Даже после того, как ветер утих, Аиана ещё долго не могла раскрыть рот. В её глазах было лишь лицо Эреза, стоящего перед ней.

«Что это я сейчас услышала?»

Слова, вышедшие из уст Эреза, всё ещё звучали в ушах.

Но, как ни странно, всё казалось нереальным. Она ведь явно ожидала этого. Что он любит её. И всё же, услышав признание, она почувствовала себя ошеломлённой, словно видела сон.

Любовь, говорите, любовь.

Это было первое в её жизни признание в любви.

У неё был один жених, один муж. И всё же за всю свою жизнь она ни разу не слышала слов "я тебя люблю".

Почему-то захотелось немного поплакать.

Почему именно Эрез? Почему первым, кто признался мне в любви, оказался Розель?

Что-то сжимало грудь, и оттого, что она не знала названия этому чувству, хотелось плакать ещё сильнее.

Нужно было отвечать, но она не знала, что сказать. В конце концов, если он не враг, то мужчина, которого следует сделать марионеткой.

Раз уж так вышло, с ним нужно было обращаться как с марионеткой. Головой она понимала, что нужно делать, но слова не шли с языка.

Эрез не торопил с ответом, а просто стоял спокойно и смотрел на Аиану. Он выглядел немного встревоженным.

— Прошу прощения. Это было слишком внезапно с моей стороны.

Нужно было отвечать. После долгих колебаний Аиана с трудом разжала губы.

— Бла…годарю вас. Простите, но… я бы хотела, чтобы вы дали мне немного времени подумать… Простите.

— Всё в порядке.

Он улыбнулся, словно и правда так считал. Тело Аианы почему-то горело. Неужели солнечный свет во второй половине дня был особенно сильным?

Ясно, что сейчас уже за три часа дня, и солнце медленно клонится к закату, но почему же её тело становилось всё горячее, она не понимала. Эрез с несколько печальной улыбкой продолжил:

— По зову сердца, я хотел бы попросить у вас разрешения на ухаживание должным образом. Чтобы вы приняли ухаживание с перспективой брака…

Что ей следовало ответить на его слова? Раз она планировала использовать Эреза, чтобы убить Ансгара, то так даже лучше.

Нужно было не стоять столбом, а умело его обольстить. Но язык онемел, и слова не шли.

— Стыдно такое говорить, но… на самом деле, в моей семье есть проблемы, которые нужно решить. Поэтому, даже если бы я признался, я планировал сделать это после того как они разрешаться…

Эрез затих и посмотрел на неё с извиняющимся видом. Но в его взгляде читалась нежная привязанность.

— Я пытался сдержаться, но не смог. Конечно, вы можете упрекнуть меня за мою недостаточную выдержку.

— Нет... Как я могу?

Из пересохшего горла с трудом вырвался голос. Чувство нереальности всё не покидало. Эрез спокойно улыбался, глядя на неё.

— Полагаю, и вам, леди Аиана, и мне нужно время. Я не хочу навязывать вам свои чувства. Просто…

Эрез на мгновение замолчал, а затем осторожно произнёс:

— Просто… если вы будете знать, что я люблю вас… Пока этого достаточно.

— Пока… что?

На вопрос Аианы он кивнул.

— Я как можно скорее решу проблемы и тогда снова приду сделать вам предложение. Ответ, который я не услышал сегодня, я очень надеюсь получить тогда.

Она не могла ничего ответить. Даже слушая признание, в глубине души она слышала свой собственный голос.

Все Розели должны умереть. Нельзя оставить ни одного. Нужно вырвать их с корнем.

Неважно, станет ли он врагом или марионеткой ‒ конец будет один.

Либо просто убить, либо использовать и убить. Всё, что нужно было сейчас, ‒ это просто использовать эту ситуацию.

«Нужно убить… Нужно убить».

Ей захотелось заткнуть уши. Захотелось отвернуться от голоса, кричащего, что нужно убить Розелей. Увидев её окаменелое выражение лица, Эрез посерьёзнел.

— Простите. Кажется, я во многом вас шокировал.

— Нет, всё в порядке.

Аиана с усилием улыбнулась. Взгляд Эреза казался почему-то одиноким. Тем не менее, он, словно так и надо, протянул руку.

— Может, постепенно пойдём обратно? Я провожу вас до экипажа.

Аиана с трудом кивнула. По дороге назад по аллее они не проронили ни слова.

У входа на аллею стоял Диабель. Он окинул взглядом лицо Аианы и открыл рот:

— Леди, с Вами всё в порядке?

— Да, я в порядке.

Хотя она говорила, что всё в порядке, её лицо оставалось напряжённым. До входа в сад было недалеко, но почему-то путь казался долгим.

С трудом они добрались до места, где стоял экипаж. Аиана не могла смотреть на лицо Эреза. Эрез с лёгкой улыбкой проводил её.

— До скорой встречи, леди Аиана.

— Берегите себя, господин Эрез…

Аиана, едва поднявшись в экипаж, плюхнулась на сиденье. Экипаж тут же тронулся. Всё тело было вялым от усталости.

— Моя леди, Вы в порядке?

Диабель спросил встревоженным голосом. Аиана подняла руку, показывая, что всё хорошо. Видя её явную усталость, Диабель не смог больше ничего сказать.

Казалось, будто она всё ещё в саду, до того чувствовался насыщенный аромат роз. Аиана бессильно опустила взгляд на свои руки.

Она держала белую розу, подаренную Эрезом, не помня, когда взяла её. Носовой платок, аккуратно обернутый вокруг шипов белой розы.

Тот же самый платок, что она получила в прошлый раз. Где он сейчас, она не знала. Наверное, он лежит в гостиной Вильгельма в качестве вещественного доказательства.

Она не чувствовала ни капли вины за то, что воспользовалась его добротой.

Напротив, она чувствовала благодарность. Ведь благодаря его глупой любви она сможет загнать Розелей в угол.

Должно быть, так оно и было, должно быть, её это не трогало. Но, глядя на этот платок, она вспомнила лицо Эреза.

А за ним пришло и чувство вины. Два вида вины.

Одна ‒ вина за то, что воспользовалась его добротой.

И другая ‒ вина за то, что чувствует вину.

Она почувствовала, что Диабель смотрит на неё взглядом, полным беспокойства.

Но она не могла смотреть на Диабеля. Если она посмотрит на него сейчас, её мысли и чувства будут тут же разгаданы.

Поэтому Аиана лишь смотрела вниз на свои руки. На кончиках пальцев след от укола розовым шипом уже застыл, словно точка.

«Враг или марионетка. Нужно выбрать одно из двух…»

Аиана сжала губы.

«А что делать, если не хочется выбирать ни то, ни другое?»

* * *

В кабинете особняка Рихаф было собрано довольно много книг. Заслуга в этом принадлежала покойной графине Рихаф, любившей читать. Вильгельм обустроил для жены большую библиотеку.

Книг было столько, что не хватило бы и целой жизни, чтобы прочитать их все. Графиня Рихаф смеялась, говоря, что даже если читать каждый день без перерыва, до смерти не управиться.

А потом она умерла. Не дожив и до сорока. Оставив после себя книги, к которым не успела прикоснуться, и детей, едва вышедших из детского возраста. Она вернулась в землю.

Дети, которых она родила, выросли, читая оставленные ею книги. Из них больше всех по увлечению книгами на графиню походил второй сын, Блейр.

Блейр и до смерти графини всегда находился в библиотеке. А после её смерти он будто жил в кабинете, словно человек, ищущий её следы.

Аиана, хоть и не так сильно, как Блейр, тоже очень любила читать.

Правда, вкусы в книгах сильно разнились: она любила романы о любви и рыцарях. Блейр же терпеть не мог романов.

Сейчас в кабинете, кроме Аианы, никого не было. В тишине взгляд Аианы был несколько отсутствующим.

Она стояла у полки, задумчиво разглядывая корешки книг, затем вытащила одну. Твёрдый кожаный переплёт был обит золотом.

«Бог, человек и Церковь»

Она кое-как раскрыла книгу и перелистнула страницу. Шуршание переворачиваемых страниц тихо доносилось в тишине.

В основном там было содержание о доктринах и вере. Она подумала, нет ли там случайно записей о демонах, но при беглом просмотре ничего не могла разобрать. Да и смысл слов не шёл в голову.

С вздохом она закрыла книгу. На душе было душно по разным причинам. Аиана села на диван с книгой в руках.

«Почему я так себя чувствую?»

Прошло несколько дней с тех пор, как она услышала признание Эреза, а тревога в груди не утихала. Те изумрудные глаза, так пристально смотревшие на неё.

Чувство вины, которое она смутно ощущала всё это время, теперь проявилось отчётливо. Казалось, будто что-то в груди с грохотом рушится.

«Почему я стала такой слабой?»

Ненависть к Розелям никуда не делась. Стоило вспомнить лицо Ансгара, как сами собой стискивались зубы. Когда она представляла, как отрубает головы Глену или Флете, она чувствовала не вину, а лишь облегчение.

Но, думая об Эрезе, она невольно спотыкалась.

Юноша, который спас её.

Юноша, который сказал, что любит её.

Юноша, носящий имя Розель.

Это имя было слишком тяжёлым и проклятым. Почему он именно Розель? Если бы он не родился в семье Розелей, они, возможно, смогли бы поддерживать вполне хорошие отношения.

«Неужели я почувствовала к нему жалость?..»

Аиана была на год старше Эреза, но в прошлой жизни ей было за тридцать. Хотя физически она была подростком, ментально Аиана была тридцатилетней.

«Наверное, это жалость к ребёнку».

Увидев ребёнка, играющего у колодца, любой бы забеспокоился. Услышав весть о смерти ребёнка, даже незнакомый человек почувствует печаль.

«Должно быть, в этом дело. Он слишком молод и наивен, поэтому, убивая его, я буду чувствовать вину».

Аиана наклеила ярлык "жалость" на чувство, поднимавшееся в её груди.

После этого настроение, кажется, немного улучшилось. Она с глубоким вздохом прилегла на диван, как вдруг послышался стук в дверь.

— Леди Аиана, это Диабель.

Услышав этот голос, Аиана резко поднялась.

— Войди.

Получив разрешение, Диабель вошёл в кабинет. Он выглядел как обычно, но, глядя на него, она почему-то почувствовала, как грудь сжимается.

— В чём дело?

— Господин Блейр искал вас, леди Аиана, вот я и зашёл.

— Ах… Поняла.

Аиана поднялась с места. Уголки её рта были слегка напряжены. Диабель, пристально глядя на неё, осторожно спросил:

— Вы нездоровы?

— Нет, просто есть о чём подумать.

Он всё так же пристально смотрел на Аиану. Сегодня его взгляд казался особенно тяжёлым. Диабель поднял книгу, лежавшую на столе.

То была богословская книга, которую читала Аиана. Он бегло её просмотрел и язвительно усмехнулся.

— Похоже, в Вас в последнее время пробудилась набожность.

— Вовсе нет.

— Или, может, Вы заинтересовались мной? — шутливо сказал Диабель. Аиана сделала недовольное лицо и протянула руку. Словно требуя вернуть книгу.

— Отдай.

Он без возражений вернул книгу. Аиана взяла её и снова положила на стол. Диабель, не отрывая взгляда от Аяны, сказал:

— В таких книгах вряд ли есть что-то о демонах… Но, в любом случае, я рад, что Вы, кажется, проявляете ко мне интерес.

Диабель наклонился и ухватился за подлокотники дивана, на котором сидела Аиана. Словно желая запереть её. Он прошептал ей на ухо:

— А я-то думал, Вы в последнее время много думаете об Эрезе Розеле.