Сердце А'Дая трепетало при виде бледного, прекрасного лица Сюань Юэ. В его памяти вновь и вновь проносились мгновения, проведённые с братом Сюань Жи, которого он сейчас держал в объятиях. Он вспомнил их первую встречу, когда она спасла его от наёмных убийц, представившись Сюань Жи — старшим братом Юэюэ. Позже, в городе Андис, она сказала ему, что Юэюэ любит его. Все эти сцены были так отчётливы, словно произошли лишь вчера. Даже самый недалёкий человек на месте А'Дая уже бы всё понял. Девушка неземной красоты в его руках и была Сюань Юэ. И пусть её фигура стала более статной и высокой, но общие черты остались прежними. А'Дай, не отрывая взгляда от Сюань Юэ, бормотал:

— Ты Юэюэ… так ты и есть Юэюэ… почему? Почему ты не сказала мне при первой встрече?

Вспомнив, как они со Сюань Жи спали в одной постели, А'Дай густо покраснел. В его душе бушевал ураган сложных чувств. Он совершенно не знал, как вести себя с этой нефритовой красавицей в своих объятиях, но бежать от этого было уже нельзя. Он понимал, что Сюань Юэ покинула Святой Престол ради него. Всё то время, что они провели вместе с самого Леса Иллюзий, вся её забота, вся самоотдача были такими искренними. А'Дай крепче обнял её, больше не в силах сдерживать чувства. Слёзы хлынули из его глаз, капая на их одежду.

— Юэюэ, Юэюэ, почему ты так добра ко мне? Я не заслуживаю этого! Разве я достоин тебя? Как мне отплатить за твою безграничную любовь? Юэюэ, я люблю тебя, в моём сердце никто не сможет занять твоё место. Но… сможем ли мы быть вместе? Между нами столько преград… я не смею тебя любить!

А'Дай прижался щекой к её гладкому, нежному лицу, легонько потираясь. Чувства к Сюань Юэ вырвались наружу, словно прорвавшаяся плотина. Её лёгкий аромат пьянил его, и, отбросив давние сомнения, он изливал ей душу, говорил о своей любви. Но могла ли услышать его Сюань Юэ, находящаяся без сознания?

Наступило утро. С первыми лучами солнца земля вновь наполнилась жизнью, зазвучали трели насекомых и пение птиц. Сюань Юэ медленно выплыла из тумана забытья. Рана на спине побаливала, и она, тихо простонав, открыла свои прекрасные глаза. Первое, что она увидела, было простодушное лицо А'Дая. Она поняла, что сидит у него на коленях, всем телом прижавшись к нему. «Это он, должно быть, одел меня… Он наверняка видел меня всю…» — при этой мысли её прелестное личико вспыхнуло, и она смущённо опустила голову. События прошлого вечера отчётливо всплыли в её памяти. Кажется, её укусило что-то ядовитое, и А'Дай спас её, но что было потом, она не помнила. «Он… он не посягнул на меня? Нет, конечно, нет. Он такой честный, он бы не осмелился». Утвердившись в этом ответе, Сюань Юэ внезапно ощутила укол разочарования и покраснела ещё сильнее. Она подняла голову и посмотрела на А'Дая. Его глаза были припухшими, а на щеках виднелись едва заметные следы слёз. Сердце Сюань Юэ дрогнуло. «Он… он плакал из-за меня? Он, должно быть, уже узнал, кто я. Как же мне теперь смотреть ему в глаза?» Сюань Юэ прикусила губу, боясь пошевелиться и разбудить его. Объятия А'Дая были такими тёплыми. В этот миг ей хотелось лишь одного — оставаться в них вечно. Её руки сами собой обвились вокруг его шеи, и от смущения Сюань Юэ бросило в жар.

Ощутив тепло её тела, похожего на маленькую печку, А'Дай медленно пришёл в себя. Открыв глаза, он увидел, что Сюань Юэ по-прежнему опирается на его плечо, её лицо пылает румянцем, а руки обвиты вокруг его шеи. Сердце А'Дая ёкнуло. Не зная, что она уже проснулась, он осторожно поцеловал её в лоб. От прикосновения его губ Сюань Юэ вздрогнула всем телом и тихо ахнула.

А'Дай испуганно замер, не зная, что делать. Сюань Юэ, опустив голову, ещё крепче прижалась к нему, словно желая раствориться в его теле. Так они и сидели в тишине, не говоря ни слова. Наконец, А'Дай первым нарушил молчание. Собравшись с духом, он с трудом выдавил:

— Брат Сюань Жи, твоя… твоя рана ещё болит?

Услышав, что он всё ещё называет её братом, Сюань Юэ вспыхнула. Она резко подняла голову и сердито сказала:

— Ты всё ещё называешь меня братом? Только не говори, что не знаешь, кто я.

Глядя в её пленительные глаза, А'Дай поспешно поправился:

— Юэ… Юэюэ, твоя… твоя рана ещё болит?

Сейчас он, казалось, снова стал таким же неловким, как при их первой встрече.

Сюань Юэ опустила голову и застенчиво проговорила:

— Уже намного лучше, немного побаливает. Что это укусило меня вчера вечером?

Никто из них не хотел первым касаться темы их чувств, поэтому они говорили о чём угодно, лишь бы не об этом. А'Дай, сохраняя скованную позу, ответил:

— Это была Железная змея-копьеголовка, очень ядовитая змея. Она укусила тебя в плечо. К счастью, я вовремя заметил, и яд не успел дойти до сердца. Не волнуйся, змею я убил, яд высосал и приложил противоядие, так что всё будет хорошо.

Сюань Юэ вся обмякла и пробормотала:

— Вы… высосал? Ты… ты…

Только тут А'Дай понял, что сболтнул лишнего, и поспешно попытался оправдаться:

— Я… я просто высасывал яд, больше ничего! Ты… ты не пойми меня неправильно.

«Как же тут не понять неправильно после таких слов?» — подумала Сюань Юэ. Глубоко вздохнув, она набралась смелости и сказала:

— А'Дай, ты, наверное, думаешь, что я… что я… раз сама спросила, любишь ли ты меня.

А'Дай вздрогнул и затряс головой:

— Нет, нет! Это всё я виноват. Юэюэ, это я во всём виноват, это я обманул твои чувства.

Сюань Юэ обрадовалась. Подняв голову, она посмотрела на него и спросила:

— И что ты теперь собираешься делать? Ты уже видел моё тело, так что должен нести ответственность.

Сердце А'Дая забилось чаще. Глядя на её несравненную красоту, он пробормотал:

— Юэюэ, на самом деле… на самом деле ты мне нравишься. Ты мне понравилась ещё тогда, в Эльфийском лесу. Просто… просто я недостоин! Недостоин быть с тобой. С твоими достоинствами ты можешь найти мужа в тысячу, в десять тысяч раз лучше меня. Вчера ночью я правда ничего не делал. Если ты считаешь, что я осквернил тебя, я… я готов вырвать себе глаза. — К этому моменту он уже оправился от ночного порыва чувств, и в нём снова возобладали неуверенность и здравый смысл. Сказав это, он опустил голову, ожидая бури и упрёков. Он снова отверг её, и его сердце обливалось кровью.

К его удивлению, Сюань Юэ не рассердилась. Она высвободила руки из-за его шеи и встала. На её лице играла лёгкая улыбка, и её мягкий голос прозвучал вновь:

— А'Дай, ты хочешь сказать, что на самом деле я тебе нравлюсь, так? Я знаю, чего ты боишься. Ты считаешь, что не ровня мне, верно? И ещё боишься, что мой отец не одобрит наш союз. Сейчас не думай об этом. Я хочу, чтобы ты чётко ответил: я тебе нравлюсь? Ты меня любишь? — она обернулась, и её прекрасные глаза, сверкнув, впились в него.

А'Дай тоже встал. Животворящая истинная ци начала циркулировать, разминая его затекшие меридианы, а чувства хлынули наружу. Стиснув зубы, он решительно кивнул и, глядя на Сюань Юэ, произнёс:

— Юэюэ, ты мне нравишься. Ты мне искренне нравишься, я люблю тебя! Но… неужели о том, что ты сказала, можно не думать? Я так не могу! — Сказав это, он мучительно опустил голову.

Сюань Юэ подошла к нему и нежно взяла его за большую руку. Она так долго ждала, чтобы услышать эти слова из его уст. Её прекрасные глаза покраснели, и она тихо сказала:

— А'Дай, тебе правда не нужно об этом думать. Я понимаю все твои страхи. Не нужно бежать от них, я возьму всё на себя. Все твои сомнения я смогу разрешить. Запомни, ты не низок по своему статусу, ты — преемник Святого Меча Небесной Рукояти. Твоя сила вполне соответствует моему положению. Я люблю тебя самого, а не твой статус. Я сама вправе решать свою судьбу. Если ты любишь меня, этого достаточно. Никто не сможет помешать нам быть вместе.

Слушая её слова, А'Дай дрожал, словно от удара током. Больше не в силах сдерживаться, он сгрёб её в объятия, ощущая её мягкое, податливое тело. В этот миг сердце А'Дая было переполнено. Он крепко, крепко обнимал Сюань Юэ.

— Юэюэ, я люблю тебя, так сильно люблю! За что ты так добра ко мне? Разве я этого стою? — Слёзы хлынули градом. В порыве эмоций А'Дай совершенно опьянел от счастья. Впервые в жизни он полностью отдался своим чувствам. Он любил Сюань Юэ. Да, он наконец-то признался в своих чувствах.

Уткнувшись в его тёплую грудь, Сюань Юэ всхлипывала:

— Стоишь, стоишь! А'Дай, я тоже тебя люблю! Если только ты сам меня не прогонишь, я всегда буду рядом с тобой, никогда не покину. — Они крепко обнимались, их души сливались воедино. Внезапно Кровь Феникса и Кровь Божественного Дракона ярко вспыхнули. Мягкое синее и красное сияние окутало их тела. В этом нежном свете их дух начал сливаться, без малейшего отторжения, и они оба почти одновременно ощутили безграничную, как океан, любовь друг друга. Их истраченные духовные силы и выносливость стремительно восстанавливались под мерцанием синего и красного света. Они так и стояли, крепко обнявшись, и время летело незаметно.

Неизвестно, сколько времени прошло, но их силы полностью восстановились. Внезапно Сюань Юэ что-то вспомнила и, вырвавшись, оттолкнула А'Дая. Он растерянно посмотрел на неё:

— Юэюэ, что случилось?

Хотя Сюань Юэ не хотела нарушать эту идиллию, был один вопрос, который она должна была прояснить. Она пристально посмотрела ему в глаза и сказала:

— А'Дай, ты должен честно мне ответить, ничего не скрывая. Я долго терпела. Скажи мне, кто такая Бин? И почему у тебя её портрет? Каждый раз, когда о ней заходит речь, твой взгляд наполняется такими чувствами.

В любви не может быть места даже песчинке сомнения. Бин была острой занозой в сердце Сюань Юэ. Теперь, когда А'Дай наконец признался ей в любви, она должна была выяснить всё до конца.

Услышав имя Бин, А'Дай вздрогнул, и в его глазах промелькнула скорбь. Увидев это, румяное лицо Сюань Юэ тотчас побледнело. А'Дай подошёл к ней и протянул руки, чтобы обнять, но она увернулась и сердито сказала:

— Пока не расскажешь о Бин, не смей ко мне прикасаться.

А'Дай мучительно опустил голову и, тяжело вздохнув, произнёс:

— Хорошо, я расскажу. Хоть я и не хочу об этом вспоминать, но я не хочу, чтобы ты неправильно меня поняла. Юэюэ, можно я буду обнимать тебя, пока рассказываю?

Сюань Юэ на миг растерялась, а потом ответила:

— Зачем? Говори так.

Видя её настойчивость, А'Дай с болью в сердце кивнул:

— Что ж, хорошо.

Он достал из-за пазухи портрет Бин. С тех пор как он покинул Империю Заката, он старался не вспоминать о тех днях — слишком уж болезненными были эти воспоминания.

— Кровью Божественного Дракона призываю, отворитесь, врата времени и пространства! — По его зову из синего сияния Крови Божественного Дракона выплыла серая тень. Она постепенно увеличивалась, принимая облик Шэн Се.

Огромное тело Шэн Се опустилось на землю, отчего та слегка содрогнулась. После битвы с Лардасом дракон довольно быстро восстановился, но поскольку А'Дай всё время находился среди людей, он не выпускал его. Вдыхая свежий воздух, Шэн Се издал протяжный рёв. Он уже несколько дней не был на воле. Внезапный зов А'Дая поднял ему настроение. В мыслях А'Дая прозвучал его голос: «Братец, ты наконец-то выпустил Шэн Се! Бедный Сяо Се! Я чуть не помер от скуки, сидя всё время в Крови Божественного Дракона».

А'Дай сказал:

— Юэюэ, Шэн Се видел Бин. Ты тоже можешь общаться с ним мысленно. Пусть он будет свидетелем. Шэн Се, ты ведь помнишь ту девушку, когда мы вырывались из Тьма-града?

Шэн Се на мгновение замер, моргнул своими золотыми глазами и кивнул огромной головой. А'Дай продолжил:

— Отлично. Я расскажу Юэюэ всё, что было между мной и той девушкой, а ты будешь свидетелем.

Сюань Юэ нахмурилась:

— А'Дай, не нужно этого. Неужели я тебе не верю? Говори, я жду.

Шэн Се с недоумением посмотрел на А'Дая, потом на Сюань Юэ, не понимая, что между ними происходит. Он распластался на земле, наслаждаясь солнечным светом в ожидании рассказа А'Дая.

А'Дай держал портрет Бин на ладони, и острая печаль нахлынула на него. Он тихо начал:

— Юэюэ, я знаю, ты наверняка сомневаешься в моих отношениях с Бин. Бин — самый несчастный человек из всех, кого я встречал. Когда-то мы с братьями Янь Ши и Янь Ли покинули гору Тяньган и отправились в Империю Заката на поиски похищенных эльфов. Мы решили начать поиски с крупных городов, потому что только богатые аристократы могли позволить себе купить эльфа. Мы пересекли Провинцию Света Империи Великого Процветания и вошли в Тёмную провинцию Империи Заката. Нашей целью был Тьма-град, столица провинции. Там было огромное казино под названием ночной клуб «Аньхао». Именно там я и встретил Бин…

И А'Дай подробно рассказал Сюань Юэ обо всём: как он встретил Бин в казино и что произошло потом.

— …чтобы спасти меня, Бин… она закрыла меня своим телом от когтей Котодевушки Мими и была тяжело ранена. Позже, с помощью Шэн Се и костяного дракона, мы наконец вырвались из Тьма-града, но Бин была уже при смерти. Как же я тогда хотел, чтобы ты была рядом и спасла её своей магией света! Она была не только ранена Котодевушкой, но и яд в её теле начал действовать…

По мере его рассказа напряжённое лицо Сюань Юэ постепенно менялось. Она подошла к нему и слушала, как он рассказывает о том, что поведала ему Бин перед смертью. Слёзы текли из глаз А'Дая, глаза Сюань Юэ тоже наполнились влагой.

— В конце Бин сказала, что так хотела бы жить, просто чтобы каждый день смотреть на меня. Я тоже хотел, чтобы она жила. Я ненавижу эти тёмные силы, и ненавижу себя. Моя трусость стоила Бин жизни. Вся её жизнь была сплошным страданием. Как бы я хотел её воскресить, даже если бы для этого пришлось отдать все свои силы, я бы хотел подарить ей счастливую жизнь. Юэюэ, знаешь? Её смерть разбила мне сердце. Она дважды спасла мне жизнь! Я и сам не знаю, что чувствую к ней, но боль утраты осталась навсегда. Этот портрет я сделал из её праха. Я хочу носить его с собой, всегда, чтобы показать ей все красоты нашего мира. — При этих словах А'Дай уже не мог сдержать рыданий, и глубокая скорбь заполнила его душу.

Сюань Юэ крепко обняла его и плакала вместе с ним. История Бин глубоко потрясла её. Теперь она поняла, почему он хотел обнимать её во время рассказа — он не мог вынести эту боль в одиночку!

— Прости, А'Дай, прости меня. Я не должна была сомневаться в тебе, не должна была ревновать к сестрице Бин. Она такая несчастная, такая несчастная. По сравнению с ней я намного счастливее. По крайней мере, мы можем быть вместе каждый день! — Она прижалась к его груди, словно боясь, что он внезапно исчезнет.

А'Дай глубоко вздохнул, стараясь унять душевную боль, и тихо сказал:

— Юэюэ, я могу с уверенностью сказать тебе: хоть я и встречал множество красавиц после ухода из городка Шытан, но по-настоящему я любил лишь тебя одну. Юэюэ, позволь мне сохранить тень Бин в своём сердце. Ей нужен лишь крошечный уголок. Думаю, я не забуду её до конца своих дней.

Сюань Юэ посмотрела на портрет Бин и прошептала:

— А'Дай, как я могу быть против? Если бы сестрица Бин не спасла тебя, мы бы никогда больше не встретились. Сестрица Бин, не волнуйся, я буду заботиться об А'Дае вместо тебя. Он — наш А'Дай. Я обязательно сделаю для него то, что хотела сделать ты. И не сердись на меня за мою ревность. Примешь ли ты меня в сёстры? Я своей нежностью исцелю скорбь в сердце А'Дая, и куда бы мы ни пошли, мы всегда будем брать тебя с собой.

А'Дай был глубоко тронут. Он взглянул на Сюань Юэ, крепче сжал её в объятиях и взволнованно произнёс:

— Спасибо, Юэюэ. Думаю, Бин будет очень рада.

Руки Сюань Юэ вдруг снова обвились вокруг шеи А'Дая. Она посмотрела в его полные печали глаза:

— А'Дай, знаешь? Для меня ты тоже очень несчастен. Такой же несчастный, как и сестрица Бин. Я обязательно буду о тебе хорошо заботиться. — С этими словами она привстала на цыпочки и приблизилась к нему. Пока А'Дай стоял в замешательстве, губы Сюань Юэ, словно стрекоза над водой, легко коснулись его губ. Оба вздрогнули. Хотя прикосновение длилось меньше секунды, дивное ощущение пронзило их тела. А'Дай с нежностью позвал:

— Юэюэ.

— М-м, — зардевшись, отозвалась Сюань Юэ. А'Дай разжал объятия, осторожно убрал портрет Бин за пазуху, взял её лицо в ладони и наклонился. Их лица приближались, дыхание становилось частым и прерывистым. Стоявший рядом Шэн Се заморгал своими огромными золотыми глазами, прикрыл их крыльями и отвернулся, выставив им свою заднюю часть, словно смутившись. Наконец, А'Дай в трепете приблизился к Сюань Юэ. Она, залившись краской, закрыла глаза. Четыре влажные губы соприкоснулись. Оба вздрогнули, и от этого прекрасного чувства их сердца забились в унисон. А'Дай одной рукой обнял её за тонкую талию, а другой нежно гладил её синие волосы. Руки Сюань Юэ обвились вокруг его шеи. Их губы дрожали от этого волнующего прикосновения. Этот поцелуй унёс всю печаль. А'Дай жадно вкушал сладость её губ, и под лучами солнца их сердца окончательно растаяли.

Спустя долгое время А'Дай с огромной неохотой оторвался от её губ и осторожно, словно драгоценность, прижал к себе её тело. Дыхание Сюань Юэ всё ещё было учащённым, она спрятала пылающее лицо у него на груди. Все преграды исчезли. В этот миг она полностью погрузилась в океан счастья. Они так и стояли, крепко обнявшись, и ни один из них не хотел нарушать этот прекрасный момент.

Громкий всплеск вывел А'Дая и Сюань Юэ из сладкой дрёмы. Они изумлённо обернулись и увидели, как Шэн Се, прыгнув в реку, весело резвится в воде. А'Дай с улыбкой посмотрел на его огромное тело и сказал:

— Похоже, Сяо Се тоже любит играть в воде. Прямо как ты.

Сюань Юэ, вспомнив вчерашний вечер, легонько стукнула его в грудь и фыркнула:

— Ах ты! Ты ведь вчера нарочно вернулся пораньше, да?

А'Дай возмущённо воскликнул:

— Да меня не было больше получаса! Как я мог вернуться нарочно? Это ты так увлеклась купанием, что потеряла счёт времени.

Сюань Юэ хмыкнула и, перекинув свои синие волосы вперёд, прислонилась к нему.

— Посмотри, волосы совсем растрепались! Придётся снова мыться.

А'Дай встрепенулся:

— Нельзя! В воде ядовитые змеи. Шэн Се защищён толстой чешуёй, ему не страшно, а что если тебя снова укусят? Я вчера чуть с ума не сошёл от страха.

Почувствовав его заботу, Сюань Юэ ощутила тепло в душе.

— Не укусят. Я же не буду такой неосторожной. Вчера я просто не почувствовала змею, потому что ты внезапно появился. Я сначала наложу вспомогательное заклинание. Вода здесь и вправду отличная. Заодно и одежду постираю, которую вчера потом пропитала. Твой наряд слишком велик.

А'Дай подумал и согласился:

— Что ж, хорошо. Раз уж мы и так задержались, подожду, пока ты искупаешься. Кстати, когда мы… когда мы обнимались, Кровь Божественного Дракона и Кровь Феникса, кажется, восстановили наши силы. Неплохой способ! В будущем, когда силы будут на исходе, достаточно будет просто обняться.

Сюань Юэ выскользнула из его объятий и, фыркнув, сказала:

— Ах ты! Кто с тобой будет обниматься? Это была просто случайность.

А'Дай смотрел на её поразительную красоту, и его сердце переполняло счастье.

— Юэюэ, почему всего за три года твоя сила так выросла? Ты уже достигла уровня Архимага.

Сюань Юэ хихикнула:

— Это секрет нашего Святого Престола. Хочешь узнать?

А'Дай удивился:

— Секрет? Неужели есть какой-то особый способ, позволяющий так сильно увеличить силу за короткое время? Если бы это было так, никто бы не стал усердно тренироваться.

Сюань Юэ покачала головой:

— Всё не так просто. Этот метод лишь меняет телосложение человека и требует огромного количества божественной силы. Его не так-то легко провести. Мы в Святом Престоле называем это Божественным крещением, и пройти его может только преемник Папы. Дедушка говорит, что Храм Света при Святом Престоле — единственное место, где можно установить связь с другим миром и по-настоящему черпать божественную силу. После того, как тело изменяется этой силой, дальнейшее совершенствование даётся гораздо легче. Наверное, дедушка сделал для меня исключение и позволил пройти Божественное крещение потому, что Пророк Пулинь назвал нас Спасителями. Знаешь, после крещения я почувствовала, что совершенно изменилась. Все воспоминания до него стали смутными, я будто стала другим человеком. И только когда я вспомнила о тебе, я снова стала собой. Кстати, нужно поблагодарить брата Ба Буи. Если бы он не упомянул твоё имя, я бы, возможно, до сих пор продолжала свои тренировки в Святом Престоле.

А'Дай почесал в затылке:

— Всё-таки ваш Святой Престол силён! За такое короткое время, лишь с помощью Божественного крещения, вырастить такого Архимага, как ты… Обычный человек не достигнет такого уровня и за всю жизнь.

Сюань Юэ подошла к А'Даю и опёрлась на его плечо:

— На самом деле, это тоже было не так просто. Все предыдущие Папы, проходившие крещение до меня, достигали уровня Архимага упорными тренировками. Дедушка сказал, что мой случай был особенным. Обычно крещение длится всего три месяца, а моё продолжалось больше года. Возможно, именно поэтому мой магический уровень так быстро вырос. К тому же, ты забыл, как мы совершили прорыв в городе Миму? Это произошло благодаря слиянию Крови Феникса и Крови Божественного Дракона! Похоже, мы и вправду Спасители, иначе почему небеса посылают нам столько удачи?

А'Дай вдруг что-то вспомнил и озабоченно сказал:

— Юэюэ, нам нужно скорее отправляться к народу пуянь. Брат Янь Ли искал нас, скорее всего, по поручению Пророка Пулиня. Возможно, он снова что-то увидел в будущем и даст нам какие-то указания.

Сюань Юэ улыбнулась:

— А'Дай, ты заметил? Ты уже совсем не такой, как несколько лет назад. Ты, кажется, стал куда сообразительнее. Только твоя внешняя простоватость всё ещё обманывает людей. Ладно, зови Шэн Се на берег. Мне нужно искупаться и привести волосы в порядок, а потом отправимся в путь.

А'Дай обнял её за талию, вдыхая свежий аромат её тела, и сердце его замерло от восторга.

— Юэюэ, я… я и на минуту не хочу тебя покидать!

Сюань Юэ покраснела:

— Ах ты! Но ты же не будешь смотреть, как я моюсь! — Хотя она и смутилась, от его слов ей стало сладко на душе. Она пробормотала: — Сейчас нельзя. Вот… вот когда мы поженимся, тогда и поговорим. — Последние слова она произнесла почти шёпотом.

А'Дай нежно поцеловал её в лоб:

— Юэюэ, я… я так тебя люблю. — Сказав это, он, не дожидаясь ответа, взмыл в воздух и приземлился на берегу, крикнув всё ещё плескавшемуся в воде Шэн Се: — Сяо Се, вылезай, нам пора!

Услышав зов А'Дая, Шэн Се расправил крылья и, подняв тучу брызг, приземлился на берегу. В его огромных золотых глазах плясали озорные искорки. Его голос прозвучал в мыслях А'Дая: «Братец, вы уже закончили миловаться? Сяо Се даже застеснялся. Я бы тоже хотел найти себе подружку для поцелуев».

А'Дай недовольно ответил:

— Издеваешься? И где я тебе найду драконицу-красавицу? Пошли скорее, твоей сестрице Сюань Юэ нужно искупаться.

Шэн Се махнул огромным крылом под ноги А'Даю. Тот с улыбкой оттолкнулся и взлетел на спину дракона.

— Ладно, сначала отнесу тебя поесть фруктов. А потом ты должен будешь послушно вернуться в Кровь Божественного Дракона.

Шэн Се обиженно возразил: «Опять возвращаться? Мне там так скучно! Братец, можно я не буду?»

А'Дай со вздохом похлопал его по огромной голове:

— Но ты слишком заметный. Нельзя просто так разгуливать. Если тебя увидят, будет беда! Мы и шагу ступить не сможем.