«Хаа…хаах…хаа…хаах!»

Тяжёлое, рваное дыхание оглушало. Но казалось, что он слышит не себя, будто чужой хрип доносился в его уши.

Он раскраивал черепа, рвал конечности, выдёргивал сердца, но бесчисленные орды чудовищ не убывали. Магия уже не подчинялась его воле, тело было обессилено. И всё же - искажённая магией плоть оставалась такой же, как у монстра. Он знал: в таком обличии легче держать оборону. Но не давало покоя чувство, где-то рядом за ним наблюдает Лена.

[Лена! Лена!]

Даже в гуще боя он думал только о ней. Ему чудилось, что она где-то поблизости и в опасности. Нужно было спасти её, но монстры не оставляли ни мгновения на передышку.

[Ха-ха-ха-ха! Превосходно, Каэль!] - разнёсся над полем боя голос Ридделл.

Этот смех был страшнее рева самих чудовищ.

[Глупый Каэль Луаве! Ты хоть понимаешь, кого убиваешь?]

Чудовище впилось клыками в его бедро, кровь хлынула горячей волной. Он не остановился, взмах меча, и тварь безжизненно рухнула.

[Сколько бы ты их ни перебил, это не изменит того, что и сам ты - чудовище.]

Ридделл говорила тихо, почти ласково, от чего слова казались ядом.

[Посмотри на себя! Чем ты отличаешься от тех, кого кромсаешь?]

Миг, и орда исчезла. Вокруг выросли исполинские зеркала, замыкаясь в квадрат. Он оказался в тюрьме бесконечных отражений. Звуки исчезли, и только собственное тяжёлое дыхание рвалось в уши.

[Смотри…смотри на себя…]

Он увидел: из спины, плеч, локтей и пят торчали костяные шипы; за спиной - чёрные, без перьев, крылья; изо рта - клыки, длинные, как у зверя; всё тело укрыто чёрной чешуёй; глаза - алые, как раскалённые угли. Он был похож на дьявола во плоти.

[С самого начала мы ближе к чудовищам, чем к людям…А ты, Каэль, ближе всех.] - голос отца прозвучал, как приговор.

«Нет!» - выдохнул он, отталкивая мысль, которую боялся признать с семи лет.

[И вот так ты собираешься шептать слова любви своей возлюбленной?] - ядовито насмехалась Ридделл.

В глубине зеркал появилась бледная фигура, медленно приближавшаяся к нему.

«Лена…»

[Да, это была она. Она тоже его искала.]

«Каэль! Где ты?» - её голос звучал приглушённо, будто из-за стены.

«Лена!» - он едва не заплакал от долгожданного звука.

Она обернулась, словно услышала его. И тут он снова посмотрел на своё отражение.

[Монстр!]

[Она не могла его узнать. Хорошо ещё, что не закричала.] Желание скрыться пересилило порыв броситься к ней. Он отступил.

«Каэль?» - позвала она уже ясным, чётким голосом.

Он не знал, ответить ли. Но Лена мягко улыбнулась и шагнула к нему.

«Каэль!»

Он сделал шаг назад, и сорвался в бездонную пропасть.

«Ах!»

«Каэль!»

Его тело содрогнулось, дыхание сбилось, словно он вырвался из ледяных глубин. Чувство падения не отпускало.

«Всё хорошо, Каэль. Ты в безопасности.»

Сквозь мутную пелену он ничего не видел, но ощутил тёплую ладонь на своём плече. От этого прикосновения спокойствие разлилось по телу. Под спиной было мягкое ложе; не было боли, ни липкого пота, ни вони чудовищ.

«Лена?» - он моргнул, и очертания стали яснее: тёмно-каштановые волосы, бледная кожа, бережное прикосновение, тихий аромат…

«Это…сон?»

Он сжал ладонь, что вытирала с его лба пот.

«Нет, это не сон.» - тихо сказала она.

Каэль резко поднялся, игнорируя пульсирующую боль в висках.

«Лена! Ты цела? Ты ранена?»

«Всё хорошо, Каэль.» - ответила она мягко.

Он огляделся, незнакомая, но роскошная спальня. Чуть поодаль стояли две служанки, а за Леной - Дэмиан, его отец, с тревогой в глазах.

«Отец?.. Как…что произошло? Орда чудовищ же…»

Память нахлынула: бой насмерть, появление Ридделл, новая орда…шансов не было.

«Помнишь последнюю волну монстров?» - спросил Дэмиан.

«Да…Ридделл появилась…а потом…пустота.»

Он посмотрел на руки - гладкая кожа. Чудовищная мутация исчезла.

«Твоё тело исцелила сила Её Величества. И все проклятия сняты.» - сказал отец.

«Её Величества?» - он вспомнил Надю Арденн, но Дэмиан покачал головой:

«Та женщина была самозванкой. Мы нашли настоящую наследницу.»

«Вот как…» - выдохнул он, но всё его внимание было приковано к Лене.

«Лена…я рад, что ты жива…» - он потянулся к её щеке, но Дэмиан остановил его.

«Даже герцогу нельзя прикасаться к телу Королевы.»

Слова повисли в тишине. Каэль непонимающе смотрел то на отца, то на Лену.

«Лена…Королева?» - с трудом выговорил он.

«Отныне будь с Её Величеством почтителен.» - твёрдо сказал Дамиан.

Лена тихо попросила всех выйти. Когда остались только они, Каэль всё ещё молчал, пытаясь осознать, что его возлюбленная, теперь Королева.