Я наблюдал за их визитом из своего командного центра в Арк-Терре, глядя на экран прямой трансляции. Камера была встроена в изящную брошь на воротнике Юми. Девушка из Нео-Токио исправно играла роль моих глаз, но сейчас у неё была и другая задача. Она была ученицей. А её наставницей выступала сама Арабелла.

Цитадель Стали встретила их ревом доменных печей, запахом горящего мазута и облаками едкого черного дыма. На фоне ржавых бронепластин и лязгающих гусениц тяжелых танков, выстроившихся вдоль посадочной площадки, две женщины выглядели как инопланетянки.

Арабелла, облаченная в безупречное платье цвета сапфира с меховой накидкой, шла по грязному бетону так, словно это был мрамор королевского дворца. Юми семенила чуть позади, одетая в строгий тактический костюм, с планшетом в руках. Она внимательно следила за каждым жестом эльфийки.

— Запомни главное правило, Юми, — небрежно бросила Арабелла, даже не повернув головы. Звук отлично передавался через микрофон. — Когда ты имеешь дело с животными, которые понимают только размер клыков, никогда не пытайся рычать громче них. Это их территория.

— А что тогда делать, госпожа? — почтительно спросила Юми. Бывшая шпионка была заинтригована. Вся её школа социальной инженерии Нео-Токио строилась на манипуляциях, но здесь, в Цитадели, манипулировать казалось некем — вокруг были только дула пушек и киборги без воображения.

— Заставь их сомневаться в том, что клыки вообще имеют значение, — усмехнулась Арабелла.

Их встретил конвой из десяти бронированных солдат-киборгов и проводил в Главный Штаб. Зал заседаний был под стать городу: массивный стальной стол, голографические карты боевых действий и стоящий во главе стола Маршал Брут — полутонная машина для убийства с остатками орочьего лица. Рядом с ним стоял полковник Рагнар, тот самый, что уже видел моих драконидов.

Брут тяжело оперся о стол, когда женщины вошли.

— Арк-Терра смеется надо мной? — прогремел его синтезированный голос. — Я ждал Кая. Мага. Завоевателя. А он прислал мне эльфийскую куклу и азиатскую девчонку? Полковник Рагнар докладывал о чудовищах, а я вижу только мясо.

Охрана в зале угрожающе щелкнула затворами тяжелых винтовок.

Юми едва заметно напряглась, её рука дернулась к спрятанному шокеру. Но Арабелла лишь мягко рассмеялась. Этот чистый, серебристый смех в бункере, где пахло потом и оружейной смазкой, прозвучал как выстрел.

Она не стала садиться за стол. Вместо этого Арабелла медленно, грациозно подошла к Маршалу Бруту. Охрана дернулась, но орк поднял огромную металлическую руку, останавливая их. Ему было любопытно.

— Маршал, — промурлыкала она, оглядывая его массивный экзоскелет с легким сожалением. — Мой Король не отправляет монстров для переговоров. Он отправляет монстров, когда переговоры заканчиваются. А мы здесь, чтобы сделать вас богаче и сильнее.

Брут фыркнул, из его дыхательных клапанов вырвался пар.

— И что мне может предложить Кай? У меня лучшие танковые заводы на планете. У меня армия, которая…

— Уязвима с орбиты, — мягко перебила его Арабелла. Она щелкнула пальцами, не глядя назад. — Юми. Сводка.

Юми, мгновенно уловив ритм своей наставницы, шагнула вперед и положила планшет на стол. Голограмма включилась.

— Данные со спутниковой сети «Аматерасу», Нео-Токио, — четко доложила Юми, глядя Маршалу прямо в глаза. Я улыбнулся по ту сторону экрана: девочка быстро училась не показывать страх. — Сеть теперь контролируется Арк-Террой. В данный момент тридцать четыре кинетических орбитальных орудия сфокусированы на ключевых доменных печах Цитадели Стали. Время подлета вольфрамовых стержней — сорок восемь секунд. Ваша ПВО их не перехватит.

В зале повисла мертвая тишина. Брут медленно перевел взгляд с проекции на Арабеллу.

— Вы угрожаете мне в моем же штабе? — прорычал он.

— Что вы, Маршал. Это не угроза. Это гарантия качества, — Арабелла изящно оперлась на спинку металлического стула. — Кай взял под контроль Нео-Токио без единого выстрела. У нас есть магия Хаоса, Высшее Древо, дракониды и орбитальные пушки. Мы могли бы стереть Цитадель в порошок просто ради того, чтобы расчистить место под парковку. Но Кай считает вас… полезными.

Она обошла стол, чеканя шаг каблуками. Юми наблюдала за ней, с жадностью впитывая каждое слово. Это был мастер-класс абсолютного доминирования.

— Грядет война, Маршал Брут, — голос Арабеллы внезапно утратил бархатные нотки и зазвенел сталью. — Не война за кредиты. Не война за кусок Пустошей. Сюда идут Высшие. Существа, которые питаются мирами. Твои танки для них — фольга. Твои киборги — заводные игрушки. Кай собирает щит для всей планеты. И Цитадель Стали станет наковальней, на которой мы выкуем оружие.

— А если я откажусь? — процедил орк, хотя в его голосе уже не было прежней уверенности.

Арабелла подошла к нему вплотную и положила свою тонкую, нежную ладонь с идеальным маникюром на его тяжелую бронеплиту на груди.

— Тогда кинетические удары превратят этот бункер в братскую могилу через сорок семь секунд, — тепло улыбнулась она. — А ваши заводы мы просто заберем с трупов. Но если вы скажете «да»… Кай модернизирует вашу армию. Наш алхимик создаст сплавы, которые сделают вашу броню неуязвимой для магии. Ваши солдаты получат био-аугментации. Мы сделаем вас легионом, способным убивать богов. Выбор за вами, Брут.

Я смотрел, как Маршал Стали, гроза Юго-Запада, опускает глаза перед женщиной в шелковом платье. Он посмотрел на полковника Рагнара. Рагнар, помнящий драконидов, едва заметно кивнул.

— Какие объемы производства нужны Арк-Терре? — глухо спросил Брут.

Арабелла убрала руку с его груди и удовлетворенно кивнула.

— Юми передаст спецификации, — сказала она.

Юми, с идеальной осанкой, подошла к столу. Она переслала данные на сервера Цитадели. В её взгляде, направленном на Арабеллу, читалось абсолютное восхищение. Она поняла урок. Сила — это не пулемет. Сила — это знание, куда пулемет направлен, и абсолютная уверенность в своем праве нажать на спуск.

— Рада иметь с вами дело, господа, — Арабелла развернулась и направилась к выходу так же грациозно, как и вошла. Юми поспешила за ней.

Уже на выходе из бункера, когда их не могли слышать генералы, но мог слышать я через передатчик, Юми тихо спросила, — Госпожа Арабелла… а спутники «Аматерасу» действительно были наведены на их печи?

Арабелла усмехнулась, изящно поправляя выбившуюся прядь серебряных волос. — Понятия не имею, дорогая. Я не спрашивала Лину. Оружие не обязательно должно быть заряжено, если твой враг верит, что ты готова выстрелить. А теперь идем. Я хочу смыть с себя эту отвратительную копоть.

Я выключил трансляцию, откидываясь в кресле, и рассмеялся. Юг был наш. Цитадель Стали склонила голову. Моя Империя обретала форму, и каждый её винтик работал идеально.

Когда серебристый флаер Арабеллы растворился в грязном небе Цитадели Стали, в Главном Штабе повисла тяжелая тишина. Маршал Брут грузно опустился в свое кресло, металл его экзоскелета скрипнул под невыносимой тяжестью собственных мыслей.

Полковник Рагнар, стоявший у карты, первым нарушил молчание.

— Она не блефовала, сэр, — хрипло произнес орк, потирая шрам на лице. — Я видел драконидов Кая. Я видел, как они вскрывают наши «Мамонты» словно консервные банки. Если он подчинил себе еще и спутниковую сеть Нео-Токио… мы для него просто мишени в тире.

Брут ударил железным кулаком по столу, оставив глубокую вмятину в пластике.

— Эльфийская ведьма! Пришла в мой дом, угрожала мне орбитальным ударом и ушла, виляя бедрами! — проревел он, из его дыхательных фильтров вырвался клуб сизого пара. — Цитадель никогда не прогибалась!

— Маршал, — осторожно вмешался один из генералов-киборгов, отвечающий за логистику. — Посмотрите на спецификации, которые оставила та азиатская девчонка.

Он вывел данные с планшета Юми на центральный голо-экран. Гнев Брута уступил место недоумению, а затем — шоку. Это были не просто чертежи. Это были схемы интеграции алхимии Древа Данных с тяжелой промышленностью Цитадели.

— Сплав «Эгида-Нова»… — прочитал генерал, его синтетические глаза расширились. — Смесь нашей обогащенной стали и маны, перерабатываемой реакторами Арк-Терры. Прогнозируемая прочность: выдерживает прямое попадание плазмы и рассеивает магические атаки высшего порядка.

Рагнар подошел ближе, вчитываясь в чертежи.

— А здесь био-аугментации для пехоты, — он ткнул пальцем в раздел, помеченный руной лотоса. — Ускоренная регенерация тканей. Интеграция нервной системы с экзоскелетом без потери нейропластичности. Сэр… если мы произведем это, наши солдаты перестанут быть просто киборгами. Они станут неуязвимыми машинами убийства с реакцией эльфийских мастеров меча.

Брут долго смотрел на чертежи. В груди старого рубаки, привыкшего мерить силу калибром пушки, зарождалось странное чувство. Это был не инстинкт подчинения. Это был голод хищника, которому предложили новое, смертоносное оружие.

Женщина в сапфировом платье унизила его, да. Но Кай, хозяин этой женщины, не собирался забирать у Цитадели её суть — войну. Он предлагал им стать молотом, который будет бить по целям, о которых они раньше даже не мечтали. Боги. Высшие. Существа из легенд.

— Он не отнимает нашу гордость, — медленно, словно пробуя слова на вкус, произнес Брут. — Он направляет её.

Маршал выпрямился. Его голос снова обрел властную силу, но теперь в нем звучала железная решимость, а не уязвленное эго.

— Объявить полную мобилизацию промышленности! — скомандовал он. Стены бункера содрогнулись от его рева. — Перевести все заводы на трехсменный график. Отменить производство старых моделей бронетехники. Все ресурсы — на проекты Арк-Терры.

— Слушаюсь, Маршал! — генералы вытянулись по струнке.

— Рагнар! — Брут повернулся к полковнику. — Отбери пятьдесят тысяч лучших бойцов из штурмовых корпусов. Они пойдут первыми на процедуру био-аугментации. Я хочу, чтобы через месяц у меня был легион, способный разорвать дракона голыми руками.

— Будет исполнено, сэр.

— И отправьте запрос в Арк-Терру. Мне нужны их алхимики. Пусть покажут моим инженерам, как варить этот их магический сплав. Если мы собираемся ковать доспехи для войны с небесами, наши плавильни должны гореть так жарко, чтобы черти в аду завидовали!

Машина была запущена. Цитадель Стали, город-завод, веками производивший грубое, неповоротливое оружие для местечковых конфликтов пустошей, начал трансформироваться.

Огромные доменные печи заревели с новой силой. Но теперь в них плавили не просто руду. Инженеры Арк-Терры, прибывшие спецрейсом под конвоем «Гадюк», привезли с собой контейнеры с кристаллизованной маной — побочным продуктом дыхания Древа Данных.

Когда ману добавляли в кипящий металл, пламя в печах меняло цвет с оранжевого на ослепительно-белый, с синеватыми прожилками. Воздух вокруг заводов гудел от напряжения, воздух пах озоном и кровью земли.

Рабочие Цитадели, суровые мужчины и женщины с аугментированными конечностями, сначала с недоверием смотрели на «магические фокусы». Но когда первые листы сплава «Эгида-Нова» сошли с конвейера, сомнения исчезли. Металл был черным, матовым, и, несмотря на абсолютную твердость, казался почти невесомым.

Началась перековка Легиона.

В медицинских блоках Цитадели, теперь похожих на смесь операционных и алхимических лабораторий, солдаты добровольно ложились на столы. Им вживляли не грубые сервоприводы, а органические импланты, выращенные в чанах лабораторий «Био-Тек» Арк-Терры и напитанные энергией Древа.

Те, кто прошел процедуру, менялись разительно. Их движения становились плавными, текучими, но стоило им нанести удар — бетонные стены крошились в пыль. Их глаза приобрели едва заметный золотистый отблеск. Они больше не были людьми или орками. Они стали полубогами войны, выкованными для одной цели — защитить планету.

Брут лично спустился в один из цехов, где собирали первые прототипы тяжелой пехотной брони. Он провел металлической рукой по матовой поверхности нагрудника.

— Красиво, — прохрипел он. — Как смерть.

Он посмотрел на восток, туда, где за грядой токсичных облаков находилась Арк-Терра. Кай, этот наглый маг, заставил его склониться. Но, склонившись, Цитадель подняла с пола оружие, о котором раньше не смела и мечтать.

— Мы будем наковальней, Кай, — прошептал Маршал Стали. — И когда твои Высшие придут… они сломают о нас зубы.

И теперь, Юг планеты превратился в гигантский военный лагерь. Миллионы тонн сверхпрочной стали, армия модифицированных солдат и фанатичная преданность идее выживания — Цитадель Стали стала бронированным кулаком моей новой Империи.