Власть — это настоящая сладость, но со временем и она может словно яд пожирать тебя, а у моего нынешнего сосуда был слишком низкий порог сопротивляемости.

Прошло две недели с тех пор, как «Алый Лотос» сменил владельца. Формально, для внешнего мира, Железный Герцог всё ещё управлял делами, я же, держал его в состоянии контролируемого овоща, подключенного к системам жизнеобеспечения в его же собственном пентхаусе. Его мозговые импланты теперь транслировали мои приказы, а его голос, синтезированный программой, раздавал распоряжения лейтенантам. Это было удобно. Тень Герцога прикрывала меня, пока я занимался куда более важной проблемой, чем рэкет или подпольные бои.

Я арендовал себе офис, в одном из лучших зданий в трущобах, где сидел в большом кожаном кресле, развернутом к панорамному окну. С сотого этажа Арк-Терра выглядела как карта микросхемы, залитая неоновым дождем. В одной руке я держал бокал с дорогим, густым вином, в другой — инъектор с сияющей голубой жидкостью.

Пшшш.

Игла вошла в шею. Жидкость — концентрат маны, смешанный с регенеративной сывороткой, — обожгла вены. Тело Кая содрогнулось, мышцы свело судорогой, но через мгновение боль отступила, оставив после себя лишь глухое, ноющее эхо.

— Третья доза за сутки, босс, — проскрипел Громм от входа. Гном теперь выглядел иначе, на нём был дорогой костюм-тройка, сшитый на заказ, но поверх него всё тот же потертый плащ с карманами, набитыми инструментами. — Твои… улучшения сжигают мальчишку изнутри быстрее, чем мы думали.

Он подошел к столу и положил массивный планшет.

— Я не сжигаю его, Громм, — спокойно ответил я, разглядывая свое отражение в темном стекле. Кожа стала бледнее, почти прозрачной, под глазами залегли тени, похожие на синяки. Но сами глаза светились ровным янтарным светом, который уже нельзя было скрыть линзами. — Я перековываю его. Просто материал оказался… низкосортным.

Кай был обычным человеком. Его меридианы, каналы, по которым течет энергия, были тонкими, как волоски. Когда я пропускал через них мощь, достаточную, чтобы испепелить отряд штурмовиков, они буквально плавились. Мне нужно было решение. Кардинальное.

— Что с поставками? — спросил я, кивнув на планшет.

— «Синтез-Фарм» выполнили свою часть сделки, — отчитался гном, наливая себе виски без спроса. — Эльфийка, которую ты вылечил, провела накладные. Мы получили доступ к списанному оборудованию из лабораторий генной инженерии. Био-принтеры, кюветы для выращивания клонов, анализаторы ДНК демонического спектра. Всё это уже едет в подвалы «Лотоса».

— А сырье?

Громм помрачнел. Он сделал большой глоток и поморщился.

— Сложнее. Костная пыль драконидов это большая редкость, а за ней очередь на полгода вперед. Живая ртуть из шахт Глубинного Предела — под эмбарго. А то, что ты просил… сердце Высшей Химеры… Босс, таких тварей не видели уже больше ста лет. Их вывели корпораты как биологическое оружие, а потом сами же и уничтожили, когда те начали жрать своих создателей.

— Они не уничтожили всё, — я покачал головой. — Корпорации ничего не выбрасывают, в каком бы мире не существовали. Скорее всего, они консервируют свои разработки.

Я активировал голограмму над столом. В воздухе повисла схема огромного, похожего на крепость комплекса, расположенного в «Зеленой Зоне» — элитном районе, куда вход простым смертным был заказан даже под страхом смерти.

— «Био-Тек Индастриз», — прочитал Громм. — Ты с ума сошел. Это же частная армия с лицензией на геноцид. У них защита такая, что даже муха не пролетит незамеченной. Магические барьеры пятого класса, плюс нейро-турели.

— Именно поэтому там хранится то, что мне нужно. Прототип «Химера-Омега». Существо, созданное из смеси плоти демонов Хаоса и кибернетики. Идеальный сосуд. Вернее, идеальные запчасти для моего сосуда.

Я встал и подошел к карте. Мой план был прост и элегантен, как ритуальный кинжал. Мне не нужно было штурмовать крепость. Мне нужно было, чтобы она открыла двери сама. Бизнес в Арк-Терре строился не на деньгах, а на пороках. А у директора службы безопасности «Био-Тек», орка по имени Крогул, был один очень специфический порок. Он был коллекционером. Он собирал древние артефакты, веря, что они даруют ему силу предков.

— Мы не будем взламывать их стены, Громм, — сказал я, проводя пальцем по изображению крепости. — Мы продадим им троянского коня.

— В смысле?

— Помнишь тот старый, ржавый голем, которого мы нашли на свалке в третьем секторе? Тот, что, по твоим словам, годился разве что на переплавку?

— Ну? — нахмурился гном.

— Ты почистишь его. Отполируешь. А я… я вдохну в него видимость жизни. Мы создадим фальшивку. «Утерянного Стража Эпохи Раскола». Мы пустим слух через наши новые каналы в аукционном доме, что «Алый Лотос» нашел уникальный лот. Крогул не устоит. Он захочет его купить, чтобы поставить в своем личном кабинете, прямо в сердце системы безопасности.

Громм начал понимать. Его глаза расширились, а на губах заиграла злая ухмылка.

— А внутри этой жестянки, вместо древнего ядра, будет сюрприз?

— Внутри будет рунная цепь, связанная с моим сознанием, — подтвердил я. — Как только голем окажется внутри периметра, я смогу использовать его как якорь. Я взломаю их защиту изнутри, находясь в безопасности здесь, в этом кресле. И тогда… тогда мы зайдем и возьмем всё, что нам нужно.

Это была долгая игра. Подготовка такой операции требовала ювелирной точности. Нужно было не просто создать подделку, а насытить её такой аурой древности, чтобы анализаторы корпоратов сошли с ума от восторга.

— У тебя неделя, Громм, — сказал я. — Подключи наших новых друзей из банды Гадюк, пусть ищут редкие сплавы. Ах да, найди ещё девочку Лину, она довольно талантлива, посади её за расчеты магических контуров, у девчонки природное чутье на эфирные потоки, ей нужна практика.

— А ты? — спросил гном, направляясь к выходу.

Я повернулся к окну, глядя на свое отражение, в котором всё отчетливее проступала нечеловеческая сущность.

— А я займусь политикой. Чтобы провернуть такую сделку и не вызвать подозрений, «Алый Лотос» должен стать легитимным. Нам нужно официальное приглашение на Совет Синдикатов.

Для этого мне предстояло подмять под себя не просто один клуб или банду, а весь наркотрафик «Серой Зоны». Бизнес грязный, примитивный, но чертовски прибыльный. Местные дилеры продавали синтетическую дрянь, которая выжигала мозги. Я же мог предложить им нечто иное. Алхимия. Настоящая алхимия, способная дарить грезы без побочных эффектов разрушения тела… если, конечно, правильно дозировать. Эликсир «Сладкий Сон». Простейшее зелье первого уровня, которое в моем прошлом использовали для медитаций послушников. Здесь же оно станет хитом, который уничтожит конкурентов.

Я улыбнулся. Этот мир забыл вкус настоящего качества и я собирался напомнить им его. И пока они будут наслаждаться моими дарами, я буду медленно затягивать удавку на шее этого города.

— Пришли ко мне Лину как найдёшь, — бросил я вслед уходящему гному. — Пора научить её, как правильно смешивать кровь виверны и лунный свет, не взорвав при этом квартал.

Работа только начиналась. И с каждым шагом, с каждым захваченным активом, я чувствовал, как ко мне возвращается то самое чувство, которое я забыл за тысячи лет скитаний в Хаосе. Азарт игрока, у которого на руках все козыри, а противники даже не знают правил игры.

Арк-Терра сияла за панорамным стеклом, словно драгоценный камень, оправленный в грязь. Сотни этажей подо мной пульсировали жизнью, смертью, сделками и предательствами, но здесь, в моем кабинете, царила неестественная тишина. Я откинулся в кресле, закрыв глаза. Тело Кая привычно ныло после очередной инъекции, но разум был чист. Слишком чист. В последнее время меня преследовало странное чувство дежавю. Словно я упускаю какую-то деталь. Какую-то важную переменную в уравнении, которое решаю уже тысячелетия.

Внезапно воздух в комнате сгустился. Это не было похоже на атаку магов или сбой защитных полей. Это было… искажение самой ткани бытия. Звуки города за окном исчезли, как будто кто-то выключил звук. Свет неона померк, сменяясь мягким, золотистым сиянием, которое, казалось, исходило ниоткуда и отовсюду сразу. Я открыл глаза, но не потянулся к оружию. Интуиция, это та часть меня, что пережила смерть богов и другие миры — подсказывала, что бороться бесполезно.

Пространство перед моим столом пошло рябью, как вода от брошенного камня. Из этой ряби, ступая легко, словно по облакам, вышла она. Та, кого я видел лишь однажды, на грани жизни и смерти, в том странном сне, который я считал бредом умирающего сознания. Она не изменилась. Все та же небесная чистота во взгляде, та же едва заметная улыбка на губах, та же аура покоя, от которой хотелось выть волком, потому что такой покой бывает только в могиле.

— Здравствуй — её голос прозвенел колокольчиком в мертвой тишине кабинета.

Я медленно выпрямился, сжимая подлокотники кресла так, что кожа жалобно скрипнула. Память обрушилась на меня лавиной. Тот разговор во тьме. Её обещание. «Игра на выживание». Предмет…

— Ты… — выдохнул я. — Ты была там. До всего этого. До Великих. До моего падения.

Она прошла по кабинету, с любопытством касаясь пальцами голографической карты Арк-Терры. Её прикосновение заставило изображение задрожать и окраситься в золотой цвет.

— Ты долго спал, — произнесла она, не глядя на меня. — Слишком долго даже для того, кто обманул Хаос. Я уже начала думать, что ты выбыл из игры.

— Кто ты? — мой голос был твердым, но внутри всё холодело. Это существо… она не была ни богом, ни демоном в моем понимании. Она была чем-то вне системы координат. Тем, кто пишет правила.

Она обернулась, и её глаза, сияющие неземным светом, встретились с моими.

— Ты задавал этот вопрос тогда. И я ответила, чтобы ты решал сам. Для этого мира я всего лишь миф, сказка, полузабытая легенда о Творце, что бросил свое творение. Для тебя, могу быть кем угодно… скажем так, выбирай на свой вкус.

Она щелкнула пальцами, и кресло напротив меня, массивное и кожаное, превратилось в изящный трон из белого мрамора. Она опустилась на него с грацией королевы.

— Ты неплохо устроился, — заметила она, обводя взглядом роскошный интерьер. — Теневой король муравейника. Забавно. В прошлый раз ты стремился стать богом. А теперь довольствуешься ролью кукловода в канализации?

— Я строю фундамент, — процедил я. — Чтобы достать до небес, нужно твердо стоять на земле.

— Или чтобы спрятаться от неба? — парировала она с усмешкой. — Ты забыл, зачем я тебя вернула? Забыл о предмете?

Я напряг память. «Найдя этот предмет, ты всё вспомнишь».

— Я помню. Но ты стерла детали. Что это? Артефакт? Оружие? Ключ?

— Это… часть меня, — загадочно ответила она, склонив голову набок. — И часть тебя. То, что связывает нас через эпохи. Я спрятала его надежно. Так надежно, что этот мир вырос вокруг него, даже не заметив.

Она встала и подошла ко мне вплотную. Я почувствовал аромат весенних цветов и озона — невозможный запах для прокуренного кабинета мегаполиса.

— Ты ищешь силу, чтобы вернуть себе божественность. Ты хочешь сердце Химеры, хочешь технологии древних. Но всё это лишь пыль. Настоящая сила — в том, что ты потерял.

Она коснулась моего лба прохладным пальцем. Вспышка. Я увидел… не место, а образ. Огромное дерево из металла и света, корни которого уходят в ядро планеты, а ветви оплетают орбиты. Эгг-Драсиль? Нет, это было что-то техногенное. Сервер? Башня? И в центре этого сияния — пульсирующий кристалл. Не мана, не душа. Информация. Чистый код, словно само мироздание. Видение исчезло так же резко, как и появилось. Я судорожно вздохнул, хватаясь за край стола.

— Что это было?

— Подсказка, — улыбнулась она, отступая назад, к искажению пространства, из которого пришла. — Твой мир изменился, мой милый мальчик. Магия для многих стала кодом, а боги стали программами. Но суть осталась прежней. Найди Сердце Мира. И ты поймешь, почему я выбрала именно тебя.

Её фигура начала растворяться в золотом сиянии, но увидев её лицо ещё раз, я кое-что вспомнил.

— Постой! — крикнул я, вскакивая. — Адель! Твое имя… в том сне… я вспомнил, как называл тебя… Адель? Ты Адель?

Сияние застыло на мгновение. Из пустоты донесся её смех — легкий, но от него по стеклам небоскребов пошли трещины.

— Адель… Хорошее имя. Если хочешь, буду Адель.

Её облик изменился, вплоть до голоса и интонации, и принял очертания того человека, кого я некогда знал.

— Но помни, что имя это всего лишь ярлык. А суть… суть тебе еще предстоит открыть.

Вспышка света ослепила меня. Когда я проморгался, в кабинете снова было темно. За окном ревели аэрокары, по стеклу барабанил кислотный дождь. Кресло напротив было пустым, обычным офисным креслом.

Ни следа. Ни запаха цветов. Ни золотого свечения.

Только в моей голове теперь горела новая цель. Ярче, чем жажда власти, ярче, чем месть. «Сердце Мира». Дерево из металла и света. Я медленно осел обратно в кресло. Мои руки дрожали. Не от страха. От предвкушения. Игра, о которой она говорила, только что перешла на новый уровень. Я больше не просто бандит, строящий империю на руинах.

Я нажал кнопку интеркома.

— Громм, — мой голос был хриплым, но спокойным. — Забудь про сердце Химеры. У нас новая приоритетная цель. Найди мне всё, что есть в архивах о «Центральном Узле» или «Древе Данных». Легенды, сказки, закрытые отчеты корпораций — неважно.

— Эм… босс? — растерянный голос гнома. — Ты о чем? Какое еще древо? Мы тут готовим голема…

— Голема готовьте, — оборвал я его. — Он нам понадобится. Но не для ограбления склада. Мы будем штурмовать нечто куда более серьезное.

Я посмотрел на ночной город, который теперь казался мне не просто декорацией, а сложной головоломкой, шифром, скрывающим главный секрет.

— Адель, — прошептал я в пустоту. — Если это твоя игра, то я буду играть. Но правила буду нарушать я.

Я налил себе еще вина. Рука больше не дрожала. Я снова был в деле. И на этот раз ставка была больше, чем просто осознания того, что я вернулся в свой мир.