— Я бы хотел еще раз осмотреть вас.

Беллмер встала и начала раздеваться.

— Хорошо. Я сейчас разберусь.

— Нет. Я не это имел в виду, - сказал Гленн.

— Сегодня я хочу провести осмотр когда вы собраны а не разобраны на части.

— Провести осмотр меня... собранной воедино?

— Да. Я хочу проверить ваши нити.

Беллмер застыла в странной позе, словно пытаясь понять, что он имеет в виду. Из-за кажущейся неустойчивости позы она еще меньше походила на живое существо.

— Что мне делать? - спросила она.

— Я собираюсь попросить свою старшую одноклассницу помочь мне.

Сапфи, улыбаясь, появилась за спиной Беллмер. И коснулась головы куклы.

— Аххмм! - тихо простонала Беллмер.

— С-Сафентит, прекрати. Не трогай катушки у меня на голове... аххмм.

— Прости, Беллмер. Но эта процедура необходима.

Лицо куклы ничего не выражало, но она издала страдальческий звук, и ее тело дернулось. Сапфи проигнорировала это, решительно поворачивая бобины. Гленн не ожидал такой реакции. Сапфи продолжила крутить.

— Я собираюсь повернуть их еще немного.

— Ммм, ооф, ахххмм. - Беллмер скривилась.

Сапфи проигнорировала ее реакцию.

Части тела Беллмер начали ослабевать. Ее рука медленно высунулась из рукава платья горничной, и Гленн взял ее в свои руки. Он увидел прикрепленную к ней сверкающую нить.

— С вами все в порядке, мисс Беллмер?

— Ахх... ммм!

— Пожалуйста, скажите мне, если почувствуете боль.

— Э... это не больно, но... эта нить похожа на оголенный нерв... ммм, аххх! - воскликнула Беллмер.

Гленн потянул ее за гладкую керамическую руку. Нить меняла цвет в зависимости от того, под каким углом вы на нее смотрели. Она переливалась всеми цветами радуги, как украшенный драгоценными камнями жук или мыльный пузырь, но сама нить не имела цвета. Молекулярная структура самой нити придавала ей такой блеск. Он осторожно дотронулся до нее.

— Оххх! - вскрикнула Беллмер.

Казалось что она, не почувствовала боли, когда он дотронулся до нити... хотя, она извивалась. Поскольку ее кожа была керамической, она не могла покраснеть, но ее лицо было накрашено, из-за чего казалось, что она все же покраснела.

"Главное, чтобы не было больно..."

Гленн продолжил осмотр. Он дотронулся до шаровидного соединения, соединявшего ее предплечье с плечом, и почувствовал на его поверхности следы пыли.

— Запекшаяся глина.

— Ммм, ах, охх...

— Г-Гленн, даже моя госпожа не... ахх!

— Извините.

Беллмер поспешно отдернула руку.

— Аххмм.

— Гленн, - предупредила Сапфи.

— Давайте пальпируем пациентку, не пугая ее.

Гленн опустил голову.

— Х-хорошо... - Он глубоко вздохнул и повернулся к Беллмер.

— Мисс Беллмер, по поводу ваших симптомов.

— Д-да?

— Я думаю, проблема в ваших нитях, а не в суставах, - объяснил Гленн.

— Это невозможно.

Он уловил в ее голосе намек, очень слабый намек на недовольство.

— Эти волшебные нити сделала моя госпожа. Проблема не в них.

— Ох, извините. Мне следовало сформулировать это по-другому. Сами по себе нити в порядке.

— Что это значит?

— Пожалуйста, взгляните.

Гленн показал ей ее руку.

— Это порошок с вашего тела, Беллмер. Когда мы рассмотрели ее под микроскопом, то смогли определить, что это та же глина, из которой сделано ваше тело. Я полагаю, что этот порошок является побочным продуктом трения между вашими составными частями.

— Трения?

— Да. Другими словами, вы прилагаете чрезмерное усилие к своим суставам. Это приводит к истиранию краев ваших суставов, из-за чего образуется порошок. Я полагаю, что причиной являются катушки на вашей голове, поскольку они поддерживают натяжение.

— Вы хотите сказать, что сила, стягивающая мое тело, слишком велика?

— Верно.

Несмотря на то, что сами нити были в порядке, тело Беллмер определило, что оно находится в критическом состоянии, и начало передавать сигналы боли.

— Я думаю, нам следует подогнать катушки, - сказал Гленн.

— Я понимаю. Мое тело было изготовлено вручную, но эти катушки были заказаны в другом ателье. Я проверю, сможет ли производитель подогнать их для меня.

Беллмер закрутила одну из катушек на голове. Нить намоталась, и ее рука снова скользнула под одежду горничной.

— Большое вам спасибо, мистер Гленн. Теперь я могу доложить об этом доктору

Драконии.

— Ах... п-подождите, Мисс Беллмер. У меня есть еще вопросы...

Гленн до сих пор не поднял важный вопрос, но прежде чем он успел спросить ее, дверь лаборатории распахнулась.

— Кто играет с моей очаровательной куклой? Чтоооо?!

В дверном проеме стояло чудище. В одной руке она держала посох и была такой маленькой, что ее легко можно было принять за ребенка.

— Что все это значит?! Ты! Ты тот идиот-ученик этой кальмарши, не так ли?! Я не прощу тебе, что ты поднял руку на мою драгоценную Беллмер!

— П-подожди секунду...!

Чудовище начало колотить Гленна своим посохом. Хотя она сжимала посох обеими руками, это было не очень больно. Очевидно, ее запястья были довольно слабыми. Со стороны могло показаться, что это Гленн трясет ее вместе с посохом.

"Действительно... а у нее вообще есть запястия?"

На ней была школьная шапочка и очки, а также официальная мантия Академии. Из под подола торчал толстый хвост, волочившийся по земле. Насколько он мог видеть, ее руки были покрыты твердой чешуей, без заметных лучезапястных суставов. Ее руки были одинаковой толщины от локтя до кисти.

Чешуя была у многих монстров, но у нее также было что-то похожее на рога, растущие из хвоста.

Могла ли она быть... Монстром, похожим на аллигатора. Она себек? Они были известны тем, что жили в реках с древних времен.

— Эмм... вы случайно не Дракония?

— Скромный студент, называющий меня по фамилии?! Я глава факультета колдовства! Вы будете называть меня по званию!

Собеки жили много лет и часто сбрасывали кожу, поэтому часто казались моложе своего реального возраста, поэтому не было ничего странного в том, что доктор Дракония выглядела как ребенок.

Странным было то, что она и вела себя как ребенок. Дракония выпятила грудь.

— Ты будешь уважать меня, неблагодарный!

Ее халат был распахнут, и под ним на ней не было ничего, кроме одной тряпки на груди и еще одной поверх нижнего белья, как будто она вышла из дома в пижаме. Казалось, ее совершенно не заботил свой внешний вид.

— Ты не монстр. Ты новый питомец Ктулхи, о котором я все время слышу. Человек! И у тебя хватает наглости играть с моей куклой?!

— Ээ, ух, эм... я проводил обследование...

— Молчать! Верни ее мне! Верни!

Она снова ударила его посохом, но ему по-прежнему было не больно.

— Эм, это лаборатория, - перебила Сапфи.

— Пожалуйста, перстаньте размахивать здесь своим посохом...

— Заткнись! Я не помню, чтобы давала разрешение медицинскому факультету осматривать мою куклу! Беллмер мой самый большой успех!

Сапфи нахмурилась.

Очевидно, она была не в том положении, чтобы возражать Драконии, но, с другой стороны, это не было такой уж большой проблемой. В конце концов, она била не сильнее, чем ребенок.

— Эх... ух... ауч...

Дракония резко остановилась и снова оперлась на посох. Похоже, у нее болела поясница.

— Госпожа, с вами все в порядке? - Спросила Беллмер.

— Пожалуйста, обопритесь на меня.

— Оох... Аргх... Прости, моя дорогая.

Беллмер бросилась к Драконии.

— Я принадлежу только вам, госпожа. Пожалуйста, не волнуйтесь.

"Интересно, не слишком ли много она работает..."

Длительное сидение на стуле может вызвать боль в спине.

Гленн слышал, что Дракония редко выходит на улицу, так что, возможно, этому также способствовал недостаток физических упражнений.

— Х-хотите, я вас осмотрю? - Спросил Гленн.

— Если у вас болит поясница, я думаю, что смогу помочь. Сапфи может сделать вам компрессы. Мы могли бы, по крайней мере, облегчить ваши симптомы.

— Н-нет! - Дракония взвизгнула голосом, похожим на раскаты грома.

— Я бы никогда не доверилась медицине! Эта женщина-кальмар думает, что может игнорировать древние традиции магов! Я уверена, что она действительно хорошо тебя обучила, ученик! Но я не намерена лечится такой ерундой!

— Госпожа, мистер Гленн просто беспокоится о тебе! Ты не обязана...

— Мы уходим, Беллмер! Возвращаемся на факультет колдовства! Я сама позабочусь о твоих болезнях!

Дракония развернулась на каблуках и, опираясь на посох, заковыляла прочь. Она была в ярости.

— Эх...

Гленн не знал, что сказать. Он уже решил проблему Беллмер, но, если он расскажет об этом Драконии, почти наверняка только еще больше ее разозлит. Кроме того, он беспокоился о здоровье себека. Он хотел помочь ей, но, похоже, она ненавидела медицину так же сильно, как Ктулхи колдовство.

— Посмотри на себя, Дракония. Ты просто разваливаешься на части.

— Хах?! Угх!

Гленн услышал знакомый голос из коридора. Он выбежал из лаборатории и увидел красивую женщину в лабораторном халате с восемью щупальцами вместо ног.

— Д-доктор Ктулхи?! - Запнулась Дракония.

— Что вы здесь делаете?

— Разумеется меня позвала сюда моя обожаемая ученица.

Именно тогда Гленн заметил Лайм за спиной Ктулхи. Она рассмеялась и взмахнула знаком мира. Он даже не заметил, как она ушла.

— Итак, Дракония. Я слышала, у тебя немного болит спина, - сказала Ктулхи.

— Я сейчас тебя вылечу.

— Н-нет! Мне не нужны твои медицинские уловки! Я разберусь с этим с помощью колдовства.

— Почему то мне кажется, что ты уже пыталась это сделать, но безуспешно.

Поэтому давай, я сделаю это прямо сейчас.

— Аргияяя!

Ктулхи легко подхватила Драконию своими щупальцами. У себека, похожего на ребенка, не было ни единого шанса против роста и силы Ктулхи.

— Даже твои собственные ученики беспокоятся о тебе, - сказала Ктулхи.

— Ну же, девочка. Я мигом тебя вылечу.

— Ты извращенка! - воскликнула Дракония.

— Как же я хочу, чтобы ты попала в скандал и была уволена! И я не девочка!

Ктулхи усмехнулась.

— Тебе нет и ста лет! Ты для меня как ребенок.

Гленн был поражен. Это было неслыханно, чтобы его наставница вмешивалась в их дела подобным образом.

Сапфи тоже была явно удивлена.

— Я и не знала, что вы с доктором

Драконией так близки, доктор Ктулхи.

Гленн предполагал, что они не поладили из-за противоположных методик. Их принципы, вероятно, были несовместимы, но, по-видимому, Ктулхи не испытывала неприязни к Драконии как к личности.

— Похоже, у тебя все хорошо с лабораторией, Гленн, - сказала Ктулхи.

— Д-да, - ответил Гленн, выпрямляясь.

Как его наставница, Ктулхи должна была оценить успехи Гленна и определить, соответствует ли он требованиям к выпуску. Ее присутствие здесь заставляло его нервничать.

— Если тебе что-нибудь понадобится, дай мне знать. Вы еще не врачи, поэтому обязательно проконсультируйтесь с преподавателем, если столкнетесь с чем-то, с чем не сможете справиться, хорошо?

— Д-да, - ответил он.

— Сапфи, Лайм, он ваш младший брат. Приглядывайте за ним. А теперь, давайте, Дракония, - сказала Ктулхи, волоча Драконию по коридору.

— Отпустиии меняяя!!! - Закричала Себек.

Разумеется Ктулхи не выполнила ее просьбу.

— Никто не может победить доктора Ктулхи... - Выдохнул Гленн.

Что бы ни происходило между ними, наверное, будет лучше, если он не станет вмешиваться. Тем не менее, он почувствовал уважение к Лайм, у которой хватило предусмотрительности позвать Ктулхи в первую очередь.

Он огляделся, желая вернуться к своей работе, и понял, что Беллмер все еще стоит там.

— Спасибо вам за сегодняшний день, мистер Гленн, - сказала она.

— Вы не только определили источник моей боли, но и отправили мою госпожу на лечение к доктору Ктулхи! Я так рада, что пришла на осмотр к гениальному студенту медицинского факультета. Вы оказали мне огромною помощь!

Беллмер направилась по коридору, явно не собираясь позволять ему проводить ее обратно в корпус факультета колдовства.

Гленн слышал, что он находится под землей, и что вход в него держится в секрете от других факультетов.

— Эм, мисс Беллмер? - Сказал он.

Она склонила голову набок, выглядя очень мило.

— Да, в чем дело?

Гленн подыскивал нужные слова.

— Но почему вы сами не заметили, что ваши нити слишком натянуты?

Она ответила не сразу. Было странно, что она не заметила источник своих болей. Еще более странным было то, что она не заметила, как керамическая пыль осела на ее суставах.

— Возможно ли, что ваши боли в суставах возникли не по естественным причинам?

— О чем вы говорите? - Спросила она.

— Возможно ли, что вы... сами натянули свои нити, чтобы причинить себе боль?

— Что за странное предложение, мистер Гленн. Зачем мне причинять себе боль?

Гленн не мог прочитать выражение лица Беллмер.

— Возможно, вы сделали это, чтобы вывести доктора Драконию из ее изоляции?

— Хммм, и зачем мне это делать?

— Это было то, чего я не мог понять... до сегодняшнего дня. Вы приходили к нам несколько раз. Дракония рано или поздно должна была это выяснить. И мы обнаружили у нее боль в пояснице только потому, что она пришла в лабораторию.

Гленн перевел дыхание.

— Было ли все это просто уловкой, чтобы добиться ее отправки на лечение?

Беллмер молчала, но и не отрицала этого.

Гленн продолжал настаивать.

— Эмм, я не собираюсь развивать эту тему дальше, но...

— Ох? Тогда зачем поднимать этот вопрос?

— Ну...

Город Немея располагался в более холодном регионе континента, и был уже почти вечер. Становилось прохладно. Ветер, подувший с заходом солнца, пробирал Гленна до костей.

— Как бы сильно ты ни хотела помочь своей госпоже, причинять вред самой себе, это не выход. Я надеюсь, что больше ты не будешь делать ничего подобного.

Какое право было у этого четырнадцатилетнего ребенка указывать Беллмер, как ей следует поступать? Он еще даже не был врачом.

— Хее-хее... - засмеялась она.

— Хах?

Беллмер откинула голову назад и засмеялась, как будто больше не могла сдерживаться.

— Хее-хее! Ха-ха! Ах, прости, тее-хее...!

Ее веселье было таким естественным, что она выглядела почти как человек. Она даже вытерла глаза, когда ее смех утих.

— Хее-хее... ох, мне очень жаль. Мистер Гленн, вы слишком много думаете. Я действительно забочусь о своей госпоже, но я не причиняла себе вреда намеренно.

— Тогда... почему вы не заметили причину своей боли в суставах?

— Тсс... - Беллмер приложила указательный палец к губам Гленна. - У девушки должны быть кое-какие секреты.

Она подмигнула ему и ухмыльнулась.

— Я ухожу. Но если тебе когда-нибудь понадобится что-то от факультета колдовства, позови меня. Я перед тобой в долгу.

Затем, как ни в чем не бывало, на лицо Беллмер вернулось обычное бесстрастное выражение, и она исчезла.

Все это было довольно странно. Гленн задумался, действительно ли у нее было гораздо больше возможностей для выражения лица, чем она показывала на первый взгляд. Если так, то зачем продолжать притворяться куклой? Может быть, она не хотела, чтобы ее приняли за человека?

Он так многого о ней не знал, но эта улыбка растопила его сердце. Гленну придется позаботиться о том, чтобы никто никогда об этом не узнал.

***

— Я надеюсь, Гленн со всем разобрался, - сказала Сапфи, прибираясь в лаборатории.

— Я уверена, что с ним все будет в порядке, - сказала Лайм, попивая чай с лимоном.

— Он как раз провожает Беллмер в факультет колдовства. Ты очень беспокойная, не так ли?

На самом деле Лайм не помогала Сапфи убираться в лаборатории, она просто медленно поглаживала стол одной рукой, стряхивая пыль.

— Гленн сильно повзрослел, - сказала Сапфи.

— Да. Он действительно гений. Он уже намного превзошел меня.

— Я не это имела в виду, - улыбнулась Сапфи.

— Я думаю, что он заботится о монстрах больше, чем кто-либо другой в мире.

— Ох! Ты такая хитрая, Сапфи! Тебе нравится быть рядом и направлять его, не так ли? Что ж, я тоже хочу направлять его! Что это за выражение лица?!

Сапфи выглядела гордой собой, и своим младшеклассником. Гленн был многообещающим молодым человеком, но обещание ничего не значит, если ты не усердно работаешь. Тот факт, что он так быстро достиг большого прогресса, означал, что пребывание здесь, в лаборатории Сапфи, пошло ему на пользу.

— Нам нужно продолжать помогать ему набираться опыта, - сказала Сапфи.

— Не нагружая его слишком сильно.

— С каких это пор ты стала так сосредоточена на Гленне? А что насчет тебя? Разве ты не хочешь стать врачом?

— Я хочу стать фармацевтом и работать бок о бок с врачом.

— Охх, я вижу.

Сапфи не собиралась пренебрегать своей учебой, она просто считала важным помочь Гленну развить его природные таланты. Поддержка его будущей карьеры пошла бы на пользу и ей, но еще больше важно отметить, что это может оказать глубокое влияние на будущее медицины монстров во всем мире.

— А как насчет тебя, Лайм?

— Хах? Насчет меня?

— Ты планируешь и дальше оставаться ученицей Ктулхи?

Лайм рассмеялась.

— Ну, я не особо задумывалась о том, чтобы стать независимой.

Сапфи это показалось странным. Лайм, похоже, не очень увлекалась медициной, о чем свидетельствовали ее оценки, но Ктулхи доверяла ей.

Может быть, дело в ее характере? Все любили Лайм. Ктулхи могла быть просто очарованной ее обаянием, и в этом не было ничего плохого. Возможно, настанет день, когда очарование Лайм спасет положение.

— Монстры говорят, что Гленн действительно преуспевает, - добавила Лайм, которая всегда первой слышала о таких вещах.

— Сапфи, может тебе следует быть решительней? Дай Гленну понять, что он работает в нашей лаборатории. Иначе другие могут попытаться завербовать его.

— Я не могу заставить его... агх!

Внезапно по телу Сапфи пробежала дрожь. Она поморщилась от холода.

— Сапфи?

Сапфи положила руки на стол, ожидая, пока это пройдет.

— Ох, ох, ничего страшного. Совсем ничего. Просто у меня дурное предчувствие, - пробормотала она с кислым выражением лица.

Только много позже она поняла, что только что испытала первые муки влюбленной женщины.

***

— Хее-хее... Вот и ты.

Фигура притаилась в дверном проеме комнаты в общежитии, занавески в комнате за ними были задернуты, чтобы не пропускать свет, превращая фигуру почти в тень. Тень, которая наблюдала, как Гленн прощается с Беллмер, и наблюдала за ним гораздо дольше.

— Хее-хее! Человек... обычный мужчина...

Женский смех эхом разнесся по темной комнате.