Вино в бокале перестало казаться изысканным напитком. Теперь оно отдавало привкусом пепла — вкусом сгоревших воспоминаний.

«Адель…»

Я крутил это имя на языке, пробуя его на прочность. Память, разблокированная появлением этой сущности, возвращалась не лавиной, а тонкими, острыми иглами. Адель не была богиней. Она была моей ученицей. Там, в том другом мире, куда я попал после сделки с Хаосом. Девушка с необычным талантом к магии, которую я подобрал после битвы с Пауком. Она смотрела на меня с таким же восхищением, с каким эта Богиня смотрела на меня сейчас.

Но это была не она.

Сущность, пришедшая из искажения, лишь надела её лицо, как удобную маску. Она украла образ того единственного существа, к которому я, возможно, испытывал нечто похожее на привязанность, чтобы манипулировать мной. Чтобы я почувствовал… что? Доверие? Ностальгию? Я сжал бокал, и хрусталь рассыпался в пыль в моей руке. Осколки впились в ладонь, но боли не было. Кровь Кая, смешанная с маной, мгновенно затянула порезы.

«Она знала», — холодная мысль пронзила сознание.

Эта Богиня знала, что предмет находится здесь. В моем изначальном мире. В мире, из которого я сбежал тысячелетия назад, заключив сделку с Лордом Хаоса. Я сделал круг — умер здесь, переродился там, достиг вершин, сразился с Великими, умер снова… и вернулся в исходную точку. Только время здесь ушло далеко вперед, превратив магию в технологию.

И она ждала. Она не вмешивалась, когда я сражался с Великими. Не помогла, когда моя душа дрейфовала в Бездне. Она просто ждала, пока я умру и вернусь сюда, чтобы стать её пешкой в поиске какой-то безделушки. Для неё моя смерть, мои страдания, миллиарды лет дрейфа — лишь ход в партии.

— Доверие? — прошептал я в пустоту, стряхивая стекольную крошку. — Нет. Таким тварям не доверяют. Их уничтожают.

Её игра меня не интересовала.

Я подошел к окну. Арк-Терра сияла огнями. Мой старый дом, ставший чужим. Боги, Лорды Хаоса, Великие… Все они смотрели на смертных сверху вниз, дергая за ниточки судеб. Я был одним из сильнейших магов, почти Богом в другом мире, но даже там я оказался недостаточно силен, чтобы диктовать свои условия самой Реальности.

Мне нужно больше.

Не просто власть над городом. Не просто сила, чтобы убить врагов. Мне нужно превзойти свои пределы, стать Абсолютом. Существом, для которого законы вселенной — не ограничения, а рекомендации. Существом, которое стоит над шахматной доской, а не является фигурой на ней. Чтобы все эти «Высшие» стали для меня лишь муравьями под сапогом. Чтобы никто и никогда больше не смел использовать мое лицо, мою память или мою жизнь в своих играх.

Но чтобы стать Абсолютом, нужно выжить.

Очередная судорога скрутила тело. В глазах потемнело, колени подогнулись. Тело Кая, этот жалкий мешок с костями, трещало по швам. Оно не выдерживало даже тени моей нынешней силы, не говоря уже о том потенциале, который я собирался раскрыть.

Я посмотрел на голограмму «Био-Тек Индастриз», все еще висевшую над столом. Древо Данных? Сердце Мира? Нет. Это ловушка. Или, как минимум, приманка. Если я пойду туда сейчас, в этом слабом теле, я либо сдохну, либо стану рабом этой «Адель», зависимым от её подачек. Сначала — фундамент. Мне нужен новый сосуд. Я должен перековать себя. Создать тело, способное вместить океан Хаоса и упорядочить его. Тело, в котором магия и технология сольются в идеальном симбиозе, превосходящем и то, и другое.

Я нажал кнопку вызова.

— Громм.

— Да, босс? Я уже поднимаю архивы по Древу… — голос гнома звучал устало.

— Отставить, — резко оборвал я его. — Забудь про Древо. Это был… тест на твою исполнительность. Мы возвращаемся к первоначальному плану.

— То есть… — в голосе гнома промелькнуло облегчение. — Химера?

— Именно. Мне нужно это сердце. И мне нужно оно вчера.

Я вернулся в кресло, чувствуя, как решимость наполняет меня стальной уверенностью.

— Готовь голема, Громм. Мы идем грабить корпорацию. И подготовь операционную. Как только мы достанем сердце, я начну ритуал Перерождения.

— Понял, босс. Люди Гадюки уже нашли сплавы. Лина хорошо учится, она заканчивает прошивку рун. Мы будем готовы к концу недели.

Я отключил связь.

Мир за окном продолжал жить своей жизнью, не подозревая, что в одном из его небоскребов сейчас родился не новый криминальный босс, а тот, кто собирается сожрать саму суть этого мира. Адель хочет, чтобы я нашел предмет? Я найду его. Но когда я возьму его в руки, это будет не для того, чтобы отдать ей. А для того, чтобы иметь оружие, способное убить даже так называемого «Администратора». В этой игре правила буду писать я.

Я закрыл глаза и погрузился в медитацию, удерживая разваливающееся тело усилием воли. Осталось немного. Скоро я сброшу эту куколку и расправлю крылья.

В мастерской, оборудованной в подвалах «Алого Лотоса», пахло озоном и старой смазкой. Громм вытер пот со лба масляной тряпкой и прищурился, глядя на то, что лежало перед ним на стапелях. Это был голем модели «Титан-4», списанный еще во времена Войн Объединения. Груда ржавого металла весом в полтонны. Но сейчас, под руками гнома, этот кусок лома превращался в произведение искусства… или в идеальную ловушку.

— Осторожнее с шлифовкой, парни! — рявкнул Громм на двух подручных из банды «Гадюк». — Нам нужно, чтобы он выглядел древним, а не старым. Патина — это деньги. Ржавчина — это мусор. Разницу чуете?

Гном тяжело вздохнул и подошел к грудной пластине голема. Самая сложная часть. Босс, этот пугающий парень в теле Кая, потребовал невозможного. Ему нужно было встроить внутрь примитивного механического гиганта контур «Удаленного Присутствия» пятого уровня сложности.

— Ты сумасшедший, босс, — пробормотал Громм, возясь с микропаяльником и кристальной пылью. — Ты хочешь, чтобы эта железяка стала твоим временным телом на время операции, но при этом чтобы ни один сканер «Био-Тек» не заметил подмены источника сигнала.

Громм работал, и его руки, несмотря на возраст, не дрожали. Он чувствовал страх. Животный ужас перед тем, кто сейчас сидел наверху, в пентхаусе. Громм видел много психов в Арк-Терре, но Морган или как он себя называл, был другим. Он не был психом. Он был… чем-то иным. Древним злом, которое решило поиграть в корпоративные войны.

— Ставим фальшивое ядро, — скомандовал гном. — То самое, с аукциона, которое фонит «исторической ценностью». А под него прячем рунный приемник. И молитесь Великой Шестеренке, чтобы экранирование выдержало. Если Крогул из «Био-Тек» поймет, что этот «Страж Эпохи» — троянский конь, он на нас орбитальный удар наведёт.

Я лежал в бирюзовой жидкости регенерационной ванны. Тело Кая отказывало. Каждый час бодрствования стоил мне суток жизни этого организма. Клетки распадались, не выдерживая давления моей ауры, которую я даже старался сдерживать. Я смотрел на потолок, где проецировались схемы генетического кода Химеры.

— Адель… — прошептал я мысленно. — Ты думала, я побегу за твоей игрушкой, сломя голову? За Сердцем Мира?

Нет. Это путь дурака. Чтобы взять предмет у администратора реальности, нужно самому стать вирусом в этой реальности, который нельзя удалить. Почему Химера? Я перелистывал данные в уме. «Химера-Омега». Тварь, созданная из ДНК высшего демона Хаоса и кибернетической матрицы ИИ. Корпораты пытались создать идеального солдата, но создали идеальный сосуд для меня.

Моя душа, это сплав человеческого сознания и демонической скверны. Тело Химеры по сути, единственное в этом мире, что имеет схожую двойственность. Оно не отвергнет меня. Оно станет моей броней.

Я закрыл глаза. Нужно было экономить силы. Я потянулся сознанием вниз, в подвал, через ментальную связь с Громмом.

«Делай крепления для ядра прочнее, гном. Когда я вселюсь в эту жестянку, давление маны будет колоссальным. Если он развалится посреди кабинета Крогула, я лично оторву тебе руки и пришью их к… ногам».

Я почувствовал испуг гнома и удовлетворенно усмехнулся. Страх — лучший мотиватор для смертных.

В дальнем углу мастерской было темно. Только светящиеся голограммы рун и строк кода освещали лицо Лины. Её разноцветные глаза бегали по строкам с нечеловеческой скоростью. Она не спала уже тридцать часов.

— Интеграция нейро-интерфейса с руной «Подчинения Воли»… Ошибка компиляции, — прошептала она, кусая губу.

Морган дал ей задачу, которая заставила бы лучших техномагов Арк-Терры застрелиться. Ей нужно было написать программный код, который бы имитировал работу заклинания «Перенос Души». Она помнила, как он спас её. Как снял ошейник одним прикосновением. Но сейчас она начинала видеть его истинную суть. Когда он приходил проверять работу, воздух вокруг него становился холодным и тяжелым, как на дне океана.

— Он не человек, — думала Лина, переписывая блок алгоритма. — В нем пустота. Такая огромная, что в неё может провалиться весь этот город.

Но странно… эта пустота манила. Лина чувствовала, что внутри неё самой просыпается что-то похожее. Её дар видеть потоки энергии становился острее рядом с ним.

«Ты боишься меня, девочка?» — его голос иногда звучал у неё в голове, даже когда его не было рядом.

— Нет, — ответила она вслух пустому экрану. — Я хочу научиться делать так же.

Её пальцы снова запорхали над сенсорной клавиатурой. Она нашла решение. Вместо того чтобы пытаться перевести магию в двоичный код, она сделала наоборот. Она создала вирус, который заставляет электронику работать по законам хаоса.

— Протокол «Призрачный Мост» готов, — выдохнула она, отправляя пакет данных на сервер голема.

В другом месте, в трущобах разворачивалась своя история.

— Шевелитесь, ублюдки! Если мы не достанем этот сплав к рассвету, босс превратит наши мозги в кашу!

Вайпер нервничал. Он никогда не нервничал раньше, даже когда выходил с ножом против киборга. Но после того, как Морган наложил на него «Вечное Эхо», страх стал его постоянным спутником. Он всё ещё помнил тот звук скрежета в голове. Они находились в промзоне Сектора-7. Это была территория «Мусорщиков», дикарей, которые поклонялись старому реактору. Цель, три контейнера с «Живым Серебром» — редчайшим металлом, который используется в медицине для сращивания нервов. Моргану он был нужен для создания ванны, в которой будет проходить ритуал.

— Босс, движение на три часа! — шикнул один из бойцов.

Из тени развалин вышли фигуры в лохмотьях, вооруженные самодельными плазмоганами.

— Это наша территория, городские крысы! — заорал их вожак.

Вайпер сплюнул. Времени на дипломатию не было.

— Огонь на поражение. Никого не жалеть. Нам нужно только серебро.

Завязалась перестрелка. Лазерные лучи резали тьму, запах горелой плоти смешался с дождем. Вайпер стрелял, не думая. Он убивал не ради добычи, не ради территории. Он убивал ради того, чтобы тот, кто сидит в высокой башне, был доволен. Когда последний мусорщик упал с прожженной грудью, Вайпер подошел к контейнеру.

— Грузите в грави-тележки. И быстро. Я чувствую… — он потер висок, где стоял нейро-чип. — Я чувствую, что он уже ждет.

Он посмотрел на шпиль «Алого Лотоса» вдали. Теперь это была не просто база. Это был храм нового, жестокого бога, и Вайпер был его первым жрецом поневоле.

— Надеюсь, этот ритуал того стоит, — сплюнул он кровь. — Иначе мы все покойники.