Пламя в камине наполняло спальню герцогини тихим звуком.

Хозяйка комнаты, Духа, сидела у огня в ночной одежде и старательно оструживала ветку дерева.

Длинная, гибкая на вид ветка постепенно принимала форму лука.

Этой ночью она трудилась над игрушечным луком, который обещала подарить Маргарет.

Конечно, настоящий лук потребовал бы куда больше времени и усилий, но для игрушки одной ночи было достаточно.

И всё же, несмотря на простоту, это был настоящий лук.

Серьёзным взглядом Духа проверила натяжение и изгиб, ей нужно было закончить до рассвета, ведь завтра был назначен день встречи с Маргарет.

И вдруг

Бам!

Дверь с грохотом распахнулась, и в комнату стремительно вошёл Леонхарт.

Вздрогнув, Духа поспешно спрятала ветку под подол и подняла голову.

Она собиралась встретить мужа спокойно, будто ничего не происходило, но слова застряли в горле.

В его глазах бушевала ярость.

[Даже когда он сталкивался с Нэйтом или четвёртым принцем, он не был так зол…]

Удивлённая, дрожащими губами она не успела ничего сказать, когда Леонхарт заговорил первым:

«Я ведь ясно предупреждал.»

Его голос, обычно холодный, но выдержанный, сейчас звенел от гнева:

«Никогда не смей заходить в западное крыло.»

[О чём он? О флигеле…]

Духа машинально приоткрыла губы.

[Она была уверена, что полмесяца её тайные визиты туда оставались незамеченными. Как же он узнал?]

«…Что ты имеешь в виду?»

«Прекрати прикидываться, будто не понимаешь.»

Кулаки Леонхарта сжались так сильно, что на руках проступили жилы. Он был вне себя.

Собравшись с силами, Духа заставила себя ответить:

«Да. Я прошу прощения за то, что без разрешения ходила в западное крыло. Но…»

«Моя единственная семья умирает из-за тебя. Как ты собираешься отвечать за это?»

Эти слова обожгли сильнее пламени.

Она растерянно уставилась на него.

В западном крыле жила лишь одна - Маргарет.

[Неужели…смерть?]

«Не может быть…с Маргарет что-то…»

«Кто дал тебе право называть бывшую герцогиню по имени?»

Леонхарт с силой швырнул на пол то, что держал в руках.

Это были тряпичные куклы - подарок Духи Маргарет.

«Ты снова занимаешься пустыми вещами!» - гневно бросил он.

Духа молча уставилась на кукол у своих ног.

«Знаешь, что случилось из-за твоих «подарков»?» - его голос резал, как нож.

Старшая герцогиня, Маргарет, лежала при смерти.

Лихорадка жгла её тело, кашель не прекращался, кожа покрылась сыпью.

Ни одно лекарство не помогало, врачи сказали, что сегодняшний день решающий.

«По словам лекаря, её состояние вызвано не только холодным воздухом, но и сильным эмоциональным потрясением.»

[Эмоциональным?]

Она вспомнила, как лицо Маргарет светилось, когда та видела её.

Руки Духи сжали подол платья.

«Но верно одно.» - усмехнулся Леонхарт с мрачной издёвкой. «Это никак не касается тебя. Тебе ведь достаточно доказать свою добродетельность и превосходство.»

«Это неправда…» - прошептала она.

«Ха. Ты всегда была такой. Разве не помнишь тот ужин?»

И перед глазами Духи встала сцена: как Нэйт пригласил их за стол, а пьяный Леонхарт отказался даже попытаться наладить отношения со своим дядей.

Она лишь прикусила губу, не находя слов.

Леонхарт заметил слёзы в её глазах.

Он понимал, вина лежит не только на ней. Виноваты и рыцари, что пропустили её во флигель, и служанки, не сумевшие уберечь Маргарет.

Он вспомнил поздний доклад Клода: в тот день во флигель заходили и другие. Но было поздно - имя «Духа» уже сорвалось с губ больной герцогини.

Да, Духа лишь жалела женщину, заточённую в четырёх стенах, и хотела подарить ей хоть крошку радости.

Он знал это.

Но разум не мог заглушить боль. Ведь для Леонхарта Маргарет была дороже всего.

«Чёрт…» - выдохнул он и, не оборачиваясь, вышел.

Духа медленно подняла с пола одну из кукол.

Смотрела на неё печально, но затем её золотые глаза наполнились решимостью.

***

«Как бабушка?» - тихо спросил Леонхарт.

«Кашель едва удалось унять, но жар не спадает.» - ответил лекарь.

«Магия исцеления не действует. Всё, что остаётся, лишь охлаждать тело, чтобы хоть немного облегчить состояние.»

«К счастью, силы у неё ещё не иссякли.» - добавил маг. «Поэтому она держится.»

С тех пор, как герцог вошёл во флигель, он не отходил от постели Маргарет.

Каждый новый доклад врачей мрачнел его красивое лицо ещё сильнее.

«Вы так и не смогли определить причину?» - его голос прозвучал холодно.

Лекарь низко опустил голову, оправдываясь сбивчиво и жалко:

«Э-это потому, что у бывшей герцогини недуг связан с её разумом. Её тело зависит от душевного состояния…Поэтому я и говорил, что ей нужен полный покой. Но как же так вышло…»

«То есть ты хочешл сказать, что выхода нет?»

«Н-нет! Выход есть! Её можно спасти при помощи клодена.»

Клоден.

Редчайшая трава, прозванная «маленьким чудом». Её считали панацеей почти от всех болезней, кроме разве что ран, нанесённых оружием. Она росла лишь на самых недоступных скалах.

«Если такое средство существует, чего же вы тратите время здесь, а не ищете его?» - гневно бросил герцог.

«Ваша Светлость…» - замялся врач.

И тут за окном сверкнула молния, ослепив комнату, и вслед за ней раздался раскат грома.

Дождь, начавшийся ещё с вечера тихой моросью, теперь превратился в яростный ливень с грозой.

Из окна уже ничего не было видно, словно мир за стеклом исчез.

«Даже опытный травник или скалолаз погибнет, если решится карабкаться на утёсы в такую бурю.» - сказал лекарь, дрожа от страха. «Как только небо прояснится, я отправлю людей.»

«Я сам пойду.»

«Нет, нельзя!» - одновременно воскликнули его приближённые.

Леонхарт уже сделал шаг, чтобы выйти, но дорогу ему преградили Клод и Барон.

«Ни за что, мой господин!» - твёрдо сказал Клод. «Лучше мы сами.»

«Я глава дома Эсбаден.» - холодно бросил герцог. «Вы считаете, что забота о моей бабушке для меня пустяк?»

Его голос стал настолько ледяным, что Клод едва сглотнул. Но, собравшись, опустился на одно колено.

«Мой господин, на ваших плечах не только жизнь госпожи Маргарет. С вами связаны судьбы всего рода Эсбаден, всех наших вассалов, всех жителей земель, что вам доверены.»

«Не забывайте клятву, которую вы дали, наследуя титул.»

Слова попали в самую суть. Леонхарт замолк.

Он помнил: после смерти родителей, пройдя через испытания, он поклялся стать герцогом, достойным своего рода.

«Мой господин.» - продолжил барон. «Мы соберём людей и отправимся немедленно. Врачей - чтобы узнали траву, проводников - чтобы вести в горах. Как только дождь позволит хотя бы что-то разглядеть, мы начнём подъём. Мы совершим это путешествие за вас.»

Герцог молча посмотрел на них, затем коротко сказал:

«Хорошо.»

Оба поклонились и поспешили прочь. Времени было мало: им предстояло всё подготовить прежде, чем буря спадёт.

«Тогда я принесу ещё лекарства для снижения жара.» - тихо добавил лекарь.

Когда он и маг ушли, в комнате остались лишь Леонхарт и две безмолвные служанки.

Герцог протянул руку, чтобы коснуться иссохшей ладони бабушки, но вдруг отдёрнул её.

Посмотрел на свои натруженные, огрубевшие руки и нахмурился.

Он думал, что, став герцогом, сможет всё - защитить, удержать, сохранить.

Но оказалось, что он не способен даже на малость - помочь женщине, которая вырастила его как родного сына.

Снаружи сверкнула молния, и бледное лицо герцога Эсбадена вновь и вновь отражалось в оконном стекле.

***

Свист!

«Госпожа, нельзя! Это слишком опасно!» - кричала Лайла, почти перекрывая грохот дождя. На её голове был накинут капюшон, насквозь промокший от ливня.

«Даже вам нельзя рисковать жизнью! Как можно лезть на скалу в такую погоду!»

«Отпусти, Лайла.» - твёрдо сказала Духа.

«Герцог уже пошлёт рыцарей, если нужно! Зачем вы сами?!»

Но её госпожа, скрытая под таким же капюшоном, уже взобралась в седло.

«Когда они соберутся и выступят, будет слишком поздно. Я должна отправиться сейчас.»

«Но вы даже дороги не знаете!»

«Знаю. В окрестностях есть только одно место, где может расти клоден.»

«Н-н-е отпущу!» - с отчаянием в голосе вцепилась Лайла в поводья. «Я ни за что не позволю вам!»

«Отпусти!» - резко ответила Духа.

«Думаете, я рисковала жизнью, пробираясь во флигель ради того, чтобы видеть вот это?!» - почти сорвалась на крик Лайла.

Она и вправду тайно пробиралась к Маргарет, чтобы узнать её состояние и добыть сведения о лекарстве.

Клоден, редкая трава, растущая на утёсе, считался целебным чудом. Духа слышала о нём ещё в Башале.

«Но ведь нет гарантии, что вы его найдёте, даже если сейчас поедете! Клоден…»

«Я найду!» - глаза Духи вспыхнули решимостью.

«Перестаньте упрямиться!»

И тут раздался новый раскат грома. Лайла невольно вздрогнула и ослабила хватку.

Духа не медлила: ударила по стременам и крепко натянула поводья.

«Госпожа! Прошу вас, не уезжайте! Госпожа-а-а!»

Но слова служанки потонули в реве бури.

Духа мчалась во весь опор под проливным дождём, прочь, в ночь, туда, где её ждала скала и трава, что могла спасти жизнь.