— Прошло целых два года, а ты все такой же! Но пожри меня бездна, как я все-таки рад тебя видеть!!

Пока Витар предавался злобным мыслям по уничтожению всех своих неприятелей, Лябар рассекая воздух, домчался до него, и попытался стиснуть в объятиях, вот только получилось у него это довольно скверно. Вместо того чтобы с радостным лицом и полными розовых соплей ноздрями ответить взаимностью на сей порыв чувств, Темный перехватил выставленной рукой голову друга в метре от себя.

— Не по стати мне – великому, обжиматься с мужчинами. Отойди в сторонку и освободи место для моей прекрасной Азулы и дорогого Уробоса.

Не признанный генерал тут же вывернул руку бывшего властелина, проведя один из приемов комплекса сотни убийств, однако Витар сейчас обладал не просто чудовищной силой, но и прочнейшим телом, являвшимся средоточием трех законов, а потому ни боли, ни даже малейшего дискомфорта он от этого не почувствовал. Зато давний товарищ на собственной шкуре ощутил, каково это, попасть воздействие одновременно трех диаметрально противоположенных сил мироздания.

— Вот и спасай тебя после этого, скотина неблагодарная!

Лябар извернулся невероятным образом, выскользнув из-под пресса недружелюбно настроенных законов, однако он не чувствовал себя оскорбленным, или обиженным. Напротив, генерал искренне улыбался, радуясь возвращению старого доброго властелина, ценившего добродетель в тысячи раз меньше собственного отражения.

Тем временем, Азула, чьи ноги одеревенели при виде любимого, наконец, отмерла, и даже неуклюжими шажками направилась в его сторону, вот только богиня смерти, коей она сейчас являлась, оказалась куда менее расторопной, нежели гигантский змей.

Уробос, источавший во все стороны эманации закона Абсолютного зла, словно комета долетел до хозяина, тут же обвившись вокруг него и прильнув своей шипастой мордой к груди Темного.

— Ну ты и вымахал, змееныш! Да, я тоже рад тебя видеть! Я тоже скучал…

Проводя ладонью по темно-зеленой чешуе великого змея, Витар ощутил неописуемое счастье, излучаемое его питомцем, который одним только вилянием гигантского хвоста менял ландшафт, разрывая в клочья сотни метров земной породы.

— Не волнуйся ты так, никуда я больше не денусь.

Радость Уробоса была столь искренней, что даже у бывшего властелина воссияла теплая улыбка, которая стала еще шире при виде бегущей к нему Азулы.

*Шух!*

Несмотря на то, что его тело сейчас пребывало не в лучшем своем состоянии, Витар все еще обладал потрясающими показателями скорости вампирской расы. Он за долю секунды оказался напротив уже вовсю рыдающей девушки, тут же крепко обняв ее.

— Если не считать старшую сестру, ты первая женщина, которой я доверил свою жизнь, и знаешь… Это было самое правильное решение в моей жизни...

Будучи властительницей смерти и повелительницей некроэнергии Азула была малоэмоциональна, однако возвращение Темного проврало ее плотину отчуждения. Девушка просто не могла себя контролировать в присутствии любимого, превращаясь в самую обычную смертную, не обремененную божественным могуществом.

— Будет у вас время помиловаться, а пока выпей вот это…

После трех минут, полностью посвященных соплефорной близости, Лябар не выдержал и прервал романтическое уединение, поднеся к лицу бывшего властелина золотой кубок. Эта чаша была до кроев наполнена алой жидкостью, которая представляла из себя концентрат жизненной энергии тысяч разумных.

Подобный напиток как нельзя лучшее подходил для восстановления вампира, а потому Витар не стал обрушивать гнев на генерала, совершенно не умевшего улавливать «нужный» момент.

Глоток за глотком Темный осушил кубок поле чего его тело начало постепенно возвращать естественный цвет, но на этом метаморфозы не завершились. Налитая живительной энергией оболочка стала испускать гнетущие волны кровавой энергии, которая вскоре сменилась холодом тьмы, вырвавшимся прямо из лопаток Витара.

*Вжух!*

Четыре черных как смоль крыла, содержащих в себе мощь первозданной тьмы, заставили небеса помрачнеть, от одних лишь остаточных эманаций. Таково было могущество пиковой стадии ступени Херувим.

— Быстрее, подави свою энергию! Твоя аура губительна для низшего царства!!

Только после окрика Лябара бывший властелин развеял крылья, отказавшись от идеи проверки новообретенных сил. Тем не менее, он все еще грезил подобными мыслями, ведь с момента битвы против Владык, Темный так ни разу и не применил свои способности. К тому же, во время боя против первого Владыки Порядка – Хальгиэля, он поглотил всю его мощь, благодаря чему смог прорваться к ступени Херувим, перескочив через уровень Престола.

Разумеется, в сравнении с могуществом истинных хозяев второго царства подобная сила была ничем. Однако если брать ее в сочетании с полной властью над тремя законами, благодаря которым Витар сумел победить сильнейших представителей Хаоса и Порядка, находясь лишь на уровне Архангела, данное возвышение уже не казалось таким пустяковым.

— Ты действительно ни капельки не изменился… Дай угадаю, хочешь прямо сейчас устроить бойню с кем-нибудь, просто для того, чтобы проверить свои пределы, не так ли? Все такой же неугомонный придурок…

Лябар зрел в корень, но бывший властелин не стал тешить его самолюбие, вместо этого отвесив мощную оплеуху по затылку генерала.

— Когда это ты стал таким сообразительным? Столько лет был завсегдатаем рубакой и не учувствовал ни в одном стратегическом совещании, а сейчас вдруг на саморазвитие потянуло? Опомнись карлик, твоя работа – делать так, чтобы я не скучал, и чем лучше ты ее делаешь, тем целее будешь.

Не имея возможности размять жаждущие кровавого пира кости, Темный решил излить злобу на друге, однако в какой-то момент его сознание озарило вспышкой, а лицо просветлело, будто узрело нирвану в непроглядной темени окружающего пространства.

— Даже и не надейся неудачник. Мастеров пути оружий, зарывавшихся на тебя вместе с гильдией Призыва, я уже давно покромсал. Интересно было узнать, насколько комплекс сотни убийств превосходит их навыки, но какого же было мое разочарование, когда пришлось столкнуться не с воинами, а с гребаными философами, танцующими с палками вместо нормального боя. В общем, нет их больше, да и других противников в Междумирье ты вряд-ли найдешь…

От изречений златовласого генерала у бывшего властелина на лбу вздулись вены, а зубы заскрежетали, готовясь превратиться в белый порошок. Настолько он был раздражен, а в следующую секунду лучшего мастера рукопашного боя во всех двух царствах окружил бесконечный океан кипящей крови, в котором тысячи и тысячи чудовищ пытались сожрать предприимчивого Лябара.

— Идем любимая, пусть этот засранец немного развлечется с моими слугами. Глядишь, и дойдет до дурачка, чем чревато выводить меня из себя…