Шор проснулся от сильной пульсирующей боли в левой руке и раздражающей сухости во рту. Гном открыл глаза и увидел, что находится в своей комнате таверны, которую он снял. Кинув взгляд в окно осознал, что на дворе уже ночь, по тёмному небу красиво проплывали небольшие облака. Шор поднёс руку к набирающейся боли в затылке и почувствовал под пальцами неожиданные бинты. Он приподнял одеяло, и увидел, как весь покрыт синяками, а его правая нога была в гипсе. На стуле слева от него стояла полная кружка воды, но он не мог протянуть свою больную руку к ней. Для правой же руки было слишком далеко. И тут он заметил старика в своей комнате. Хотя синий балахон и выделялся на фоне зелёно-коричневого дизайна комнаты, но он отлично сливался с тенями, куда не достигал свет еле горевшего камина.

- Вот олух, просил же налить красного вина, а не эля! Теперь я ему не то, что столы превращу в овощи, я все запасы еды мышам скормлю, - громко проворчал старик.

Он сидел в кресле, которое наверно принёс Фикрий, из его комнаты, и читал старый манускрипт. Длинные седые волосы незнакомца были стянуты в косу, а прямая борода доходила до пояса. Мужчина носил длинную робу из грубой синей ткани, которая была старой на вид и, вдобавок, грубо заштопана в нескольких местах таким же цветом ткани, что буквально кричали о скрытых дырах. Его лицо было нахмурено от сосредоточенности, отчего кустистые серые брови почти соединились на его лице в единую линию. Старик на полуслове перестал проклинать рассеянность Варлимана и обратил внимание на шумевшего Шора. Ярко-серые глаза на усталом лице впились в гнома, но сквозь суровый взгляд проскальзывало чувство, будто он долго не спал по ночам. Старик потёр свой прямой нос с маленькой горбинкой и немного улыбнулся, что немного сняло напряжённость в комнате. Затянувшуюся паузу нарушил приятный голос незнакомца, полный достоинства.

- Хорошо, что ты очнулся. Я боялся, что помрёшь через час-другой. Оружие того разбойника было смазано ядом хитроцвета. Между прочим, довольно редкое растение в наших краях. Как ты себя чувствуешь?

- Тебе эля не надо? Дай тогда его мне, пить охота, - прохрипел Шор, протягивая правую руку к старику. – Вроде боль от ран прошла, спасибо за беспокойство.

- Эль? Ну, ладно. Ты его заслужил. Скажи спасибо забывчивости Варлимана, он давно хотел выкинуть один сухой цветок в горшке, да забывал. Из него я сделал мазь, убирающая боль и вытягивающая яд из ран, но сами раны ещё есть. Как тебя занесло в тот переулок?

- Хотел срезать путь, - ответил Шор, беря эль. – А тут на меня напали…, да ты сам видел.

- Шор Митрарк, что они хотели? – вдруг резко спросил старик, нависая над гномо.

- Ты знаешь мою фамилию?! Откуда? – Поражённо спросил гном, но лицо старика стало суровым и Шор решил просто ответить. - Деньги, хотя я не верю. Скорее мою жизнь... Тебя-то как зовут, старик?

- Старик? Вот и спасай гномов, - пробурчал тот, вновь усаживаясь в кресло среди теней. – Я иногда наведывался в Криворогую гору, в ваши библиотеки. Там я впервые и увидел тебя и запомнил. Не каждый день специалиста-алхимика с грамотой высшего заведения встретишь. Определённую репутацию в мире ты заработал, если не знал.

- Так ты и читать умеешь? – Спросил Шор и одна бровь старика вопросительно изогнулась. – Прости, я имел в виду, читать на гномьем языке, скерте.

- Я много чего умею, мастер-гном. В мире я известен как Вестфриг Буревестник. Слышал о таком? А то новости обычно пролетают над подгорным народом, - с небольшой издёвкой сказал старик.

Рот Шора понемногу стал открываться. Вестфриг - один из тех, кто защищает мир от сил зла многие века. Он много путешествует, в основном по Радхельму, и спасает мир. Но от какого? Никто не знает, а сам он не рассказывает больше необходимого. Одному летописцу людей когда-то удалось разговорить его семьсот лет назад и записать небольшой рассказ о деяниях Вестфрига на пергамент. Из грубой копии той исторической книги Шор в юношестве прочел о нем.

***

Когда королевство Меленор было ещё молодо, на него напали орды жаждущих крови варваров. В проходе между горами, куда они ринулись, стоял гарнизон из пятисот солдат, они вовремя заметили орду и послали гонца с донесением в крепость маршала, сообщая о нашествии. Дабы спасти жителей, солдаты решили стоять до последнего, выигрывая любую лишнюю минуту для своих. Они мужественно сражались, но их потери возрастали с каждым мигом, надежды на победу не было, как около раненого командира появился старик в синей запыленном балахоне до пят, и поясом из грубой кожи.

- Уводи своих людей, я их задержу! Спасайте всех жителей королевства!

- Кто ты? – спросил удивлённый человек.

- Твоя надежда на будущее Меленора, - кратко ответил тот, и шагнул в гущу боя с одним дубовым посохом.

Через некоторое время отряды гарнизона стали отступать, как можно более организовано, их прикрывал один единственный старик. Заприметив выделяющегося на общем фоне цель, разгорячённые нортморы стали стягиваться к одинокой фигуре, что волшебным образом раскидывала десятки их лучших воинов. От магии незнакомца содрогнулись горы, разверзлась земля, почернело небо.

Старец встал в наиболее узком месте и стал применять разнообразную элементальную магию. Сначала он создал щит из света и ветра от стрел и метательных копий, затем, взмахнув посохом и сказав слова, которые подобны удару молнии разнеслись над полем битвы, вызвал гнев природы. Под ногами ополоумевших нортморов открывались небольшие пропасти, с неба падали редкие капли дождя, которые резали незащищенные участки кожи словно кинжалы, с гор срывались огромные камни в долину, словно их метали великаны, а молнии били как молоты богов. Сам волшебник был полностью покрыт грязью и кровью. Командир видел, как тот мастерски сражался подобранным мечом и своим посохом, изредка колдуя, но стало понятно, что его силы не безграничны. Однако, никто не мог ему помочь, остатки гарнизона ушли довольно далеко, один командир остался на холме. Вдруг старик прокричал так, что содрогнулись небеса.

- Глупцы! Это путь тьмы! Отриньте её в ваших сердцах, и возвращайтесь домой к родным! Это – не ваши желания! - Однако только некоторые варвары-нортморы остановились, немногие замедлили бег, остальные же продолжили нападать, оббегая волшебника с боков. Старик поднял посох над головой и из последних сил ударил им об землю, прокричав странные слова.

Командир заметил маленький белый шар, который взорвался под ногами окружённого мага и разметал орды нападающих, словно ребёнок подбросил в воздух кучу соломенных куколок. Сам старик упал посреди хаоса, так и не сумев его остановить. Командир, невзирая на редкие стрелы и копья растерянных стрелков врага, смог подъехать к старику на лошади, пока новые, ошеломленные чародейством ужасающего масштаба, варвары-нортморы из орды не подошли достаточно близко. Командир с трудом сумел затащить мага на своего коня.

- Ты сделал многое, старик, - сказал командир, закрепляя дубовый посох у седла. – Однако, и тебе не выстоять против орд берсерков. Меленор обрёл надежду на спасение, благодаря тебе. Ты долго держался. Конь не вынесет двоих, прощай.

С этими словами командир гарнизона ударил мечом плашмя по крупу коня. Он недолго поглядел на полубесчувственного старика, что удалялся всё дальше с каждой секундой, а потом развернулся к ревущей орде.

- За Короля и Меленор, - прошептал он, вступая в безнадёжный бой.

***

- Вестфриг, - прошептал Шор. – Извини мне мою грубость. Я не со зла.

- Ага, от скудоумия, - ответил тот и свернул манускрипт, спрятав за пазуху.

- Зачем ты шёл за мной тогда? Появился более чем вовремя. – всё ещё не до конца доверяя магу, решил уточнить гном.

- Просто я увидел переулок, через который можно было быстрее достичь рынка. Решил книги прикупить. Когда вошёл туда, я услышал звуки боя, твоего боя.  И поспешил спасти очередного безрассудного гнома. Серьёзно, я уже давно вывел правило, если рядом гном, то будет драка…

Шор подумал, что такой известный маг мог сходить и в библиотеку короля, но в дела магов носа не суй, голову потеряешь, как говориться в пословице.

- Ладно… а зачем ты все эти часы сидел около моей постели?

- Часы? – удивился маг. - Скорее дней. Ты пролежал в постели пять дней. Всё это время я спасал твою жизнь от редкого яда цветка. Потому и сказал, что к утру шестого дня уже было бы поздно, яд уже повлиял бы на твою… А, к лешему, зачем я тебе это рассказываю, - утомлённо потёр переносицу Вестфриг, по нему было видно что он действительно все эти дни был рядом.

- Благодарю, маг. - Сказал Шор от всего сердца, приложив ладонь к сердцу и деля небольшой поклон лёжа с постели...

- Да, в нем есть храбрость, честь и ум. Может и сможет, - пробубнил маг. – Лежи в постели, я извещу Варлимана, чтобы он приносил еду три раза в день. Питательную. Я вернусь через некоторое время, жди меня и не смей уходить по своим делам, - уже громче сказал Вестфриг раненному гному, после чего немедля встал и вышел через дверь.

- Может, назовёшь точное число? – спросил Шор в спину магу. - Эй! Вестфриг! Подожди! Вот чудак! Эх, ну хоть еду будут приносить три раза. А что, интересно, я буду всё это время делать, пока лежу?

- Мастер Шор, вам принести какую-нибудь книгу или летопись? – спросил подоспевший Варлиман из-за незакрытой двери.

Шор обдумал свой ответ и сказал:

- Будь добр, сбегай на рынок и купи книгу об истории Радхельма в нескольких томах.

- Будет сделано, - ответил тот и вскоре вернулся с очень тяжёлой многостраничной книгой. – Она была в моих личных запасах, прошу. Самое интересное, что она составлена из трудов многих летописцев и упорядочена по времени.

- Спасибо, - ответил Шор, принимая по-настоящему тяжёлый том, и начал искать и читать об исторических моментах, где упоминается старик в синем балахоне или непонятные погодные условия. К своему изумлению, он нашёл много таких мест. Порой он упоминался как провидец, порой как советник, иногда как Синий Маг, но чаще всего Шор мог только догадываться о его причастности, особенно не явной.

Через три дня гном смог сам встать на ноги, перестав чувствовать ужасающую его выносливую натуру слабость. Первым делом Шор одолжил у Варлимана старый дубовый стол, который тот хотел кому-то продать, и стал использовать его как чучело для учений, установив его на заднем дворе трактира. За время болезни его мышцы ослабли и требовали тренировки.

- И где мой стол? – спросил сердитый Варлиман, когда вошёл Шор. Он явно слышал частый стук железа по дереву.

- Скажем так, у тебя появился новый бесплатный запас брёвен! – задорно воскликнул запыхавшийся гном, потрясая кулаком над головой и с улыбкой до ушей.

- Эх, ну ладно. Всё равно его никто не покупал… - смирился трактирщик с судьбой своего бывшего имущества.

- Ты случаем не знаешь, сейчас в городе действует какая-нибудь организация преступников? – Шор решил попробовать навести справки по недавнему нападению, а как известно, трактирщики лучше всего владели последними слухами и новостям.

- Вроде нет, да и не моё это дело собирать слухи по углам города, что знаю – то знаю, но банд не было последние месяца, всех переловили, - честно ответил Варлиман.

-Хм, ну ладно. Скоро я ухожу из города, вот оплата за постой, - проговорил Шор и вынул ещё золотой.

Глаза Варлимана заблестели от жажды золота, заработать золотой его трудом можно было только за месяц-другой, но пересилив себя, он отвернулся и сказал через плечо:

- За вас заплатил Вестфриг. Но буду честен, вашей прошлой оплаты пока ещё с лихвой хватает для оплаты всех требований, включая экстренных, - трактирщик явно намекал на лечение гнома. - Я подам ужин в номер.

- Спасибо, буду признателен - ответил Шор и, подойдя к лестнице, окликнул трактирщика. – За беспокойство!

Варлиман резко развернулся и поймал монету стоимостью в половину золотого. Он немного улыбнулся, кивнул гному в благодарность, и ушёл на кухню. Пройдя мимо готовящих поваров и служанок, Варлиман спустился в принадлежащий только ему счетоводную комнату. Там он методично разменял монету на множество мелких из своего тайника, положил их в мешочек и вышел из трактира через чёрный ход на улицу, оглянулся вокруг и подошёл к углу здания, напротив.

Там сидели двое грязных сирот около ящиков, к которым он давно присматривался. Дети вначале сжались, а после хотели явно сбежать, но Варлиман показал пустые ладони, после присел на корточки, устанавливая зрительный контакт. Дети взволнованно смотрели за его руками, пока он доставал нечто. Но увидев мешочек немного расслабились.

- Ребята, держите! – и медленно, но уверенно, подал им кошель с деньгами, с помощью которого они могли бы спать под крышей средней таверны около года, и есть досыта.

Девочка ошарашенно приняла кошель, под весом денег её тощие руки чуть не упустили внезапный дар, но она быстро прижала их к груди, сразу поняв, что это такое по тихому звяканью монеток. Она без слов благодарно обняла доброго трактирщика, после чего взяла своего ослабевшего брата за руку и пошла в средний город, дабы накормить его и себя, а после прикупить одежду и снять комнату.

- Мне охранять их по первому времени? – спросил тихий голос из темноты сверху.

- Конечно. Сейчас опять становится не безопасно. Взрослые воюют, их пороки становятся всё явнее, а дети страдают. Это неправильно. – ответил Варлиман поднимаясь.

С возрастом садиться в такую позу стало в разы тяжелее, особенно после сломанного колена, что издало жуткий щелчок, напомнив о себе. Трактирщик посмотрел вверх, но увидел только край тёмной одежды человека, который скрылся в проёме крыши.

- Даже после смерти Селара, его дело продолжается, - прошептал Варлиман, уходя в таверну и слабо прихрамывая.

***

До срока указного в письме, оставленного дома, осталось несколько дней, так что Шор начал срочно закупать нужные ингредиенты и прочее для будущих опытов в Аркатоле. На это ушли все оставшиеся дни и изрядная часть бюджета от короля Андвари. И тем не менее, ему пришлось немного задержаться в городе людей.

- Я завтра уезжаю домой в Аркатол, Варлиман, - наконец подвёл черту своего пребывания в трактире Шор. - Приготовь мне телегу с возницей. И отнеси все мои вещи, которые будут в комнате, в кузов. Желательно, бережно, есть там хрупкий товар. Мой аванс всё ещё покрывает подобные издержки?

- Конечно, мастер Шор. Будет сделано, мастер Шор, - услужливо ответил трактирщик, что находился в явно хорошем расположении духа.

Настало утро. Гном поднялся с постели и заметил, что раны уже почти не болят. А значит, по приезду домой, его мама не начнёт суматошно бегать по дому, дабы замазать небольшой синяк сына тремя слоями лечебной мази. Шор с тоской вспомнил далёкое детство, но помня, что раскисать нельзя, собрал волю в кулак и вскоре вышел из своей комнаты.

Внизу его поджидал Варлиман с небольшой холщовой сумкой в руке.

- Это мне? – Шор изрядно удивился такой заботе от незнакомого взрослого трактирщика.

- Конечно, господин. Вы были наиболее тихим постояльцем из гномов, так что я решил подарить вам в знак благодарности этот провиант, дабы вы не проголодались в дороге.

- Спасибо тебе, - ответил Шор и крепко пожал руку трактирщику на прощание. – Передавай привет Фикрию.

Наконец гном вышел из таверны, кинул взгляд на здание, развернулся, и сел в телегу, нагруженную разными ящиками и мешками, что ломились от ингредиентов и разобранных механизмов. Через пару часов Шор любовался на красивый город, в лучах встающего солнца, сидя сзади в кузове. Когда Штормель скрылся, гном понял, что будет немного скучать по нему и по жадному, но доброму трактирщику.

***

Час тянулся за часом, и ничего не происходило. Шор лежал на соломе в окружении мешков и ящиков, находясь в раздумьях. Вот зашумел лес, запели птицы, натужно завыл ветер в кронах елей и сосен. Тут всхрапнула лошадь и испугано заржала.

- Глупышка, это просто ветер, - заботливо сказал возничий.

Шор приподнялся и немного огляделся. Они въехали в густой лес с часа назад и были уже довольно глубоко внутри него. Вокруг стояли деревья-великаны. Солнце начало закатываться за кроны деревьев, что означало, что через три-четыре часа будет темнеть.

- Возничий, - позвал Шор молодого человека, подрядившегося довезти его покупки до Аркатола. - Нам надо будет поставить лагерь до темноты, не хотелось бы перевернуться, когда съедем с тропы. Вскоре должна быть опушка, там и остановимся.

- Нет проблем, господин.

- Слушай, что мы как незнакомцы на «вы» разговариваем? Зови меня Шор. Тебя самого как звать?

- Курд, - коротко ответил тот.

- Ну, вот и познакомились.

- Шор, а вы… ты насколько хорошо умеешь сражаться?

Вопрос немного огорошил Шора, но он решил всё-таки ответить:

- Достаточно хорошо. Мне удалось победить тройку бандитов по пути в город.

Курд присвистнул и немного улыбнулся, но увидев вопрос на лице спутника, объяснил, от чего он задал свой вопрос.

- Согласись, намного спокойнее на душе, когда едешь с воином, а не с купцом.

Шор кивнул и снова улёгся на спину разглядывать облака. Через два часа неспешной езды они добрались до опушки и стали готовить лагерь. Курд натаскал воды в небольшой котёл и поставил на огонь. Так как он решил кашеварить, Шор начал собирать хворост и попутно достал два спальных мешка, когда проходил мимо телеги к костру.

В лесу стремительно начало темнеть и холодать. И вот два усталых, но довольных спутника, начали ужинать, сидя у костра. Вскоре завязался разговор и Шор многое узнал о своём возничем. Оказывается, Курд, бывший лучник Защитного яруса. Его хотели перевести после последней осады в Купеческий и Знатный ярус, но тот отказался и вышел отставку.

- Хватит с меня сражений на этот век, - объяснил он.

Он подробно рассказал о днях первой осады, второй осады и нежданном спасении.

- Нам сказали, что это последний день, когда можно сделать вылазку. Орки почти закончили свои осадные лестницы, и Селар дал выбор. Умереть на стенах, или как герои с шансом на победу под стенами. Большинство выбрали погибнуть как герои. Когда нас начали теснить, мы увидели армию гномов, это придало нам сил. После победы в городе не было пира.

Шор проникся глубиной горя безыскусного рассказа о тех днях. Сколько полегло в том бою? Мало кто хотел считать. Вскоре их разговор перешёл на более радостные темы. Перед сном Шор оглянулся вокруг и увидел множество глаз, которые за ними наблюдали. Это были ночные животные и не только. Он отхлебнул немного из кружки для храбрости и заснул чутким сном, как ему хотелось верить.

Гном проснулся утром от храпа Курда. Он ещё немного поворочался и встал. Шатаясь после сна, подошёл к Солнышку, лошади возничего, и угостил её яблоком, которое лежало в телеге. Та довольно захрустела. Гном немного улыбнулся и пошёл обратно, чтобы одеться. Когда он почти натянул второй сапог, то заметил, что в лагере что-то не так. Шор встал и взял свой посох с железным навершием в форме головы горного барана. И только когда он обошёл весь их небольшой лагерь, понял, что его так смутило. Гном посмотрел на это, потом шагнул к котлу с холодной водой, быстро умылся, протёр глаза и снова подошёл к этому.

- Что за бред? - пробормотал он.

На опушке лежало не два спальных мешка, а три. Под ногами Шора лежал гном. Он натянул толстый плащ по самую голову и громко сопел, как меха для кузницы. Шор обошёл его и ткнул босую ногу, что немного торчала из-под плаща гнома, концом посоха. Тот шумно засопел и почесал то место. От этого край плаща слез с его лица и гном увидел своего брата. Тот так мило спал, что у Шора не осталось иного выхода.

Он вылил всю воду из котла, которая была холодна, как вечный снег с шапки горы Криворогой, на голову брата. Фроин открыл глаза, пару секунд лежал так, а потом с громким криком, который могут издать только отряд злых троллей, стал бегать по краям их опушки, тряся волосами на голове и пиная редкие цветы.

- Это кто? – спросил Курд, напряжённо глядя на гнома, который в одних штанах бегал и отряхивался от воды.

- Курд, это мой брат Фроин. Когда он перестанет носиться по опушке, мы узнаем у него, как он здесь оказался. У нас есть десять минут на уборку лагеря, до того, как он начнёт тут всё крушить.

Курд согласился, и он с Шором быстро положили все их немногие вещи в телегу. Пока к ним не подлетел явно разгневанный гном, бешено вращая глазами.

- Аг лор-яр запид, Шор! Ан мипид, чот аг хуп ит руф вогрд! – кричал Фроин, подходя к Шору.

- Не кипятись, братец. Если бы я тебя будил, то мы тут до вечера бы сидели! А так, по старинке, с помощью водички…

Фроин замолчал, обдумал, а потом с хохотом подбежал к брату и крепко его обнял. Шор тоже обнял брата, да так крепко, что рёбра хрустнули, но и Фроин не остался в долгу, вымещая весь гнев в братском объятии.

- А когда ты пришёл в лагерь?

- Ан ро… то есть, я хотел сказать, что пришёл сюда, когда вы уже заснули, но услышал я вас гораздо раньше. Иду по дороге, думаю, как ты? Что случилось? Всегда раньше срока возвращался, а в этот раз пропал. Матушка уже места себе не находила. Ну я булку в руку, да пошёл посмотреть, может заплутал в тени Криворогой. И тут услышал далёкий хохот и говор. Ну и решил подойти, узнать кто там. И вижу тебя и этого спящими без задних ног.

- Меня зовут Курд, сэр, - тактично представился возничий.

- Я Фроин, младший брат Шора, - сказал он и по-простому пожал руку человеку.

- Братец, бери вещи и садись в телегу. Скоро приедем в наш город.