Сотис долго размышляла над вопросом Лемана. Неужели развод, который мог случиться в любой момент, знаменует конец? Потеряет ли она ценность, если потеряет приставку Мендес из полного имени?

Ей этого не хотелось.

— Нет, не конец. Это просто развод.

— ...

— Я... — Продолжила она, колеблясь.

В её водянисто-голубых глазах отражалось лицо собеседника. Высокий мужчина приятной внешности нежно улыбнулся, когда их взгляды встретились. Он словно давал понять, что примет всё, что бы она ни сказала.

— Всё будет хорошо, даже если я не стану консортом. Даже не так, будет лучше, если я не выйду за императора повторно.

— Я понял.

— ...Надеюсь его величество пожалеет о своём холодном отношении ко мне. Виновник моих сожалений, не исчезнувших даже после становления правительницей, причина, по которой я хотела исчезнуть, источник моего нежелания становиться консортом... я надеюсь он побывает на моём месте и испытает всё, что мне довелось почувствовать.

Маг кивнул. Его улыбка стала ярче и выразительнее.

— И? Леди Сотис.

— Я хочу жить своей жизнью.

— ...

— Моё тело слишком слабо, поэтому... для начало нужно восстановить и улучшить здоровье. Да так, чтобы я могла спокойно представить жизнь за пределами дворца императрицы.

Сотис никогда раньше не жила за пределами столицы. Она не видела ни широты горизонта в поле, ни побережья. Не только из-за физической слабости, у неё не было времени – приходилось учиться и развивать интеллект, запечатлевая в памяти мелкие буквы.

— Нет, не говорю, что мне нужно уйти прямо сейчас. Я даже не знаю, куда мне податься. Пока что меня пугает мир, находящийся вне стен резиденции императрицы, но...даже так я не верю, что смогу быть счастлива здесь, на территории императорского дворца.

— Вы не сможете найти счастье здесь. — Почти повторил Леман, словно понимая ход мыслей собеседницы. — Получается, вы хотите отправиться туда, где сможете быть счастливы?

— Однажды.

Мужчина явно погрузился в раздумья.

— Не сейчас, леди Сотис?

— А, ну...

Он наверняка полагал, что если развод уже предрешён, то после завершения процесса Сотис вышвырнут из дворца. Принимая во внимание отношение Эдмунда к дочери герцога Маригольда, было бы странно, позволь ей император хотя бы вещи собрать.

Но всё не так. Пока ещё императрица заключила с Эдмундом сделку, по одному из условий которой, она должна была некоторое время оставаться во дворце, чтобы заниматься государственными делами. Эти обязанности возлагались на Сотис до родов Финниер, которая возьмёт их на себя, когда восстановится.

Немного поколебавшись, леди решила дать честный ответ.

— ... Я решила временно помогать с исполнениями обязанностей императрицы.

Ошеломлённый Леман даже обратился к ней по-старому.

— Ваше величество Сотис!

— ...

— Простите, я больше не допущу такой ошибки.

— Пожалуйста, с завтрашнего утра будьте осторожны, господин маг.

Сотис как всегда взяла на себя ответственность окружающих. Однако она, улыбнувшись, великодушно пояснила.

— Конечно, удобно уехать, отбросив всё. Но я не могу закрыть глаза на то, что оставляю позади. Нравится вам это или нет, Леман, я правительница страны.

— ...

— Это моя обязанность. Ответственность.

Слова её можно было расценить по-разному. С одной стороны, она хотела понять недовольство Лемана. С другой стороны, Сотис будто успокаивала саму себя.

Маг помотал головой, проглатывая горечь. Ответственность. Какое ненавистное слово. Как долго она страдала, подчиняясь ему? Как долго исполняла обязанности, сложность которых превышала преимущества её статуса. Как долго трудилась, не получая ни одного доброго слова в ответ?

— ...Чего и следовало ожидать. Выбор в духе леди Сотис.

Несмотря на сказанное, Леман выглядел куда более озадаченным, чем слегка расслабившаяся леди.

Если сразу после развода Сотис оставит позицию императрицы, дела в империи придут в хаос. Финниер Роузвуд, недавно ставшая императорским консортом, ещё не получила достаточного опыта для немедленного принятия управления на себя.

К тому же, жизнь обычных людей на данный момент в разрухе: эпидемия, нестабильная обстановка на границе и странные события, случающиеся по всей империи. Если Сотис, взявшая на себя ответ за их благополучие, просто оставит свой пост, то империю ждёт очень тёмное будущее. Она не могла отвернуться от народа. Леди Маригольд сентиментальна, тепло её сочувствия к людям не зависит от их статусов.

— Леди. — Леман окликнул её чуть приглушённым голосом.

Если после развода Сотис захочет воспользоваться возможностью бросить всё и уехать, он пригласит её в королевство Битум. Как она когда-то пригласила в империю хозяина башни Перивинкл для помощи в решении проблем.

Леману хотелось воспользоваться случаем и забрать Сотис. Он думал, что понимает как значима для души свобода, знает как укрепить дух. Поэтому был уверен в том, что сможет подарить леди Маригольд какое-никакое счастье.

Ответственность. Она печалит, но в то же время вынуждает становиться сильнее.

— ...

Вместо ответа Сотис чуть приподняла уголки губ. Собеседник не произнёс ничего, кроме её имени. Однако ей казалось, словно она уже прочла намерения в его мыслях.

— Леман, ваши чувства... — Мягко прошептала Сотис.

Уши мужчины налились краской.

— М-моё... признание, пожалуйста, просто притворитесь, что его никогда не было.... то есть. — Незамедлительно и с мольбой в голосе ответил он. Леман прекрасно осознавал, что в тот момент его искренность могла причинить вред.

Она всё ещё супруга императора, бракоразводный процесс только начинается. Но он посмел доставить Сотис неудобства своей “постыдной” любовью. Да, окружающие не слепы. Разве не видели Эдмунда в окружении множества любовниц ещё до становления императором? Но Сотис другая. Нельзя допустить, чтобы её уличили в скандальном поведении, чего раньше ещё не случалось. Даже если она больше не императрица и медленно передаёт свои обязанности, чтобы наконец исчезнуть из дворца согласно мечте.

К счастью, Леману больше не пришлось заикаться. Леди завершила эту тему одной фразой.

— Так и поступлю.

В непоколебимо спокойном поведении читались невообразимое самообладание и мудрость.

— У меня есть к вам просьба, Леман.

— Я исполню любую. — Незамедлительно ответил мужчина.

— ... сначала выслушайте.

— Но леди Сотис редко просит людей сделать что-то, что может поставить их в неловкое положение.

— Она может показаться затруднительной. — Тут же дополнила. — Я надеюсь, что вы пробудете в Империи Мендес ещё немного времени. Господин маг, печать императрицы утратит свою силу после моего низложения, но я поговорила с его величеством Эдмундом и взяла с него обещание относиться к вам как к почётному гостю. Хоть я и не могу написать формальную просьбу, надеюсь, вы поможете мне решить проблемы, связанные с неуспокоенными душами, пока я занимаюсь делами дворца.

— Вы ссылаетесь на содержание письма.

— Верно. Это сделка носит масштаб не государственный, а личный, поэтому я не могу пообещать хорошего гостеприимства или большого вознаграждения, но...

— Я приехал не за этим.

Леман неторопливо поднялся и выпрямился, возвышаясь над Сотис. Из-за мягкой ауры, исходящей от него, он казался менее рослым и крупным. Но теперь, видя мага прямо перед собой во весь рост, леди поняла, что он на голову выше неё.

— Я хочу исполнить свою роль в решении проблем с неупокоенными душами, появляющимися по всей империи. К тому же, было бы неплохо сделать так, чтобы ваша душа больше не отделялась от тела.

— Моя душа?

— Так как она уже отделялась, ваше состояние сейчас несколько нестабильное. Нить, что связывала плоть с душой сильно истончилась. Я ищу способ её укрепить. Это нелегко, но поможет мне улучшить способности и получить новый опыт. Да, просто...

Лицо его помрачнело.

— Всё ли с вами будет в порядке? Даже если удастся решить эти проблемы, вам, как доверенному лицу императорской супруги, придётся потратить достаточно много сил...

Она вновь приподняла уголки губ в едва заметной улыбке.

Как много людей трудились во благо страны, ради безопасности Эдмунда и чести императорской семьи. Сотис не возлагала больших ожиданий на данное императором обещание, она как никто другой была знакома с его холодом и отрешённостью. Покинув этот мир на целый месяц, леди беспокоилась, признают ли её усилия.

— Всё будет хорошо, я исполняю свои обязанности. Важнее всего сейчас восстановиться.

Весь разговор Сотис стояла на ногах и теперь тело её ощущалось едва едва ли легче металла. Она вышла после чаепития, но губы пересохли, а в ушах звенело. Леди со вздохом прислонилась к дереву.

Леман выглядел так, словно был готов закинуть её руку к себе на плечо, попросить опереться на него, однако он не имел права прикасаться к Сотис, поэтому не мог не волноваться.

— Почему бы вам не встретиться с магом, который специализируется не на душах, а на жизненных силах, Марианна расспрашивала о нём вчера? Они разбираются с энергией тела, поэтому специалист непременно сможет вам помочь.

— Даже если я не больна, а просто слаба?

— Ваша физическая слабость тут не причём, сейчас вы чувствуете недомогание, потому что душа слишком долго была вне плоти. Душа это ядро, которое поддерживает всё тело. Поэтому я уверен, что кое-где поток вашей жизненной энергии либо изменён, либо затруднён.

— Вы такой внимательный. — Проговорила Сотис с дружелюбной улыбкой. — Я насладилась чаем, Леман. Спасибо, что успокоили моё взволнованное сердце. И... спасибо за всю вашу внимательность.

— Я просто делал то, чего желал. А, и это... — Маг протянул ей небольшую бумажную обёртку. — Целебный чай, лично выращенный и смешанный мною. В нём содержится моя магия, пусть и всего крупица. Он хорошо успокаивает измотанные души, так что, если заварить его в тёплой воде и пить неспеша, погрузитесь в крепкий сон. Если пить его днём, можно чувствовать сонливость. Поэтому выпивайте по чашке за час до сна.

— Подумать только, ваша магия... разве она не слишком ценна?

— Что может быть ценнее спокойной ночи для леди Сотис? — Спокойно, но без раздумий ответил маг.

Всенепременная искренность источала такую нежность, какой леди Маригольд не испытывала ранее. В конце концов, она бережно приняла подарок.

— Я запомню.