Накануне чаепития, которое устраивала тётя Каэля, графиня Марьела Делрут, ювелир Зайрдейль незаметно посетил его кабинет, принеся с собой комплекты женских украшений и другие изящные изделия.

«Благодарю за то, что снова пригласили меня, Ваша Светлость.» - вежливо склонился он.

«Я ценю тех, кто умеет держать язык за зубами.» - сухо ответил Каэль.

Зайрдейль тут же склонил голову ещё ниже.

После истории с мехоторговцем, который проболтался о существовании Лены, герцогство Луаве полностью отказалось от сотрудничества с ним. Тот, конечно, проклял себя за то, что проговорился, но Каэль не пошёл на попятную. Большинство приглашённых купцов держали язык за зубами, но именно Зайрдейль не сказал ни слова, даже перед лицом солидного вознаграждения. Каэль высоко оценил его сдержанность.

«Покажи, что принёс.»

Ювелир бережно разложил украшения на плотной бархатной ткани. Ему было велено подобрать что-то для «молодой девушки с фиалковыми глазами», и он сразу вспомнил ту самую горничную, что когда-то помогала выбирать украшения. Что-то в ней было - трогательная, скромная, милая. Его торговое чутьё подсказало, какие вещи подойдут к её образу. И, как он и ожидал, спустя пару минут Лена вошла в кабинет.

«Ваша Светлость…правда, мне совсем не нужно ничего из этого.» -пробормотала она.

«Это нужно мне.» - отрезал Каэль.

«Простите?»

«Ты ведь знаешь, что завтра моя тётя устраивает чаепитие?»

«Да, конечно.»

Весь дом стоял на ушах, повсюду шли приготовления, и Лена чувствовала себя неловко, оказавшись в окружении украшений, когда остальные были заняты делом. Хотя она и не была обычной служанкой, а после недавних событий твердо решила принять своё новое положение, ей всё же казалось неправильным тратить на себя время, когда весь персонал в поте лица трудится.

«Ты тоже будешь на чаепитии. Не нужно переживать, достаточно просто появиться. Но вот если моя подчинённая явится туда в потрёпанном виде, это будет...нежелательно.»

«Я поняла.»

Лена, сдержанно перебирая предложенные украшения, явно не для себя, а будто бы «на кого-то», действовала осторожно. Каэль наблюдал за ней.

«Если речь идёт о лаконичном, но элегантном образе для служащей, то жемчуг подойдёт идеально.» - с деловым видом проговорил Зайрдейль, демонстрируя комплект кремовых жемчужных серёг и колье. «Безупречная форма этих жемчужин будет высоко оценена дамами в зале.»

«Хм. Сойдёт. Беру. Но хочу взглянуть и на аметист.»

«Вот этот, возможно. Цвет глаз горничной, конечно, куда прекраснее, но среди моих аметистов этот, наиболее подходящий.»

Он протянул набор из трёх предметов: аметист и бриллианты, неброский блеск, изысканная работа. Каэль одобрительно кивнул.

[И правда, нет аметиста, красивее её глаз. У этого купца прекрасный глаз.]

«Прекрасно. Беру и это. И подбери что-нибудь более эффектное, для настоящего бала.»

«Ваша Светлость!»

Лена, наблюдавшая за разговором, не выдержала и подала голос.

«Тебе не нравится?» - Каэль вдруг вспомнил, что не спросил мнение той, кому всё это предназначено. «Прости, Лена. Это было неучтиво.»

«Н-нет, не в этом дело…Просто мне действительно больше ничего не нужно.»

Даже несмотря на зимний холод, лицо Лены вспотело, она старалась остановить герцога, её губы побелели. И тут Каэль понял: когда даришь украшения женщине, стоит учитывать не только их цену.

«Правда? Хорошо. Тогда остановимся на этом. Можешь идти.»

Когда он отступил, Лена с облегчением выдохнула и невольно улыбнулась. На самом деле даже жемчуг и аметист казались ей излишне роскошными, а если бы он выбрал ещё что-то, ей стало бы дурно.

«Тогда я подготовлю наряд на завтра.»

«Да, сделай это.»

Поклонившись Каэлю и ювелиру, Лена бесшумно удалилась. И только когда она полностью скрылась из виду, Каэль снова обратился к Зайрдейлю:

«Вернёмся к нашему делу. Есть что-нибудь…роскошное?»

Зайрдейль будто ждал этого. Он без лишних слов достал украшения, подходящие для настоящей леди.

«Она застенчива, не любит яркие вещи. Думаю, это подойдёт.»

Он показал колье, составленное из сотен мелких бриллиантов и нежных розовых рубинов. [Если бы Лена его увидела, она бы онемела. Но в глазах аристократии это было скромным выбором: подобные украшения часто носили на закрытых приёмах.]

«У тебя хороший глаз. Отлично. Покупаю это, вместе с тем, что выбрали раньше. И подбери ещё броши, украшения для волос. Для Сид, тоже что-нибудь.»

Каэль полностью доверял вкусам Зайрдейля. Он закупил дополнительные аксессуары, и для Лены, и для Сид.

***

На следующий день ворота особняка Луаве были распахнуты настежь, и по аллее потянулись кареты. Чаепитие в доме обычного аристократа, это просто беседа с близкими. Но в доме герцога Луаве в дни новогодних торжеств, это уже праздник, где "чай" лишь повод.

Хозяйкой была графиня Делрут, тётя Каэля, но всем было ясно: на самом деле, это приём от имени дома Луаве.

«Ах, леди Сантелла! Вы сегодня ослепительны! Благодарю, что нашли время!»

Марьела встречала гостей с безупречным изяществом женщины из рода Луаве.

«Благодарю за приглашение, мадам. Ваши вечера всегда лучшие, с нетерпением жду, что вы подготовили на этот раз.»

Ридделл сияла улыбкой, будто не входила в логово соперников, а просто пришла к родной тётке. Кто-то мог бы подумать, что они - близкие родственницы.

Чаепитие проходило в огромной оранжерее. За её стенами ещё стояла зима, но внутри, под куполом из толстого стекла, уже распустились первые цветы, а зелёная листва наполняла воздух ароматом весны.

«Ух ты…Такая теплица только у герцога может быть!»

«В сравнении с этой, наша теплица выглядит как чулан для рассады.»

«О, посмотрите! Эти нарциссы, просто сказка!»

Гости восхищались оранжереей, находили места, садились. Как только все разместились, к Марьеле неспешно присоединился мужчина. Он не устраивал эффектного входа, но все взгляды сразу обратились к нему, ведь это был Каэль.

Он сел рядом с тётей, и, хотя не подал вида, каждый отметил его присутствие. Слуги начали приносить чайные подносы, без суеты, но с абсолютной точностью. И те, кто понимал толк, оценили масштаб: сорт чая был ценой с золото, десерты - от лучших кондитеров, сервиз, лимитированная серия из Бадена. Даже цветы на столах были редкими для зимы.

«Это уровень герцогства…»

«Будто попала во дворец.»

Зазвучали лёгкие звуки струнных. Марьела встала:

«Спасибо, что нашли время прийти. Пусть ваш день будет тёплым и радостным. Мы подаём чёрный чай из Королевства Акелла. Для тех, кто не любит его, у нас есть молодой зелёный из Тартанской Империи и улун из Эйвура. Просто попросите, вам подадут то, что по вкусу.»

Чаепитие началось. Кто-то беседовал с Марьелой, кто-то тайком поглядывал на Каэля, кто-то обсуждал слухи и новости.

Особое внимание привлекал Луахалла, несколько раз тихо перекидывавший словами с Каэлем. Именно под его руководством создавалось платье для Королевы, горячая тема последних дней.

Когда чашки были уже почти пусты, Ридделл, сидевшая рядом с Марьелой, обратилась к герцогу:

«Давно не виделись, Каэль.»

«Мы пересекались на банкете во второй день торжества, Ридделл.»

«Я про личную встречу. Прошло больше полугода, не так ли?»

«Возможно. Мы оба заняты. А Лиан не с тобой?»

«Даже не спрашивай. Вчера был на балу до рассвета.»

«Он по-прежнему неугомонен. Передавай привет.»

«Обязательно.»

В этот момент почти все в зале наблюдали за ними. Ридделл выдержала паузу, потом вздохнула:

«Кстати…Что ты думаешь о коллективной ответственности?»

«Вопрос неожиданный. Почему спрашиваешь?»

«Просто так.»

Каэль догадался, к чему ведёт Ридделл, но ответил спокойно, словно ни о чём не подозревает:

«Я придерживаюсь умеренного взгляда. Если вина человека очевидна, ответственность может коснуться и семьи. Но в целом, такая практика, думаю, скоро отомрёт.

«А ты считаешь, что женщина может участвовать в преступлениях отца просто потому, что он глава семьи? Что она знала, что делает зло, но не могла перечить?»