— Как долго вы собираетесь ходить за мной? — возмущался Найджел в сторону Кикки увязавшимся за ним хвостом, когда он проходил мимо паба.

— Пока не надоест, — без интереса отвечал ему «хвост». — А что ты делаешь?

— Ищу потерянную вещь.

Найджел сжал в руке компас — стрелка которого не двигалась и указывала совершенно точно не на север. Более того, на компасе даже не было обозначения полюсов, а сам он напоминал маленькую коробочку из-под сладостей. Заметив, что белобрысый глядит на компас — маг отвернул вещицу от него.

— Твой компас очень странный. — взгляд Кикки проследовал за компасом. — Кажется, он сломан.

— С чего вы так решили? — усмехнулся Найджел.

— По всем правилам компасы указывают на север.

— А мой разве не указывает? — едва сдержал улыбку Найджел.

— Нет! — Кикки мотнул рукой в противоположную сторону. — Север там!

— У вас хороший внутренний ориентир, — с улыбкой Найджел остановился, — но вы не совсем правы. Мой компас работает прекрасно, просто указывает на другое.

— На что же?

— На источник магии.

— Таких технологий не существует!

— Вы так считаете? — с издевкой произнес маг.

— Да! — Кикки нахмурился. — Если бы подобные технологии были, то определённо я бы имел их у себя.

Раздраженно посмотрев на Кикки маг прикинул сколько времени у него уйдет на поиски, а медлить в его случае нельзя. Он и без того уже потратил очень много времени, к тому же следов магии оказалось на острове гораздо больше, чем ожидалось. Ему определенно нужна была помощь.

— Что ж, — Найджел порылся у себя в карманах, достал небольшой предмет и кинул Кикки, — ловите. Если хотите ходить со мной, то помогайте.

— Сложно поверить, что оно работает. — Кикки покрутил в руках компас, несколько несуразный, явно сделанный хуже того, который был у Найджела.

— Вечно вам алхимикам все доказывать надо, — выдохнул маг.

Он зажег маленький лепесток огня на кончике указательного пальца и поднес поближе к компасу, который держал Кикки. Тот в ту же секунду развернул стрелку в сторону пламени.

— Видите? Магии мало, а компас все равно реагирует на нее.

— Впечатляюще! Где ты достал такую вещь?

— На Канто-Бучи.

— Я сам с Канто, но никогда такого не видел!

— Значит, не знали где искать.

— Расскажешь?

— Нет.

— Почему?

Найджел указал на компас:

— Потому что если расскажу, то вы вернете его мне, а мне бы хотелось, чтобы он оставался у вас.

— Это подарок?

— Именно! — раздраженно воскликнул Найджел. — А теперь пойдемте, нам туда.

Он развернулся и направился между двух домов. Скрипучий снег проваливался под ногами. В воздухе смешались ароматы костра и жаренного мяса, а откуда-то издалека доносился мерный стук барабанов.

Спустя несколько шагов сбоку вновь раздался голос Кикки:

— Это правда, что маги жертвуют своим собственным телом, чтобы использовать то, что им даровано от природы? — в его тоне явственно читалась лукавинка.

Найджел едва сдержал усмешку. «Вы это сейчас придумали?» — пронеслось у него в голове.

— Это все выдумки. — произнес он вслух. — И почему вы решили спросить об этом именно меня? У вас есть более подходящий кандидат — Элоди.

— Она мне, скорей всего, сейчас ни на один вопрос не ответит.

— Поссорились?

— Не совсем. Во всяком случае я бы так не сказал.

Найджел лишь хмыкнул в ответ.

— Ни за что не поверю, что вы создаете что-то из ничего! — продолжал Кикки.

Найджел помедлил. Он определенно не желал продолжать этот диалог. Но взвешивал слова, стараясь ответить как можно точнее, чтобы вопросов больше не осталось:

— Это не совсем так… Ближе к правде то, что мы тратим года собственной жизни, используя магию, но, насколько мне известно, это все еще не доказано.

— Хорошо, допустим, а что ты думаешь, — Кикки поспешил догнать мага и произнес вполголоса, — насчет недавнего происшествия в теплице?

Найджел резко остановился. Их взгляды пересеклись, в глазах Кикки читалось любопытство, но было что-то раздражающее, казалось он ищет ответ не на те вопросы, которые задает.

— Вы, — его голос прозвучал холодно, — увязались за мной только для того, чтобы пораспрашивать о мироустройстве и обсудить местные сплетни?

Кикки на мгновение замешкался, его взгляд скользнул в сторону, словно искал предлог отвернуться.

И тут Найджел увидел, как выражение лица Кикки резко изменилось. Его внимание полностью переключилось на что-то впереди.

— Что это? — Кикки стремительно обошел мага.

Найджел последовал за ним.

Еще несколько мгновений назад воздух был пропитан теплым, аппетитным ароматом жаренного мяса. Теперь же его сменила тяжелая вонь — пепла и жженой шерсти. Запах бил в нос, вызывая подступающую тошноту.

Пересилив рвотные порывы, они шагнули вперед на площадь на самой окраине города. Что-то неясное, неописуемо громадное захватило их взгляды, и они остановились, не доходя до стоявших на коленях вокруг костра толпы одетых в светлые одежды хар. Их фигуры вырисовывались на фоне пламени, создавая причудливую, зловещую мозаику.

— Это что, праздник? — в голосе Кикки слышалось недоумение.

— Очень сомневаюсь.

Будь это праздник — тут бы не пахло столь отвратительно. Не было бы столько светлой одежды и не было бы… Взгляд Найджела уперся в костер. Хары в образах белых воронов шагали в такт гигантским барабанам вокруг костра, взмахивая подобием крыльев. Хары издавали крики, не похожие ни на один знакомый ему язык.

«Сколько священных птиц они убили ради этих костюмов?» — мелькнула горькая мысль.

— Похороны. — наконец произнес Найджел. Он еще раз угрюмо обвел взглядом церемонию. — Нечего нам тут делать.

— Это еще почему?

— Все, что касается хар, — не касается нас. Это их личное дело. Их ритуал.

— Ох, Muku! Да знаю я, что это такое, хоть и не сразу признал! В некоторых городах Канто до сих пор практикуют обряд погребения, но, — Кикки прищурился, — если быть откровенным, я не ожидал увидеть его тут.

— Ham ha tip ka! — раскинув руки в стороны, взмолилась хара среди казавшейся безразличной ко всему толпы. — Ham ha tip ka! Wir hakaw Muku!

Эти возгласы словно ударили Найджела в грудь. Он пошатнулся и отступил на шаг, ощущая, как внутри вспыхивает страх. В памяти всплыл то, что он всеми силами старался забыть.

Переведя взгляд на Кикки он заметил, что тот без колебаний рванул вперед:

— Эй! Низводить Мугу до обычного мага? Да как она смеет!

Эта выходка вырвала сознание Найджела из плена страха и не раздумывая, он протянул руку и крепко схватил Кикки за плечо.

— Успокойтесь, — произнес Найджел, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Это их религия. Вы не вправе вмешиваться.

— Их религия заканчивается там, — Кикки сбросил руку со своего плеча, — где начинается моя.

— Мне казалось — вы не религиозный человек.

— Так и есть, но это дело принципа и чести! — Глаза Кикки пылали азартом вперемешку со злостью. — Эти существа не достойны того, чтобы поклоняться людским богам.

Найджел медленно выдохнул, подбирая слова. Он чувствовал, как важно сейчас не поддаться эмоциям, говорить взвешенно и спокойно.

— Они настолько же разумны, насколько и мы с вами, и вольны сами выбирать своих богов.

— Ты шутишь? Почему ты их защищаешь?

— Я абсолютно серьезен.

— Тогда почему? — Глаза Кикки сверкали. — И не надо рассказов о том, что они разумны.

Найджел выдержал паузу, оглядывая часть хар, которые отвлеклись от церемонии.

— Но ведь это так. Уже по тому, что сейчас происходит перед нами и вокруг нас, можно понять, что они общество и, смею заметить, весьма развитое.

— Интересный у тебя талант — чушь нести, — безразлично сказал Кикки. — Сколько бы разумны и развиты они ни были — животное остается животным.

— Вы правда так считаете? — Найджел посмотрел прямо в глаза Кикки, стараясь донести свою мысль.

— Да! Без исключений и колебаний.

— Печально это слышать от вас.

— Не пойми неверно мои слова. Я не отказываюсь от того, чтобы доказать или опровергнуть их происхождение, и вполне возможно в конце я даже поменяю мнение на их счет, но пока оно остается таковым.

— То есть вы все же не отрицаете возможность того, что они похожи на нас гораздо больше, чем нам кажется?

— Я не стремлюсь к тому, чтобы быть абсолютно правым, как тебе могло показаться. Тем не менее до тех пор, пока не будет доказательств, они останутся для меня просто животными, способными мыслить.

— А что, если доказательства найдутся? — Спросил Найджел, стараюсь не выдать волнения.

— Я признаю, что был не прав на их счет, принесу публичные извинения… наверное.

В этот момент гул барабанов возобновился, став яростнее, вороны подпрыгивали все чаще, а извергаемые из их пастей слова становились все свирепее. Огонь полыхал все сильнее, озаряя лица присутствующих багровыми отблесками. Молившаяся хара захлебывалась в собственном крике, ее голос тонул в общем шуме ритуала.

— Но знаешь, что странно? — Кикки многозначительно глянул на Найджела. — Что компас привел нас прямо сюда. Связанно ли это событие с твоими поисками?

Найджел на мгновение задумался. Кикки был прав, компас действительно привел их к этому месту — от осознания этого у мага мурашки пробежали по спине. Он понял, к чему именно тянется стрелка компаса — костер — и эта догадка ни капли его не обрадовала. Если тот, кто похитил его записи убил кого-то при помощи них, значит времени у него совсем не осталось. Нужно как можно быстрее вернуть их.

— Вероятно, — ответил он сдержанно. — Но я не собираюсь вмешиваться в их ритуалы.

— Давай тогда просто подождем окончания.

— Нет, я уже знаю, к чему компас нас ведет.

— Только не говори, что к костру?

— К нему самому.

Не успел Найджел развернуться, чтобы зайти в переулок между домов, как на него налетело нечто маленькое и белое. Упав, словно болванка на землю, вместе с врезавшимся в него существом, он ощутил удар по щеке — резкий, болезненный.

Затем последовал еще один — в подбородок, а потом еще один в нос. Найджел ощутил противное тепло: что-то жидкое и соленое потекло по лицу, на губы. Запах ударил в ноздри — словно ржавчину смешали с карамелью. В глазах помутнело, мир на мгновение расплылся.

— Ты что творишь! — Раздался голос Кикки. Тот уже схватил существо, отрывая от Найджела. — Nafat!

— Ma bia! Siaty! — визжал маленький хар, извиваясь в руках Кикки и пытаясь дотянуться до Найджела. — Siaty!

Найджел, едва пришедший в себя после ударов, схватил его за руки, больше похожие на лапы. Они были тонкими, но удивительно сильными.

— Почему он твердит, что мы убийцы? — озадачено спросил Кикки.

— Мог бы я говорить на их языке — с радостью бы спросил, — сквозь зубы проговорил Найджел, ощупывая разбитый нос. Кровь все еще текла, пачкая пальцы.

— Atum! — Хара в белых одеяниях, недавно стоявшая на коленях, подбежала к ним сквозь толпу, а ребенок почти сразу же ринулся к ней, позабыв о желании драться.

— Tayk xeryd qanqan! — обвинительно накинулся словами на нее Кикки. – Soryx raxas!

Пока светловолосый обвинял ребенка, Найджел достал из кармана платок и заткнул им кровоточащую ноздрю.

— Hytip, — хара виновато прижимала к себе ребенка, — fi ninam.

— Ninam? — возмущался Кикки. — Ka ma ninam!

— Hytip! — взмолила хара.

— Ma hytip, — рявкнул Кикки. В его глазах не было и грамма сострадания.

Хара упала на колени, все так же обнимая ребенка. По ее получеловеческой морде потекли прозрачные слезы.

— Что вы сказали? — Найджел старался говорить ровно, не смотря на гул голове.

— Сказал, что ее ребенок предстанет перед законом.

— Зачем же? Он всего лишь ребенок, совершивший глупость.

— Ты явно не в себе… — протянул Кикки, но добавил: — Если он достаточно взрослый, чтобы драться, значит, и наказание должен понести как взрослый.

— Не рубите с плеча, Кристиан, когда как не в детстве совершать глупости. — Найджел, пошатываясь, поднялся на ноги. — Я хочу у них кое-что спросить, сможете перевести?

Помолчав, Кикки выдохнул.

— Что ты хочешь сказать им?

— Я хочу знать, что случилось с сожженным, кем он им был и с кем общался? Набросились на меня точно не просто так.

— Ты считаешь, что он умер неестественной смертью?

— Это очевидно по харам в костюмах воронов. — Видя непонимание в глазах Кикки, он продолжил: — Они считают, что ворон — проводник в загробный мир для душ, покинувших тело не по своему желанию.

— Откуда у тебя такие познания?

— Я отвечу на все ваши вопросы позже, а сейчас помогите мне.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Хорошо, — кивнул Кикки и обратился к харам: — Xeryd sow ma-isiw rax!

Найджел внимательно наблюдал за замолкшей харой, ее желтоватыми глазами с вертикальными зрачками, за каждой морщинкой, каждым движением. Соври она — он сразу поймет.

— Isesat awat miri ama?

— Inen miri ama daw nib c im. — Кикки показал на полыхающий костер.

— Iw i nab, — начала хара, — iw wan nafar, wanan nafar.

— Wy iw menai?

— Ma ama, iw wa gomi ra ha inab. — Ее взгляд потускнел, а тело, как будто потеряло всякую возможность двигаться. — Pa naha.

— Iw xapi?

— Ma dia. — Она помолчала и добавила: — Ma ama.

— I ama! — воскликнул ребенок. — Ama, ite sahosi anax.

Краем глаза Найджел, наблюдавший за харой, заметил как Кикки, до этого стоявший уверенно, покачнулся, нахмурился и сжал кулаки. Слова ребенка явно поразили Кристиана, от чего Найджелу стало не по себе, но в тоже время и любопытно, о чем именно ему сказал ребенок:

— Что он сказал?

— Подожди, — отмахнулся от него Кикки. — Naxat iba?

— Si.

— Sodadit?

Ребенок внимательно посмотрел на мать, молчаливо спрашивая разрешения, а та лишь кивнула, позволяя рассказать.

— Si. — Он отлип от матери и повернулся к собеседнику. — Qai anax, an wy inapuw. Bakoky kom waw. — маг почувствовал оценивающий вглядывайся ребенка на себе, после чего тот отметил: — Wanixow madoh.

— Что он говорит? — еще раз поинтересовался Найджел.

— Мало полезного, — на сей раз ответил Кикки, — но точно могу сказать, что тебя можно вычеркнуть из списка подозреваемых. Тот человек, с которым встречался его отец, имел кудрявые черные волосы, а у тебя они прямые и короткие, более того, ты не похож на королевского ребенка.

— Вы так думаете?

— А ты считаешь, что похож? — усмехнулся Кикки. — Из нас двоих я больше похож на наследника престола.

— Не могу не согласится, — нахмурился Найджел. — Ладно, можете спросить, слышал ли он, о чем его отец говорил с тем прекрасным человеком?

— Без проблем, мне самому это было интересно. — Он снова обратился к ребенку: — Ama c wa wafa?

— Si, anax iam ifad.

— Ifad? Wy?

— Dod. I ifad ma anax maa.

— Ra sa ite ma anun?

— Si.

— Что теперь?

— Говорит, что тот человек предлагал сбежать. — Кикки потер лоб. — Бессмыслица какая-то.

— И правда. — Найджел ненадолго ушел в раздумья, а потом глянул на Кикки. — Как на их языке звучат слова благодарности?

— Hasy, — коротко ответил тот. — Конечно, есть и другие варианты, но этого будет достаточно.

— Хорошо. — Найджел воодушевленно развернулся к харам: — Hasy.

— Wani! — прикрикнул Кикки, взмахивая рукой, давая понять, чтобы они уходили. — Нам бы тоже пора идти. Темнеет.

— Вы правы.

Оглядев напоследок еще раз всю сложившуюся картину, они пошли вдоль заснеженной улочки, подальше от площади для сожжения. Снег под ногами приятно похрустывал, а солнце садилось. Но даже когда оно пропадало полностью, все еще было светло, как на закате.

— Если коротко: мы ищем человека с темными кудрявыми волосами, похожего на принца из детских сказок и… — у Кикки был такой вид, словно его не устраивала та информация, которую они получили. — Он вероятно причастен к смерти этого сожженного хары, все?

— Похоже, что да.

Найджела тоже не устраивал такой исход диалога, он бы хотел узнать больше о том кудрявом человеке, о причинах, по которым тот хар с ним встречался, и что больше всего его беспокоило: он не был уверен, но очень хотел знать — связанны ли его записи с этим.

Мотнув головой, Найджел постарался прогнать плохие мысли из головы — он со всем разберется, но точно не сейчас. Сейчас ему хотелось упасть на кровать и заснуть.

Помолчав немного, он решил, спросить Кикки о наименее важном:

— Откуда вы так хорошо знаете их язык? Вы его изучали?

— О, не стоит скромничать с комплиментами! Я знаю их язык с рождения, точнее, оказывается всю свою жизнь знал.

— Это как?

— Их язык похож на мой родной, Кантский. — Найджел заметил, как Кикки передернуло. — Аж мерзко.

— Удивительно, что они переняли так много от народа Канто. Язык и обычаи…

— Мне бы хотелось, чтобы они их забыли и не вспоминали.

— Не думаю, что это когда-нибудь произойдет.

— Вот не пойму, — Кикки удивленно глянул, — с чего такая доброта к тем, кто уничтожил половину солдат во время войны на Канто-Бучи?

— Половину? — теперь уже удивился Найджел. – Они же совершенно обычные существа.

— Ты называешь обычными тех, кто выглядит иначе, стараешься с ними поговорить, удивляешься тому, что они что-то переняли от моего народа. Да ты и правда нечто! — засмеялся Кикки. — Но, как я уже говорил, они не более чем звери.

— Печально, что вы так думаете после того, как поговорили с ними.

— Так многие считают. Многие, но только не ты. Некоторые предполагают, что Мугу создал их, чтобы войны были еще более ожесточенными.

— Не думаю, что у него была именно такая цель.

— А какая же еще?

— К примеру, создать более совершенных людей для защиты?

Найджел ощутил пристальный взгляд Кикки на себе.

— Как твой нос?

— Все хорошо, мне не впервые приходится сталкиваться с подобным, — усмехнулся Найджел.

— Отлично! А теперь ответь — он стал более совершенным?

— Что вы имеете в виду?

— По сути, прежний облик хар сломали, если предположить, что они когда-то были людьми, переделали, поступили так же, как один из них с твоим носом. Стали ли они после поломки более совершенными?

— Почему вы считаете, что их прежний облик сломали?

— Потому что несмотря на то, что они отличаются от нас многим. — Он задумался, замедлил шаг. — Сам не верю, что признаю это. У них есть традиции, боги, праздники, более того, их язык похож на язык Канто.

— Вы все же считаете, что они могли быть людьми?

— Вполне.

— Если так, то это очень прискорбно.

Кикки пожал плечами.

— Это их судьба.

Судьба ли? Быть может, что-то еще более страшное преследовало Найджела по пятам, тут и там раскидывая ловушки в надежде задержать его поиски. Даже сейчас, когда, казалось бы, он был так близок к цели — она оказалась ложной. Совершенно не тем, что он ожидал увидеть.

Увиденное поразило его, испугало и засело где-то в глубине души, словно червь теперь копошилось внутри, извивалось, подбиралось к самому сокровенным и потаенным уголкам сознания, отказывалось исчезать всякий раз, как он пытался стряхнуть.

Донесся запах дерева, влажность прохладного помещения. Они уже заходили в гостиную, кода Найджел наконец очнулся. А какая судьба у Сирши? Их ночной диалог отзывался в нем гулким эхом. В ней он видел прошлого себя. Свои ошибки и их последствия.

— А какая ваша судьба, Кикки? — вырвалось у него.

— Ты хочешь знать мое будущее или прошлое?

— Разумеется прошлое, будущее знать мы не можем.

— Единственное, — он указал пальцем в потолок, — что я расскажу только тебе и только в благодарность за подарок! Не смей сболтнуть кому-то!

— Хорошо, хорошо.

— Так вот, единственное, что стоит знать о моем прошлом — это то, что моя родня просит вернуть им все потраченные на мной деньги, хотя они богаты и словно свиньи копаются в золоте! — всплеснул руками Кикки. — Подумаешь, потратил часть состояния семьи.

— А на что потратили?

— На что обычно тратят деньги обеспеченные люди?

— Не знаю, я не из элиты.

— Спешу сообщить, вы многое потеряли: алкоголь, казино, девушки и многое другое.

— Знаете, теперь я понимаю ваших родителей.

Кикки махнул рукой и, перешагивая через ступеньку, поднялся на лестничный пролет.

— Беднякам никогда не понять богатых.

— А богатым бедных. — Так же через ступеньки прошагал вверх Найджел вслед за Кикки, а затем и вовсе обогнал, поднявшись на второй этаж. — Но это не помешало всем нам оказаться здесь.

— Ты прав. — Кикки поспешил догнать его и протянул ему руку. — Рад, что сегодня увязался за тобой, хоть и не от всего сердца.

— Приятно было посмотреть на ваши навыки общения.

Они пожали друг другу руки и не успели разойтись, как из одной комнаты вышла женщина средних лет, смуглая, с прямыми волосами цвета каштана.

Женщина попрощалась с Сиршей и хотела уже закрыть дверь, но тут Найджел явственно ощутил ее взгляд на себе.

— Всемогущая! Что с вами стряслось?

— Подрались, — с улыбкой честно ответил Найджел.

— Упали, — соврал Кикки, пихнув его локтем.

— Что там? — Показалась обеспокоенная Сирша, ее темные кудри были собраны в пучок. — Оу, выглядите так, будто вас диамот переехал.

— Диамот? — Найджел адресовал свой вопрос не кому-то конкретному, а скорее в пустоту.

— Не важно, что произошло, — замахала руками женщина, — живо заходите оба, подлечим ссадины и синяки.

— Хорошо, мэм.

— Розет, ты уж прости, но я, пожалуй, обойдусь, меня еле зацепило, — буркнул Кикки проходя в свою комнату.

— Хорошо, но, если тебе все же потребуется моя помощь — ты знаешь где меня найти.

— Хорошо, — махнул рукой Кикки и закрыл за собой дверь.

— А ты заходи, тебе явно неплохо досталось. Как тебя зовут?

— Найджел и я бы не хотел вас обременять, — с натянутой улыбкой произнес Найджел, — у вас и без меня много работы.

— Ничего-ничего, заходи. — Она вцепилась ему в руку и повела в комнату. — Меня зовут Розет, будем знакомы, работаю вместе с Кикки, помогаю Сирше с ожогами.

Его уверенность, как ветром сдуло под ее напором.

— Хорошо.

Он прошел в комнату вслед за Розет. Там пахло мазями и чем-то еще тревожно-медицинским. На прикроватном столике горела лампа, мягко освещая лицо Сирши, которая расположилась на своей кровати. Рука ее все так же была в бинтах, но хотя бы уже не пропитанных кровью.

— А где Мария?

— Она не так давно ушла, скорей всего сейчас отдыхает с другими в ближайшем пабе.

— Надеюсь, с ней все хорошо.

— По-другому и быть не может, — протараторила Сирша. — Расскажите, что все же случилось с вами?

— Ничего серьезного, просто один ребенок перепутал меня с другим человеком.

— Это тебя так хар избил? — резко выпалила Розет, копаясь в своей сумке с лекарствами и другой врачебной утварью. — Я сообщу об этом Контербеху.

— Не стоит, — виновато взглянул на нее Найджел, — ребенок не виноват, что перепутал.

— Я думала вы с Кикки подрались из-за Элоди, — с толикой удивления произнесла Сирша.

— Нет-нет, что вы, я нахожу мисс Элоди приятным человеком, но никак не более этого, — смущенно улыбнулся Найджел. — Мне жаль, что вы так решили.

— Хватит обсуждать то, что уже случилось. Найджел, что конкретно болит… помимо лица?

— Спина, я упал на нее, когда ребенок в меня врезался.

— Это было нападение из засады? — удивилась Сирша.

— Нет, это просто была нелепая неожиданность.

— Снимай верхнюю одежду, — скомандовала Розет.

Сердце пропустило удар. Он, конечно, хотел рассказать о своем секрете, но не так же скоро! Он не был готов раскрыть все прямо сейчас, но вот к чему точно был настроен решительно — так это провалиться прямо сейчас под землю.

— Знаете, я, пожалуй, пойду. — Он развернулся и, дотянувшись до ручки, собирался открыть дверь. — Давайте обойдемся без лишней пошлости.

— Нет. Какая тут может быть пошлость? — Розет подбежала к двери и заперла замок. — Что, если там перелом? Сильный ушиб? Хочешь слечь?

— Не думаю, что это столь серьезные травмы. — Он был настроен серьезно на то, чтобы поскорее покинуть комнату.

— Отрицание проблемы — первый шаг к ее усугублению, поэтому не упорствуй и дай помочь. Сирша отвернется, так ведь?

Та закивала головой.

Найджел украдкой глянул на нее, стоя у двери в сомнениях, прогоняя одну мысль за другой, одолеваемый невиданным для окружающих волнением: а что будет? Как долго придется еще избегать всей правды?

А чего он боится? Что его не примут или посчитают психом если он все расскажет? Он склонялся больше ко второму. То, что было частью его жизни — многие бы посчитали сказкой или бреднями. Разве человек, подобный ему, может существовать? Если он сейчас раскроет одну из многих своих тайн, и они его примут — что ему делать дальше? Может ему удасться когда-нибудь избавиться от призраков прошлого.

Не зная, как поступить, он стоял около двери уперевшись взглядом в пол. Слишком много «если» проносилось в голове. Но было одно, которое его зацепило: если он им расскажет, возможно он обретет союзников. Это не мало его воодушевило и выпрямившись он произнес:

— Хорошо.

Медленно развернулся, закинул руки за спину, словно арестант, и прошел в центр комнаты.

— Сирша, вы помните ваш вопрос?

— Какой именно?

— О том, в чем же секрет моей магии.

— А! Точно! Ну… Да, помню.

— Вас все еще интересует это?

— Разумеется!

— Могу ли я доверить вам что-то личное?

— Смотря что это.

— Это касается непосредственно того, что вы сейчас увидите.

Явно нервничая, он прошелся еще раз по комнате, снял пальто и оставил его на вешалке. Трясущимися пальцами расстегнул несколько первых пуговиц на жилете. Всего на мгновение застыв над последней, он нехотя стянул его.

— Магия никогда не должна стоить больше вашей собственной жизни и здоровья, — принёс он твердо, глядя прямо перед собой. Пальцы сами потянулись к холодным, металическим пуговицам рубашки. — Магия, которую я имел честь вам показать, не стоит того, чтобы ей владеть — потому что требует гораздо большей жертвы.

Каждая расстегнутая пуговица отнимала частицу его решимости, но он не останавливался. Последняя далась ему тяжелее всего.

Рубашка скользнула с плеч, обнажая то, что он так долго скрывал под плотной тканью.

Он знал какое зрелище предстало перед девушками. Знал, что сейчас они видят не человека — лишь карту боли, выгравированную на его теле. Шрамы — грубые, глубокие, сплетающиеся в причудливые узоры.

Найджел почувствовал, как их взгляды скользят по его коже. Он не смотрел на них — не мог. Вместо этого уставился в точку где-то за их спинами, позволяя тишине наполниться ужасом осознания.

— Что это? — наконец тихо спросила Розет. — Нет, скорее мне стоит спросить, кто тебе причинил такую боль?

Найджел сжал кулаки, чувствуя, как трепещет его собственное сердце. Как объяснить то, что даже ему самому порой казалось безумием?

— Я сам себе, — ответил он тихо.

— А спину… Прости, мне не следовало спрашивать, — виновато опустила она глаза, — и заставлять раздеваться тоже не стоило.

— Ничего, это не такой большой секрет, стоило рассказать раньше, наверное. — Его голос звучал успокаивающе, будто ничего необычного не произошло. — Дверь же не смогут открыть с обратной стороны?

— Только те, у кого есть ключ, — ответила Сирша.

— Хорошо, тогда давайте быстро закончим со спиной, и я оденусь. Не хотелось бы, чтобы еще и Мария разоблачила меня.

— Хорошо. — Розет обошла его и провела рукой по позвоночнику, слегка надавливая, отчего Найджел скривился. – Перелома, похоже, нет, но ушиб прощупывается.

Она намазала мазь на ушиб, и Найджел моментально почувствовал что-то успокаивающе-прохладное, снимающее боль. Оно разливалось по всему телу, достигая самых кончиков пальцев.

— Все, теперь займемся лицом, — отошла от него Розет.

Он быстро надел рубашку и застегнул ее.

— Почему вы не хотите, чтобы Мария видела ваши шрамы? — проронила Сирша.

— Она мне совершенно точно не доверяет, а если увидит это, то прогонит. Я больше не смогу вам помогать.

В этот момент, замок двери щелкнул, дверь приоткрылась и в проеме появилась Мария. Она держала в руках стопку документов.

— Увидит что? — ее взгляд скользнул по троице с легким недоумением. — Почему вы запираетесь?

— Синяки, — быстро сообразила ответ Сирша.

— Синяки?

— Да, они с Кикки сегодня повздорили из-за Элоди.

— Вот как, — брови Марии приподнялись, — и как? Кто победил?

— Разумеется, Кикки, — опустив взгляд прошептал Найджел, вошедший в образ проигравшего. — У нас была честная схватка.

— И почему я ни капли не удивлена? — выдохнула Мария. — Не переживай, я не стану увольнять тебя или отчитывать, все же повздорили вы во время выходного.

— Спасибо вам большое, Мария.

— Розет, подлечи нашего приятеля, и пускай идет спать, — скомандовала Мария, снимая пальто. — Как же муторно это все.

— Что именно? — поинтересовалась Розет, прикладывая руку к больной щеке Найджела.

— Очередное потрясение среди хар. Сегодня утром нашли бездыханное тело за городом и уже вечером сожгли, а нам об этом донесли только час назад. — Она упала на свою кровать. — Даже не дали изучить, что произошло.

— Мы с Кикки сегодня наткнулись на эти похороны, один из присутствующих рассказал, что умерший до того, как его нашли, встречался с каким-то человеком.

— Вот как. — Мария глубоко задумалась, а затем продолжила: — Что ж, завтра доложу начальству.

— О, и вот еще…

— Потерпи, сейчас может щипать, — перебила его Розет, прикладывая руку к носу, после чего кость резким движением встала на место, открыв новое кровотечение.

— Ауч! – воскликнул он, прикрыв нос рукой, чтобы не запачкать рубашку.

— Держи. — Розет протянула ему платок.

— Благодарю. — Он снова заткнул нос и продолжил свою недосказанную фразу: — Еще, по словам того хары, человек был красив, с темными волнистыми волосами.

— Под такое описание многие попадают, а красота вообще вещь очень субъективная, вот бы было еще что-то за что можно зацепиться, — размышляла Мария.

— Вообще, есть. — Сирша, не проронившая до этого ни слова, смотрела на нее взглядом полным страха. — Это может быть мой старший брат — Генри, по описанию похож… К тому же были новости о том, что он может быть здесь.

— Но описание очень скудное, — пыталась говорить убедительно Мария.

— Вы правы, но сейчас я не могу отделаться от мыли, что это был он.

В комнате повисло молчание. Сирша забилась в самый угол кровати, опустив голову.

— Мисс, вам не стоит переживать из-за этого. Давайте, мы сначала со всем разберемся, узнаем чуть больше и только потом будем делать выводы.

Она подняла на Найджела измученный взгляд, отчего у него сжалось все внутри.

Не успев что-либо сказать, она постепенно уснула. Розет, которая незаметно для всех присела около нее, начала собирать свои флакончики.

— Ей сейчас следует поспать, и постарайтесь не обсуждать при ней эту тему.

— Хорошо, спасибо вам за лечение.

— Не за что. — Розет взяла свою сумку и направилась к выходу. — Спокойной ночи.

Она вышла.

— Как вы считаете, это реально возможно? — поинтересовался Найджел, осторожно укладывая Сиршу поудобнее и накрывая ее одеялом.

— Что именно?

— Что ее брат может быть тут?

— Не буду утверждать, что полностью уверена, что никого, кроме нее из семьи Лайонел, на острове точно нет. Но что может помешать ему прибыть на остров под другим именем?

— Вы правы.

— Завтра я сообщу эту информацию Бизанцу. Может быть, он знает больше. Хотя о чем я? Наверняка знает.

— Благодарю.

Он присел на кровать рядом с Сиршей, окинув взглядом ее обманчиво спокойное лицо. Впервые за долгое время он ощущал себя на своем месте. Он так отчаянно его искал, желал и вот оно. Им оказалась не точка на карте, а человек. Дышавший, кружащийся в потоке музыки, печалящейся из-за какой-то мелочи, смеющийся и злящийся.

«Разве я это заслужил? — крутилось у него в голове. Существует ли вообще что-то хорошее для такого человека, как я?»

— Наблюдая за этой картиной, я удивляюсь, что вы могли подраться с Кикки, — хитро улыбнулась Мария. — Может, вам следует пойти к себе?

— Да, наверное, стоит, — задумчиво ответил Найджел.

— Так идите. Идите!

Найджел дернулся. Посмотрел печально посмотрел на Сирую, поднялся, тихо собрал свои вещи и удалился за дверь.

— Вот же! Уверена, когда-нибудь я пожалею о том, что взяла именно его, — услышал Найджел тихие слова Марии.