В этом году всё складывается особенно удачно. Думаю, нам удастся полностью укомплектовать войска демонического корпуса.

«Сколько отрядов ты уже подготовила?»

«На данный момент пятьдесят крупных чудовищ, сто шестьдесят три средних и двести пятьдесят пять мелких. Правда, около тридцати мелких монстров, вызванных в самом начале, заметно ослабли за последнее время, скорее всего, они скоро исчезнут.»

Поскольку магический круг продолжал работать и количество призванных существ постоянно росло, исчезновение нескольких низкоуровневых призраков из первых партий было несущественным.

«Хм...Надеюсь, в этот раз получится вызвать много крупных чудовищ.»

«Не беспокойтесь, всё будет именно так. К тому же, с этого года мы сможем начать эксперименты по наделению монстров особыми силами.»

«Отправляй в Шарден мелких существ, которые на грани исчезновения, и тех, на ком эксперименты не удались. Пусть Каэль получит возможность использовать свою магию.»

Леонард усмехнулся и отдал распоряжение. Его забавляло то, как семейство Луаве, хотя и догадывалось о связи появляющихся в Шардене монстров с Леванасом, ничего не могло предпринять. Хотя складывалось ощущение, что армия Леванаса слишком мала, в подземелье у подножья горы Калахан вырастала поистине могучая армия чудовищ, достойная называться сильнейшей в мире.

Призванные с помощью чёрной магии монстры, среди которых встречались не поддающиеся дрессировки и особо буйные, выпускались на волю именно в Шардене. Это было по-настоящему выгодно: и армию пополняешь, и по врагу бьёшь.

До сих пор Дамиен и Каэль всегда успешно справлялись с монстрами, но у этой практики был свой риск. Если Каэлю не повезёт, и он допустит ошибку, его жизни может угрожать серьёзная опасность.

Грезя о подобных возможностях, Леонард встал к краю магического круга и начал вливать в него свою магическую силу. Для активации требовалось огромное количество энергии, и лишь потомки двух герцогских династий Логоса обладали подобной мощью. Каждый раз зимой, когда в Арденне становилось меньше дел, Леонард с готовностью приезжал в Леванас ради победы семьи Сантелла.

Как только поток магии был впитан, обвод круга постепенно начал светиться фиолетовым светом.

«Каждый раз удивляюсь этой загадочной красоте, Ваша Светлость.» - произнесла Маржелла с восторгом, наблюдая за светом.

Маржелла раньше была жрицой и занималась богословскими исследованиями. Однажды она наткнулась на спрятанную в храме книгу по чёрной магии и, не устояв перед искушением, углубилась в её изучение. Стоило лишь раз окунуться в этот мир, и пути назад уже не было, словно наркотик, чёрная магия вызывает неизбывную жажду.

Было иронично, что искусство дьявола служило делу семьи, считавшейся воплощением ангелов, но именно такая противоречивая природа и привлекала Маржеллу. Когда хозяин Сантеллы, наделённый ангельской красотой, призывал отвратительных монстров, сердце Маржеллы замирало.

Но вдруг послышался глухой гул, и магический круг погас.

«Уф...сегодня магии было маловато.» - тяжело выдохнул Леонард. Чтобы запустить круг, его центр нужно было полностью наполнить магической энергией, что выходило не всегда.

«Возможно, вы просто не успели восстановить силы с дороги? Вы прибыли только вчера, советую пару дней отдохнуть.»

«Думал, что сегодня буду в форме…жаль, но ничего не поделаешь.» - с досадой отозвался Леонард. Времени впереди было предостаточно, спешить было некуда.

***

«Никогда раньше не видела, чтобы так сильно снег валил.» - рассеянно пробормотала Лена, наблюдая за снегопадом, словно поглотившим весь мир.

С момента её приезда в Шарден прошло всего три дня, но Лена ещё не выходила за пределы замка, на следующий же день началась настоящая метель. В Керуаке, где она жила раньше, зимой тоже лежал снег, но стоило пройтись метлой, и земля уже была видна. А в Шардене на это даже не обращали внимания, столько его сыпало.

«По сравнению с Королевством Арита, где снег лежит триста дней в году, это сущий пустяк. Там, во время настоящей стужи, сугробы доходят до самой верхней перекладины двери, пока всё не растает, из дома и не выйдешь.»

«Вот это да...даже страшно становится.» - удивлённо прошептала Лена.

«Бояться не стоит, столько снега нужно, чтобы кататься на санях!» - за её спиной раздался голос Каэля.

Он стоял возле окна, рядом с Леной, и почему-то сердце начинало биться чаще, когда их дыхания, соприкасаясь, затуманивали стекло.

«К вечеру снег вновь пойдёт. Завтра сможем прокатиться на санях.»

Лена вдруг заметила, насколько близко звучал его голос. Когда осторожно повернула голову, увидела, что Каэль, наклонившись к ней, тоже смотрит в окно. Внезапно он встретился взглядом с Леной…Эти чистые, рубиновые глаза всегда приковывали её внимание, то ли пугающие, то ли завораживающие, таящие множество смыслов, разгадать которые невозможно.

Когда Лена, забывшись, слишком долго смотрела в его глаза, она испуганно отвернулась, когда его дыхание коснулось её волос и щёк.

«У вас лошади тянут сани, или сами тянете?» - неуверенно спросила она.

Каэль сделал вид, будто ничего не заметил.

«Нет, для этого используются приручённые северные олени, они по снегу куда быстрее, чем лошади.»

«Понятно…Значит, кататься будем только вы и я?» - заикнулась Лена.

«Почему, тебе не нравится быть со мной наедине?» - лукаво переспросил он.

«Н, н, нет, я не это имела в виду…просто ведь должны быть сопровождающие…»

Он только сейчас начал замечать, как ему нравится подшучивать над людьми, если бы Джерард видел его сейчас, точно покрутил бы пальцем у виска. Но Лена, смущённая и покрасневшая, всякий раз казалась ему ещё более милой.

«Шучу. Было бы здорово покататься вдвоём, но придётся осматривать гору Каллахан, рыцари, конечно, будут сопровождать. Ты сможешь подождать меня в охотничьем домике, попечёшь там картошку.»

Покрасневшая Лена кивнула, а затем вновь вопросительно наклонила голову:

«А что вы собираетесь искать на горе Калахан?»

«Проверю, стоят ли ещё заграждения, чтобы звери не спускались к дому.»

Каэль сознательно назвал монстров просто зверями, чтобы не пугать Лену: [те редкие звери, что появлялись из ниоткуда, были куда свирепее обычных. Лене лучше бы никогда их не видеть, одно их появление было потрясением даже для опытных воинов, если же у тебя нет достаточного уровня магии, это смертельная опасность.]

Даже для Каэля охота на монстров становилась чем‑то вроде облегчения, так он мог выпустить накопившуюся энергию, хотя и доставляло хлопот, потому что каждую зиму это приходилось делать снова и снова. Но как только Леонард отправлялся в Леванас, глава дома Луаве был обязан защищать Шарден.

Он не знал, что именно делает Леонард, всё время оставаясь у себя в поместье, но стоило тому уехать, и на Шарден обрушивались монстры. Только когда Дамиен обратился к Королю с просьбой расследовать происходящее, демоны начали появляться и в других землях. Но даже Королевская семья не спешила вмешиваться в дела Леванаса.

С тех пор как Леонард оказался в этих краях, прошло всего три дня, метель началась вчера, вероятно, и Леонард всё ещё заперт в замке. Даже чувствительная к магии натура Каэля пока не ощущала угрозы. Пока монстры не появились, он мечтал только о прогулке на санях с Леной, одна эта мысль заставляла улыбаться даже во сне.

Как и ожидалось, к вечеру вновь пошёл снег. На следующее утро лазурного неба уже не было видно, но ничего не предвещало новых метелей.

«Ваша Светлость, Вам обязательно нужно нанести крем на лицо.» - деловито сказала Лена, подходя к Каэлю, который собирался выходить.

В Шардене зима была не только холодной, но и очень сухой: кожа без ухода могла трескаться и болеть. Но Каэля ужасно раздражала необходимость ухаживать за собой, потому Лена, дав клятву Ардеру заботиться о нём, воспринимала это как свой личный долг.

«А ты?»

«Я уже нанесла. Садитесь, я помогу и вам.»

«Не надо, я сам справлюсь.»

«Но вы опять намажете чуть-чуть, да и разотрёте кое-как…»

Каждый раз, когда Лена начинала ворчать по пустякам, Каэлю казалось, что перед ним вспыльчивый кролик, так сильно это её злило. После ссоры с Марианной Лена всё ещё не смотрела ему в глаза, но если нужно позаботиться о нём, всегда принималась спорить, не давая спуску. [Это ли не признак большого трудолюбия, воспитания или воли?]

В итоге Каэль сдался: сев в кресло, скрестил ноги и руки, позволяя Лене хлопотать вокруг себя. Она живо подошла, щедро набрала белого крема на тыльную сторону ладони, согрела его своей рукой и аккуратно разделила на небольшие порции. Лена тщательно распределила крем по его лбу, носу, щекам и подбородку.

Удивительно, но кожа Каэля для мужчины была очень гладкой, и Лене нравилось чувствовать это под руками.

Однако сам Каэль воспринимал ситуацию иначе: [Это какое-то странное ощущение…]

Будто где-то под подбородком или даже ниже пояса его всюду щекотало. Обычно Лена просто протирала его лицо мягкой салфеткой, смоченной лосьоном, а вот такого прямого прикосновения её ладони раньше не бывало. Всё это вызывало в нём крайне непривычные чувства.

Однако на этом тактильный контакт с Леной не закончился. Казалось, что она только закончила наносить крем. как вдруг её нежные ладони мягко охватили его щеки.