«А? Я как раз собиралась сейчас отнести. Дворецкий сказал, что теперь этим надо заниматься мне.» - виновато пробормотала горничная из прачечной, принимая корзину с бельём.

«Ох, нет! Я всё сама сделаю.»

«Как? Но ведь дворецкий…»

«Ты не забыла, что недавно одна из прислуги попала на лечение?»

После этих слов в прачечной воцарилась тишина. Всем было ясно, о ком говорит Лена. В семье Луаве только один слуга находился на лечении, тот, в кого вселилась демоническая сила Каэля.

«Конечно, это случается не всегда, только когда оказываешься рядом. Просто в тот день ему было плохо, но лучше всё же быть осторожным, правда?»

«Ну да, наверное.» - протянула другая.

«Я ведь не бельё стирать пришла, только корзину принести. Так что не волнуйся.»

Лена с улыбкой вышла из прачечной, но тут же спряталась за стеной. Ардер как раз направлялся в свой кабинет, чтобы обсудить что-то с главной горничной.

[Отлично! Значит, дворецкий и главная горничная задержатся там…]

Прокравшись вдоль стены, как только за дверью щёлкнул замок, Лена на цыпочках отправилась на кухню. Там она взяла у служанки чайник с горячей водой и вернулась в спальню Каэля.

Она поставила чайник на прикроватную тумбочку, накрыла его чехлом для заварочного чайника. Лена чуть приоткрыла окно, чтобы проветрить комнату, и привела в порядок разбросанные вещи. Кровать уже прибрали, но она успела помяться, когда на неё присел Каэль. Лена пригладила смятую простыню и, поправив подушку, заметила, что теперь всё стало чище.

[Чай для сна, чай для сна!]

[Каэль, страдающий от постоянных кошмаров, всегда перед сном пил этот специальный чай. Пусть он и не спасал от дурных снов, но Каэль говорил, что чай, приготовленный Леной, самый вкусный.]

Улыбаясь, вспоминая этот день, Лена достала заварочный чайник и чашку из шкафа, чтобы приготовить напиток. На самом деле у неё был секрет, особая техника заваривания, до которой она дошла, много раз готовя этот чай для Каэля.

Она постелила ещё один слой отваренной хлопковой ткани на ситечко, положила сверху высушенные листья и тонкой струйкой влила горячую воду. Это было несложно, но требовало внимания. Готовый чай Лена вновь перелила в чайник и снова накрыла чехлом. Горячий чайник и чашку она поставила на тумбочку, а оставшееся - на другой поднос. Закрыв окно, Лена ещё раз оглядела комнату и осторожно направилась к выходу. Если бы только Каэль не вернулся в этот момент…

«Лена?»

«В-Ваша Светлость…!»

Увидев Каэля, Лену охватило волнение, они так давно не виделись, язык заплёлся. Он только что вышел из ванны, влажные волосы ниспадали прядями, а в глазах темнела бездна. Чёткая линия шеи и острый подбородок подчёркивали рельеф ключиц и мускулистую грудь, что виднелась из-под расстёгнутой рубашки.

Лена не понимала, как раньше могла быть к нему равнодушна. Даже вспоминая, как делала ему массаж, теперь она внутренне вспыхивала: ведь ей довелось касаться его оголённой спины.

[Как и ожидалось…демоническая сила захватывает меня.]

Иногда ей казалось, что она теряет рассудок, что в какой-то момент захочет обладать им полностью. В памяти всплыла сцена со слугой, который с мечом в руках предлагал Каэлю погибнуть вместе. Лена думала, что, возможно, пора дистанцироваться, ведь болезнь усугубляется…но ноги никак не слушались. Она хотела просто смотреть на Каэля бесконечно.

Однако мир редко бывает послушен пожеланиям. Какое-то время Каэль молчал, сжал и разжал кулаки, а потом прохладно произнёс:

«Я просил Ардера поручить это другим горничным.»

Услышать такое было очень больно, хоть Лена и знала об этом раньше из уст Ардера. В голове помутилось, она пыталась что-то придумать.

«Я постараюсь быть как можно менее заметной для вас…»

Каэль вздохнул, хотел что-то сказать, и замолчал вновь. Лена, думая, что это значит, он поставил на ней крест, почувствовала дрожь в кончиках пальцев.

«Простите…»

В этот момент Лена осознала, что снова стала эгоисткой. Каэлю, возможно, невыносимо видеть травмирующий его образ перед глазами. Ведь это опасно для обоих, она может в любой момент потерять контроль и наброситься с оружием.

«У служанок были дела, а у меня было свободное время, вот и решила всё быстро закончить и уйти…»

Язык пытался оправдываться, от этого стало ещё обиднее.

Она всё равно радовалась этой случайной встрече, и Каэль тоже. Он думал, что Лене будет неловко, поэтому хотел быстрее уйти, но на самом деле был счастлив снова увидеть её.

Правда заключалась в том, что ему хотелось, чтобы все двери комнаты были закрыты и Лена никогда не покидала его. Пусть даже она боялась или плакала, он хотел навсегда удержать её рядом, не отпуская.

Проклиная себя за такие желания, он всё же произнёс лицемерно:

«Ты не виновата. Просто…мне кажется, тебе не по себе в моём присутствии.»

«Н-нет, что вы! Совсем нет!»

Каэль снова вздохнул, оценивая расстояние между собой и Леной. Она старалась, но не замечала, что держится теперь на два шага дальше, чем раньше…Лена, всегда была возле него, теперь колебалась и не решалась подойти ближе.

«Ну, если так…Постарайся, чтобы наши пути больше не пересекались.»

С этими горькими словами он прошёл мимо Лены к кровати. Лена низко поклонилась и тихо покинула комнату.

Каэль долго смотрел ей вслед, затем обратил взгляд на чай. Заваренный до идеальной температуры, он источал знакомый аромат.

Тихо отпив, Каэль отметил, что Лена всегда заботилась, чтобы в чашке не оставалось чаинок. Ему было жаль навязывать свои причуды, хотелось окружить её заботой.

[Ты снова стала красивей…]

Прошло всего десять дней разлуки, а Лена стала для Каэля ещё прекраснее. Каждый взгляд растворял его решимость держаться на расстоянии. Он допил чай, раздумывая, как бы найти способ видеть Лену, чтобы она не заметила этого.

Тем временем Лена, вернувшись к себе, пыталась справиться с нахлынувшим отчаянием.

[Постарайся, чтобы вы не встретились…]

Эти слова эхом отдавались у неё в голове. Сначала сердце сжималось от боли, потом возникло чувство вины. Но человек всегда эгоистичен, и единственное, что осталось от этих размышлений. «Я всё равно хочу тебя видеть».

[Если только не попадаться ему на глаза, это ведь не так сложно. Не совершить ошибку, как сегодня.]

Чуть расстроенная от этой мысли, ведь ничего такого она и не делала, просто хотела мельком взглянуть на него…

Лена выработала для себя план. Она собиралась незаметно следить за Каэлем, чтобы хоть иногда видеть его издали. Будь Лена кроликом, она бы с силой топнула по полу в знак решимости.

***

Весть о том, что деревню Мудрецов атаковали монстры, быстро разнеслась по всему Хильдебрунну. Жители были потрясены: деревня объявила о прекращении поставок лекарств под предлогом восстановления, и прямо обвинила в нападении наследного принца Рагдрилла.

Владения, долго получавшие помощь в виде настоек и зелий, пришли в смятение, ведь всем давно не хватало лекарств, и деревню Мудрецов считали единственным спасением. Но теперь всё стало только хуже из-за поступка проклятого принца.

«Какое безумие заставило принца напасть на деревню Мудрецов?!»

«Вы уверены, что он и правда вызвал монстров? Это же запрещённая чёрная магия! Даже если он наследный принц, такое нельзя оставлять безнаказанным!»

«Но ведь деревню Мудрецов пригласил сам Его Высочество! Вместо того чтобы уговаривать их сотрудничать, он только усложнил всем жизнь!»

Король Астольд с трудом сдерживал раздражение от ежедневных докладов и жалоб придворных. Он и сам знал, что Рагдрилл не отличается рассудительностью, но, чтобы избежать распрей за трон, сохранил официальное звание наследного принца за старшим сыном по традиции. Всё, чего он желал, чтобы тот хотя бы до его смерти не творил глупостей, но даже этого Рагдрилл не сдержал.

[Монстры…Если, как говорят, он и вправду их вызвал, ему несдобровать. Но Рагдрилл уверял, что не виноват, только заранее узнал о надвигающейся беде, но не мог раскрыть источник, подозрения оставались.]

Главная же беда - прекращение поставок лекарств из деревни Мудрецов. Без них Хильдебрунн не выжил бы: целебные снадобья не имели аналогов, никто, даже придворные аптекари, не могли повторить рецепты и добиться столь же сильного эффекта. Даже семья Короля была самым крупным их потребителем.

«Что теперь делать?» - вздохнул Астольд, потирая виски. Главный камердинер осторожно предложил:

«Ваше Величество, может быть, вернуть второго принца, чтобы он договорился с деревней Мудрецов?»

«Луахалла?»

«Он искусный дипломат, смог даже убедить герцога Луаве, есть надежда, что и на этот раз справится.»

Астольд колебался: поручить Луахалле расследование значит, что он узнает обо всех проделках брата, но других выходов не было. К тому же Луахалла и герцог Луаве были в хороших отношениях: ходили слухи, что именно герцог помог мудрецам справиться с монстром.

«Ладно, больше ничего не остаётся. Отправьте письмо Луахалле.»

Камердинер тут же принялся писать. А уже ночью он незаметно отправился с визитом в покои Рагдрилла.