***

[Разумеется, ни одна благоразумная герцогиня не додумалась бы пнуть дядю герцога и главу совета старейшин прямо на глазах у вассалов.]

«На твоём месте я бы приказал рыцарям остановить его или немедленно велел взять его под стражу. Тебе это даже в голову не пришло?» - голос герцога прозвучал холодно.

Духа, молча слушавшая до этого слова Леонхарта, медленно заговорила:

«Верно…то, что я сделала, совсем не подобает герцогине Эсбадена.»

«Ты прекрасно это понимаешь, и всё же…»

«Но я не жалею. Даже если бы могла вернуться назад, поступила бы так же.»

На лице Духи не было и тени раскаяния. Она была спокойна и решительна.

Брови Леонхарта сдвинулись ещё сильнее, но Духа лишь добавила:

«Как и всегда.»

Она внимательно изучала его лицо. [В, его взгляде, всё тот же оттенок настороженности, что и в день их первой встречи: смесь недовольства и любопытства.]

Потому-то, глядя на него, в чьих глазах с тех пор всегда отражались доверие и нежность, Духа и забыла, что изначально Леонхарт вовсе не испытывал к ней симпатии.

[Теперь между ними вновь пролегла та же холодная дистанция, с которой всё начиналось.]

[И, если герцог так и не вернёт свои воспоминания, сблизиться с ним снова будет долгим и трудным делом…а может, и вовсе невозможным. Ведь тех совпадений и испытаний, что раньше свели их вместе, уже не будет.]

«Честно говоря, я с трудом удержалась, чтобы не столкнуть его со стены.»

В ту минуту Духа решила: [если Леонхарт снова отдалится, первой к нему подойдёт она.]

[Иного пути сократить эту пропасть она не знала.]

«Мне всё равно, что Нэйт пытался убить меня.» - тихо произнесла она.

Духа подняла взгляд и встретила глаза Леонхарта, смотрящие на неё сверху вниз. В её зрачках, сияющих словно звёзды в ночном небе, ясно отражался его облик.

«Я не могла это вынести лишь потому, что пострадать должен был ты.»

В комнате прозвучал её тихий, но удивительно отчётливый голос:

«Я не вынесла бы этого только потому, что это был ты, Леонхарт.»

***

Шорох пера, быстро бегущего по бумаге, вдруг стих.

Леонхарт, сидевший за письменным столом, поднял взгляд к окну.

Ночь уже спустилась, скрыв за тьмой всё снаружи.

Точно так же и в его душе царил хаос.

[Что же всё это значит?]

Он снова увидел перед собой её глаза.

Яркие, полные решимости - глаза хищной птицы.

[Я не вынесла бы этого только потому, что это был ты, Леонхарт.]

[Почему она смотрела на него так? Почему говорила тем голосом и произнесла именно эти слова? Кто он для неё?]

[Странно всё это.]

[Но ещё страннее было то, что сам он, услышав эти слова, поспешно сбежал, будто в панике.]

[Его сердце, всегда бьющееся ровно и спокойно, вдруг сорвалось в бешеный ритм из-за одной женщины.]

[Хладнокровие, не дрогнувшее даже перед лицом полчищ демонов, рухнуло от одного её взгляда.]

[Это было нелепо.]

[И странности этим не ограничивались.]

В углу кабинета стояли книги на неизвестном языке Башала, которым он почти не владел, а на столе неизменно находился чайник с желтоватым травяным настоем, будто это было давней привычкой. Но он ведь никогда не любил травяные отвары…

Леонхарт откинулся на спинку кресла.

[Он ясно ощущал: все эти перемены так или иначе связаны с той женщиной.]

Но как ни старался, он не мог вспомнить о Духе ничего определённого.

[Единственное воспоминание, это императорский указ: жениться на принцессе Башала ради союза.]

[Вот почему я и не отказался тогда…]

[Став герцогом, он поклялся себе в двух вещах: защищать землю и людей Эсбадена любой ценой, и никогда не заводить семьи.]

[Разумеется, брак был неизбежен для его положения. Но он воспринимал его лишь как формальность.]

[И в этом смысле дикая принцесса казалась подходящей партией - на бумаге.]

[Тем более, этот союз позволял заранее укрепить политические позиции, не допустив её брака с распутным принцем, где она стала бы лишь третьей женой.]

[Но почему же?]

Леонхарт вспомнил её лицо.

[Редкий в Империи цвет волос, золотистый отблеск в глазах.]

[Плотные губы, упрямо сжатые в тонкую линию.]

[Белая шея и плавный изгиб линии ниже. Красивая, но не хрупкая.]

Женщина, которую он не помнил, но которая вставала перед внутренним взором так ясно, будто он видел её каждую секунду.

Даже запах, свежесть зимнего ветра, коснувшаяся его, когда она стояла рядом.

«Чёрт…»

Он никогда ещё не терял самообладания из-за женщины.

Но сейчас…в нём жгло странное нетерпение, жажда, что отнимала разум.

С тихим вздохом Леонхарт резко опустил руку под стол.

Через несколько мгновений, взглянув на испачканные пальцы, он глухо рассмеялся.

[Не яд ли лишил меня памяти? Может, меня попросту ударили по голове?]

[Иначе как объяснить этот позор? Он ведь не подросток, чтобы терзаться подобным.]

Щёки загорелись от внезапного чувства стыда.

И вместе с тем из глубины поднялся вопрос: [а раньше, до потери памяти, он тоже испытывал к ней эти чувства?]

[Впрочем, какая разница…]

[Для мужчины похоть и любовь - разные вещи. И не стоит смешивать их.]

[Я не такой, как отец…]

Мысль о покойном герцоге кольнула его.

[Отец, загубивший жену, себя и всё своё наследие.]

[Конечно, убил его прямо Нэйт, но всё началось с прихотей самого герцога.]

[Если бы он не сделал из уличной танцовщицы герцогиню и не назначил их сына наследником, вассалы не отвернулись бы от него. ]

[И Нэйт не стал бы их лидером.]

Он помнил слова вассалов, высказанные с насмешкой: [Глупый герцог Эсбадена, ослеплённый любовью.]

[Да, не было чувства опаснее любви, она делает человека безрассудным и губит его.]

[Значит, то, что он испытывает к Духе, лишь мимолётное влечение. Только так. И никак иначе.]

Приведя себя в порядок, Леонхарт вышел из кабинета.

[Возвращаться в спальню, где ждала Духа, не хотелось.]

[Лучше изнурить себя тренировкой, чем вновь погрузиться в опасные мысли.]

«Клод!»

«Милорд?»

«На плац. Поднять всех рыцарей.»

«Но, Ваше Сиятельство, ночь, все уже спят…»

Резкий взгляд герцога оборвал возражения.

«Ты думаешь, чудовища нападают только днём?»

«Н-нет! Сейчас же соберу их!»

И в ту ночь рыцари Эсбадена до самого рассвета сражались с господином в учебном бою, так и не узнав истинной причины.

***

[Может, стоило тогда промолчать и не говорить ничего…]

Духа нахмурилась, подперев щёку рукой.

Вчера, объяснив Леонхарту, почему она так поступила с его дядей, она увидела в его глазах лишь замешательство.

И вскоре он исчез, словно убегая.

[И с тех пор я его не видела…]

По словам главной горничной, герцог лишь бегло поел за завтраком и обедом, а затем уехал объезжать земли.

А Клод, с синяками под глазами, жаловался, что его господин вдруг вызвал всех рыцарей среди ночи и заставил тренироваться до изнеможения.

«Из-за этого мне пришлось караулить всю ночь!» - ворчал он. «Никогда раньше герцог так себя не вёл, пока помнил всё.»

Похоже, Клод теперь ещё сильнее молился, чтобы память господина вернулась.

«Да уж, вид у тебя…будто даже насекомые засмеют, встретив такого.»

На эти насмешливые слова Духа обернулась.

Она пришла в флигель повидаться с Маргарет, но та дремала после обеда.

Зато Серион встретил её вместо хозяйки, с насмешливым блеском в глазах, стоя у постели спящей девушки.

[Герцог жив-здоров, так отчего у тебя такое жалкое выражение лица?]