиро! Бежим!

Не объясняя ничего, он развернулся и потянул меня за собой в противоположную сторону.

— П-постой! Что вообще происходит?!

— В этих прятках были настоящие правила!

Пока мы бежали, Масаити на ходу очень быстро пересказал мне суть.

Я всё мгновенно поняла.

— К выходу лучше идти через второй этаж! На этаже учителей нет классных стендов, там народу меньше! — сразу сказала я.

Слетая по лестнице с четвёртого, я крикнула ему это почти без паузы.

— Понял!

Масаити перепрыгивал через две ступеньки, а я держала быстрый ровный темп. Но руку мою он не отпускал.

Он тянул меня вперёд ровно настолько, чтобы мы могли выжать максимум скорости.

Мы выскочили в коридор второго этажа и понеслись дальше —

— Эй! Не бегать по коридорам!

На ходу дверь учительской вдруг распахнулась, и выглянувший оттуда физрук на весь этаж заорал на нас. Но мы даже не подумали сбавить ход.

Меня впервые в жизни отругали за бег по коридору, прямо как персонажа из школьной манги.

От одной абсурдности ситуации мне стало смешно.

Мы слетели на первый этаж, выскочили из входа и рванули к школьным воротам — туда, где примерно полчаса назад стартовал этот раунд пряток.

Вокруг Идзуми-сан и остальных сотрудников оргкомитета уже собрались четыре пары, включая Касукабэ-куна и Каэдэ-тян.

Сагураи с Маюко среди них не было.

— Вы успели. Молодцы. Поздравляю, вы — последняя пара, прошедшая в финал.

Не думая, я схватила Масаити за обе руки.

— Мы сделали это! Сделали, сделали!

— Да-да, сделали.

Масаити, кажется, был не меньше моего на взводе и только и мог, что кивать мне в ответ. Вокруг нас раздались аплодисменты организаторов.

Поскольку финалистам нужно было остаться и выслушать инструкции, мы пока не расходились. Но даже тогда мы не могли скрыть возбуждения.

— Это было гениально, Масаити.

— А ты очень быстро всё поняла, Тоиро.

— Мы и правда сильнейшая пара!

— Ага! …Ну, временная, конечно.

Масаити сказал это совершенно буднично и даже засмеялся — как обычно.

Обычно я бы в ответ тоже рассмеялась или надулась.

Но в этот раз у меня на мгновение перехватило дыхание.

И, кажется, сам Масаити тоже это заметил — выражение лица у него едва заметно изменилось.

Да. Мы всё ещё временная пара.

Я совершенно об этом забыла.

Мне это даже в голову не пришло.

Мы чувствовали себя как настоящая пара. Настолько, что это стало чем-то само собой разумеющимся.

И то, что я начисто потеряла из виду сам факт нашей «ненастоящести», меня удивило. Возможно, Масаити тоже.

Хотя формально в наших отношениях ничего не поменялось, между нами определённо что-то шагнуло вперёд.

Не в том смысле, что мы специально «играли в настоящую пару» — без заготовок, без осознанных романтических приёмов.

А просто… естественно.