— Вы уверены, что хотите пойти один?

Это было во время ужина. Ха Рён, что было на неё совсем не похоже, задала этот вопрос с крайне обеспокоенным выражением лица.

— Отпуская вас, господин Юри, одного, я чувствую такую же огромную тревогу, как если бы оставила ребёнка у воды.

— Ты мне мамочка, что ли?

— Если вы того желаете, господин Юри, я готова временно стать вашей матерью. Я просто пытаюсь сказать, насколько сильно за вас переживаю.

Кулаки Лореллии не делали различий между мужчинами и женщинами, и не обходили лица стороной.

Но благодаря отличной эффективности святой воды Ордена Войны на лице Ха Рён не осталось и следа от побоев. Это позволяло ей хмуриться без острой боли.

— Может, вы всё-таки передумаете и возьмёте меня с собой?

— Спасибо за заботу, но я в порядке.

— Подумайте ещё раз.

— Если так хочешь пойти, иди и сама уговаривай госпожу Лореллию.

В конце концов Ха Рён, цокнув языком, вернулась к своему обычному бесстрастному выражению лица. Она недовольно проткнула палочками ни в чём не повинный кусок мяса и проворчала:

— Какой вы жестокий. Вам так нравится смотреть, как меня избивают?

— Ты тоже с удовольствием смотришь, как избивают меня, Ха Рён.

— Это только потому, что у вас, господин Юри, всегда такое нелепое лицо, когда вы получаете по нему кулаком.

— Твоё лицо тоже весьма выразительно.

Прошло уже два дня с тех пор, как они остановились в Павильоне Истинного Меча.

Обучение не состояло из одних лишь спаррингов. Лореллия давала советы по боевым искусствам не только кулаками, но и словами.

Но в итоге всё равно всё сводилось к спаррингу. Они вставали, спарринговали, выслушивали критику своих ошибок и советы по улучшению, а затем снова спарринговали, чтобы проверить, усвоили ли они урок.

Этот бесконечный круговорот насилия, начинавшийся с раннего утра, заканчивался только перед ужином.

— О том, что я просила вас взять меня с собой, госпоже Лореллии знать не обязательно.

Ха Рён, быстро оглядевшись по сторонам, понизила голос.

Закончив обучать троицу, Лореллия переходила к личным тренировкам. Она отказывалась от ужина, уходила в Долину Острых Мечей и проводила время в одинокой медитации до самого рассвета.

— Он скоро вернётся. — Эстор, сидевший напротив и спокойно ужинавший, наконец заговорил. — Не так ли?

Завтра Юри собирался покинуть Врата Небесной Справедливости и отправиться в Дунчжон.

— Как знать, что может произойти.

Из тех десяти дней, о которых они договаривались на постоялом дворе Чонён, оставалось ещё два. Если бежать без отдыха, можно успеть вовремя.

— Господин Кулачный Волк для меня — словно первый... точнее, второй наставник, который учил меня боевым искусствам. Мы не виделись два года, так что нам о многом нужно поговорить.

Взгляды Эстора и Ха Рён похолодели, но Юри, проигнорировав их, продолжил:

— Мы выпьем, вспомним прошлое, так и пара дней может пролететь.

— Ты что, развлекаться едешь?

Насмешливый ответ заставил лицо Эстора скривиться, но поскольку он не знал всех подробностей их отношений, он не стал дальше его отчитывать.

— Ну... если он тебе как наставник, то ничего не поделаешь.

Однако Эстор понимал, что их связывают особые отношения. Даже если они формально не становились учителем и учеником, тот, кто обучает — наставник, а тот, кто учится — ученик.

— Вы расскажете господину Кулачному Волку?

Юри прекрасно понимал, о чём она спрашивает.

— Не думаю, что он ненавидит всех «одержимых» без разбора.

По крайней мере, его отношение к Игре в Полнолуние не выражало явной ненависти.

— Возможно, это было потому, что тогда он ещё не знал, что его семью уничтожил «одержимый».

— Кто знает.

За исключением таких случаев, как с Игрой в Полнолуние и Жестоким Хаосом, когда их происхождение из иного мира было известно всем, большинство «одержимых» жили во лжи. И чем тщательнее они скрывали свою тайну, тем больше лжи скапливалось в их отношениях.

— Существует же ложь во спасение. Если господин Кулачный Волк правда ненавидит «одержимых», то, пожалуй, нет нужды ему об этом рассказывать.

В её словах сквозила забота. Юри тоже медленно кивнул. Он уже имел печальный опыт того, как рушатся отношения, построенные на лжи.

— Вы же познакомились уже после того, как ты стал «одержимым»? Если бы вы знали друг друга до этого, ложь бы только накапливалась. Но раз вы познакомились после, какая разница? Тот Юри, которого знает Кулачный Волк — это и есть нынешний ты.

— Семью этого человека вырезал «одержимый».

— Если из-за того, что один «одержимый» убил его семью, он готов перебить всех безвинных «одержимых» в мире, значит, он просто безумец, и с ним лучше вообще разорвать все связи. К тому же, тот убийца был не просто «одержимым», а еретиком-культистом, верно?

Эстор спокойно и пристально посмотрел на Юри.

— В конце концов, ты ведь, можно сказать, частично отомстил за него. Ты ни в чём перед ним не виноват.

Если бы они виделись всего пару раз, то раскрывать правду не было бы смысла. Но если он хочет сохранить и развивать эти отношения, лучше сказать всё прямо. Если его поймут — это будет радостью, а если отвернутся…

«Что ж, ничего не поделаешь».

«Пришёл ли ответ от Елены?» — размышляя об этом, Юри поднялся с места.

— Вы куда?

— Иду тренироваться.

Тренироваться нужно было при каждой возможности. К счастью, для этой тренировки не требовалось получать побои или активно двигаться.

***

Покинув Павильон Истинного Меча, он вошёл в лес, расположенный позади здания. Луна ярко светила в горном небе, и звёзды мерцали в её свете, но стоило ему углубиться в лес, как его окутала темнота.

В самом сердце чернильно-чёрного леса Юри выровнял дыхание.

С тех пор как он достиг 6-го ранга, прошло несколько дней. Благодаря спаррингам, максимально приближенным к реальным боям, он привык к новым чувствам, но расширение сознания и управление Воплощением воли всё ещё давались ему с трудом.

«Естественно, я ещё далёк от совершенства».

Ему даже обсуждать это было рано. Медленно, очень медленно. В отличие от напряжëнных спаррингов, сейчас он осторожно расширил сознание и активировал Гром, Запечатывающий Врата Смерти.

Вшу-у-ух!

В то же мгновение на него обрушился шквал информации.

Сила и направление гуляющего ветра. Каждая травинка, дрожащая под его порывами. Крошечные насекомые, ползающие по ним. Почва, пронизанная корнями деревьев. Жуки. Устремлëнные ввысь деревья с их раскидистыми ветвями. Спящие птицы. Их щебетание. И, наконец, природная Ци, пронизывающая всё это.

«Если я буду воспринимать всё это по отдельности, я сойду с ума».

Он воспринимал только то, что хотел видеть, слышать и чувствовать.

Незаметно всё его тело покрылось холодным потом. Он должен был научиться мгновенно реагировать на этот колоссальный объем информации. Юри, выравнивая дыхание, готовился к следующему шагу.

Формула Разложения Трупа, Иссушающий Вечность.

Эту уникальную магию Бессмертного Трупа, которую он нашёл в доме Иссохшей Старухи, можно было начать осваивать только по достижении 6-го ранга.

Он уже давно выучил наизусть том заклинаний толщиной с хорошую книгу, но, будучи на 5-м ранге, сколько бы он ни пытался, магия просто не срабатывала.

Даже Иссохшая Старуха, маг 6-го ранга, не могла её использовать.

Юри тоже был на 6-м ранге, но по уровню понимания магии он не мог с ней сравниться. То, что нынешний Юри, как бы он ни пыжился, не мог применить Иссушающий Вечность, было вполне закономерно.

Всё сущее наделено энергией. Не только живые существа, но и неодушевлëнные предметы вроде камней.

Иссушающий Вечность поглощает жизнь в заданной области. Он вытягивает струящуюся природную Ци и первозданную энергию живых существ, передавая их заклинателю.

Юри обратил внимание именно на первозданную энергию, восприятие которой требовалось в процессе активации Иссушающего Вечность.

Хотя его магических способностей пока не хватало для того, чтобы вытягивать эту энергию, само умение воспринимать её открывало множество дверей.

Гром, Запечатывающий Врата Смерти распространяет паутину молний, чтобы чувствовать потоки маны. Позволяя воспринимать окружение даже без использования зрения и слуха.

Да, это восприятие не было абсолютно точным. Существовало множество способов его обмануть. Но что, если объединить восприятие потоков маны Грома, Запечатывающего Врата Смерти, с восприятием первозданной энергии, таящейся в живых существах?

«Мы с Оркой используем Гром, Запечатывающий Врата Смерти по-разному».

Она распространяет паутину молний на огромные расстояния, опираясь на свою колоссальную Силу души, не позволяя врагам даже приблизиться. В момент обнаружения магия со скоростью молнии уничтожает цель.

Юри же планировал использовать Гром, Запечатывающий Врата Смерти исключительно в ближнем бою. Если бы он смог полностью интегрировать восприятие первозданной энергии из Иссушающего Вечность...

«Я смогу читать атаки, которые намного превосходят меня в скорости».

В ложные удары не вкладывают достаточно внутренней энергии. В ближнем бою неспособность отличить ложный выпад от настоящего всегда была слабостью Грома, Запечатывающего Врата Смерти. Но если он научится воспринимать первозданную энергию, он сможет видеть противника насквозь.

Единственная проблема заключалась в том...

— Угх...

Даже с сознанием 6-го ранга он не мог поддерживать это состояние долго. Он даже не пытался вплетать Воплощение воли. Одно неверное движение, и казалось, что верхний даньтянь вот-вот взорвётся.

«Но, по крайней мере, я начинаю улавливать суть».

Куда приведёт путь, в котором Воплощение воли сливается с боевыми искусствами, отточенными до этого уровня?

6-й ранг, на котором мастер по-настоящему постигает Воплощение воли, — это процесс создания Божественного Преображения Воплощения Воли. Всё, что Юри пробует сейчас, станет отправной точкой и фундаментом для его собственного Божественного Преображения Воплощения Воли.

«Если всё пойдет по плану, я смогу читать любые атаки, даже те, которых не вижу, но как мне на них отвечать?»

Он не мог обрушивать молнии, как Орка. Да, он мог отбиваться руками и ногами, но ему хотелось большего.

Быстрее. Сильнее.

***

Клан Аскард на протяжении многих поколений славился своими достижениями в алхимии, и каждый глава клана считался лучшим алхимиком своего времени.

А нынешний глава, Альфреон Аскард, был признан величайшим алхимиком в истории клана.

— Приветствую вас, глава клана Аскард.

Он сразу понял, что эта девочка привлекает внимание.

В прошлом её внешность была настолько выдающейся, что ей даже дали прозвище «Календула». Но что теперь? От той яркой красоты не осталось и следа.

Её длинные светлые волосы, спускавшиеся ниже талии, потеряли блеск и казались неухоженными. Кожа была неестественно бледной, голубые глаза помутнели, а под ними залегли глубокие тени.

— Она похожа на тебя. — Серые глаза Альфреона за моноклем блеснули.

— Она же моя ученица. — С улыбкой ответила Орка.

И дело было не во внешнем сходстве. Нынешняя Календула... нет, Безумная Молния напоминала ему саму Орку несколько десятилетий назад, когда она была одержима желанием достичь предела магии.

Клан Аскард был давним спонсором башни Дересия.

Но их связывало нечто большее: они знали друг друга несколько десятилетий и считали себя друзьями.

Орка помнила те времена, когда Альфреон отчаянно боролся за место главы клана, а Альфреон знал Орку, когда она была безумна в своём стремлении достичь вершины магии.

Прошли годы. Альфреон, как и мечтал, стал главой Аскарда, а вот Орка так и не достигла конца магии.

Существует ли вообще «конец» магии?

Альфреона это не особо волновало. У него не было грандиозной мечты достичь предела в алхимии, и он не был настолько высокомерен и романтичен, чтобы посвятить этому всю жизнь.

Но это не значило, что он собирался смеяться над несбыточной мечтой подруги. До тех пор, пока Орка продолжала мечтать, Альфреон был готов искренне поддерживать её.

«Хайндерих» — это старая фамилия Орки Дересия. Безумная Молния не была ей родственницей, но для Орки она была как дочь. И в то же время — ученицей. Безумная Молния была той, кто унаследовал мечту Орки.

— Спускаемся.

Альфреон поднял трость, увенчанную красным драгоценным камнем. Гр-р-р. Пол завибрировал, и вся комната начала опускаться под землю.

В подземельях особняка клана Аскард скрывалось пространство, в несколько раз превышающее площадь самого поместья. Это была алхимическая мастерская, использовавшаяся из поколения в поколение.

Когда дверь комнаты, опустившейся под землю, открылась, они оказались в мастерской, куда и направлялся Альфреон.

— Настройки завершены.

В центре белоснежного пространства парил абсолютно чёрный куб.

Громовая Тюрьма. Оболочку для неё создал Альфреон, а Орка вплела в неё свои заклинания.

— Это будет неприятно. — Орка положила руку на плечо неподвижно стоящей Елены. — Внутри твоё сознание испытает то, чего невозможно пережить в реальности. Проще говоря, там ты станешь мной.

Внутри была собрана вся магия, доступная Небесному Грому Орке, Главе башни Дересия.

— Знать заклинание — не значит уметь использовать любую магию. Для этого необходимо глубокое понимание формулы и резонанс с Силой души. Но там это возможно.

Хроники Акаши, которые разрабатывала Орка, брали своё начало с накопления знаний, опыта, понимания и самой Силы души мага.

— Внутри Громовой Тюрьмы скопировано всё, что касается моей магии. Твоя задача — не просто запомнить и заучить. Ты должна понять. Полагаю, поначалу диссонанс будет невыносимым.

В Громовой Тюрьме она сможет стать Оркой и использовать её уникальную магию. Но в реальности это невозможно. Без соответствующей Силы души магию высоких рангов не применить.

— Громовая Тюрьма принудительно синхронизирует твою Силу души с магией. Внутри ты сможешь применять все мои заклинания и запомнишь их формулы, но понимание не придёт само собой. Сможешь ли ты их постичь — зависит только от тебя.

Громовая Тюрьма — это место, где ты знаешь задачу и ответ, но не знаешь, как к нему прийти, и вынужден искать решение в одиночку, проходя через мучительные раздумья.

То, что в реальности это невозможно, они уже проверили на примере Лэйси. Орка вселяла часть своей души в тело Лэйси и применяла магию, но использовать всю уникальную магию так и не удалось.

Память остаётся даже после того, как одержимость заканчивается. Но Лэйси не смогла чётко вспомнить магию. Душа Лэйси, применяющая магию, отторгала чужеродные заклинания.

Чтобы преодолеть это препятствие, была создана Громовая Тюрьма. Небольшая библиотека, созданная для любимой ученицы перед тем, как отправиться к своей далёкой мечте.

— Я смогу ускорить рост своей души, испытывая и постигая магию, недоступную мне на моём нынешнем ранге. Но одно неверное движение, и моя душа может разрушиться.

— Для этого там есть система безопасности. Но вот выдержит ли твой разум — это уже другой вопрос. Постижение каждого нового заклинания будет сопровождаться ужасной болью. Поэтому не входи туда слишком часто и не оставайся там подолгу. Но если боишься, можешь вообще не входить.

— Нет. Я иду.

Елена с яркой улыбкой повернулась к Орке.

— Ведь Юри не раз был на волосок от смерти.

Не дожидаясь ответа, она направилась к Громовой Тюрьме.

На абсолютно чёрной поверхности куба появились линии, сложившиеся в дверь. Елена без колебаний шагнула внутрь.

«Это место…»

Белоснежный мир.

Войдя внутрь, она сразу всё поняла. Это пространство, созданное с помощью алхимии и магии, жило по своим законам, отличным от реального мира.

Моргнув несколько раз, Елена осмотрелась.

В пустом мире возникли книжные шкафы. На корешках плотно стоящих книг были написаны названия различных заклинаний. Магия Дересии, уникальная магия Орки и все остальные заклинания, известные Главе башни.

Гром, Сокрушающий Звёзды Света.

Ей нужно было постичь уникальную магию. Елена без колебаний сняла с полки книгу с названием «Гром, Сокрушающий Звёзды Света». Насколько она знала, это была базовая атакующая магия среди уникальных заклинаний Орки.

Как только она открыла книгу…

— А-а-а-ах!

Книга исчезла из её рук. В то же мгновение голову пронзила невыносимая боль, словно её мозг выжигали молнией. Елена схватилась за голову и рухнула на пол.

Её сознание насильно расширялось, впитывая огромный объём знаний.

Болела не только голова. Её тело, нет, её душа начала раздуваться. Это пространство растягивало её душу, чтобы она смогла применить магию, которая была ей не по силам.

«Терпи…!»

Елена прикусила губу и с трудом подняла дрожащие пальцы.

«Юри было гораздо больнее. Он ведь чуть не умер. Если я... если я стану сильнее…»

В хаосе спутанных мыслей вспыхнула искра.

Б-д-д-дыщ! Свет, сорвавшийся с её пальцев, превратился в мощную молнию, способную сокрушить звёзды, и устремился вперёд.

— А-а-а-а-а…!

Боль не отступала. Но Елена больше не думала о ней.

«Как я это сделала?»

Она не знала.

Она лишь пожелала использовать Гром, Сокрушающий Звёзды Света, и заклинание сработало.

Понять «как» — вот в чём заключалась её задача в Громовой Тюрьме.