Каэль замер, услышав вопрос Дашара. Лена была настолько непохожа на других, что, чтобы описать её, приходилось скорее искать, в чём она с ними схожа.

Она не поддавалась его демонической силе. Даже получив тяжёлые ранения, за ночь полностью выздоравливала. Её не волновала его внешность, и вместо драгоценностей или нарядов она предпочитала безопасность и заботу тех, кто поддерживал её в бедные годы. Она не искала мести тем, кто её унижал, и не радовалась обретённому дворянскому титулу.

Он знал, что она умеет улыбаться чище и светлее, чем кто-либо на свете, и что каждый приём пищи для неё, как маленькое чудо. Она умела сжимать его плечи своими маленькими руками так, что боль отступала, и радовалась, когда могла сделать что-то для других, куда больше, чем получая подарки.

[Была ли она «другая»? Скорее, ребёнок, у которого не было ничего общего с остальными. И он просто не мог не любить её. Потому что она была единственным светом в его тёмной жизни.]

Дашар тихо вздохнул, заметив, что Каэль долго молчит.

«Похоже, у вас есть свои мысли на этот счёт, Ваша Светлость.»

Каэль вздохнул куда тяжелее. Сам не зная почему, при воспоминаниях о Лене он становился не похожим на себя. Но Дашар тут же обрушил на него новую новость:

«Но печать…скоро спадёт.»

«Печать ослабнет? Ты же говорил, что не знаешь, что в ней запечатано.»

«Верно. И именно поэтому я предупреждаю. Я не знаю, какой она станет, когда печать разрушится. Но, судя по её силе, я уверен, произойдёт нечто великое.»

В хижине повисла тишина. Дашар наблюдал, как в глазах знаменитого герцога Луаве мелькнула тревога. Ясно было, что служанка Лена имеет для него особое значение. Но стоило Каэлю закрыть глаза и снова открыть их, и следов волнения уже нельзя было разглядеть.

«Спасибо, что сказал. Но я надеюсь, об этом никто не узнает.»

«Понимаю. Желаю вам удачи.»

Каэль тяжело кивнул и вышел из маленькой хижины. Пора было возвращаться в Арденн.

***

«Вернулся?»

Ридделл с улыбкой встретила Леонарда, на лице которого застыла мрачная решимость. По одному только его виду она поняла, дела в Хильдебрунне пошли не по плану.

«План нападения на деревню мудрецов утёк. Каэль оказался там.»

«Значит, всё это время он был именно там.» - в её голосе не прозвучало удивления.

«Его магическая сила…оказалась куда выше, чем я думал…»

«О, неужели Великий герцог Сантелла боится какого-то мальчишки?» - усмехнулась она.

Леонарда успокаивало, что дочь не дрогнула, даже услышав о полном провале. В такие моменты он понимал: Ридделл рождена быть Королевой.

Он рассказал ей и Маржелле, что произошло в Хильдебрунне:

«Мы готовили нападение силами трёх больших и тридцати средних чудовищ. Но, узнав, что там Каэль, пришлось срочно призвать больше. В итоге - пять крупных и шестьдесят с лишним мелких и средних. И всех их уничтожил один Каэль. Настоящее чудовище - он.»

«А ты ведь знал, что он не прост. Сколько у нас осталось, Маржелла?»

«Благодаря троим людям, которых мисс отправила управлять магическим кругом, у нас есть два сверхкрупных, сорок три крупных, сто двадцать средних и около двухсот мелких.»

«Отлично поработала. Жаль, конечно, что в этой атаке потеряли столько тварей, но мы хотя бы убедились в силе Каэля. Готовь чудовищ к следующему нападению.»

Под «подготовкой» она подразумевала вживление в них магических камней, чтобы они подчинялись приказам Сантеллы и Маржеллы. Камней удалось добыть меньше, чем планировалось, но часть склада деревни мудрецов всё же разграбили, и это уже было успехом.

«Ридделл, есть мысли?»

«Изначально я допускала, что эта атака может провалиться.»

«Почему?»

Она вспомнила болезненную зависть Рагдрилла к брату и улыбнулась:

«Иногда выгоднее лишить Каэля поддержки, чем добыть лишние камни. Теперь на Рагдрилла обрушится давление знати. Он наверняка свалит вину на маркиза Рогнака.»

«Но, похоже, в Хильдебрунне поддержка Рогнака только выросла.»

«Если люди в своём уме, это естественно. Но…он умрёт недалеко от границы Хильдебрунна.»

За пределами Логоса охрана, выделенная Луавами, следовать не сможет. И Ридделл с Рагдриллом намерены этим воспользоваться.

«Но Рогнак не настолько глуп, чтобы этого не ожидать.»

«Ха. Надо использовать то, что у нас есть. Мы выпустим там чудовище.»

Её улыбка стала ярче:

«Каэль туда не пойдёт, а значит, Рогнак не выстоит.»

Леонард довольно кивнул, поражаясь, что сам не додумался до столь простого хода.

«Пусть по Логосу пройдёт слух, что у границы появился монстр, виданный только в Шардене. Дворяне завоют, будто орда вот-вот ворвётся в страну. А без наследника короны Королева будет особенно уязвима. Тогда мы надавим, и ей придётся согласиться на условия храма.»

«Одним ударом избавимся и от Рогнака, и прижмём Королеву.»

«Верно.»

Теперь Леонард уже считал, что провал с деревней мудрецов был удачей. Он понял, зачем Ридделл говорила «действуй без лишнего рвения».

«Скоро наступит день, отец. Затянувшаяся война ангелов и демонов завершится победой ангела. Каэля разорвут монстры, и весь мир узнает, что он - дьявол. А Сантелла истребит всех демонов и взойдёт на трон славы.»

«Конечно! Я так горжусь, что ты моя дочь!»

Маржелла, всё это время слушавшая молча, вдруг заметила с лукавой улыбкой:

«Кстати, о мутации герцога Луаве.»

«Видела? Уродливо, правда?»

«Это было чудовищнее любого монстра. Пока изменены только руки, но, если он вложит больше магии, возможно, преобразится весь.»

«Вряд ли. Говорят, такая форма возможна только у Каэля.»

«А что, если это было бы полезно…в «тот день»?»

«Мм? И как?»

«У меня есть зелье, созданное случайно при попытке увеличить чудовищ. Оно навсегда меняет тело, если поднять магическую силу выше определённого порога. Для монстров это бесполезно, они не умеют управлять магией, но на герцоге…это может быть занятно.»

Глаза Ридделл засияли:

«Маржелла, ты гений!»

«Ты нас никогда не подводишь.» - добавил Леонард.

Маржелла довольно улыбнулась. Вряд ли где-то в мире была семья, столь преданная чёрной магии.

Но Лиан не разделял их восторга.

[Безумцы…Что же вы замышляете?!]

Он стоял за дверью, скрывая присутствие, и не мог поверить своим ушам. Всё это время отец и Ридделл вели себя странно, и он нанял людей, чтобы выяснить, чем они заняты. Но с каждым днём тревога только усиливалась.

[Они переписали священные тексты, исказив пророчества Мелике, и заключили сделку с храмом в обмен на поставки белого нефрита. Подкупали столичную знать, чтобы выдать Ридделл за первого принца и посадить её на трон. Сотрудничали с Хильдебрунном и нападали на деревню мудрецов.]

[А, чудовища Шардена…появлялись в Реванасе. И он знал, кто их призывал, и для чего Ридделл собиралась их использовать.]

[Зачем? Зачем такая одержимость короной?]

[Даже став Королевой, она получила бы лишь временную власть, куда меньше, чем во главе герцогства.] Но, отстранив эмоции, он начал догадываться о настоящей цели.

[Неужели…вы хотите сменить династию?]

Его охватил холодный ужас. [Для верных слуг Королевы подобная измена была равносильна отрицанию самой жизни. Но его отец и Ридделл сделали её смыслом своего существования.] Лиан медленно отступил, с трудом удерживая дрожь. [Нужно было понять, что делать дальше.]

Когда он исчез за поворотом, из-за стены неподалёку скользнула тень.

[Странно…Что это молодой господин подслушивает, как воришка?]

Тенью оказалась миссис Марвин, державшая в руках вещи Эллиот по дороге в прачечную. Обычно служанкам запрещалось ходить по этому коридору, но ей было лень возвращаться, и она решила срезать путь.

Увидев Лиана, она сначала хотела переждать, но, заметив, что он прижал ухо к двери кабинета главы дома, её любопытство вспыхнуло.

Марвин, прирождённая льстивка, быстро поняла, что может извлечь выгоду. Вершиной власти в герцогстве были герцог Сантелла и Ридделл, и донести им о Лиане, подслушивающем важный разговор, означало наверняка получить золото.

Но служанке было запрещено говорить с ними напрямую, и оставался только один путь, через Эллиота.

[Жаль, конечно, делиться, но ничего не поделаешь. Может, этим я ещё и завоюю его расположение.]

Бросив бельё в прачечной, Марвин поспешила к нему.