Ветер, щекотавший песок, и трава, тихо колыхавшаяся на ветру.

Даже Кеднак, смотревший на него сверху вниз скучающим взглядом.

Всё замерло.

у-у-ун.

Исключением был лишь сияющий Камень Мира.

Ким Джеджу обернулся к Кан Соа.

— ...А.

Она тоже застыла.

Словно сам мир отталкивал её, силуэт Кан Соа понемногу становился прозрачным.

Испуганно схватив её за руку, он ничего не почувствовал.

Она рассыпалась, как мираж, окутанная светом, и исчезла.

— Дитя.

Прежде чем Ким Джеджу успел даже подумать, всё ли с ней в порядке, в его голове разнёсся гудящий голос.

Это был не Кеднак.

Этот голос.

— Администратор?

Пейзаж пустыни тоже поблек, и вскоре осталась лишь бесконечная бесцветная пустота.

Если бы не ярко сияющий Камень Мира, трудно было бы понять, где здесь вообще пол.

Старик смотрел на него с печальным лицом.

— В конце концов ты добрался и сюда.

— Вы пришли, потому что хотели что-то сказать?

— Нет. Я лишь пришёл посмотреть на конец Башни, которую создал.

Лицо старика было спокойным.

Именно поэтому было невозможно понять, что он чувствует на самом деле.

— ...Вы сожалеете?

— О чём?

— О том, что впустили меня в Башню.

— Сожаление — бессмысленное чувство. Стоит ему зарыться глубже и осесть на дне, как оно пожирает тебя так, что ты уже и сам не понимаешь, о чём именно жалеешь.

— Значит, сожалеете.

Старик молча опустился на колени и протянул руку к Камню Мира.

Рука Администратора рассыпалась прежде, чем успела коснуться Камня Мира.

— Он меня отвергает.

— Прекратите.

— Когда Башня рухнет, исчезну и я.

Но Администратор не остановился, даже сплёвывая кровь.

Локоть исчез, плечо превратилось в пепел, всё тело осыпалось, но он всё равно продолжал тянуться к Камню Мира.

— Парадокс. Мир, которого я желал, отвергает меня.

Ким Джеджу молча смотрел на него.

Теперь он понимал.

Администратор — всего лишь призрак прошлого, который желал мира, любил его и теперь живёт, погребённый под сожалением.

— Но и это, должно быть, подчиняется правилам.

Теперь от Администратора осталось одно только лицо, и он поднял взгляд на Ким Джеджу.

— Если верить им, я ещё не выдал тебе награду за 35-й этаж.

— И теперь, когда всё уже...

Голос Ким Джеджу дрогнул, и он не смог договорить до конца.

— Это моя последняя награда для тебя.

Никакого роскошного сундука с сокровищами не появилось.

Вместо него вниз упали слёзы, текущие по наполовину исчезающему лицу Администратора.

Они скатились по щеке, поплыли в пустоте и направились к Камню Мира.

Камень Мира впитал их, будто только это и был готов принять.

— Об этом, возможно, я не пожалею.

С этими словами Администратор исчез без следа.

у-у-ун.

Камень Мира начал меняться.

Среди фиолетовых лепестков распустился крошечный, жалкий жёлтый лепесток.

Одновременно тело Ким Джеджу взмыло вверх.

Словно сам мир Астроад выталкивал его, он медленно поднимался.

Одежды Ротонто понемногу блекли и исчезали, а у рюкзака за спиной Ким Джеджу первым пропал ремень.

Все вещи внутри тоже высыпались и исчезли, и вскоре осталось лишь...

— Попои!

Раха, Кодин и Берин.

Ким Джеджу не мог управлять своим парящим телом.

Как бы он ни тянулся изо всех сил, его руки не доставали до Попои, оседавших вниз.

Они становились всё дальше и меньше, и сердце бешено колотилось.

«Пожалуйста, пожалуйста!»

Попои вытянули шерсть и потянулись к нему.

Каждая прядь исчезала и рассыпалась, но они не сдавались и продолжали тянуться снова и снова.

И в конце концов...

— Попои!

Шерсть туго обвилась вокруг руки Ким Джеджу.

«Не отпущу.»

Он крепко сжал другой рукой ту, которой держал Раху, Кодина и Берина.

Но все эти усилия оказались тщетны: шерсть понемногу рвалась.

— Попои...

По голосам, доносившимся уже едва слышно, Ким Джеджу понял, что конец близко.

И потому вложил в руку всю оставшуюся силу.

Он просто делал то, что мог.

С этой мыслью он влил в тело всю оставшуюся Солнечную магию.

Тела Попои, становившиеся всё меньше, ярко вспыхнули и, словно втекли куда-то вдаль.

И в следующий миг тело Ким Джеджу рвануло назад, будто его втянуло.

На какое-то время перед глазами потемнело, и, когда он снова пришёл в себя,

Ким Джеджу открыл сомкнутые веки.

«...Здесь...»

В ощущении подавляющей невесомости весь его взгляд заполнил один-единственный объект.

Башня.

Гигантская Башня, пронзающая облака, рушилась с самой вершины.

Окрашенная багряным светом заката, она рассыпалась на части и в конце концов превращалась в пыль.

Эта картина стала последним, что увидел Ким Джеджу, прежде чем потерять сознание.

***

Ким Джеджу шёл по парку на закате.

Смех играющих детей и шум ветра, скользящего между травой и деревьями, приятно касались его лица.

Идя по дорожке, он заметил пустую скамейку, сел на неё и откинулся на спинку.

— ...

По привычке Ким Джеджу поднял смартфон.

Так же привычно открыл главную страницу видеоплатформы и пробежался взглядом по заголовкам.

[Месяц после крушения Башни! Как живут бывшие Пробужденные?]

[Интервью с выжившими! Экстренно публикуем прямо сейчас!]

[Рухнувшая система магической инженерии. Чем заменить её: новые материалы?]

Мир шумел.

Башня рухнула, и многое изменилось.

И больше всего обсуждали так называемых Пробужденных.

Потому что те, кто демонстрировал силу, сравнимую с мерилом военной мощи страны, после падения Башни лишились её целиком.

[Итак, сегодня мы отправимся к бывшему Пробужденному, господину Ли Синха.]

В видео, которое включил Ким Джеджу, брали интервью у одного из таких Пробужденных — человека, которого многие недолюбливали за высокомерие.

Само интервью было довольно прямолинейным, да и тех, кто и раньше смотрел на него косо, оказалось немало.

Меньше чем за неделю видео набрало несколько миллионов просмотров.

«По заслугам.»

Ким Джеджу с безразличным видом смотрел ролик, но вскоре потерял интерес и нажал на библиотеку, где хранились сохранённые видео.

— ...

[Сохранённые видео: 0]

Видео не было.

Он ещё долго неподвижно смотрел на экран смартфона, когда издали донёсся голос маленького мальчика, и он поднял голову.

— Ой, осторожно!

Всё поле зрения занял бейсбольный мяч.

Когда он поднял голову, тот уже был прямо перед носом.

— А-а-а!

Мальчик с испуганным лицом бросился к Ким Джеджу, но на полпути остановился и ошарашенно раскрыл рот.

Он явно ожидал звука удара, но бейсбольный мяч вдруг просто упал вниз, зависнув в воздухе лишь на миг.

Не веря своим глазам, мальчик ошеломлённо подошёл ближе и огляделся.

Ему даже показалось, что всё это померещилось, и он стал искать, видел ли кто-нибудь ещё то же самое, но, к сожалению, свидетелем оказался только он.

— Держи.

Ким Джеджу протянул подошедшему мальчику бейсбольный мяч, который уже держал в руке.

— Вау... А как вы это только что сделали?

— Фокус.

— Врёте! Вы же Пробужденный, дяденька?

— Не хочешь верить — не надо.

Ким Джеджу фыркнул с усмешкой.

— Круто.

После этого мальчик ещё долго засыпал Ким Джеджу вопросами, но тот с неизменно усталым видом поднялся с места.

В конце концов малыш и сам выдохся и отступил.

— В следующий раз я так просто не отстану!

— Как скажешь.

Оставив только эти слова, он ушёл.

Когда солнце почти совсем село, Ким Джеджу покинул парк.

«Почему только я?»

Как и твердили в роликах, все Пробужденные лишились сил.

Все, кроме Ким Джеджу.

Он по-прежнему мог использовать ману, накопленную в Башне.

И даже Солнечную магию.

Он пытался понять почему, но ответить было некому.

Когда он уже почти дошёл до дома, зазвонил смартфон.

— Эй, Ким Джеджу.

— Да, Соа.

— Захвати по дороге пива.

— Ты опять у меня?

— И что, тебе с этого плохо?

— Взять то же, что обычно?

— Ага. Давай быстрее.

Ким Джеджу сбросил звонок и на мгновение уставился на телефон.

«А свой дом так и не показывала.»

Неизвестно как, но Кан Соа нашла его квартиру, хотя он даже адреса ей не говорил.

И с тех пор приходила каждый день.

Зайдя в магазин, он купил пиво и нехитрую закуску, после чего направился в свою съёмную квартиру.

Набрав код на дверном замке и войдя, он увидел Кан Соа, стоявшую у двери так, словно только его и ждала.

Одетая по-домашнему, будто это был её собственный дом.

— Надеюсь, ты не догадался притащить одно только пиво?

— Не переживай.

Ким Джеджу, уже привыкший к такой картине, безразлично сунул ей пакет и прошёл внутрь.

— А, что за вяленое мясо?

— Может, закажем курицу?

— Идёт.

Ким Джеджу уже собирался переодеться, когда вдруг наклонил голову, заметив, что обстановка как-то изменилась.

— ...Эй, Кан Соа.

— М?

— Телевизор... кажется, стал больше?

— Ага. На старом фильмы смотреть было неудобно, вот и поменяла.

— ...

И дело было не только в телевизоре.

Чайник, которым он раньше не пользовался, индукционная плитка, ароматические свечи...

По всей комнате было полно следов руки Кан Соа.

— По-моему, квартира становится всё теснее.

— Значит, переедешь!

— Ты вообще понимаешь, как работают деньги?

— А, кстати, Ким Джеджу. Это ведь ты, да?

Кан Соа, будто переводя тему, подняла смартфон и включила видео.

Заголовок был довольно длинный.

[Таинственный герой? Кто он — тот, кто внезапно появился и спас всех на месте пожара?!]

В ролике мужчина в белой маске вытаскивал людей из горящего здания.

Примечательно было то, что по пути, где он проходил, огонь сам собой гас, а двигался он так, будто летел между зданием и землёй.

— ...Так заметно?

— Да. Очень.

— Ха-ха.

— И что ты будешь делать, если тебя так поймают?

— Я стараюсь не попадаться. Не переживай.

Кан Соа ещё некоторое время отчитывала его, но, как обычно, всё в итоге сошло на нет.

Они вместе посмотрели фильм, и так закончился ещё один день.

***

Лишь когда наступил момент, что даже сидеть с Кан Соа в комнате вдвоём, смотреть фильм и держаться за руки уже перестало казаться неловким, она наконец показала ему свой дом.

— ...Так ты, оказывается, богатая?

Это были первые слова Ким Джеджу, когда он вошёл в вестибюль элитной высотки.

— Богатая не я.

У самой Кан Соа лицо, напротив, было не слишком довольным.

Но едва Ким Джеджу открыл дверь и вошёл, как не успел даже восхититься — его тут же прошиб холодный пот.

— Входи.

— Э-э...

— И долго вы собираетесь там стоять?

Потому что на почётном месте за столом сидел мужчина средних лет и сверлил Ким Джеджу взглядом.

— Ты когда приехал?

Похоже, Кан Соа тоже не ожидала этого и ошеломлённо уставилась на мужчину.

— После возвращения из Башни ты всё время где-то шлялась. Думала, я не замечу?

— Нет, но даже так...

— Хватит. Оба садитесь.

Как и предполагал Ким Джеджу, мужчина средних лет был отцом Кан Соа.

И лишь после того как Кан Соа принесла кофе, он заговорил.

— Значит. Вы познакомились в Башне?

— ...Да.

— И чем сейчас занимаетесь?

— Пока ещё не решил.

— Эх. Молодой человек, а уже блуждаете по жизни.

Кан Соа недовольно уставилась на отца.

— Это уже невежливо. Как можно без предупреждения врываться сюда?

— Я делаю это только потому, что беспокоюсь о тебе.

— Эти твои передача дел, обучение управлению... Всё уже закончилось. Я ещё не забыла.

— Да. Чего ещё мне от тебя ждать, если ты даже ноги своему бывшему жениху переломала. Но...

Отец Кан Соа, представившийся председателем известной группы компаний, посмотрел на Ким Джеджу недовольным взглядом.

— Молодой человек.

— Да.

— Сумеете ли вы справиться с нашей Соа?

— ...Что?

— Как бы это ни выглядело, она вовсе не обычная сорвиголова. С самого детства среди всех людей, что доводили меня до слёз, эта девчонка была единственной...

— Папа!

В конце концов Кан Соа с покрасневшим лицом вскочила, ушла к себе и с грохотом захлопнула дверь.

— Ц-ц-ц. Когда же она избавится от этого нрава.

— ...Ха-ха.

Некоторое время молча глядя на Ким Джеджу, он тихо заговорил:

— Раньше во мне было полно одного лишь эгоизма. Хотел вылепить дочь по собственному вкусу.

— ...

— Но лишь после того, как её затянуло в Башню, я понял, насколько ошибался.

Ким Джеджу не нашёлся что сказать перед этим отцовским чувством, которое ему самому было не понять.

— Она не из тех, кто не умеет сам о себе позаботиться, так что я скажу только одно.

Отец Кан Соа крепко сжал руку Ким Джеджу.

— Прошу, позаботьтесь о моей дочери.

— А, да.

Ким Джеджу кивнул и неловко улыбнулся.

— Хотя... мы пока не то чтобы официально встречаемся или что-то такое...

— Соа и смотреть не станет на первого встречного мужчину. Но после возвращения из Башни она только о вас и говорила.

— ...А. Да.

— Мне это показалось странным. Сперва я решил, что это мимолётная вспышка чувств. Но время шло, а она всё так же говорит только о вас и всё время ищет вас. Что изменится, если я и дальше стану это отрицать?

Не зная, что на это ответить, Ким Джеджу лишь кивнул.

— Кхм. Не так уж важно, что вы за человек. Главное, чтобы рядом с ней не было пусто. Этого вполне достаточно.

Отец Кан Соа прокашлялся и поднял стоявшую перед ним чашку кофе.

— Ай, горячо!

Но он отхлебнул слишком поспешно, обжёг язык

и невольно выпустил чашку из рук.

— ...А?

Но чашка не упала и не разбилась.

Она просто зависла в воздухе, будто вбитая на месте.

— Вы в порядке?

— ...Да.

С ошеломлённым лицом отец Кан Соа смотрел, как кофе, будто время повернуло вспять, возвращается на стол.

— Молодой человек... неужели?

Ким Джеджу с виноватой улыбкой кивнул.

— ...Боже мой.

Прошло некоторое время в неловком молчании, а когда даже Кан Соа, что-то заподозрив, вышла из комнаты, он наконец заговорил:

— Молодой человек. Не хотите заключить контракт с нашей компанией?

***

Как оказалось, отец Кан Соа занимался проектом, связанным с бизнесом на основе магической инженерии.

Но после падения Башни вся мана исчезла, и, разумеется, эти исследования оказались под угрозой срыва.

— Очень вас прошу.

Теперь Ким Джеджу стал чрезвычайно важным человеком.

— Я же сказала, хватит на сегодня. Не видите, что он устал?

— Кхм. Да-да. Конечно.

Отец Кан Соа, от чьей первоначальной внушительности уже не осталось и следа, теперь отступил на удивление смирно, даже поглядывая на Ким Джеджу.

— Прости.

Кан Соа впервые за долгое время извинилась перед ним с видом побитого щенка.

— Такое бывает. Ты ведь не специально, да и твой отец просто за тебя переживал.

— Мой отец?

— ...А как мне его ещё называть?

— Ничего.

Она тут же снова широко улыбнулась, но затем сказала:

— Сегодня останешься здесь.

— А?

— Я всё время ночевала у тебя, так что теперь и ты должен остаться.

— Что это за логика?

— Неважно. Ночуешь здесь, и точка. Это приказ.

— ...

Ким Джеджу нехотя кивнул.

После ужина, который Кан Соа приготовила сама, и фильма, как обычно,

он ворочался на кровати в комнате, которую ему выделили отдельно,

а глубокой ночью, когда все уже спали, тихо вышел в гостиную.

— ...

Сев на диван, он пустым взглядом уставился на выключенный телевизор.

Потом щёлкнул пальцами.

у-у-ун.

На миг вокруг стало светло, и появился Портал.

Ким Джеджу осторожно шагнул в него, но не смог войти ни на йоту.

Словно Портал его отвергал.

«Если так, тогда зачем...»

Это уже стало почти ритуалом.

Он просыпался под утро, бессмысленно смотрел на открывшийся Портал, а потом снова засыпал.

Долгое время он топтался перед ним, а потом в конце концов вздохнул и бессильно опустился на диван.

— ...Ха-а.

Ким Джеджу низко опустил голову.

Сколько времени он так просидел?

Внезапно заметив дрогнувший свет, он резко поднял голову.

у-у-у-ун.

С Порталом что-то происходило.

И когда у его основания начало проступать нечто,

Ким Джеджу...

— ...

Даже не подумал вытереть слёзы.

Ему лишь снова вспомнилась их последняя встреча, и слёзы всё текли и текли.

Словно понимая его чувства, три маленьких пушистых комочка, показавшиеся из Портала,

— Попои!

прыгнули прямо в объятия Ким Джеджу.

<Основная история завершена>