Торговец по имени Бенас внимательно всматривался, выбрал одну из рекомендованных брошей и положил её перед Каэлем.

«Когда речь заходит о мужских брошах, многие подбирают их под цвет глаз.» - начал он. «Люди с красными глазами чаще всего предпочитают рубины, но также популярны красный коралл, яшма, шпинель и гранат. Для тех, кто ищет что-то по-настоящему дорогое - красные бриллианты, они действительно великолепны. А если вы не любите слишком броские украшения, могу порекомендовать коричневые или чёрные камни. Вот, например, эти дымчатые и чёрные кристаллы, среди утончённых людей они пользуются большим спросом. Также популярны камеи и обсидиановые броши.»

Всё, что он показывал, казалось достойным внимания. Но взгляд Лены задержался на рубиновой броши, которая словно была создана под цвет глаз Каэля.

«Лена.» - негромко обратился Каэль, не отрывая взгляда от украшений. «По-твоему, какая из них лучше?»

Ардер, стоящий рядом, всем своим видом, особенно глазами, умолял Лену выбрать что-нибудь поярче. Лена, заметив этот взгляд и слегка кивнув, осторожно указала пальцем на ту самую брошь с рубином, что разглядывала до этого.

«Мне кажется…вот эта подойдёт вам лучше всего.»

«Ещё.»

Он снова попросил, «ещё». Лена растерялась, не зная, как лучше ответить. Посмотрев внимательнее, она указала на пряжку, украшенную дымчатыми кристаллами. Её сдержанный блеск, казалось, идеально сочетался бы с ахроматичной одеждой Каэля.

Но и этого ему было мало.

«У тебя хороший вкус.» - сказал он наконец. «Возьми всё, что указала эта девушка. А, и вот это тоже.»

Каэль указал на аместистовую заколку, почти спрятанную в дальнем углу среди множества разложенных украшений. Торговец не скрывал радости от столь щедрой покупки.

Шкатулка с украшениями Каэля быстро наполнилась благодаря тому, что он купил больше, чем даже рассчитывал Ардер. И тут же, словно между делом, он протянул Ленe ту самую заколку с аметистом.

Он не произнёс ни объяснений, ни благодарности, просто будто бы передал её "подержать". Когда она растерянно приняла украшение, Каэль коротко сказал:

«Оставь себе.»

Затем он развернулся и ушёл.

Лена стояла с заколкой в обеих руках, не зная, что с ней делать. Ардер, улыбаясь, тихо сжал её ладонь.

«У нас не редкость получить подарок, если как следует заботишься о господине.»

И только тогда Лена поняла: ей действительно сделали подарок. Твёрдое, прохладное прикосновение камня к её пальцам казалось непривычным.

[Если кто-то это увидит, подумают, что я украла. Надо спрятать…]

Когда-то барон Фиделия, всего лишь увидев, как она чистила платье по указанию Эллиот, обвинил Лену в краже камней с него. Несмотря на все её протесты, госпожа Марвин требовала не врать, а Эллиот, которой платье принадлежало, заставил Лену раздеться, чтобы убедиться, не украла ли она что-то.

Образ, где она стоит на коленях перед надменными служанками, похожими на Эллиот, с худым, неприметным телом, до сих пор возвращался к ней в ночных кошмарах. Она просыпалась, съёжившись, будто снова ощущала, как их слова превращаются в колючки и вонзаются в тело.

[Похоже, раз герцог дарит ей такие дорогие вещи, убивать её он пока не собирается. Но ведь он может передумать в любую минуту. Убить незаконнорождённую дочь преступника ему не составит труда. И даже дворецкий, несмотря на доброту, был добрым только к тем, кто верно служил хозяину.]

Лена была человеком, склонным к оптимизму. Но полученные в жизни раны не позволяли ей до конца довериться обитателям герцогской резиденции, даже несмотря на то, что те были гораздо добрее и теплее, чем люди барона Фиделии. Она просто скучала по дяде Тео и Сиду.

***

«Госпожа. К вам просится девушка, представившаяся Эллиот Фиделией. Говорит, что ей нужно поговорить с Его Светлостью герцогом. Что прикажете?»

Пальцы Ридделл остановились. Она просматривала стопку приглашений, уже отсортированных её личной горничной.

«Фиделия…Где-то я слышала эту фамилию…» - пробормотала она.

«Жертва, связанная с делом виконта Горация.»

«Ах, вот оно что!»

В голове Ридделл вспыхнуло воспоминание.

«Один из мелких дворян, служивших виконту Делройнсу…Да, у него была фамилия Фиделия. Эллиот…Это что же, сестра?»

«Слишком молода для сестры. Похоже, ей около двадцати.»

«Правда? Хм…»

Ридделл задумчиво провела рукой по своим густым, волнистым волосам. Хотя виконт Горация формально считался сторонником белой фракции, его поступки всё равно были преступлением. [И всё же, стоит ли встречаться с кем-то из его окружения?]

[Разум подсказывал, нет. Но любопытство оказалось сильнее.]

«Хорошо. Я её приму. Пусть проводят в тайную гостиную. Лучше, чтобы её никто не видел.»

«Поняла.»

Но, по правде говоря, Ридделл не слишком интересовалась этой встречей.

[Да, виконт Гораций был глуп, но куда глупее, те, кто к нему примкнул, включая мелких дворян вроде Фиделии. Её не тянуло общаться с подобными. Однако вдруг окажется интересно? Если нет, потратит лишь пару монет.]

Когда все дела были завершены, Ридделл направилась в гостиную, где уже ждала Эллиот. Та, уставшая от долгого ожидания, застыла, когда перед ней предстала Ридделл с сияющей, почти неземной улыбкой.

«Леди Сантелла! Для меня огромная честь видеть вас!»

Эллиот поспешно поклонилась. Она слышала слухи, но не ожидала, что Ридделл окажется такой красивой. Теперь она понимала, почему герцогский дом Сантелла называли воплощением ангелов.

«Подними голову. Прости, что заставила ждать.»

Даже голос у неё был как у ангела. Эллиот не выдержала, упала на колени и разрыдалась.

«Пожалуйста, помогите мне! Моего отца убили…А против герцогского дома Луаве мне не к кому обратиться…»

Все слова, которые она собиралась сказать, все доводы - забылись. Остались только слёзы. Она даже подумать не успела, что её могут выгнать за такие выходки.

Но Ридделл изменила выражение лица, услышав, как Эллиот назвала убитого барона Фиделию своим отцом.

«Барон Фиделия…Твой отец?»

«Да. Я - Эллиот Фиделия, единственная дочь барона Ханса Фиделии.»

«Единственная? То есть, кроме тебя, у него не было детей?»

«Нет.»

«Но…Насколько я помню, барон, баронесса и их дочь были казнены.»

«Тогда погибла незаконнорожденная дочь от служанки. Она по какой-то причине жила на втором этаже. Её приняли за меня…»

Вся эта история казалась невероятной. Но Ридделл было важно другое.

«То есть…девушку, которую убил Каэль, приняли за тебя по ошибке?»

«Ну…формально она была наполовину Фиделия, но…»

«Она была вписана в реестр?»

«Н-нет…»

«Тогда это не ты. Как же Каэль мог так ошибиться…»

Прозвучало это так, будто Ридделл искренне сочувствовала убитой. Эллиот поёжилась, перед ней сидела прекрасная, сияющая женщина, но в голосе звучала неуловимая угроза.

Зато следующий её вопрос прозвучал мягко:

«А где ты живёшь сейчас? Родственники, наверное, не захотели принимать тебя после такого…»

Слёзы снова выступили на глазах Эллиот.

«Я сбежала…из Керуака, пять дней назад. Я выжила только ради этой встречи. Если вы меня прогоните, мне больше некуда идти…Пожалуйста, помогите!»

«Какая печальная история…» - произнесла Ридделл, склонив голову. «К счастью, у меня как раз освободилось место для служанки. Это немного, но у тебя будет крыша над головой, еда и даже жалованье. А служанки в моём доме - завидные невесты. Что скажешь?»

Эллиот не верила своим ушам. [Для дочери деревенского барона, быть служанкой в герцогском доме? Это было почти чудо.]

«П-правда?! Спасибо вам! Я не забуду этой милости даже после смерти! У-у-у…»

Ридделл мягко улыбнулась, глядя на неё сверху вниз. В такие моменты она чувствовала настоящее удовлетворение. Когда спасала кого-то, дарила надежду, принимала благодарность, её сердце наполнялось теплом.

«Перестань плакать, мисс Фиделия. А то я и сама заплачу.»

Повернувшись к старшей горничной, Ридделл распорядилась:

«Мария, это мисс Эллиот Фиделия. С завтрашнего дня она будет работать у нас. А сегодня накорми её, дай ей чистую одежду, комнату и устрои тёплую ванну.»

«Конечно, госпожа.»

Мария улыбнулась и взяла Эллиот под руку. Эллиот и вправду поверила, что её спас настоящий ангел.

***

До дня рождения Великого герцога оставалось всего два дня.

В это время Луахалла, ведущий тяжёлую борьбу против коварных махинаций Хильдебруннов, решил тайно встретиться с Каэлем. Тот, ожидая визита, открыл дверь гостиной в сумерках.

«Кажется, с нашей последней встречи вы сильно истощали, сэр Луахалла.»

«Ха-а…Да, есть немного. Как вы, наверное, уже знаете…»

Каэль слегка кивнул.

«В Логосе считается преступлением, плохо отзываться о доме Сантелла?»

«Всё зависит от степени. Но в доме Луаве лучше этого избегать.»

Луахалла устало моргнул, в его взгляде на мгновение промелькнуло раздражение, и…что-то гораздо более опасное.