[Герцог справляется со всем, и я стала слишком смелой…]

Лена глубоко вздыхала, сидя в деревянной ванне, наполненной тёплой водой. Она так хотела стать лучшей служанкой и учиться у опытных, но даже не подумала, что создала этим Марианне лишние хлопоты. Ей стало стыдно: всё выходит, будто она думает только о себе.

А ещё Лена неосторожно возразила Каэлу, который пытался тактично сгладить её неумелость, теперь ей казалось, что она просто хочет провалиться сквозь землю. Она искренне хочет помогать Каэлу, который всегда был добр к ней, но почему-то всё выходит не так: она снова совершает промах за промахом.

Продолжая сдерживать слёзы, Лена умылась.

[Господи, я плачу из-за такой ерунды!]

В баронстве она не плакала даже тогда, когда было в сто раз тяжелее, а сейчас сама не понимала, откуда столько чувств. В отчаянии Лена даже похлопала себя по щекам:

[Не реви! Впредь приложи больше старания. Будь собранней. Если ошибёшься, беда может коснуться дяди Тео и Сида…]

Коротко помолившись, Лена быстро завершила купание.

Когда она вернулась после ванны и обнаружила, что её багаж, чемодан, оставленный у двери Каэла, исчез, то запаниковала. На секунду ей даже показалось, что она забыла, куда положила свои вещи, и выступил холодный пот. Обыскивая гостиную, Лена неожиданно увидела Каэла в домашней одежде.

«Что ищешь?»

«Простите, Ваша Светлость…Мой чемодан пропал, я его искала. Я уверена, оставила его здесь…»

«Должно быть, горничная принесла его в твою комнату. Это дополнительная спальня рядом с моей, проверь там.»

«Простите, что?»

Лена не сразу поняла.

«То есть…Если это комната, которой пользуетесь вы…Вторую спальню, прикреплённую к вашему покою, дали мне?»

«Да.»

«Просто…Я думала, что личной служанке полагается отдельная комната.»

«Вот я тебе её и дал, дополнительную спальню. В чём проблема?»

Каэль нахмурился, не понимая замешательства Лены. Та чуть не спросила, насколько это принято, но сдержалась: ей ещё не хватало вызвать новое недовольство Каэля. Пусть спальня и находилась рядом с его, от основной комнаты она всё же была довольно далеко. А в отсутствии Ардера ей удобнее находиться поблизости, быть как его правая рука.

«Просто я думала, что будет отдельная комната. Простите…»

На самом деле Лене действительно должна была выделяться отдельная комната, перемены произошли только по воле Каэля. За всю жизнь у него не было личной прислуги при себе, и он посчитал невероятным неудобством для себя, если бы горничная жила где-то ещё, а не рядом.

Лена всё равно согласно кивнула и развернулась. Её вечное «простите» вновь покоя не давало Каэлю, он понимал, что когда остановил Марианну, не позволив рассказать про проклятие силы, выглядел слишком властно и напугал Лену, которая ничего не знала.

Но Каэль меньше всего хотел, чтобы Лена узнала ужасы его проклятой силы. Пусть она и не падка на демоническое влияние и однажды всё узнает, он боялся её взгляда, ведь, узнав правду, она станет относиться к нему иначе, будто он что-то грязное и постыдное...

Чтобы не испортить отношения, он вынужден был делать вид, что ничего не заметил, и потому, под видом приказа, пытался выразить беспокойство.

«Всё в порядке, не нужно извиняться.»

«Ах, извините…то есть…простите…»

«Опять.»

Лена замялась, закусила губу, не зная, как себя повести. Сухой холод Шардена и так вызывал трещинки на губах, а от её привычки кусать губы могло стать только хуже. В душе Каэль порывался намазать ей губы бальзамом, но с усилием сдержался, вспомнив наставления Вольтера.

Командир рыцарей Вольтер когда-то учил его: если раненый зверь становится осторожным и отдаляется, не стоит бросаться к нему, нужно ждать ещё терпеливее, чем при первой встрече, иначе зверь убежит.

Каэль злился: полгода Лена приближалась к нему, а теперь словно снова отдалилась. Он не думал так осторожничать даже на настоящей охоте. Ведь поймать другую лису или оленя не проблема, а если потерять Лену…такую не найти больше никогда.

«Поужинаем здесь. Тебе принесут еду, только переложишь её и всё.»

«А вы…не пойдёте в главный зал?»

«Зайду только ненадолго, всех поприветствовать. Если сяду за общий стол, никто не сможет есть как следует, да и поговорить по душе не выйдет.»

«Вот как…Ваша Светлость действительно очень добры.»

Лена с укором к самой себе, но искренне, улыбнулась Каэлю. Она боялась показаться дерзкой, но и отвечать ему коротко не могла, ведь он был рядом целый день. Каэль улыбнулся ей в ответ, как обычно, тепло.

[Я рад, что ещё достоин называться добрым человеком.] - с облегчением подумал Каэль, понимая, что его «маленький заяц» не ушёл слишком далеко.

***

На западе от Шардена раскинулся Леванас, один из поместий семьи Сантелла, а к Северу тянулась гора Калахан, сплошная гряда, что начиналась от Леванаса.

У Калахана было две стороны: в нём росли и целебные травы, и ядовитые растения, а редкая красота соседствовала с недоступностью, гора слишком крута для путешественника. Здесь богатство лесов скрыто от людей и хранится почти нетронутым, всё из-за частых нападений чудовищ.

Особенно зимой монстры появлялись группами, будто пробудившись ото сна, и именно поэтому глава рода Луаве каждый год приезжал зимовать в Шарден: чтобы заняться уничтожением тварей.

С монстрами воевали и в других странах, но их происхождение всегда оставалось загадкой. Часто их вызывали чёрной магией, а иногда чудовище просто возникало прямо в лесу, без всякой причины.

Каэль был убеждён: источник монстров, которые терроризировали земли каждую зиму, был где-то в окрестностях Леванаса. Раньше этого не было, но стоило Леонарду стать главой Сантелла и начать каждую зиму приезжать в Леванас, как начались беды.

Отец Каэла, Дамиан, не раз высказывал подозрения, но семья Сантелла всё отрицала. Более того, они даже отказались пустить для расследования кого-то из рода Луаве, прикрываясь якобы сверхважными коммерческими исследованиями. Вариант был явно надуманным.

В то же время в Леванасе почти не было солдат, а монстры появились не только в Шардене, поэтому Королевская семья отказала Луаве в детальном расследовании: обвинять древний род Хранителей в магии казалось абсурдным, а портить отношения с Сантелла из-за неподтверждённых улик никто не хотел.

«Молодец, Маржелла.»

«Вы уже прибыли, Ваше Высочество?»

Женщина с тёмными волосами, Маржелла, приветствовала Леонарда с улыбкой.

«Как идут дела в Арденне?»

«Всё по плану. Ридделл очень амбициозна.»

«Леди Ридделл ищет своё место. Нет в Логосе девушки, достойнее короны Королевы, чем она.»

«Так и есть. Она - гордость и надежда семьи Сантелла.»

После того как пророчество Мелике стало известно, Сантелла мечтали о власти в Логосе. Главной преградой была их проклятая кровь, подчинённость силе Королевы.

Они верили: рождённый в эпоху перемен Логос «ребёнок судьбы» разрушит это проклятие, и использовали магию для ослабления семейной покорности. Теперь такая дочь, Ридделл, у них появилась.

Когда трёхлетняя Ридделл после первой встречи с Королевой сказала: «Не хочу видеть Королеву», Леонард понял, наконец в их роду появилась наследница, неподвластная трону. Обычные Сантелла были зачарованы Королевой с первой же минуты знакомства.

От одной лишь мысли быть отцом такой девочки у него дрожали руки. Он считал своим долгом сделать Ридделл королевой. Ради этого Леонард был готов на всё: проклясть невинную дочь, убивать людей, прибегать к чёрной магии, если потребуется.

«Как, по-вашему, сложится урожай в этом году?»

Леонард задумчиво коснулся мехового воротника и посмотрел через плечо Маржеллы, в огромный зал, что прятался за узким горным проходом. Простор пещеры был столь велик, что от входа не было и представление её размеры. Но не пустота зала делала это место особенным, а древний магический круг, выведенный на каменном полу.

Ещё когда был наследником, он обнаружил это тайное место, а вскоре после того, как стал главой семьи, узнал, что круг предназначен для чёрной магии. К тому времени ему по воле случая подвернулась и Маржелла, ведьма, которую схватили в иностранном храме и которую удалось забрать с собой.

Леонард был уверен: всё это - воля Бога, чтобы сделать Ридделл Королевой.