Первое, что он почувствовал, придя в себя, — это мягкость постели, нежное прикосновение одеяла и успокаивающий аромат благовоний.

— …

А первое, что он увидел, открыв глаза, — это склонившееся над ним лицо Ха Рён.

— О, господи, напугала.

Его голос невольно дрогнул. От слов Юри Ха Рён слегка нахмурила брови.

— Напугала? Как грубо. Почему это лицо Ха Рён вас пугает? — проворчала она. Её лицо было полностью замотано бинтами.

— Попробуй сама проснуться и первым делом увидеть забинтованную мумию, тогда поймёшь.

— Эту Ха Рён совершенно не волнуют ваши чувства, господин Юри.

— Что за тон?

— Так часто это слышу, что само вырвалось.

Сказав это, Ха Рён украдкой бросила взгляд за спину. К счастью, дверь была плотно закрыта. Тогда она резко вскочила и схватила Юри за плечи.

— Да что с тобой тако…

Не успел Юри договорить, как Ха Рён занесла руку для удара ребром ладони по его шее. Юри в ужасе вскинул руку и заблокировал удар.

— Блять, да что с тобой такое?!

— Пожалуйста, побудьте в отключке ещё один день.

— Зачем?!

— Мы с господином Эстором по очереди следили за вашим состоянием. Я ещё не успела нормально отдохнуть. Так что, ради меня, пожалуйста, вырубитесь ещё на денёк.

В голосе Ха Рён, что случалось крайне редко, звучала отчаянная мольба, а её глаза то и дело подозрительно косились на дверь, словно та могла в любой момент распахнуться.

— Или просто ложитесь спать. Я посторожу.

— Для начала, где мы?

— В Павильоне Истинного Меча на горе Ыйчхон. Говорят, это здание для гостей школы. Нас перенесли сюда вчера, но это сейчас не важно, господин Юри. Я хочу спать.

— Так спи.

— Я так жалею, что согласилась пойти с вами. Я бы прямо сейчас расторгла контракт и вернулась во Врата Убийственного Щита.

Что же она успела пережить, пока он был в отключке? Юри откашлялся и сказал:

— Это всё ради твоего же блага.

— Раньше я думала, что лучше быстро стать сильнее, даже если это причиняет боль, но сейчас мне кажется, что медленно и комфортно — тоже неплохой вариант.

Он думал, что наставления Злой Святой не купишь ни за какие деньги. Так он думал поначалу.

Вчера он думал, стоит ли платить бешеные деньги за такие страдания, а сегодня он пришёл к выводу, что за такие страдания должны приплачивать ему.

— Видимо, у меня больше таланта к тому, чтобы учиться, глядя и слушая, а не получая побои. В клане Тан я училась боевым искусствам именно так — подглядывая и подслушивая. Даже вчера, наблюдая за вашим спаррингом с Главой Врат Небесной Справедливости, мне казалось, что у меня открылись глаза и я достигла просветления.

Голос Ха Рён, то и дело поглядывающей на закрытую дверь, становился всё быстрее. Юри тоже сосредоточился и расширил свои чувства.

— А-а-а-агх…

— Кх-х-х…

— П-пожалуйста, хватит…

Отчётливо слышались полные боли стоны Эстора и звуки осыпающихся на него ударов. В этот самый момент Лореллия «наставляла» его на тренировочной площадке Павильона Истинного Меча.

— Поэтому, прошу вас, господин Юри, замолвите за меня словечко перед госпожой жрицей. Я деликатная наёмная убийца, мне не подходят такие жестокие тренировки.

— Вы больше не наёмная убийца!

Как только Ха Рён закончила говорить, громоподобный крик сотряс Павильон Истинного Меча. Ха Рён мгновенно расправила плечи и выпрямила спину.

— Госпожа Ха Рён! Разве эта Лореллия не говорила вам вчера?! В прошлом вы были наёмной убийцей, но отныне вы не можете ею быть!

— Да, госпожа жрица! Я оставила своё прошлое наёмной убийцы и переродилась как мастер боевых искусств!

Неужели ей успели промыть мозги, пока он был в отключке? Раньше Лореллия называла её Тёмным Цветком, а теперь называет по имени — видимо, пока он был без сознания, произошло много всего интересного.

Дверь распахнулась. Отряхивая окровавленные кулаки, в комнату вошла Лореллия и, увидев Юри, лучезарно улыбнулась.

— Господин Юри, ты наконец очнулся! Эта Лореллия безмерно рада!

— А Эстор… он мёртв?

Со двора больше не доносилось ни звука. От этого вопроса Лореллия коротко рассмеялась.

— Ахаха! О чём ты говоришь? Господин Эстор жив и здоров. Он лишь ненадолго потерял сознание, но скоро очнётся.

Лореллия достала святую воду Ордена Войны и протянула её Ха Рён.

— Вот, сходите и дайте господину Эстору каплю. А потом приготовьтесь сами, госпожа Ха Рён.

— Да, поняла. Сама мысль о том, что я снова получу наставления от госпожи жрицы, приводит меня в невероятный восторг. Ура, ура, ура.

Бормоча слова радости с мёртвыми глазами, как у трупа, Ха Рён встала и вышла.

— Не слишком ли жестокие у тебя тренировки…?

— Чем больше бьёшь по железу, тем крепче оно становится. То же самое и с людьми.

— А если бить слишком сильно и оно сломается…?

— Если кто-то настолько слаб, что сломается от такого, то уж лучше пусть сломается поскорее! Но, насколько может судить эта Лореллия, госпожа Ха Рён и господин Эстор от такого не сломаются. Как вы думаете, почему?

— Талант?

— Потому что у них есть воля! Они оба полны решимости добиться своего во что бы то ни стало. Человек с такой волей не сломается так просто.

Лореллия подошла и присела на край кровати.

— На самом деле, эта Лореллия больше переживала, что сломаешься ты, господин Юри.

— Ты считала, что у меня нет воли?

— Вспомни нашу первую встречу! Тогда ты был совершенно пуст, в тебе не было ни воли, ни амбиций.

С этим было трудно поспорить. Юри криво усмехнулся, и Лореллия тоже хихикнула.

— Но ты не сломался. Наоборот, ты становишься всё твёрже.

— Потому что я наполняю себя.

— Восхитительно. В зависимости от того, чем ты себя наполнишь, ты сможешь стать твёрже алмаза.

Её рука накрыла тыльную сторону ладони Юри. Руку, покрытую мозолями и созданную для того, чтобы бить.

Улыбка Лореллии стала шире. Прошло всего два года, но для Юри они явно не были «всего лишь» двумя годами.

— Вчерашний спарринг был просто великолепен. Признаться честно, ты, господин Юри, справился куда лучше и адаптировался куда быстрее, чем ожидала эта Лореллия.

Переход с 5-го на 6-й ранг означает открытие ещё одного даньтяня, поэтому период адаптации бывает весьма болезненным. Среди мастеров 6-го ранга немало тех, кто даже спустя годы не может в полной мере овладеть верхним даньтянем и Воплощением воли.

— Но ты ещё не до конца адаптировался! Господин Юри, ты стал слишком сильным слишком быстро.

Всего два года с начала серьёзных тренировок — и уже 6-й ранг.

Беспрецедентный случай. Таких монстров в мире не существует. Даже непревзойдëнный гений, рождённый в тайном демоническом роду Ви, Небесный Демон Ви Джин Хва, считающийся сильнейшим в истории Демонического Культа, не рос так быстро.

— Разумеется, твоё тело развивалось в соответствии с твоим рангом, а внутренняя энергия и сознание находятся в гармонии. Но, как я уже говорила вчера, верхний даньтянь очень хрупок и таинственен. Если, поддавшись амбициям, ты начнёшь использовать его безрассудно и нарушишь баланс, то столкнёшься с искажением энергии, и тогда всё, что ты так быстро построил, рухнет в одночасье.

Последствия искажения энергии в верхнем даньтяне гораздо фатальнее, чем в любом другом. Юри это прекрасно знал. Кровавый демон из Семи Зол. Кем он стал в конце, этот бывший демон 7-го ранга?

— Вчерашняя перегрузка произошла из-за того, что Воплощение воли господина Юри... зашло слишком далеко.

— Ты хочешь сказать, что я слишком хорошо справился?

— Именно так! Ты справился настолько хорошо, что твоё тело не выдержало. Поэтому давай впредь будем немного осторожнее.

Лореллия со смешком убрала руку с его ладони.

— Как ты себя чувствуешь сейчас, господин Юри?

— Да вроде нормал…

Он не договорил и осёкся.

— Голова раскалывается, и всё тело ноет.

— Побои делают нас сильнее. Вставай.

— Разве сейчас не очередь госпожи Ха Рён?

— Это ненадолго!

Если бы он продолжил упираться, она бы наверняка схватила его за грудки. С тяжёлым вздохом Юри слез с кровати.

***

— Как ни крути, отдать им весь Павильон Истинного Меча и прилегающую территорию — это уже чересчур, вы не находите?

— Одно лишь укрывательство жрицы Ордена Порядка может стать для нас огромной проблемой.

Молча выслушав недовольные причитания старейшин, Гон Сон Мён наконец заговорил.

— И что вы прикажете мне делать?

Старейшины сами подтолкнули его пойти и разобраться с ситуацией, рассудив, что раз они знакомы, то ему будет проще с ней договориться.

Из-за них Гон Сон Мён был вынужден в одиночку идти в Долину Острых Мечей, постоянно опасаясь, как бы Злая Святая не пустила в ход кулаки.

— Как Глава школы, я не вижу в этом ничего чрезмерного. Это в сто, в тысячу раз лучше, чем позволить им оставаться в Долине Острых Мечей. И что вы там сказали про укрывательство? О каком укрывательстве идёт речь?

Орден Войны и те, кто затаил злобу на «одержимых», выслеживали Орден Порядка лишь для того, чтобы узнать местоположение их святилища и оказать давление на весь орден.

Если найдётся смельчак, готовый явиться сюда, услышав, что Злая Святая покинула святилище, Гон Сон Мён с удовольствием посмотрит на этого храбреца.

— Вы сами отправили меня на переговоры, и таковы их результаты. Так что, старейшины, если у вас есть претензии, идите в Павильон Истинного Меча и выскажите их Злой Святой лично.

— Мгх…

Старейшины лишь сдавленно застонали, но ни один из них не вскочил с места, чтобы отправиться в Павильон Истинного Меча.

— Более того, я считаю это великой возможностью для нашей школы. Злая Святая лично согласилась проводить со мной спарринги раз в неделю. Благодаря этому я намерен преодолеть стену 8-го ранга.

— Вы уверены… что с вами всё будет в порядке? — с опаской спросил один из старейшин, вытирая пот со лба.

Он был из тех, кто помнил, как несколько десятилетий назад Гон Сон Мён, выбежавший из школы с криками о мести, вернулся обратно уже через полдня, избитый Злой Святой так, что его пришлось тащить на себе.

— Как ни крути, раз в неделю — это слишком часто, разве нет? Если Глава подорвëт своё здоровье…

— Кхм. — На этот раз застонал сам Гон Сон Мён.

Разве Злая Святая не сказала вчера, что не будет сдерживать силу своих боевых искусств, хоть и не станет убивать его? А это значит, что во время спаррингов со Злой Святой ему гарантированно придётся несладко.

— Ради будущего нашей школы я готов на всё. Я уже принял решение.

Врата Небесной Справедливости входили в пятерку крупнейших школ Праведного пути. Но будущее школы было не столь безоблачным.

Расцвет и упадок любой школы зависят от того, сколько в ней мастеров высоких рангов.

Да, сам Гон Сон Мён был мастером 7-го ранга среднего уровня, но с такими достижениями школа не могла претендовать на звание лучшей школы мечников Праведного пути.

А что насчет учеников, за которыми будущее? Был ли среди сотен учеников хоть один «дракон» или «феникс», способный повести школу за собой? Нет.

Он считал, что ученики его школы ничем не уступают ученикам других школ, но вчера он увидел Дракона Облаков, и сравнения сами лезли в голову…

«Чтобы передать им лучшие знания, я сам должен сначала преодолеть стену».

Гон Сон Мён укрепил свою решимость и выпрямил спину.

— О-о-о… — Старейшины тихо восхитились его непоколебимостью.

— В общем, дело решëнное, так что больше не смейте попрекать гостей, остановившихся в Павильоне Истинного Меча.

— А что делать с учениками? Может, стоит запретить им приближаться к Павильону?

— В этом нет нужды. Злая Святая не настолько безумна, чтобы беспричинно избивать непричастных учеников.

— …

— Кхм… К тому же, я бы предпочел, чтобы наши ученики активнее общались с Тремя Героями.

— Неужели Трое Героев настолько выдающиеся?

Глаза старейшин заблестели. В настоящее время Трёх Героев считали самыми многообещающими талантами в Восточном Муриме. Во Вратах Небесной Справедливости было немало подающих надежды учеников, но ни один из них не удостоился звания «дракона» в своём поколении.

— Тёмный Цветок, младшая сестра Тёмного Короля — точно неизвестно, сколько ей лет, но вряд ли больше тридцати. Дракону Меча, кажется, двадцать два?

— Да.

— Я видел, как Дракон Меча и Тёмный Цветок получали наставления от Злой Святой. Если мои глаза меня не обманывают, Дракон Меча находится на самом пике 5-го ранга, а Тёмный Цветок лишь на полшага позади него.

— Поразительно…

— Вот что значит внук Императора Меча. Не зря говорят, что это величайший талант в истории клана Орсия…

Пока старейшины восхищались, Гон Сон Мён криво усмехнулся.

— А Дракон Облаков был на 6-м ранге.

— Что?

— Э-это правда?

Глаза старейшин расширились от шока.

— Говорят, он достиг 6-го ранга пару дней назад. Я тоже из «чистого любопытства» решил лично проверить его навыки.

Он не стал упоминать, что к этому спаррингу его принудила Злая Святая.

— Он невообразимый гений. Было трудно поверить, что он достиг 6-го ранга всего два дня назад.

Боевое мастерство Дракона Облаков уже было у всех на слуху, но Сто Мечей Гон Сон Мён, Глава Врат Небесной Справедливости, не был из тех, кто разбрасывается похвалами. Если уж он так говорит, значит, Дракон Облаков превосходит все слухи о нём.

— Я считаю, что если Дракон Облаков продолжит развиваться в таком же темпе в течение следующих 10 лет... он вполне может стать самым молодым Непревзойдëнным мастером в истории.

Тот самый будущий Непревзойдëнный мастер, удостоившийся таких высочайших похвал, прямо сейчас валялся на земле и давился сухими рвотными позывами.

— Бле-е-е-э…

«Какие к чёрту десять лет, тут бы прямо сейчас не сдохнуть.»

— Хватит притворяться, вставай!

Он не притворялся. Просто удар в солнечное сплетение прошёл слишком глубоко. Если бы он мог, то с удовольствием проигнорировал бы этот приказ и просто вырубился бы.

Наверное, Ли Су Хёк с Земли так бы и поступил. Никто не любит боль и тяжёлый труд.

«Нельзя».

Но Юри из этого мира не мог себе этого позволить. У него был путь, который он должен был пройти. У него были цели. Ему нужно было больше, нужно было наполнить себя.

«Я должен вбить это в себя».

Стиснув зубы, Юри поднялся на ноги. С тех пор как он достиг 6-го ранга, каждый спарринг с Лореллией приносил ему острое осознание одной вещи.

Как бить руками и ногами. Как наносить удары противнику. Как уклоняться. Как отклонять атаки. Как блокировать. Истинный секрет того, как двигать своим телом.

«Всё».

Он с трудом встал и посмотрел в лицо Лореллии. Её красные глаза моргнули пару раз, а затем радостно изогнулись.

— Ах! Твоё нынешнее выражение лица просто превосходно, господин Юри! Неужели тебе так нравятся наставления этой Лореллии?

Он думал, что встал, скрипя зубами от боли, но, сам того не осознавая, растянул губы в искажëнной усмешке.

Ему. Было. Весело.

Слова, которые он так и не смог произнести вслух, вертелись на кончике языка. Конечно же, это было весело.

Единственное, в чём Ли Су Хёк с Земли был действительно хорош — это какая-то игра.

И это даже не была популярная онлайн-игра, в которую играют миллионы.

И это не был киберспорт, где можно было стать профессионалом.

Это была мусорная игра, о которой почти никто не знал.

Но что теперь? Благодаря тому, что он хорошо играл в эту игру, перенëсшись в другой мир, он получает ошеломительные результаты от любых усилий! Он обрёл талант, о котором раньше мог только мечтать.

Даже сейчас. С каждым пропущенным ударом Лореллии он чувствовал, как становится сильнее!

— Кажется, он окончательно свихнулся.

Глядя на Юри, который получал побои с выражением лица, по которому было непонятно, смеëтся он или плачет, Ха Рён лишь покачала головой.

Ответа не последовало. Скосив глаза, она увидела, что Эстор тоже улыбается, несмотря на своё до неузнаваемости распухшее лицо.

— Восхи… тительно…

— И этот тоже сломался.

Ха Рён снова покачала головой и пробормотала.

«Ну, хотя бы…»

Она ненадолго погрузилась в воспоминания о прошлом.

В клане Тан она даже не получила шанса нормально изучать боевые искусства; у неё не было наставника, были лишь бесконечные притеснения.

А во Вратах Убийственного Щита? Безликий Убийца не учил её боевым искусствам. Сколько бы она ни просила, она всегда получала один и тот же ответ: его боевым искусствам нельзя научить.

Вместо этого она проходила подготовку наёмного убийцы. Эти тренировки тоже были достаточно тяжёлыми, но с нынешними не шли ни в какое сравнение.

«Если подумать, я впервые учусь чему-то подобным образом».

Если бы она не пошла за этим парнем, ничего этого бы не было.

— …

Она пыталась мыслить позитивно, но смеяться, как те двое сумасшедших, у неё не получалось…

Потирая горящую, негнущуюся щёку, Ха Рён посмотрела на Юри. Он по-прежнему получал удары с тем же странным выражением лица.

— …Пф-ф.

Это зрелище вызвало у нее лёгкую усмешку. Она вырвалась сама собой. Ха Рён поспешно подавила смех и вернула лицу прежнее бесстрастное выражение.

К счастью, Юри, кажется, ничего не услышал и не заметил.