[Лейтенант герцога, сэр Барон? Или Даниэль, потерявший сознание из-за истощения маны?]

[Нет, ответ был не в них.]

«Как только герцог сорвался с утёса, граф Джайв поднял на бунт рыцарей и солдат.» - глухо произнёс Даниэль.

«Он заявил, что с исчезновением герцога именно он является верховным командующим и никто не вправе угрожать его безопасности. А в добавок намекнул: каждый, кто осмелится перечить, дорого пожалеет об этом, вернувшись в замок Эсбаден.»

«Никто толком не понимал, что произошло между герцогом и графом, поэтому все послушались его.» - продолжил Даниэль.

«Лишь Барон восстал против Джайва, пытался вразумить рыцарей и солдат, но тщетно. У графа, привыкшего к интригам и выступлениям в старшем совете, было слишком много опыта в том, как подстрекать толпу.»

«Так вышло, что под арест угодил не Джайв, а сам Барон.» - горько усмехнулся Даниэль.

Вернувшись в Тохернский замок, граф немедленно бросил Барона в подземелье. А когда Даниэль наконец очнулся от обморока, исправить положение оказалось уже невозможно.

«Граф подкупил лорда Тохернского замка и настаивал на возвращении в Эсбаден, чтобы объявить о смерти герцога.»

В итоге Даниэль остался здесь под предлогом болезни, единственное, что он мог сделать, ждать.

Ждать возвращения тех двоих, живых или мёртвых.

«Всё, что мне оставалось, это ждать вас обоих.» - он сжал взъерошенные волосы и опустил голову. «Я слишком медленно восстанавливал ману. Если бы не это…пошёл бы искать вас сразу.»

Покрыв лицо ладонями, он несколько раз глубоко вдохнул и поднял взгляд.

«Но всё же…хорошо, что мне удалось набраться сил и перенести вас сюда с помощью ожерелья. Госпожа, спасибо, что именно в тот момент назвали моё имя.»

Улыбка, которой он пытался скрыть дрожь губ, вышла жалкой.

Духа подошла к нему и протянула брошь. На этот раз даже Леонхарт не остановил её.

«Даниэль, я ведь говорила, помнишь?» - мягко сказала она. «Не винить себя. Мы вернулись живыми именно благодаря тебе.»

Она обернулась к мужу:

«Верно, Леонхарт?»

Но герцог промолчал. Его взгляд был прикован к кузену.

В этом взгляде жгло не только раздражение и злость, но и что-то более сложное - смесь ненависти и привязанности.

Лишь спустя долгую паузу Леонхарт произнёс коротко:

«Не совсем бесполезен.»

Голова Даниэля вскинулась. Изумрудные глаза вспыхнули ярче.

«Но это всё.» - холодно добавил герцог и отвернулся.

Духа только вздохнула, провожая взглядом его уходящую спину. Обычно она бы пошла за ним, упрекнула за резкость…но теперь не смогла. Она знала, какая пропасть лежит между этими двумя.

«…По имени.» - вдруг прошептал Даниэль.

«Что?» - удивилась Духа.

«Ты зовёшь его по имени.» - тихо повторил он.

«Но я и тебя называю по имени.» - попыталась пошутить она, но замерла.

Глаза Даниэля блестели, словно осколки стекла.

«Значит, вы стали достаточно близки, чтобы герцога звать Леонхартом.»

«Тебе так показалось?» - небрежно ответила Духа, хотя внутри ей стало неловко.

[С, какого момента это вошло в привычку? Она и не вспомнила бы. И что тут особенного, звать человека по имени?]

[Да, они с мужем сблизились. Очень сблизились.]

«Тебе лучше прилечь. Думаю, пройдёт ещё время, прежде чем всё уладится.» - сказала она и поспешила подняться, пытаясь отогнать воспоминания о той ночи в пещере.

«Госпожа…» - Даниэль вдруг схватил её за запястье.

«Ты хочешь что-то сказать?»

«Я…» - губы его дрожали, но слов не последовало.

[Наверное, к лучшему. Всё равно бы спросил пустяковое «Почему вы зовёте герцога по имени?».]

Он прикусил губу. [Конечно, естественно, когда жена обращается к мужу по имени. Но почему именно это так цепляло его сердце?]

[Почему же…всё, что связано с Духой, доводит до безумия?]

«Даниэль, что с тобой?» - она заглянула ему в глаза и коснулась ладонью его лба.

Он пересохшими губами глотнул воздух.

«Температуры нет.» - заключила Духа, убирая руку.

[Да, это было всего лишь её обычное внимание. Ничего большего. Она всегда была такой - тёплой, заботливой, прямой.]

[Она - жена его кузена, герцогиня Эсбаден.]

Но забыть её он не мог.

[Сначала это было просто любопытство, но вскоре стало чем-то другим. И теперь, даже зная, что ему принадлежать не может, он хотел её всё сильнее.]

Когда ему сообщили, что Духа сорвалась с утёса, мир для него рухнул. Два дня он жил в муках, молясь богам, в которых никогда не верил. И понял, эти чувства не исчезнут.

Но признаться он тоже не мог. Если выложить всё сейчас, он навсегда потеряет её.

Тем более он видел, как сама Духа менялась рядом с герцогом. Её чувства были очевидны.

«Ничего, госпожа.» - тихо выдохнул он, подняв голову.

Его глаза ещё блестели от слёз, но лицо уже сияло обычной лёгкой улыбкой.

«Я рад, что вы вернулись живой. По-настоящему рад.»

«Это всё благодаря тебе, Даниэль.» - искренне ответила Духа и улыбнулась.

Она вышла из комнаты. Его рука безвольно опустилась, а вместе с ней, и непрошенные чувства, капавшие с кончиков пальцев.

***

«Г-герцог?! Как вы…» - лорд Тохернский в ужасе уставился на внезапно явившегося Леонхарта.

Граф Джайв уверял его, что герцог мёртв, и он спокойно подчинился. Но теперь, вот он, живой!

«Простите! Простите, я не знал! Граф сказал, что герцог погиб! Я лишь следовал его приказам!»

«Жалкое насекомое.» - холодно бросил Леонхарт.

«Да! Я ничтожество! Пощадите, господин! Что может знать ничтожный червь? Ничего! Пощадите!»

Лорд бился головой о пол, умоляя о жизни.

«Вредителей уничтожают.» - бесстрастно произнёс герцог.

«Г-герцог!» - заскулил тот, но не успел договорить.

Меч Леонхарта сверкнул быстрее, чем ноги труса понесли его прочь.

В одно мгновение голова лорда Тохернского покатилась по камням.

Так бесславно кончил мелкий феодал, заботившийся лишь о собственной шкуре.

И смерть его была не случайна, её даровал сам герцог Эсбаден.

«Повесьте его голову у ворот замка.» - приказал Леонхарт.

Сэр Барон, освобождённый из темницы, почтительно склонил голову, держа в руках отсечённый трофей.

«Господин, когда мы выступаем в Эсбаден?»

Глаза Леонхарта полыхнули ярче пламени.

«Прямо сейчас.»

Он с трудом сдерживал ярость, готовую прорваться наружу, как извержение вулкана.

Но терпение закончилось. Настало время покончить с безумием старого дяди.

Перед его мысленным взором вставало лицо врага. Родственника по крови, но чужого по сути.

«Пусть рыцари собираются. Выступаем немедленно.»

«Слушаюсь, мой господин!»

И Леонхарт повёл своих людей вперёд, не колеблясь ни на миг.

Через три дня после того, как в замок Эсбаден пришла весть о гибели герцога…

В тех же стенах разнеслась другая новость: мёртвый герцог вернулся.