Бал Тысячи Огней проходил в «Небесном Чертоге» — личном пентхаусе Совета на вершине шпиля «Эгида-Прайм», здания, пронзающего облака Арк-Терры. Чтобы туда попасть, нужно было использовать частный грави-лифт, охраняемый лучше, чем казна Империи. Я стоял в кабине лифта, чувствуя, как он бесшумно поднимает меня на высоту трех километров. Стекло было тонированным, но я видел огни города, растекающиеся внизу реками расплавленного золота.

В ухе молчал коммуникатор. Лина ждала сигнала внизу, Громм и Вайпер заняли позиции в тени соседних небоскребов. Арабелла была уже там, наверху. Я чувствовал её ауру.

Лифт замедлился.

— Добро пожаловать, господин Кай, — произнес синтетический голос.

Двери открылись и я шагнул в свет. Зал был огромен. Потолок — прозрачный купол, открывающий вид на звезды. Стены — из живого хрусталя, меняющего цвет в такт музыке. Сотни гостей в масках и роскошных нарядах кружились в танце, пили нектар, шептались. Но стоило мне появиться на пороге, как музыка стихла. Словно кто-то перерезал струны оркестру. Разговоры оборвались. Сотни глаз — человеческих, эльфийских, кибернетических, устремились на меня.

Я стоял один. В своем полуночно-синем фраке, с прямой спиной и взглядом, в котором горела Бездна. Моя аура была сжата до предела, но даже так она давила на присутствующих тяжелой волной могильного холода.

— Это он… — пронесся шепот. — Тот самый, из Нижнего Города.

— Смотрите на его лицо… Шрамы исчезли…

— А глаза? Вы видели его глаза?

Я медленно прошел в центр зала. Толпа расступалась передо мной, как Красное море перед Моисеем. Я не смотрел по сторонам. А искал, и я нашел. Арабелла стояла на возвышении, рядом с троном Матриарха. Её платье из живого сапфира струилось по телу, подчеркивая каждый изгиб. Волосы, серебряные и длинные, были уложены в сложную корону. Но её глаза… в них не было холода, в них был восторг, ну или же страх.

Она сделала шаг мне навстречу.

— Кай, — её голос прозвенел в тишине, усиленный магией зала. — Ты пришел.

Я подошел к подножию трона и отвесил идеальный, выверенный поклон, которому меня учила мадам Вэлари.

— Леди Арабелла, — произнес я. Безупречно вежливо. Голосом, от которого задрожали бокалы в руках гостей. — Я обещал вам танец. А я всегда держу слово.

— Тогда… — она протянула мне руку в перчатке из паучьего шелка. — Прошу вас.

Музыка заиграла снова. Вальс. Медленный, тягучий, как яд. Я взял её руку. Она была холодной, но пальцы слегка дрожали. Я притянул её к себе, чувствуя, как напряглось всё её тело.

— Раз-два-три, — прошептал я ей на ухо. — Начинаем шоу, моя королева.

Мы закружились. Это был не просто танец. Это была словно дуэль. Я вел её жестко, властно, заставляя подчиняться каждому моему движению. Арабелла сопротивлялась, пытаясь перехватить инициативу, но каждый раз уступала, наслаждаясь своей покорностью. Весь зал замер, наблюдая за нами. Генерал Шторм сжала кулаки, Торин Железнобород побледнел, Вейн что-то лихорадочно печатал на своем коммуникаторе.

Но для нас двоих мир перестал существовать. Были только мы. Музыка. И Бездна между нами.

— Ты безумец, Кай, — прошептала Арабелла, глядя мне в глаза. — Прийти сюда, в логово львов, без охраны…

— Львы боятся огня, миледи, — ответил я, крутанув её в пируэте. — А я принес им пламя.

Я чувствовал, как её сердце бьется о мои ребра. Быстро. Горячо.

— Они хотят убить тебя, — выдохнула она, прижимаясь щекой к моему плечу. — Вейн подготовил ловушку. Ментальный пробой. Как только музыка закончится…

— Знаю, — я улыбнулся, и в этой улыбке не было ничего хорошего. — Пусть попробуют, я люблю сюрпризы.

Музыка нарастала. Темп ускорялся. Мы летали по залу, словно два демона в брачном танце. Мой плащ развевался черными крыльями, её платье сияло синим пламенем. И когда последние аккорды вальса затихли, я замер, держа её в поддержке, так что её лицо оказалось в сантиметре от моего.

В зале повисла мертвая тишина.

— Браво! — раздался одинокий хлопок.

Это был Вейн. Он стоял у выхода, окруженный охраной в боевых экзоскелетах.

— Прекрасное исполнение, господин Кай. Жаль, что оно будет последним.

Я медленно поставил Арабеллу на ноги. Она отступила на шаг, но не ушла, она осталась рядом со мной.

— Вейн, — произнес я, поворачиваясь к нему. — Вы портите момент.

— Арестовать его! — скомандовал чиновник. — И девку тоже! За измену Совету!

Охрана двинулась вперед. Я посмотрел на Арабеллу, которая улыбнулась мне. Той самой улыбкой хищницы, которая нашла достойную пару.

— Ну что, партнер? — спросила она, доставая из складок платья изящный стилет. — Потанцуем по-настоящему?

Я расстегнул верхнюю пуговицу фрака.

— С удовольствием, миледи.

Это было начало большого шоу. Музыка не смолкла, наоборот, она просто сменила ритм. С тягучего вальса оркестр, словно повинуясь невидимому дирижеру, или моему ментальному приказу, перешел на яростное, ломаное танго. Вейн взмахнул рукой. Десять бойцов в тяжелой броне «Центурион» рванулись к нам, лязгая металлом по драгоценному паркету. Их визоры горели красным, системы наведения чертили лазерные линии на моем сердце.

— Миледи, — я склонился к Арабелле, игнорируя наставленные дула. — Позвольте пригласить вас на… импровизацию.

Она рассмеялась так звонко и бесстрашно, как смеются ведьмы на костре. В её руке сверкнул стилет, лезвие которого было покрыто тем самым ядом, что она присылала мне с ужином.

— Веди, симпатичный демон! — выдохнула она, отбрасывая в сторону шлейф платья, который мешал бою.

Первый «Центурион» был уже рядом. Он замахнулся силовым молотом, способным проломить стену. Я не стал уклоняться. Я шагнул навстречу. Плавным, текучим движением, которому научила меня мадам Вэлари, я перехватил рукоять молота до удара. Энергия, предназначенная для разрушения, потекла сквозь меня, поглощаясь реактором в груди.

— Спасибо за подарок, — усмехнулся я.

Телекинетический импульс.

БАМ!

Бойца швырнуло через весь зал. Он сшиб троих своих товарищей, превратив стройную атаку в кучу металлолома. Гости завизжали, шампанское полетело на пол. Арабелла тем временем танцевала свой танец. Она скользнула под руку второго нападающего. Вспышка серебра и стилет вошел в сочленение доспеха на шее. Точно и смертельно. Боец рухнул, хрипя.

— Раз-два-три! — пропела она, перепрыгивая через труп и вонзая каблук-шпильку в глазницу кибер-пса, бросившегося ей в ноги.

Мы двигались в унисон. Спина к спине. Я прикрывал её щитами, отражая выстрелы плазмы, которые летели со всех сторон. Она жалила, быстрая и безжалостная, как змея.

— Вейн! — прорычал я, найдя взглядом чиновника, который прятался за спинами телохранителей. — Ты плохой хореограф! Твои танцоры спотыкаются!

Я поднял руку. Сферы-глушилки, установленные Громмом по периметру, активировались. Свет мигнул. Голографические декорации погасли. Связь с внешним миром оборвалась.

— Теперь мы одни, — прошептал я. — Только ты, я… и музыка.

Зал погрузился в полумрак, освещаемый лишь вспышками выстрелов и сиянием моей ауры. Янтарной и хищной.

Я схватил Арабеллу за талию, притягивая к себе так резко, что она выронила стилет.

— Кай! — выдохнула она, её глаза сияли безумием боя. — Они окружают! Генерал Шторм вызвала подкрепление!

— Пусть вызывают, — ответил я, глядя на её губы. — У нас есть еще минута.

Вокруг свистели пули. Мана трещала, разрывая воздух. Но я создал вокруг нас сферу абсолютной тишины. Время внутри неё замедлилось. Я наклонился к Арабелле. Она подалась вперед, вцепляясь пальцами в лацканы моего фрака, пачкая белоснежную ткань чужой кровью.

— Я обожаю тебя, монстр, — прошептала она. — Сожги этот мир.

— Я сожгу его вместе с тобой, моя королева.

Я поцеловал её. Это был не какой-то изнеженный поцелуй влюбленных. Это было словно столкновение двух стихий. Страсть, смешанная с адреналином и вкусом смерти. Я чувствовал её вкус, железо крови, сладость вина и горечь яда. Она отвечала мне так же яростно, кусая губы, прижимаясь ко мне всем телом, словно хотела слиться со мной в единое целое. Наш поцелуй фонил магией. Реальность вокруг нас пошла трещинами. Искры летели от наших аур, сплетаясь в узор невозможной красоты. Защитная сфера лопнула и звуки наконец вернулись.

Мы разорвали поцелуй, тяжело дыша. Арабелла смотрела на меня затуманенным взглядом, облизывая припухшие губы.

— М-м-м… — простонала она. — Еще хочу.

— Позже, — я подмигнул ей, разворачиваясь к толпе врагов. — Сначала уберем мусор.

Я поднял обе руки. Тьма, клубившаяся в углах зала, ожила. Тени вытянулись, превращаясь в щупальца.

— Лина! — скомандовал я ментально. — Гаси свет! Полностью!

Зал погрузился в абсолютную черноту. И в этой тьме раздался мой смех и крик Арабеллы:

— ТАНЦУЙТЕ!!!

Тьма в зале «Небесного Чертога» была не просто отсутствием света. Это была моя стихия, сгущенная до состояния чернил. Я видел в ней всё, тепловые следы тел, страх, бьющийся в висках гостей и панику охраны.

— Вспышки! — заорала генерал Шторм где-то слева. — Активируйте ИК-зрение!

Они пытались, но их приборы сбоили. Лина уже запустила вирус. Камеры показывали помехи, прицелы плясали, а коммуникаторы вместо приказов транслировали детский смешок.

В центре этого хаоса стояли мы с Арабеллой. Спина к спине.

— Пятьсот лет скуки, — прошептала она, и её голос вибрировал от удовольствия. — Пятьсот лет интриг, ядов и фальшивых улыбок. Наконец-то… настоящая жизнь.

В её руке, свободной от стилета, вспыхнул шар чистого лунного света. Древняя магия эльфов, которую считали утерянной. Холодная, прекрасная и смертельная.

— Покажи им, миледи, — усмехнулся я, создавая в ладонях клинки из спрессованного вакуума.

Арабелла взмахнула рукой. Лунный свет разлетелся на сотни серебряных игл.

— Именем Дома Сильвер-Лиф! — её голос был подобен удару хлыста. — Мои верные! Ко мне! Защищайте моего… Партнера!

Сквозь разбитые витражи ворвались тени. Это были не мои «Гадюки». Это была личная гвардия Арабеллы — «Лунные Клинки». Элитные убийцы-невидимки, преданные ей до последнего вздоха. Они двигались бесшумно, как призраки. Их мечи светились голубым, разрезая броню корпоративной охраны, как масло.

— Приказ принят, Матриарх! — отозвался капитан гвардии, материализуясь из воздуха и перерезая горло киборгу, который целился мне в спину.

На улицах Нижнего Города тоже началось веселье. Громм увидел сигнал — фейерверк, который я запустил ментально прямо над шпилем.

— Пора, парни! — гаркнул гном, запрыгивая в кабину модифицированного погрузчика с установленным на крыше пулеметом Гатлинга. — Покажем этим чистоплюям, как гуляют в трущобах!

«Гадюки», «Ржавые Клыки» и даже «Крысы» вышли из тени. Объединенная армия отбросов общества, ведомая жаждой мести и обещаниями нового короля. Они атаковали блокпосты «Био-Тек» и «Маго-Тек». Взрывы сотрясали кварталы.

— За Кая! За Алый Лотос! — ревел Вайпер, ведя своих бойцов на штурм полицейского участка.

Но самое интересное происходило наверху. В зале «Чертога» битва превратилась в кровавое искусство.

Арабелла была великолепна. Она танцевала сквозь строй врагов, её платье, несмотря на хаос, оставалось безупречным. Серебряные иглы разили без промаха. Она использовала магию иллюзий, создавая свои копии, которые отвлекали огонь на себя, пока настоящая Арабелла с улыбкой перерезала сухожилия генералу Шторм.

— Ты… ведьма! — хрипела киборг-генерал, пытаясь перезагрузить свои системы.

— О нет, дорогая, — отвечала Арабелла, уклоняясь от лазера. — Я просто женщина, которая нашла мужчину, достойного её безумия.

Тем временем я добрался до Вейна. Чиновник забился в угол, прикрываясь щитом из магии Порядка.

— Не подходи! — визжал он. — Я вызову орбитальный удар! Я сотру этот город в пыль!

— Ты уже пытался, — спокойно сказал я, разбивая его щит одним ударом кулака. — Твои спутники молчат. Громм позаботился об этом.

Вейн побледнел.

— Что ты такое?

— Я Кай. И я здесь, чтобы забрать то, что принадлежит мне по праву. Власть.

Я поднял его за лацканы пиджака.

— Но сначала… танец.

Я швырнул его в центр зала, где Арабелла только что закончила с охраной Торина. Гном-магнат лежал без сознания, связанный магическими путами.

— Милый, — обратилась ко мне эльфийка, вытирая стилет о подол своего платья, теперь оно было не просто синим, а с алыми разводами, что, впрочем, ей шло. — У нас остались только эти трое. Вейн, Торин и полумертвая Шторм. Что будем делать? Добивать?

Я подошел к ней, слегка обнимая за плечи. Внутри меня бушевал адреналин смешанный с безумием.

— Нет, — сказал я, глядя на поверженных врагов. — Смерть, это слишком просто. Мы оставим их в живых. В назидание.

Я повернулся к залу, где перепуганные гости жались по стенам.

— Слушайте меня, черви! — мой голос громом прокатился под сводами. — Совет Корпораций пал. С этой ночи в Арк-Терре новый закон — ЗАКОН КАЯ!

Арабелла прижалась ко мне, целуя в шею.

— Звучит неплохо, — промурлыкала она. — Император Хаоса. А я тогда кто, Императрица? Мне нравится этот титул.

Вдруг двери лифта открылись. Из них вывалилась группа моих бойцов во главе с Вайпером. Они были в крови, но живые.

— Босс! — крикнул он. — Мы взяли первый этаж! Полиция отступает! А ваши… э-э-э… новые друзья из «Сильвер-Лиф» прикрыли нас с воздуха!

— Отлично, — кивнул я.

Я посмотрел на Арабеллу, в её глазах сиял триумф. Она любила меня не только как мужчину, а как равного Бога. И мне, должен сказать, было непривычно испытывать настолько безумную любовь..

— Знаешь, — сказал я ей, — вальс мы так и не дотанцевали.

— У нас вся вечность впереди, мой демон, — ответила она, вкладывая свою руку в мою. — А пока… давай сожжем этот город дотла и построим на его месте собственный Рай.

Двери «Небесного Чертога» захлопнулись, отсекая шум битвы и суету победы. Мы остались одни в огромном зале, где еще витал запах озона, крови и разбитых надежд Совета. Арабелла стояла посреди разрухи, все такая же величественная. Её платье было порвано на бедре, серебряные волосы растрепались, но в глазах горел тот же древний огонь, что и пятьсот лет назад. Она подошла к столу, смахнула с него осколки бокалов и села на край, скрестив ноги.

— Неплохо для начала, — она посмотрела на меня с вызовом, поигрывая стилетом. — Но не забывай, Кай, без моих «Лунных Клинков» твоих крыс из трущоб раскатали бы в блин. Ты Король, но корону на тебя надела я.

Она проверяла меня. Щупала границы. Пыталась понять, где заканчивается партнерство и начинается подчинение. Я медленно снял окровавленные перчатки, бросив их на пол. Шаг. Другой. Моя аура начала заполнять зал, вытесняя воздух. Тьма сгущалась, становясь вязкой, как смола.

— Ты надела корону, Арабелла, потому что я позволил тебе это сделать, — мой голос был тихим, но он вибрировал в самом фундаменте здания.

Я подошел к ней вплотную, нависая черной скалой. Она не отступила. Вздернула подбородок, глядя мне прямо в глаза, в мою Бездну.

— Ты думаешь, ты можешь давить на меня? — усмехнулась она, хотя я слышал, как участился её пульс. — Я Матриарх. Я пережила дюжину таких выскочек, как…

Я не дал ей закончить. Моя рука метнулась вперед, схватив её за горло. Не сильно, но властно, заставляя запрокинуть голову. Второй рукой я перехватил её запястье со стилетом и прижал к столу.

— Ты пережила людей, — прорычал я, наклоняясь к её лицу. — Ты пережила магов. Но ты никогда не встречала монстра из Бездны.

Я ударил по ней своей харизмой и частицей безумия. Не какой-то магией, а чистой волей, обонянием мужчины. Это было похоже на цунами, я видел, как расширились её зрачки, как дрогнули веки. Её многовековая гордость, её щиты, её хитрость, всё это трещало под напором моей первобытной силы.

— Признай, — прошептал я, касаясь губами её уха. — Ты не хочешь быть равной. Ты устала быть сильной. Ты хочешь, чтобы кто-то взял эту силу… и направил её.

Арабелла попыталась вырваться, дернулась всем телом, но это было скорее движение навстречу, чем попытка побега.

— Ты… самоуверенный… дьявол, — выдохнула она, и стилет выпал из её ослабевшей руки, звякнув о пол.

— Да, но я могу быть твоим дьяволом, — поправил я.

Я поцеловал её. Жестко и жадно. В этот раз не было игры на публику. Была только жажда. Я сминал её губы, вторгаясь, захватывая, присваивая. Её сопротивление сломалось мгновенно. Она застонала, обхватывая меня ногами, притягивая ближе. Её ногти впились в мои плечи через ткань фрака, раздирая до крови.

— Кай… — её голос сорвался на хрип.

Я рывком поднял её со стола. Ткань её платья затрещала, не выдержав напора. Мы были двумя хищниками, которые наконец-то сбросили шкуры цивилизации. Я прижал её к холодной стене, но жар наших тел плавил воздух вокруг.

— Скажи это, — потребовал я, глядя в её затуманенные страстью глаза. — Чей этот город? Чья ты?

Она дрожала. Великая Арабелла, интриганка и убийца, сейчас плавилась в моих руках, как воск. Моя доминация была абсолютной, но она упивалась ею. Для неё это было освобождением.

— Твоя… — выдохнула она, кусая губы до крови. — Я твоя, Кай. Мой Король…

Этот ответ стал ключом.

Я больше не сдерживался. Наша страсть вспыхнула, как сверхновая. Это было словно слияние энергий. Моя Тьма и её Лунный Свет переплелись, создавая вихрь, от которого в зале лопались уцелевшие стекла. Каждое движение, каждое прикосновение было пропитано магией и животной силой. Я брал так, словно завоевывал новую империю — яростно и без остатка. Она отвечала мне с той же ненасытностью, выгибаясь навстречу, царапая мою спину до шрамов, которые мгновенно затягивались.

Мы потеряли счет времени. Мы были единым целым — клубком плоти, маны и экстаза на вершине мира, который теперь лежал у наших ног. Когда всё закончилось, мы сползли на пол, тяжело дыша. Арабелла лежала на моем плаще, её голова покоилась на моей груди, прямо над гудящим реактором сердца. Её волосы разметались серебряным покровом по моей черной коже. Она провела пальцем по символу на моей груди, лениво улыбаясь. В этой улыбке больше не было маски, была только сытость и обожание.

— Ты был прав, — прошептала она, закрывая глаза. — Вальс, это скучно. Танго мне нравится гораздо больше.

Я погладил её по плечу, чувствуя, как постепенно успокаивается моя аура.

— Это была лишь репетиция, — ответил я, глядя на рассвет, заливающий город багрянцем. — Настоящий танец только начинается.

Она рассмеялась мягким, грудным смехом и прижалась ко мне крепче.