Арк-Терра была жемчужиной этого мира, но не единственной. Планета была усеяна десятком мегаполисов-государств, разделенных Пустошами, каждый из которых жил по своим законам, под своими куполами и своими корпоративными богами. Когда весть о падении Совета и воцарении Кая разлетелась по эфиру, реакция была… неоднозначной.

В Нео-Токио, городе вечного неона и кибернетики, правили Искусственные Интеллекты и кланы Якудза, сросшиеся с мегакорпорациями. В зале совета «Черный Лотос», иронично подумал я, узнав об этом, сидели голограммы старейшин.

— Хаос в Арк-Терре, — произнес синтетический голос ИИ-Императора. — Вероятность дестабилизации региона — 89%. Уровень угрозы — Экстремальный.

— Этот… Кай, — прошипел глава клана Кибер-Ниндзя, разглядывая мои снимки. — Он не человек. Анализаторы показывают аномалию. Магия или Древняя технология?

— Мы должны отправить шпионов, — предложил представитель «Роботикс Индастриз». — Если у него есть доступ к «Объекту Ноль»… это меняет баланс сил. Мы не можем позволить варвару с Запада контролировать Исходный Код.

— Согласен, — подтвердил ИИ. — Протокол «Тень Востока» активирован. Наблюдать и изучать, при возможности — ликвидировать или похитить технологии.

С другой стороны, на юге, в Цитадели Стали, правили генералы. Там не было изящества Арк-Терры или технологий Нео-Токио. Там была грубая сила, танковые заводы и культ войны.

Верховный Маршал Брут, киборг весом в полтонны, ударил кулаком по столу, увидев новости.

— Слабаки! — прогремел он. — Совет Арк-Терры пал перед одним выскочкой?! Позор!

— Сэр, — осторожно заметил его советник. — Разведка докладывает, что у этого выскочки есть армия… и существа похожие на драконов. Настоящие.

— Драконы? — Маршал нахмурился. — Это меняет дело. Если он приручил тварей Пустошей… он опасен. Но и полезен. Арк-Терра богата ресурсами. Возможно, нам стоит предложить ему союз? Или войну?

Брут усмехнулся, проверяя заряд своего плазменного молота.

— Отправьте посла. Пусть прощупает почву. Если он воин — мы договоримся. Если дипломат — мы его раздавим.

Тем временем, на побережье, где океан был токсичным, но все еще судоходным, располагался Свободный Порт. Город контрабандистов, наемников и изгоев. В таверне «Пьяный Кракен» капитан «Черной Жемчужины», да, они любили классику, эльфийка с повязкой на глазу, подняла кружку.

— За Кая! — крикнула она. — За парня, который показал корпоратам, где раки зимуют!

— Слышали, он отменил рабство в Арк-Терре? — спросил кто-то из толпы.

— И налоги для бедных снизил, — добавил другой. — Говорят, там теперь рай для таких, как мы.

— Рай? — рассмеялась эльфийка. — Рая нет, сынок. Есть только места, где тебя не пытаются убить каждую секунду. Но если этот Кай и правда такой крутой… может, нам стоит наведаться к нему? Арк-Терре нужны товары. А у нас есть то, чего нет у него.

— Например?

— Свобода, — подмигнула она. — И много, много оружия, которое мы случайно нашли на складах Цитадели.

Я сидел в своем кабинете, просматривая перехваченные сообщения. Арабелла стояла рядом, наливая мне вино. Она была одета в строгое, но соблазнительное платье секретаря, ей нравились ролевые игры, а мне было все равно.

— Они нервничают, — заметила она, ставя бокал передо мной. — Нео-Токио боится конкуренции. Цитадель видит угрозу. А Порт… ну, они просто ищут выгоду.

— Пусть нервничают, — я откинулся в кресле, потягивая вино. — Страх — это хорошо. Он держит их в тонусе. И заставляет делать ошибки.

— Ты ждешь гостей? — спросила Арабелла, садясь мне на колени и обвивая руками шею.

— Конечно. Шпионов, послов и торгашей. Все они придут. Кто-то с ножом за пазухой, а кто-то возможно с договором.

Я посмотрел на карту мира, висящую на стене. Арк-Терра была лишь точкой. Но эта точка теперь пульсировала энергией, способной перекроить всю планету.

— Мы примем их всех, Арабелла. Дипломатично. Жестко. И с улыбкой.

После того как я взял город, члены Совета не исчезли. Я не казнил их, за исключением самых непримиримых, ведь мертвецы не приносят пользы. Они стали… ресурсом. Живым примером того, что бывает с теми, кто идет против Истинного Короля. Вейн, бывший глава Департамента Городского Контроля, теперь сидел в своем же кабинете, но без окон и дверей, которые можно было бы открыть изнутри. Его нейронные импланты были перепрошиты Линой.

— Отчет о лояльности полиции, сектор 7, — скомандовал он в пустоту, и голографический экран послушно выдал данные.

Вейн стал моим главным администратором. Его паранойя и мания контроля теперь работали на меня. Он следил за тем, чтобы каждый патрульный, каждый чиновник, каждый уборщик в мэрии выполнял свои обязанности.

— Если кто-то украдет хоть скрепку, — сказал я ему в первый день, положив руку на плечо, — я узнаю. И твой чип в голове сделает тебе очень, очень больно.

Вейн кивнул. В его глазах больше не было высокомерия. Только страх и безупречная, механическая исполнительность. Он превратился в идеального бюрократа — бездушного, эффективного, абсолютно подконтрольного.

Торин же лишился своего особняка, своего флота дирижаблей и большей части состояния. Но я оставил ему жизнь и его талант управленца. Теперь он руководил шахтами в Пустошах. Не из уютного кабинета в Верхнем Городе, а прямо там, в пыли и жаре, среди мутантов и драконидов.

— Добыча кристаллов увеличилась на 20%, — докладывал он мне по видеосвязи, вытирая пот со лба грязным платком. — Но нам нужны новые буры, Кай… то есть, Ваше Величество. Старые не выдерживают породы.

— Будут тебе буры, Торин, — отвечал я, попивая вино в компании Арабеллы. — Громм уже работает над прототипами. И не называй меня Величеством. Зови Боссом. Как в старые добрые времена.

Гном скрипел зубами, но кивал. Он ненавидел меня, но еще больше ненавидел нищету. А работа на меня давала ему шанс вернуть хотя бы часть былого богатства. Пусть и ценой унижения.

А вот с генералом Шторм всё было сложнее. Она отказалась сдаться. Даже когда её кибер-тело было разорвано на куски Арабеллой, её сознание продолжало сыпать проклятиями.

— Я не буду служить монстру! — кричала её голова, подключенная к системе жизнеобеспечения в лаборатории Лины.

— Ты будешь служить, — спокойно ответила Лина, перепаивая нейронные цепи. — Или станешь просто запчастями для моих дроидов.

Шторм стала… частью городской обороны. Буквально. Её сознание интегрировали в сеть автоматических турелей и систем ПВО Арк-Терры. Она видела всё, слышала всё, могла уничтожить любую цель за доли секунды. Но нажать на спуск она могла только по моему приказу. Это было жестоко? Возможно. Но Шторм была воином. И я дал ей вечную войну. Войну за безопасность города, который она когда-то клялась защищать. Ирония судьбы, которую она, надеюсь, оценит в перерывах между сканированием неба.

Арабелла Сильвер-Лиф… О, с ней всё было иначе. Она не была пленницей, наоборот, была соправительницей. Она сохранила свой «Серебряный Шпиль», свои капиталы и влияние. Более того, при мне её власть выросла многократно. Она стала лицом новой власти для аристократии, мостом между моим звериным началом и их утонченным этикетом.

— Они думают, что я предала наш класс, — смеялась она, лежа в моих объятиях после очередного приема. — Глупцы. Я спасла их. Если бы не я, ты бы просто сжег их кварталы вместе с жителями.

— Не исключено, — соглашался я, целуя её в плечо.

Арабелла наслаждалась своим положением. Она была единственной из старого Совета, кто выиграл от переворота. Она получила мужчину, о котором мечтала, власть, которой жаждала, и безопасность, которую никто другой не мог ей гарантировать. Но иногда, глядя на то, как она безжалостно расправляется с бывшими коллегами, интригуя против тех, кто пытался поднять голову, я видел в её глазах тень. Тень понимания, что она тоже на поводке. Просто её поводок был сделан из золота и любви, а не из страха и боли.

И её это устраивало. Пока.